11 глава.
Дни сплелись в один серый, безразличный клубок. Кощей то приходил темной ночью, пахнущий перегаром и чем то химическим, валился на кровать и спал мертвым сном взяв свое, то пропадал на несколько дней, не оставляя о себе ни слуха ни духа.
В эти тихие, пустые дни Кристина ловила себя на том, что подолгу стоит у окна, курит и смотрит на грязный снег во дворе. Перед глазами всплывали обрывки воспоминаний, яркие, как вспышки боли, серо-зеленые глаза Валеры в свете фонаря, его бережные руки в парке, его голос. Потом, его искаженное яростью лицо в подвале. Она прогоняла эти мысли, но они возвращались, как назойливые мухи, напоминая о той, другой жизни, которая могла бы быть.
Карина не заходила ни разу с того дня. Молчание подруги было красноречивее любых слов. Она, связанная с этим миром через Вову, видимо решила держаться подальше, чтобы не навлечь беды ни на себя, ни на Кристину.
Однажды, в один из особенно тоскливых вечеров, в дверь постучали. Кристина открыла с привычной уже апатией и увидела на пороге Зою. Та выглядела постаревшей на десять лет. Без привычного яркого макияжа, в простом потрепанном пальто.
- Можно? - спросила она и Кристина кивнув жестом указала войти.
Они сели на кухне. Зоя молча выпила стакан воды, потом поставила его на стол со стуком.
- Я с Желтым разошлась, - выдохнула она, глядя в стол.
- Что случилось? - спросила Кристина.
- Надоело, - тихо сказала она, - надоело быть игрушкой, вещью, бояться, что в любой момент могут прийти с разборками.
Она помолчала, крутя в пальцах мятую пачку сигарет.
- А еще, я уезжаю Крис, из Казани, к сестре, в Уфу, - с каким то облегчением сказала она, - жизни мне тут уже не будет.
- Уезжаешь? - Кристина не ожидала.
- Да, здесь мне больше нечего делать, работы нет, да и думаю, что безнаказано наше расставание не пройдет, а я очень не хочу превратиться в Клаву, - затараторила Зоя, - знаешь, тебе тоже советую уезжать, страшное время грядет.
- Я не могу, - прошептала Кристина, - у отца реабилитация, я всем Кощею обязана.
- Обязана? - Зоя горько усмехнулась, - ты ему ничего не должна, он купил тебя, Крис, как вещь и чем дольше ты будешь это терпеть, тем дороже он за тебя заплатил, потом будет сложнее уйти.
- Я все понимаю...
- Ладно, мне пора, поезд скоро, - Зоя оборвала разговор, резко встала, накинула пальто и пошла к выходу, - ты береги себя и подумай, правда.
Дверь закрылась, Кристина осталась сидеть за столом в полной тишине. Слова Зои тяжело висели в воздухе. Она понимала, что чем дальше все идет, тем меньше шансов вернуться в обычную жизнь.
Кристина закурила и подошла к окну, там шел снег. Тот самый снег, что совсем недавно казался таким чистым. Теперь он был серым, как и все вокруг. Как и ее жизнь и в этой серости не было ни проблеска, ни намека на выход.
За окном послышался знакомый рев двигателя, к подъезду подъехал грязно красный Каблук. Сердце привычно сжалось, она отошла от окна и движимая автоматическими, выученными действиями, поставила на плиту кастрюлю с вчерашним борщом. Пока он грелся, ее руки сами нарезали хлеб, колбасу. Все это было без мыслей, просто ритуал к каждому его приезду.
Ключ щелкнул в замке, дверь распахнулась, впустив в квартиру поток холодного воздуха и легкий сквозняк, что потянулся из форточки.
- Кристин, иди ка сюда, - его голос прозвучал из прихожей, но в нем не было привычной хриплой усталости.
Она медленно вытерла руки о полотенце, прставила тарелку с супом на стол и вышла в коридор. Кощей стоял, не снимая плаща, в его руках, небрежно перекинутая на сгибе локтя, лежала шуба. Не дубленка, не дешевый полушубок, а роскошная, пышная шуба из темного песца. Мех переливался в свете коридорной лампочки.
- Ну, че стоишь то? - он смотрел на нее, оценивая реакцию, и ухмылялся уголком рта, - примерь, это тебе, за то, ты что моя и всегда ждешь.
Он протянул ей шубу. Кристина молча взяла ее, мех был невероятно мягким и тяжелым, она накинула шубу на плечи. Тяжесть меха придавила ее, от него пахло дорогим магазином.
- В самый раз для будущей жены авторитета, - удовлетворенно констатировал Кощей, окидывая ее взглядом, - теперь будешь ходить как царица, ни у кого такой нет.
Она стояла в этой царской шубе посреди своей убогой прихожей, с запахом борща из кухни и чувствовала себя не царицей, а пленницей в золотой клетке. Это был не подарок, это была очередная плата и еще одна, более прочная цепь, чтобы привязать ее к себе.
- Проголодался, бляха, - бросил он, проходя на кухню мимо нее скинув верхнюю одежду и обувь в прихожей, не замечая, что она совсем не радуется его подарку.
Кощей стянул с себя рубашку, бросил на ручку двери и уселся за стол, с жадностью принявшись за борщ. Он ел быстро, громко хлебая, будто не ел несколько дней.
Кристина молча повесила тяжелую шубу в шкаф, словно хоронила в нем очередной кусок своей свободы и прошла на кухню, встав у окна и глядя на темный двор, она слушала, как он ест. В этой обыденности было что то ужасно искаженное, что совсем не поддавалось ее восприятию, роскошная шуба в прихожей и вот этот дикий, голодный человек за ее столом с тюремными наколками, следами от наркотических иньекций и странной, болезненной тягой к ней.
Вдруг в дверь заколотили. Не просто постучали, а именно заколотили, настойчиво, тревожно. Кощей даже не поднял головы от тарелки.
- Открой, кого там черти принесли, - лениво сказал он отламывая хлеб.
Кристина вышла в коридор и открыла дверь. На пороге, запыхавшийся, с выпученными от страха глазами, стоял Лампа.
- Кощей тут? - пытаясь заглянуть за нее в квартиру спросил он.
- Тут, - кивнула Кристина.
- Кощей, - Лампа, не снимая обуви, рванул в кухню, - там беда.
Кощей наконец оторвался от еды. Он не встал, но его спина напряглась.
- Говори, че стряслось.
- Разъезд, - Лампа дышал так, что слова вылетали прерывисто, Кристина налила ему воды, он жадно выпил ее залпом и продолжил, - на нашей же территории после ДК на Марата с Турбо напали, они девчонок провожать пошли и на базу собирались.
Прозвище Валеры прозвучало крайне не ожиданно и Кристина непроизвольно сжалась у косяка.
Кощей резко опустил ложку в тарелку. Звук был оглушительно громким в внезапно наступившей тишине. Он откинулся на спинку стула, провел ладонью по лицу и когда убрал руку, на нем не осталось и следа усталости или голода.
Он медленно поднялся, подошел к двери, сдернул с ручки свою рубашку и натянул ее одним резким движением.
- Там помощь нужна, - Лампа кивнул на Кристину, - ножевое.
- Собирайся, - бросил ей Кощей застегивая пуговицы.
- Я же не врач, - взмолилась она, - пожалуйста просто найдите врача.
- Не спорь, - он в два шага оказался около нее грубо схватив за локоть, - собирай сумку и едем.
В его глазах четко читалось раздражение на ситуацию с пацанами, на то что она спорит и то, что он так и не успел провести вечер как планировал.
- Лампа иди, скоро будем, - скомандывал он и парнишка тут же растворился за дверью.
Кристина быстро ушла в свою комнату, на автомате собрала сумку с нитками, иглами, добавила туда бинты, йод, пластыри и всякого по мелочи из домашней аптечки. Руки дрожали, но движения были точными, слишком много практики начало становиться за последнее время, сначала ухо, теперь вот не известно, что.
Она накинула шубу и встала дожидаясь пока он обуется. Кощей, увидев ее в шубе, довольно цокнул языком.
- Ну вот, теперь точно моя царица, пошли.
Он снова схватил ее за локоть и почти вытолкал из квартиры. В его прикосновении не было ни капли нежности, только стойкое ощущение власти.
Красный Каблук рванул по ночным дворам, хоть и дойти было бы быстрее, чем греть двигатель, Кощей предпочитал не ходить по улицам. Особенно поздним вечером или ночью.
Подвал Универсама встретил их гулом голосов и запахом крови, который был куда сильнее, чем в прошлый раз. В центре помещения, на старом диване лежал Валера. Лицо его было бледным, на лбу выступил пот. Он был без сознания, его куртка была расстегнута, кофта поднята оголяя живот, на котором лежала грязная тряпка, как жалкая попытка остановить кровотечение.
Рядом, на коленях, рыдала Даша. Она держала его руку, прижимала ее к своей щеке, ее тело сотрясали судорожные всхлипы.
- Валера, держись, прошу тебя, держись...
В углу, бледные и мрачные, сидели Карина и Вова. Кощей, не глядя ни на кого, грубо подтолкнул Кристину вперед.
- Давай, работай.
Кристина сделала шаг к дивану, но тут Даша резко подняла голову.
- Нет, - она вскочила, заслонив собой Валеру, - не подходи к нему даже.
Она была похожа на разъяренную фурию, готовую разорвать Кристину на части.
- Даша, уйди с дороги, - прорычал Кощей, но девушка и не думала слушаться, продолжая истерично кричать.
С места резко поднялась Карина. Она подошла к Даше, взяла ее за плечо и резко развернула к себе.
- Успокойся, сейчас же.
- Отстань, - вырвалась Даша, - никто не имеет права его трогать, особенно она.
- Даш, закрой свой рот, - Карина резко прижала блондинку к себе и зашептала ей на ухо, - или я сейчас всем расскажу то, что ты так тщательно скрываешь.
Эффект был мгновенным. Даша замерла, слезы на ее глазах высохли, будто их и не было. Истерика сменилась на животный страх. Она смотрела на Карину широко раскрытыми глазами, в которых читался ужас и мольба.
- Хорошо, - прошептала она, сдаваясь, - хорошо...
Она безвольно отступила от диванчика, позволив подойти к Валере. Карина, встретившись с взглядом Кристины, лишь едва заметно кивнула.
Кристина, с трудом переводя дыхание, поставила сумку на край столика, расстегнула шубу и стянув ее с плеч бросила в кресло. Теперь ей предстояло бороться за жизнь человека, который ее ненавидел, в окружении незнакомцев и обладательницы страшных тайн. И все это под тяжелым, оценивающим взглядом Кощея, что так сильно ей гордился.
Дрожащими, но уже знакомыми движениями рук, она обработала края раны. Кровь сочилась мешая разглядеть все повреждения. Пальцы скользили по влажной, липкой коже. Она взяла иглу с нитью, сделала первый вдох, собираясь с духом и начала шить.
В тот же миг тело под ее руками вздрогнуло, как от удара током. Из горла Валеры вырвался нечеловеческий, хриплый вопль. Он не просто кричал, он дико выл. Его тело напряглось, мышцы живота и без того поврежденные, свело судорогой.
- Держите его, - крикнула Кристина, едва удерживая иглу.
Вова и еще один пацан бросились к дивану, вдавливая Валеру в мягкую поверхность. Но его сила, умноженная на агонию от боли, была чудовищной.
- Валера, держись, - снова запричитала Даша рванув вперед, но ее удержала Карина.
Кощей, до этого молча наблюдавший из угла, резким шагом подошел к дивану.
- Турбо, - рявкнул он ему прямо в лицо, - возьми себя в руки, ты мужик или баба?
Валера не слышал и его. Он бился в руках пацанов, его крик не стихал, наполняя подвал. Его дикий, ничего не видящий взгляд метнулся по сторонам и на секунду зацепился за лицо Кристины, склонившееся над ним. В его глазах, помутневших от страдания, на миг вспыхнуло не просто узнавание, вспышка ярости, ненависти и стыда за эту свою немощь перед ней.
- Кристина... - прохрипел Валера.
- Да усыпите вы его, наконец, - закричала Кристина, чувствуя, как ее собственная выдержка на грани.
- Лампа, - обернулся Кощей, - в сейфе возьми бутылку, самую крепкую.
Парнишка бегом принес недопитую бутылку водки. Вова с силой разжал Валере челюсти и Кощей, не церемонясь, влил в него пол бутылки. Валера захлебнулся, закашлялся, его тело на секунду обмякло от шока.
- Резче давай, ну - рявкнул Кощей.
Пальцы Кристины снова сжали иглу, в ушах у всех еще стояло эхо его нечеловеческого крика.
Когда последний стежок был сделан,а нить отрезана. Кристина наложила повязку и ее пальцы, залитые чужой кровью, вдруг задрожали сами по себе. Все напряжение, вся собранность, державшие ее, разом ушли. Ноги подкосились и она рухнула на грязный, липкий пол подвала, прислонившись спиной к диванчику, у которого только что работала.
Перед глазами поплыли темные круги. Она слышала обрывки фраз, шумящие где то далеко, Вова разговаривал с Кощеем отчитываясь за проишествие, Карина что то говорила Даше, которая так и не смела приблизится к Валере. Но до Кристины это доносилось, как сквозь толстое стекло, за которым почти ни чего не слышно.
Она сидела на полу, не в силах пошевелиться и смотрела на свои окровавленные руки, лежащие на коленях. Они дрожали мелкой, неконтролируемой дрожью. Запах крови стоял в ноздрях и в надежде его перебить Кристина протянулась к брошеной кем то на стол пачке сигарет.
Она спасла его. Спасла человека, который теперь презирает и ненавидит ее. Человека, с которым она действительно хотела бы видеть свое будущее. И теперь, сидя на полу в истощении, она чувствовала не гордость за это, а лишь бесконечную, всепоглощающую усталость и боль.
Тг:kristy13kristy (Немцова из Сибири) тут есть анонка, где можно поделиться впечатлениями или оставить отзыв к истории.
Тикток: kristy13kristy (Кристина Немцова)
Тг: Авторский цех (avtorskytseh) небольшая коллаборация с другими авторами, подписываемся.