Глава 27. Драка
Мы с Аней зашли в женскую раздевалку, и подружки Малиновской тут же отвернулись, хотя еще недавно они обзывали меня крысой и били. Стая Малиновской оказалась такой же пугливой, как и предводительница.
Остальные одноклассницы пугливо на нас оглядывались, но ничего не говорили, понимали, что это будет странно выглядеть. Только Маша странно на нас смотрела — такими глазами, будто готова была заплакать. В какой-то момент она хотела подойти к Ане, но та увидела это и отвернулась. Маша застыла на месте, все прекрасно поняв.
Я не хотела ее осуждать, но в душе чувствовала раздражение. Когда Аню объявили крысой, Маша и слова не сказала в защиту подруги, сразу же перестала замечать, будто бы они и не общались никогда. А как все стало хорошо, так вновь решила дружить? Но это так не работает. Предательство ломает любые отношения — и дружеские, и романтические. Даже родственные. Простить-то, конечно, можно, но что случилось однажды, случиться вновь.
Мы вышли из раздевалки и направились по небольшому коридорчику в спортивный зал — урок вот-вот должен был начаться. С физкультурой у меня никогда особо хороших отношений не было — я не отличалась особой скоростью, силой или ловкостью, зато неплохо играла в волейбол и здорово плавала.
— А кто физру ведет? — спросила я Аню
— Сергей Иваныч, классный дядька, — ответила Аня. — Девчонкам всегда поблажки дает. К нему надо подходить и говорить, что красные дни начались, и он сразу разрешает на лавке сидеть. А вот с пацанами зверствует.
Наш разговор прервал странный шум. Дверь, ведущая в мужскую раздевалку, внезапно распахнулась, и в буквальном смысле вылетел парень. Будто бы его толкнул кто-то очень сильный. Он упал прямо перед нами, и я поняла, что это наш одноклассник. Тот самый, из компании Малиновской, который облил меня водой и толкнул. Есин. Лицо его было перекошено от страха.
Анна взвизгнула и вцепилась в меня, и мы отскочили назад, не понимая, что происходит.
В дверях появились Шепсы. Они были одеты в одни только спортивные штаны, и я, несмотря на весь ужас происходящего, залюбовалась на Олега, разворотом его плеч и хорошо прочерченной мускулатурой торса. Одна рука была забита татуировками — и как только взрослые разрешили ему набить столько? Но смотрится очень круто.
Кажется, у меня даже загорелись щеки.
— Вставай, урод, — прорычал Олег, не замечая нас. Есин попытался отползти в сторону, но Дима рывком поднял его и ударил по лицу — так, будто был профессиональным бойцом. Появилась кровь, и она же отпечаталась на костяшках пальцев Димы. Он вытер ее о рубашку Есина, который не успел переодеться в спортивную форму.
Есин хотел было вырваться — драться с Шепсами он даже и не пытался. Но те не дали ему этого сделать и прижал к стене.
— Ты, говорят, его девушку трогал, руку на нее поднимал, — хрипло спросил уже Влад, их глаза затуманила ярость. — Что же нам с тобой сейчас сделать?
— П-простите, ребята, я не знал, что она Олега, — заикаясь, ответил окровавленными губами Есин.
— Простите? Так просто? Только потому что ты попросил? — страшно улыбнулися Шепсы, Олег занося кулак для следующего удара. И я вдруг поняла, почему их все боятся. В гневе они были страшными, дикими, будто бы ничего и никого не боялись. А еще они были сильными.
А я так легко дразнила Олега и смешно обзывала… Нет, больше никогда так не сделаю…
— П-пожалуйста, — пролепетал Есин. — Это было недоразумение! Я никогда больше не трону ее… Клянусь!
Улыбка троих Шепсов сделалась еще шире, еще безумнее.
— А мне кажется, тебя нужно наказать, — прорычали они в один голос, не отводя взгляда от Есина, который весь сжался. Он даже двигаться не мог — застыл, как кролик перед удавом. А кулак Олега был сжат так, что на кисти и предплечье выделялись вены.
— Нет, не надо! Не бей! — закричал Есин и вдруг метнул на меня перепуганный взгляд. — Новенькая, новенькая, помоги! Скажи им, чтобы меня не трогал! Пожалуйста.
Шепсы, до этого не замечавшие меня, медленно перевели в нашу с Аней сторону взгляд, и я непроизвольно сделала шаг назад. Почему — и сама не знаю. Слишком уж была сильна ярость, которая исходила от них. Она подавляла. Заставляла дрожать.
Лицо Олега изменилось — глаза потемнели. Но теперь в них отображался не гнев, а что-то другое.
Страх? Обида? Боль?
Мне захотелось подбежать к нему и обнять, и я даже попыталась сделать это, но Аня не дала мне этого сделать:
— Ты что, Ясь, не лезь к парням во время драки, — зашептала она.
Из раздевалки появился Вал и похлопал по их плечам.
— Лады, чуваки, отпустите его. Нафиг вам траблы со школой?
— Точно, — поддержал кто-то из их друзей — Мы его после школы поймаем и ушатаем. Да, Есин?
— Я… Я не хотел! — выкрикнул тот. — Это Малина меня заставила! Сказала, что крысу нужно учить! То есть, новенькую!
— Да вы тут с ума посходили, что ли?! — раздался громкий мужской бас. К парням ринулся двухметровый мужик с богатырским размахом плеч. Судя по форме и свистку на шнурке — физрук. Он был очень злым.
Олег все же ударил — но не по лицу Есина, а по стене.
— Пошел вон, — тихо сказал он однокласснику, отпуская его, и тот тотчас отпрыгнул в сторону. А физрук подошёл к Шепсам.
— Вы обалдел? Парни, ваши выходки у меня уже вот тут сидят, — постучал он ребром ладони о горло. — Какого черта напали на одноклассника? Отвечайте немедленно!
— Да так, размяться нам захотелось, — дерзко ответил Влад. — А груша дома осталась.
— В следующий раз вы дома останешься! — рявкнул физрук. — А ну идите в раздевалку, в себя придите! А потом поговорим.
Олег дернул плечом и ушел. Влад и Дима последовали за ним. Физрук перевел взгляд на Есина.
— Как себя чувствуешь?
— Терпимо, Сергей Иваныч, — ответил тот гнусавым голосом. — Только это… Не ругайте Шепсов, а то они меня вообще убьют.
— Так, не болтай, а отправляйся к медсестре, — велел физрук и перевел взгляд на одного из парней, который выбежал на крики. — Ты, отведи-ка его. Остальные — в спортзал, разминайтесь в произвольной форме! Живо!
Есин ушел, мы направились в спортивный зал, а физрук вернулся в раздевалку к Шепсам, с которым, видимо, решил провести беседу.
Разминаться, разумеется, никто не стал — все обсуждали произошедшее, а мы с Аней повисли на перекладинах турника.
— Он крутой, да? — спросила она.
— Крутой, — согласилась я, — но…
— Что — но?
— Я испугалась.
— А что ты думала? — фыркнула она. — Что Шепсы — пушистые зайки? Если они с тобой милый, это не значит, что они хорошие. Их не зря все боятся, поверь, Ясь. Я хорошо к ним отношусь, но… боюсь. Да и ты, кажется, испугалась.
Я вздохнула. Да. Произошедшее действительно меня испугало. Но меня также задел момент, когда Олег увидел это и понял, что мне страшно. Почему в его глазах появилась такая боль? И почему мне самой сейчас больно?
— Но с другой стороны, Олег и его братья защищали тебя, — продолжала она. — Это мило. С таким парнем и его братьями хоть и не родными ну ничего не страшно, да?
— Наверное, — пожала я плечами.
Из раздевалки вышли Шепсы и Сергей Иваныч. Он что-то тихо говорил парням, а те смотрели под ноги и молчали, но выглядели при этом спокойными.
— Класс! В одну шерегну стано-о-овись! — зычно велел физрук.
Мы построились, рассчитались на первый-второй, и он провел разминку на месте. Затем велел пробежать несколько кругов и выдал волейбольные мячи — велел стать в пары и отрабатывать удары. Сам же ушел — наверное, узнавать, как обстоят дела у Есина, который все так же не возвращался.
Разумеется, никто ничего делать не стал. Все встали по группкам и принялись шушукаться. Я же уверенно подошла к Шепсам, которые сидели на матах, наваленных в углу, вместе с Валом. Увидев меня, Олег почему-то нахмурился. А я взяла и села рядом, даже не спрашивая, можно или нет. В конце концов, мы же пара.
— Ты как? — спросила я тихо. Наши плечи касались друг друга.
— Нормально, — отрывисто ответил он и отодвинулся. Ну что на него опять нашло?
— А физрук что сказал? — продолжала я.
— Чтобы пришли после урока в кабинет директора для серьезного разговора.
— Ты не сможешь, — улыбнулась я.
— Почему? — заинтересовался Влад. — У вас какие-то шуры-муры будут?
— Нам Атом велела после уроков к ней в кабинет идти, — вздохнула я.
— Вы прям нарасхват, — захихикала Аня, садясь рядом с Владом. Они принялись болтать о чем-то, Вал с Димой встряли в их разговор. А я тихо сказала Олегу:
— Спасибо.
— За что? — поднял он на меня глаза, и мне вновь подумалось, что они у него какие-то странные.
— За то, что вступился.
— А это не из-за тебя. Не придумывай. Мне надо поддерживать имидж, — фыркнул он и резко встал с матов. Он направился к высоким турникам неподалеку. Подпрыгнул, схватился за перекладину и начал подтягиваться. Он делал это плавно и уверенно, без рывков и падений. Было видно, как работают его мышцы на руках, а когда задралась футболка, то можно было рассмотреть, как напрягается его пресс.
Я буквально засмотрелась на Олега, и, надо сказать, не я одна. Почти все девчонки таращились на него, пока он подтягивался.
— Красава, — кивнули Влад с Димой, глядя на него. — И хваты разные.
Когда Олег спрыгнул с турника, в зале появилась Ольга Владимировна. Громко стуча каблуками, она направилась к нему. Вид у нее был сердитый.
— Дима, Олег, Влад, за мной, — велела классная.
— Куда? — лениво потянулся Влад.
— А как ты думаешь? Мать Есина приехала. Устроила разбирательства. Всю школу на уши поставила. Хочет пообщаться с ваши отцом.
— Твою мать, — громко сказали они и добавили еще пару непечатных фраз, но уже тихо, только Ольга Владимировна все равно услышала.
— Мальчики, вы настолько меня не уважаете, что при мне, учительнице, так выражаешьетесь? — спросила она. Я думала, они начнут дерзить, как делали это раньше, но они покачали головой.
— Уважаем. Извините, не подумали.
Ольга Владимировна на мгновение прикрыла глаза.
— Идем.
— Отцу звонили? — каким-то странным голосом спросил Дима.
— Пришлось. Класс! — крикнула учительница. — Сергей Иванович сейчас вернется! Ведите себя хорошо!
На этом они ушли. А мне почему-то стало страшно за парней.