Глава 24.
Мама и отчим уже ждали меня. Они не появились в прихожей, когда я осторожно зашла в квартиру, но стоило мне заглянуть в гостиную, в которой тихо шел телевизор, как отчим сказал:
- Подойди к нам.
Я подошла.
Они сидели на диване и смотрели на меня. Отчим - холодно, почти равнодушно. Мама - сердито и обиженно. В руке у нее был сжат телефон, и я почувствовала вину - наверняка она пыталась дозвониться до меня!
- Прости, мам, у меня телефон разрядился, - начало было оправдываться я, как она вдруг вскочила на ноги. В ее глазах была паника.
- Ярослава, что с тобой?! Свитер грязный, джинсы порваны! А что с лицом? - Она пригляделась и заметила, что у меня разбита губа, хотя я наделялась, что мама не увидит. Крови, конечно, достаточно было, но ранка оказалась не такой уж и глубокой.
Она принялась в панике осматривать меня, а я замотала головой.
- Совсем нет! Я просто упала!
- Дана, сядь, - велел маме отчим.
- Что у тебя болит? - не слышала мама.
- Ничего, - беспечно махнула я рукой. - Не переживай, пожалуйста!
- Дана, я сказал - сядь, - повторил Андрей резким тоном.
- В смысле - сядь? - взвилась она. - Посмотри в каком состоянии Ярослава!
Андрею не понравилось, что мама не слушает его - он привык, что она ловит каждое его слово.
- Немедленно сядьте! Обе! - закричал он вдруг, да так, что мы обе едва не присели от страха. Никогда раньше Андрей не позволял себе повышать голос.
Прочистив горло, он повторил:
- Пожалуйста. Сядьте на диван. Дана, не наводи суету. А ты, - его холодный взгляд пронзил меня насквозь, - будь добра, объяснись.
Мама со вздохом села рядом с ним, а я осторожно опустилась в кресло и крепко сжала подлокотники.
- Простите, - еще раз повторила я. - У меня произошел форс-мажор. Дело в том, что я возвращалась от репетитора, зашла в кофейню и неудачно упала, когда спускалась по лестнице. Облилась кофе. Коленку поцарапала. И руку тоже. А губой задела перила.
Лучшая ложь - это та, в которой есть доля правды.
- Малышка моя, - мама было рванулась ко мне, но Андрей удержал ее за руку.
- Дана, я же попросил - без паники. Значит, упала? - Его взгляд будто сканировал меня. Я несмело кивнула и добавила жалости в голос.
- Да. А потом еще под дождь попала. И поздно пришла. Да еще в таком виде. Мне очень жаль. Простите.
Я в третий раз извинялась, а Андрея это не брало! Мне что, перед ним нужно извиниться пять раз? Десять? Двадцать? Всю жизнь извиняться за то, что я дочь его любимой женщины, на которую она тоже должна обращать внимания? И возможно, больше, чем на него самого?
Эти мысли вихрем пронеслись в моей голове, но я ничего не сказала, даже мимикой не выдала внезапную злость. Ради мамы. Не хочу ругаться.
- Не ври нам, - жестко сказал отчим, и я внутренне сжалась.
- Андрей, - непонимающе прошептала мама.
- Я видел тебя с каким-то парнем. Он провожал тебя до дома, - продолжал Андрей. - Как же это мерзко, Ярослава. Ложь - это отвратительно.
Надо же, и имя мое вспомнил!
Я молчала.
- Ну, рассказывай. Ты с ним гуляла, вместо того, чтобы вовремя прийти домой? А к репетитору ты вообще ходила? Или, может быть, ты прогуливаешь репетитора и просто так тратишь мои деньги? - вкрадчиво спросил он, и я вспыхнула. Обида и злость туго переплелись во мне, и сдерживаться больше не получалось. Да почему он все время тыкает мне своими деньгами!
- Это мой одноклассник! Олег Шепс! Он увидел, что я упала, помог подняться! Пластыри купил! - закатала я рукав свитера, демонстрируя их. - Довел до дома. А деньги я твои не трачу! Это моя пенсия по потере кормильца! Я на эти деньги по репетиторам хожу!
- Решила снова напомнить мне, что я не твой родной отец? Мило.
Не знаю, как это произошло, но я заплакала и просто сбежала из гостиной. Не хотела плакать при них.
- Андрей, зачем ты так говоришь?! Ты мою дочь попрекаешь деньгами?! - слышала я, как кричит мама. - А меня? Меня тоже начнешь попрекать?
- Дана, без истерик пожалуйста. Ты все не так поняла, - отозвался Андрей спокойно.
- Да что я могла не так понять?! Что?! Раз у тебя проблемы с деньгами, дай мне устроиться на работу!
- Дана! Не раздувай из мухи слона! Я беспокоился за твою дочь вместе с тобой, потому что она мне небезразлична! Да, ляпнул, не подумав, но это не значит, что я ее попрекаю! Или тебя! Вы моя семья! А за Ярославой нужно следить! Ты же видишь, какой она сложный ребенок! Ну все, успокойся, любимая. Успокойся.
- Андрей...
- Ну все, моя хорошая, все...
Мама заревела, и я поняла, что Андрей обнимает ее - его голос стал таким нежным, что меня затошнило. Почему мама сразу же отошла, стоило ему стать с ней милым?
Чтобы не слышать их голоса, я закрылась в своей комнате. Только была ли она моей? Ведь все вокруг принадлежало отчиму. Даже мама.
Я упала на кровать, закрывая лицо плюшевым медведем. Слезы катились градом, но плакала я беззвучно. Я всегда так плакала. С того самого момента, как не стало папы. Наверное, упрек отчима стал последней каплей в сегодняшнем сложном дне, поэтому я не могла остановиться. Сначала травля, потом побои, теперь отчим... Но обидно было не из-за его слов, а из-за поведения мамы. Как будто бы я совсем ничего для нее не стою.
От слез меня отвлекло сообщение от Игоря.
«Привет, Полина! Ты как? Я сегодня не писал, занят был».
«Все хорошо, а ты?»
«Я отлично! Слушай, а хочешь погулять на днях? Я по тебе соскучился».
«Давай», - без задней мысли написала я.
«Свободна завтра?» - спросил Игорь и прислал несколько стикеров в виде розочек.
Я уже хотела написать, что свободна, но вспомнила, что завтра придется провести время с Олегом. Теперь же я его вечная должница.
«Нет...»
«А послезавтра?»
«Я не знаю, что с расписанием, уточню и тебе отвечу, ладно?» - сумбурно написала я. Вместо ответа Игорь прислал селфи. Он широко улыбался мне, и я, глядя на него, тоже захотела улыбнуться - в ответ.
«Ты классный», - напечатала я и поставила сердечко. Не красное, а синее, а то вдруг подумает еще что-нибудь не то...
«Сэнкс! Я знаю. А мне селфи?» - потребовал друг детства.
«Не хочу...»
«Так нечестно! Требую свое сэлфи!»
Я стерла с глаз слезы, поправила волосы - так, чтобы они закрывали часть лица. И улыбнулась на камеру. Снимок вышел неплохим, если не учитывать моих красных глаз.
«Ты красивая, Ярослава. Только почему улыбка такая грустная? И что с губой? - спросил Игорь. - Все в порядке?»
«Неудачно упала...»
В дверь постучали, и я устало прикрыла глаза. Ну вот, следующий этап разборок. Открыв дверь, я увидела маму - она окончательно успокоилась и принялась бактерицидные салфетки и перекись.
- Ты точно в порядке, Яся? - спросила мама, вновь осматривая меня, как ребенка. Я тряхнула головой.
- Да, точно.
- Садись, - скомандовала она и обработала мне ранку. Завела мне за уши волосы и виновато улыбнулась.
- Ты в детстве несколько раз губу разбивала. А один раз так сильно разбила лоб, что все вокруг в крови было. У меня едва ли не истерика началась, а отец схватил тебя и повез в детский травмпункт. Там все быстро зашили.
Я коснулась старого едва заметного шрамика на лбу. Я помнила обрывки того дня - как плакала мама, как папа возил меня в больницу, а потом они купили мне куклу и мороженое. Странно, но это воспоминание было одним из счастливых.
- Мам, я не хотела опаздывать, а телефон разрядился, - вздохнула я. - Мне жаль, что так получилось.
- Главное, что все хорошо, - сказала она. - Просто следи за телефоном и не опаздывай, хорошо?
- Хорошо...
- И еще... Ярослава, тебе нужно поговорить с Андреем. Произошедшее его очень задело.
Все те теплые чувства, которые появились во мне, мигом смыло.
- Я опять должна извиняться, да? - спросила я прямо чужим голосом.
- Вам нужно решить конфликт, понимаешь? - неуверенно сказала мама. Да он ей что, мозги промыл, что ли?!
- Конфликт? Мам, он уже второй раз попрекает меня деньгами. Я чувствую себя униженной, понимаешь?
- Мы не так его поняли, дочка. Андрей просто не умеет нормально высказывать свои мысли. Он же мужчина. Они все такие - прямые, порой грубоватые. - Мама попыталась все перевернуть в шутку, но меня снова охватили злость и обида.
- Папа таким не был, - тихо сказала я.
- Разумеется, он ведь твой папа, - услышала я голос отчима, который неслышно вошел в комнату. - Твой родной папа. Не то, что я, верно? Чужого можно и не слушаться. Я ведь никто.
Я оцепенела - не хотела, чтобы Андрей слышал это. Боялась. А чего - и сама не понимала. Слишком уж подавляющая сила исходила от него.
Отчим был спокоен. Просто стоял в дверях и смотрел на нас удивительно теплыми глазами. Мне даже не по себе стало. Я ни на миг ему не верила.
- Я понимаю, что тебе некомфортно жить с чужим человеком. И что тебе никто не заменит отца. Но я стараюсь, поверь, - тоном праведника продолжал Андрей, и мама, глядя на него, едва ли не прослезилась.
- И хочу, чтобы ты тоже старалась - ради своей матери. Мы можем быть неидеальными родителями. Можем совершать ошибки, кричать, ругаться. Но это только из-за того, что мы беспокоимся за своих детей. Пойми это. И давай жить мирно. Мы семья.
От последней фразы меня едва не передернуло, но я заставила себя улыбнуться.
- Хорошо...
- Мир? - просияла мама. Потрепала меня по волосам и обняла Андрея. А когда на кухне зазвонил ее телефон, выбежала из моей комнаты с радостной улыбкой.
Отчим вдруг шагнул ко мне и положил руку на плечо. И сжал его так больно, что я едва не вскрикнула. Больше тепла в его глазах не было - лишь лютый холод.
- Еще раз устроишь истерику, пожалеешь, - своим обычным безразличным голосом сказал отчим. - Веди себя со мной вежливо, поняла?
Я упрямо молчала, сцепив зубы.
- Поняла? - повторил он и еще сильнее сжал мое плечо.
- Отпусти, мне больно, - сквозь зубы сказала я.
- Будь хорошей девочкой. Не смей дерзить и перечить. Иначе отправлю в закрытую школу. Чтобы приходила вовремя и не якшалась с парнями. Я слов на ветер не бросаю.
Он отпустил мое плечо и тоже вышел из комнаты, а я в полной прострации осталась сидеть на кровати. На глазах снова появились слезы, а воздуха стало не хватать. Я кинулась к окну и распахнула его, впуская в спальню прохладный и сырой осенний воздух.
Пришло новое сообщение - в мессенджере. Незнакомый номер. На аватарке - знакомая морда, то есть, Олег собственной персоной, который делал селфи, стоя у зеркала в раздевалке. Бейсболка козырьком назад, простая черная майка, телефон в руке закрывает половину лица, взгляд опущен - глаза направлен в экран.
В общем, типичная аватарка парня, который понятия не имеет, какая сторона лица у него «рабочая» и какой ракурс выгоднее. Фотается, как попало, и все равно красивый. А еще у него рельефные руки с бицепсами и широкий разворот плеч - но все в меру, не как у супер-качков. Глядя на такие руки и плечи, думаешь, что человек, которому они принадлежат - сильный. А сильные люди обязательно добрый. Так говорил папа.
Интересно, что написал Олег? И откуда номер взял? Это как-то неожиданно, странно, но по-своему приятно.
«Завтра будем веселиться» - написал он мне. Будто бы предвкушает.