Раздел «Вознесение»: Глава 49
— Ах, мама... Лучше бы ты избавилась от меня, как та мать, — невольно я вспомнила свою прошлую жизнь. — Правда на этот раз в утробе, потому что тут, мама, — бормотала, глядя на осколки зеркала. — Меня убить нельзя. И самоубийство я тоже не могу совершить, мама. Неужели ты отправила меня в этот дворец, чтобы избавиться, мама? Когда-то, в начале этой жизни, я боготворила тебя. Ты была святой, мама — единственной, кто заслуживал молитв. Хорошо ли тебе там без меня, мама?
После чего побыстрее стала идти опять в сторону императорских покоев. Раньше я каждый день смотрелась в зеркало, но никогда её не видела. Белый это точно не мой цвет, раз у меня полностью прошла демоническая трансформация, но пока не вылазиет наружу, из-за чего отцовских четр — красного глаза, черных волос — совершенно не видно.
Дверь в императорские покои с треском вылетела от мощного удара ногой, разлетевшись на щепки. Император вздрогнул, опрокинув кубок с вином, и дико закричал:
— Караул! Охрана!
Я плавно вошла в зал, приняв самое невинное выражение лица, какое только могла изобразить. Руки сложила перед собой, голову слегка склонила — ну чистейший образец послушания.
— Ваше Величество так кричит... — нарочито медленно проговорила я, широко раскрыв глаза. — Неужто я чем-то провинилась?
— Кто ты?! — его голос дрожал, глаза вытаращились при виде моей окровавленной фигуры.
Я сделала шаг вперед, капли крови падали на мраморный пол. Губы растянулись в холодной улыбке.
— Цзиньхуа, — произнесла я четко, наблюдая, как его лицо меняется от гнева к ужасу. — Ваш генерал...
— Ложь! — император вскочил, перебивая меня. — Цзинь Хуа мертва! Ее похоронили с почестями за спасение моей жизни! — его пальцы впились в подлокотники трона. — Я сам присутствовал на погребении!
Я рассмеялась — резко, металлически.
— О, значит, мне даже памятник поставили? — сделала еще шаг, меч скользил по полу. — Что-то я его там не видела, — а затем приложила палец к подбородку. — А может он слишком сильно был похож на мой образ «Цзинь Хуа», а не на настоящую «Се Цзиньхуа»? — при этом какая настоящая Се Цзиньхуа мне самой не известно. — Примерно сколько «Цзинь Хуа» должно было бы сейчас лет? А Се Цзиньхуа? Вот вы знаете свою дату рождения? — перевела взгляд на него, а он уже тыкает мечом в моё горло. — Что за мода пошла? — спокойно подставила ему также. — Голову нужно сносить было мне сразу... Не факт, что помогло бы, но тогда узнали бы точный ответ.
Клинок вошёл в горло легко, будто прокалывал не плоть, а мягкий воск. На миг — острая вспышка, словно укол иглой, и тут же... ничего.
Я даже моргнула от удивления.
Кровь струилась по шее, тёплая и липкая, пропитывая белое ханьфу, но боли не было. Совсем. Что такое вообще?
— Хм... — я медленно наклонила голову, рассматривая меч, торчащий из моего горла. Император дрожал, его пальцы судорожно сжимали рукоять — он не ожидал, что я просто буду стоять.
— Ваше Величество... — прошептала я, и голос звучал странно — хрипло, но без усилий, будто лезвие не перерезало ничего важного. — А почему вас надо называть «Ваше Величество», а меня просто «Ваше Высочество», если настоящих императорских кровей тут я?
Я резко схватила императора за воротник, притянув его так близко, что наши носы почти соприкоснулись. Его дыхание стало прерывистым, губы дрожали. Из-за его приближения его меч ещё глубже зашел в моё горло, но больно не было.
— Помнишь, что ты сказал мне в первую встречу? — прошептала я, ощущая, как его тело напряглось. — Что я больше подхожу для ночных бабочек, чем для генерала, — его глаза расширились после таких слов, но язык он словно проглотил. — И знаешь, что было самое забавное? — продолжила я, проводя пальцем по его щеке. — Ты не смог скрыть своего влечения. Даже тогда, — мои пальцы впились в его плечи, как когти. — Не бойся, я исполню твоё неудовлетворённое желание... частично.
Мои пальцы впились в парчовый воротник его одеяний, притягивая так близко, что наши дыхания смешались. Он задрожал — не от страсти, а от животного ужаса, когда я медленно провела языком по его дрожащей нижней губе.
— Ты всегда смотрел на меня как на вещь, — прошептала я, впиваясь зубами в его губу. Кровь, теплая и солоноватая, наполнила наш поцелуй. Он застонал, но я лишь глубже вонзила клыки, чувствуя как его тело дергается в моих руках.
Лезвие скользнуло по его горлу с ласковым шуршанием разрезаемого шелка. Кровь хлынула нам в соединенные рты, и я намеренно сделала глоток, заставляя его подавиться собственной жизненной силой. Его пальцы судорожно впились в мои плечи, ногти рвали ткань, но я лишь прижалась сильнее, чувствуя как его сердце бьется все медленнее...
Внезапный визг разорвал тягучий момент. Я медленно оторвалась, оставив императора безвольно оседать на пол, и повернулась к источнику звука. У дверей стояла юная наложница — ее изящные пальчики сжали рот, глаза были округлены от ужаса.
— Ах, простите, я, кажется, прервала ваш вечер, — сказала я вежливо, вытирая окровавленные губы рукавом. Капля алой жидкости упала на мраморный пол между нами. — Не волнуйтесь, ваша очередь еще придет. Вы прекрасны, хотите я вас тоже поцелую?
Наложница издала новый, еще более пронзительный визг, когда я сделала шаг вперед, но тут же обмякла в обмороке. Я вздохнула, наблюдая как ее тело грациозно сползает по дверному косяку.
— Ну, не настолько я плохо целуюсь.
В следующую секунду глухой топот загремел по мраморным плитам — оставшиеся стражники, словно крысы, сбежались на звук. Надо было же этой дуре визжать?
— Ах, всегда приходите, когда вас не просят, — пробормотала я с досадой, оборачиваясь.
Император, мёртвый и окровавленный, валялся у кровати, словно старая тряпичная кукла. Его меч всё ещё торчал из моего горла. Я с раздражением вздохнула — и, ухватившись за рукоять, выдернула лезвие одним резким движением. Раздался смачный хлюп. Теплая кровь брызнула в стороны, но боли, как и прежде, не было. Только лёгкий зуд, как от комариного укуса.
— Невежливо вторгаться в частную беседу, — произнесла я, подняв меч в одну руку, в другой же был отобранный ранее меч.
Первый стражник не колебался. Он бросился вперёд с коротким криком, занося алебарду. Я скользнула в сторону, пригнулась — и рассекла ему глотку одним плавным движением. Он ещё шагнул вперёд, как будто не понял, что умер, — а затем осел, захлебнувшись собственной кровью.
— Следующий, — тихо сказала я, чувствуя, как за спиной рвётся в бой остальная пятёрка.
Их атаки были слаженными, отточенными — я когда-то сама обучала гвардию, помнится. Один ударил в бок — боль вспыхнула, но исчезла почти мгновенно, как будто меня только коснулись пером. Ещё один удар — по плечу, острая вспышка, резкая, почти музыкальная... но через пару секунд — ничего.
Зато они умирали по-настоящему. Хруст костей, шипение крови, крики. Один потерял руку, пытаясь перехватить мой клинок. Другой — голову. Я двигалась как во сне, скользя, кружась, будто в танце, и каждый шаг оставлял за собой след из крови и мёртвых тел.
Мы дрались из зала в зал. Я слышала, как где-то бьют в колокол тревоги, как по дворцу несётся паника, но всё это казалось далеким — не больше чем капли дождя, стучащие по крыше в глухой тишине.
Вскоре я оказалась у массивной двустворчатой двери, распахнула её пинком — и замерла.
Прямо передо мной — почти как алтарь — возвышалась стеклянная витрина, а в ней — мой меч, красавец мой.
Он лежал на черной подставке, инкрустированной нефритом, под мягким светом лампад, как святыня. Лезвие отливало багрянцем даже сквозь стекло, словно само чувствовало запах крови, напоённой в воздухе. Это был не просто металл — это была часть меня, единственная вещь, которая должна быть со мной всегда.
— Ах, ты всё ещё здесь... — прошептала я, чувствуя, как дыхание перехватывает.
За спиной вновь послышались шаги, крики, но теперь, вместо раздражения, внутри меня росло предвкушение. Я уже не чувствовала ни усталости, ни боли лишь жгучее желание закончить то, что началось.
— Простите, — бросила я через плечо приближающимся стражникам. — Мне нужно кое-что забрать. А потом... вы все можете умереть.
Я ударила по стеклу кулаком, выбросив чужое оружие. Резко подняла меч, и холодное лезвие блеснуло в тусклом свете зала. Стражники, не успевшие опомниться, бросились на меня с новыми атаками. Я парировала удары, скользила между ними, каждый взмах клинка был точным и смертоносным. Кровь разбрызгивалась по мрамору, смешиваясь с моим собственным, но я не чувствовала ни усталости, ни боли — только холодное спокойствие и ярость.
Мы переместились в следующий зал — огромный, с высокими сводами и массивным троном в центре. Стражники сжимали оружие, готовясь к последнему броску, но я была готова. Уворачиваясь от их атак, я вдруг почувствовала, как что-то холодное и мягкое скользнуло в мою свободную руку. Взглянув вниз, я увидела кроваво-красный цветок — его бархатистые лепестки казались живыми, пульсирующими в моих пальцах.
Я замерла на мгновение, осознавая, что это именно та вещь, которую схватила чуть ранее, почти не замечая. Внезапно меня охватило странное ощущение. Сердце забилось быстрее, дыхание стало прерывистым, а вокруг всё словно замедлилось.
_______
• Мой Telegram-канал: Mori-Mamoka||Автор, или ссылка в профиле в информации «Обо мне».
• Люди добрые, оставьте мне, пожалуйста, нормальный комментарий, мне будет очень приятно. Без спама!
• Донат на номер: Сбербанк – +79529407120