19
День выдался на удивление холодным,несмотря на ясное,почти безоблачное небо и солнце,которое светило так ярко,что больно было смотреть.Оно освещало мраморные памятники и темные одежды собравшихся,подчеркивая нелепость и жестокость происходящего: как может быть так холодно,когда светит такое солнце?
В тихом,прозрачном воздухе кладбища троекратно прогремели ружейные залпы,эхом отозвавшись в сердцах всех присутствующих.Казалось,сама земля содрогается от этой прощальной почести.Здесь собрались все - от рядовых оперативников до генерала,все,кто служил рядом с ним,и те немногие,кого он пустил в свою жизнь.
Лина,ее хрупкое тело сломлено горем,вся уткнулась в грудь Миши.Ее плечи судорожно вздрагивали,а сдавленные рыдания,казалось,разрывают ее изнутри.Миша крепко,почти до боли,обнимал ее,сам не в силах сдержать накатывающие слезы.Он тихо покачивался из стороны в сторону, )пытаясь укачать ее боль,как укачивают ребенка.Нугзар стал для него не просто другом.Он заменил погибшего старшего брата,стал той скалой,на которую можно было опереться.А после того случая,когда Херейд буквально вытащил его с того света из-под пуль,их связь стала нерушимой.Они могли часами говорить о пустяках,и в этих пустяках была вся суть жизни.
Рядом,не отпуская руки,Даня придерживал Наташу.Он знал ее состояние.Он видел,как ее взгляд прикован к зияющей яме в земле,и боялся,что в любой момент в ней не останется сил бороться с желанием броситься туда,вслед за ним.Ломбарди держал ее,чтобы она не совершила последней,отчаянной ошибки
Эд:Бедная семья...
Голос Михаила Юрьевича,обычно такой твердый и командный,теперь дрожал,срываясь на низких нотах.
М.Ю:Этот день... он наступил так рано.Слишком рано.День,когда мы потеряли не просто коллегу.Мы потеряли друга.Человека,который погиб как настоящий герой,задерживая особо опасного нелюдя и закрывая собой девушку.За все мои годы службы я еще не встречал человека,настолько... бесстрашного.Или того,кто так искусно умел прятать свой страх,что его принимали за отвагу.Решением министерства внутренних дел,Нугзар Андреевич Гибадуллин посмертно объявлен героем нашего города.Его имя... его имя отныне будет знать каждый.Мы будем помнить.
Он замолкнул,и в тишине был слышен лишь ветер и чьи-то сдавленные всхлипы.
М.Ю:Прости нас всех,Нугзар... Прости,что не уберегли.
Мужчина,сверкая золотыми погонами, опустился на одно колено и положил на свежую,влажную землю свою фуражку.Через минуту,с трудом поднявшись,он отдал честь.Рядом щелкнули каблуки - все оперативники,как один,замерли в последнем,прощальном салюте.И снова грянули залпы,пронзительные и окончательные,врезаясь в память навсегда.
Отдел,в который он входил с таким привычным угрюмым видом,теперь будто вымер.Воздух был густым и тяжелым,пропитанным тишиной и невысказанной болью.Все ходили хмурые,избегая взглядод.Слова застревали в горле.Наташа,бледная,едва находила в себе силы односложно отвечать на вопросы Дани,который и сам был разбит.Вина и горечь съедали его изнутри.
Нат:Корби сказал...что Нугз был с Ксюшей...
Хда:С Ксюшей? У Ксюши муж и двое детей.Нугзар на работе всегда держал дистанцию.Строгую,железную.Он ни к кому не подпускал близко.Даже друзей,кроме нас,у него не было.Он... он был один.
Он тяжело поднялся,подошел к тумбочке Нугзара,заставленной папками,и достал оттуда простой белый конверт.Рука Ломбарди дрогнула.
Хда:Он просил передать.Если... если сам уже не сможет.
Девушка дрожащей рукой взяла конверт.Бумага казалась обжигающе холодной.Внутри лежал сложенный листок.Ее взгляд поплыл.Буквы сливались,но она заставила себя читать.
" Я обязательно умру.Сам или от рук преступника - это уже не важно.Не ищите причин.Я просто выгорел.Дотла.Все вокруг,вся эта беготня,вся эта ложь чертовски надоели.Я не помню уже,когда в последний раз смеялся.По-настоящему.Может,три года назад.
Все те же три года... Я ненавижу ее за те слова и изо всех сил стараюсь забыть,но,сука,до бешенства,до боли в груди люблю.И оттого злюсь еще сильнее,что позволил себе влюбиться.Что оказался таким слабым.
Правильно отец говорил,что люди любят тех,кто приносит им боль.Только боль и делает чувства настоящими.А все остальное - мишура.
Я уже не хочу ничего доказывать.Ни ей,ни кому бы то ни было.Моя жизнь не теорема,чтобы ее доказывать.Будто меня когда-либо слушали.Сколько нервов ни потрать,сколько слов ни выскажи,она все равно будет на стороне ебанного Корби.Но однажды жизнь так разъебет об асфальт,что будешь молить о пощаде.Что,собственно говоря,и случилось со мной.
Я остался один.Совсем один.Все девушки теперь отталкивают.Моя мечта... моя глупая,детская мечта завести семью,похоже,никогда не сбудется.Я уже не верю в любовь.Ее просто нет.Каждый только делает вид,что любит.Вокруг одни измены.Зачем? Неужели минутная слабость,сиюминутное желание стоят того,чтобы в душе потом была вечная,зияющая пустота?
Взрослые самые глупые создания на этой планете.Они вечно ноют о том,как им тяжело жить,хоть и сами,своими же руками,день за днем роют себе эту могилу.
Раньше... раньше даже солнце светило как-то ярче,и люди любили иначе - чище,сильнее.А теперь этот мир насквозь прогнил.И я вместе с ним.
Прочитала бы это одна персона.Первое,что она скажет: "Опять этот нытик взялся за свое".Пусть считает так.Мне плевать.Мои чувства... они где-то далеко,очень глубоко спрятаны,и до них уже не достать.Я стал мертвым рассветом.Тьмой,которая наступает после того,как все уже кончилось.»
Одинокая,горькая слеза упала на бумагу,размывая чернила,оставляя после себя мокрый,прозрачный шрам.Словно его боль,материализовавшаяся в словах,теперь прожигала и ее душу.
Вот как можно за один вечер,несколькими фразами,убить не тело,а душу человека.Оставить лишь внешнюю оболочку,которая ходит,дышит, говорит,но внутри которой пепел.
Даня молча протянул ей стакан воды.Она взяла его и сделала пару мелких,судорожных глотков.Ком в горле не проходил,а лишь сжимался туже.Легче не стало.Казалось,уже никогда не станет.
Хда:Пока ты умеешь чувствовать чужую боль,ты остаешься человеком.Это... это его фраза.Он так говорил,когда видел,что кто-то из нас ожесточился