2 часть. 54 глава
2 часть. 54 глава.
Темнота. Я медленно открываю свои веки и вокруг себя вижу одну тьму, вся комната заполнена ею.Я встаю с операционного стола и вижу на себе одну белую сорочку. Почему я не чувствую холода? Тепла? Ничего... пустота. Я пытаюсь хоть что-то разглядеть, но всё заканчивается неудачей. Я смотрю на стол, на котором меня резали и закрываю рот руками. Моё несчастное тело лежит и не может пошевелится. Будто душа отделилась от своего тела.
-Мама. - человеческий силуэт возник из ниоткуда. Передо мной стояла маленькая девочка, лет семи - восьми, волосы были завязаны в маленький хвостик, а на ней самой было надето коротенькое белое платьице, но ножках были такого самого цвета носочки и босоножки. Глазки были карие, по её щеке стала течь хрустальная слезинка, которая в скором времени упала на пол. - За что ты так со мной?
-Я не понимаю тебя. Кто ты? Что тебе от меня нужно? Ты, наверное, маму потеряла? Давай я помогу тебе её найти? - я не понимала это малышку, будто она на китайском говорила. Может, она меня с кем-то перепутала? Но разве можно перепутать родную мать с чужой? Я захотела взять её за руку, но она оттолкнула меня и ещё сильнее зарыдала.
-Мамочка, ты разве меня не узнаешь? - я отрицательно помахала головой и посмотрела на своё безжизненное тело, кровь я заметила в области живота. Не хочет ли она сказать, что эта девочка моя дочь?
-Малышка, а где мы сейчас находимся? - я присела перед ней на корточки и вытерла её слезки.
- Есть мир живых и мир мёртвых, мы посредине. - эта девочка знала гораздо больше, чем я сама, поэтому мне необходимо было всё у неё разузнать.
-Что? Я умерла? - у меня дух перехватило от этих слов. Как умерла? Мне ещё рано туда, мне только восемнадцать. Я ещё не вынесла Никите все мозги, не забрала у Тёмы его любимую кепку, не съела шашлык, приготовленный шеф - поваром Анатолием Цоем, не пробовала вместе с Владом съесть весь лимон за раз.
Нет, нет и ещё раз нет.
-Нет, ты пока не умерла, но можешь. - малышка подошла к моему телу и взяла меня за руку, её касание я почувствовала на себе. - Из - за того, что ты захотела убить меня, у тебя началась кровотечение и врачи пытаются нас спасти. - я смотрела на свою девочку и поняла, какую ошибку совершила, когда легла на операционный стол. Я идиотка. Никита ведь меня предупреждал, но нет, мне нужно показать свою гордость. Сейчас моя жизнь висит на волоске и это всё из - за моей глупости. - За что?
-Что «За что»? -не поняла я и посмотрела на неё. Как она как быстро перемешается? Сейчас она сидела на тумбочке и смотрела на меня.
-За что ты хотела меня убить? Что я тебе такого сделала? - по правде сказать, я не знала, что ей ответить. А же ей не скажу, что в столь раннем возрасте не захотела рожать второго ребёнка.
-Солнышко моё, прости меня, пожалуйста. - я кинулась обнимать малышку, а она в ответ обняла меня. - Зайка, ты меня прощаешь? - она кивнула и обняла меня за плечи. Какая же она красивая. Моя девочка.
-Мамочка? - я посмотрела на свои руки и увидела, что я начинаю медленно исчезать. Меня будто засасывает снова в своё тело. Я даже не успела с ней попрощаться и сказать, что всё будет хорошо.
***
-Разряд! - скомандовал врач. - Вы позвонили её мужу? - спросил доктор и посмотрел на красивенькую, молодую медсестру. Она опустила глаза в пол и не знала, как сказать ему, что она просто забыла. - Быстро позвоните ему. Он должен знать, что его супруга борется за жизнь!
Девушка убежала, цокая каблуками. Через секунду в операционной и след её простыл, остался лишь запах её дорогих духов.
-Эх, милочка, зачем же вы так? Могли родить и оставить ребёнка в роддоме, зачем же сразу аборт? - спросила доктор и посмотрел на окровавленный скальпель. Он хотел отговорить эту глупышку от ошибки, только Миша не захотела его слушать.
-И что теперь? - спросил помощник, кладя инструменты на столик.
-Мы сделали всё, что смогли, теперь всё зависит только от неё. - тяжело вздохнул мужчина и вышел.
В комнате пиликали аппараты, капельница стояла возле девушки и игла была всунула в вене. За эти два часа её жизнь перевернулась с ног на голову. Никита, вместе с парнями вбежал в больницу, ему предлагали взять халат и бахилы, только он их послал.
-Где она?! - кричал Киоссе и чуть ли не бросится на врача с кулаками. - Почему мне сразу не сообщили об этом?! Я её муж, и я первый должен узнавать, что она собирается делать! Я повторю свой вопрос: почему меня никто не проинформировал?
-Простите, Никита Вячеславович, просто ваша жена сказала, что не хочет, чтобы бы знали об аборте. Это её решение и мы не имели право её отговаривать. Это её выбор и она его сделала. - оправдался доктор. В руках он держал документы в синей папки, руки тряслись, как у алкоголика.
-Что с ней? - потёр переносицу Никиту и закрыл глаза. Он ведь её предупреждал, но она как всегда поступает по своему. Идиотка.
-Во время операции у неё началось кровотечение, остановить его мы сумели, только она потеряла много крови. Теперь всё зависит только от неё, захочет она жить или нет. - нервно сказал доктор посмотрел на анализы своей пациентки.
-Я могу к ней зайти?
-Да, только не надолго.
Парни похлопали своего друга по плечу и впустили в палату. Страшно было идти, но он должен был это сделать.
Его любимая лежала на кровати с закрытыми глазами. Небольшие синяки были под глазами, кислородная маска была на её лице. В вене была иголка. Он сел возле неё и взял её за руку. Нежно прикоснулся губами к её рукам и прошептал:
-Ну почему ты у меня такая глупенькая? Я же сказал тебе, этого не делать, но тебе как всегда нужно выпендриться. Вот ты поправишься, а ты обязательно поправишься, и я тебя выпорю, что сидеть год не сможешь, вот это я тебе обещаю! - он перевёл взгляд на аппарат, где было видно её сердцебиение. - Я тебя никуда не отпущу. - он снял маску и прикоснулся своими губами к её. - пульс участился. Девушка начинала дёргаться и Никита позвал врача. Спустя пять минут, её окружили и стояли в ожидании «чуда». Доктор скрестил руки на груди и смотрел на Мишу. Девушка не заставила себя долго ждать и первым увидела Никиту, он держал её за руку и гладил по голове.
-Что с моим ребёнком? - каждое слово давалось ей с трудом, но она смогла. Затянулась пауза...