20
Утро началось непривычно тихо. Обычно Тёма первым просыпался и шумел по квартире: стучал игрушками, звал маму, придумывал свои детские истории. Но сегодня Каролина открыла глаза и заметила, что сын всё ещё лежит рядом, свернувшись калачиком, и как будто не спешит вставать. Его щёки были красноватыми, носик блестел, а дыхание казалось чуть тяжелее.
— Тём, солнышко, — Каролина погладила его по волосам, — чего ты такой тихий?
Мальчик приоткрыл глаза и жалобно шмыгнул носом.
— Мам, я устал… — прошептал он и снова уткнулся в подушку.
Сердце Каролины сжалось. Она наклонилась, коснулась губами его лба и почувствовала лёгкий жар.
— Ох… — она выдохнула, вставая с кровати. — Похоже, мы простыли.
Гриша уже был на кухне — слышался звон посуды. Он готовил завтрак, что стало их новой привычкой: Каролина занималась Темой по утрам, а он брал на себя чай, тосты, иногда даже кашу. Услышав шаги, он выглянул из-за угла.
— Доброе… — начал он, но заметил её тревожное лицо. — Что-то не так?
— У Тёмы температура, — тихо ответила Каролина. — Небольшая, но он вялый… Я волнуюсь.
Гриша сразу подошёл, обнял её за плечи.
— Давай без паники. Сейчас возьмём градусник, проверим. Простуда — дело обычное.
Через несколько минут Тёма сидел на диване, укутанный в плед, и с недовольным видом держал под мышкой градусник. Когда прибор пискнул, Каролина вытащила его и нахмурилась: 37,5.
— Не страшно, — спокойно сказал Гриша, беря градусник у неё из рук. — Небольшая температура. Я сейчас сделаю чай с мёдом. А ты — садись рядом, не накручивай себя.
Каролина кивнула, но тревога всё равно сидела в груди. Она устроилась рядом с сыном, обняла его. Тёма положил голову ей на колени и тихо сказал:
— Мам, я не пойду гулять сегодня?
— Нет, малыш, — улыбнулась она, — сегодня мы будем сидеть дома, пить чай и смотреть мультики.
Гриша вернулся с подносом: кружки, тарелка с тостами, маленькая мисочка с малиновым вареньем. Он поставил всё на столик перед диваном, словно заботливый официант.
— Вот, лекарство номер один, — сказал он, наливая чай Каролине. — Лекарство номер два — варенье. А лекарство номер три — обнимашки.
Тёма чуть улыбнулся, хотя выглядел всё ещё усталым.
— А ты меня тоже обнимать будешь?
— Конечно, — Гриша сел рядом и осторожно приобнял мальчика поверх пледа. — Но только если разрешишь.
Тёма кивнул и прижался к нему. Каролина, глядя на эту картину, почувствовала, как внутри тает тревога. Её сын доверял Грише — это значило больше, чем слова.
---
День прошёл спокойно, хотя и непривычно. Вся квартира превратилась в маленький «больничный лагерь». На столе стояли кружки с чаем, рядом — салфетки и термометр. По телевизору крутились мультфильмы, иногда Тёма смеялся, иногда дремал прямо на диване.
Каролина то и дело проверяла его лоб, поправляла одеяло, предлагала поесть. Но Гриша однажды мягко остановил её:
— Каро, дай ему чуть-чуть пространства. Он не сломается, обещаю. Хочешь — я сам прослежу, а ты хотя бы сядь спокойно.
Она хотела возразить, но потом заметила, как Тёма уверенно держит его за руку. И впервые за долгое время позволила себе расслабиться: села рядом, положила голову на спинку дивана и просто смотрела на них двоих.
Через час Гриша поднялся и сказал:
— Я приготовлю лёгкий суп. Ребёнку нужен горячий обед.
Каролина удивлённо моргнула.
— Ты умеешь готовить суп?
— Ну… не ресторанный уровень, но куриный с лапшой я осилю, — усмехнулся он. — Мама учила.
Он ушёл на кухню, и вскоре по квартире распространился запах бульона и зелени. Тёма, услышав, оживился:
— Мам, пахнет вкусно.
— Это Гриша старается, — улыбнулась Каролина. — Видишь, какие у нас заботливые мужчины?
Тёма гордо поднял голову.
— Мы с Гришей команда.
Эти слова так сильно тронули её, что она едва сдержала слёзы.
---
Вечером температура почти спала, Тёма выглядел бодрее. Он сидел между ними, укутанный в плед, и ел ложкой тот самый суп. Гриша терпеливо дул на каждую ложку, проверяя, не слишком ли горячо.
— Вкусно, — сказал Тёма и кивнул. — Гриша, ты умеешь готовить, как бабушка.
— Ну, это лучший комплимент, — рассмеялся тот. — Спасибо, командир.
После ужина мальчик немного поиграл в машинки, но быстро устал. Его глаза слипались, и вскоре он сам попросил:
— Мам, я хочу спать.
Каролина уложила его в кровать, поцеловала в макушку. Гриша тоже заглянул, пожелал спокойной ночи, и Тёма сонно прошептал:
— А завтра я уже буду здоров. И мы снова все вместе.
Когда дверь тихо закрылась, Каролина и Гриша остались на кухне. В доме было тихо, только за окном шелестел ветер.
— Я каждый раз ужасно паникую, когда он болеет, — призналась Каролина, обхватив кружку с остывающим чаем. — Даже если это просто насморк.
— Это нормально, — ответил Гриша. — Ты мама. Ты должна волноваться. Но знаешь, ты не одна. Теперь я рядом.
Она посмотрела на него, и сердце её дрогнуло.
— Ты сегодня так помог… Спасибо.
— Я просто делал то, что должен, — мягко сказал он. — И, если честно… мне понравилось. Заботиться о вас.
Они сидели молча, пока тишина не наполнила кухню особым теплом. Каролина поймала себя на мысли, что это и есть счастье: трое в одной квартире, простуда, плед, суп — и чувство, что рядом есть человек, на которого можно положиться.
---
На следующий день Тёма действительно выглядел лучше. Нос ещё красный, голос немного гнусавый, но он уже носился по комнате и требовал новые игры.
— Видишь? — сказал Гриша, глядя на Каролину. — Командир снова в строю.
Она улыбнулась и обняла обоих.
— Главное — мы справились вместе.
---
Напишите мнение как вам я не понимаю я считаю это кринжом и скорее всего я не закончю истори т к фиг знает как её заканчивать