14
Неделя пролетела быстро. Москва шумела, кипела, а у Каролины всё больше появлялось дел и обязанностей. Она удивлялась, как быстро втянулась в работу у Гриши: сначала боялась каждого звонка, путалась в бумагах, а теперь уже уверенно отвечала клиентам и даже предлагала свои решения.
Но вместе с этим в её жизни стало меньше времени на самое главное — на Тёму.
Утро начиналось одинаково: завтрак, сборы, торопливые поцелуи и обещания.
— Мамочка, а ты когда вернёшься? — спрашивал Тёма, глядя на неё своими большими глазами.
— Вечером, мой хороший. Я буду, как только смогу.
— А быстро-быстро?
— Быстро-быстро, — улыбалась она, хотя знала, что задержится.
Тёма кивал, но не понимал, почему мама снова убегает.
---
Вечером, возвращаясь домой, Каролина каждый раз ловила себя на мысли: он ждёт. И действительно — едва она открывала дверь, как Тёма бросался к ней, обнимал за ноги и радостно говорил:
— Мамочка пришла! Я соскучился!
Но радость длилась недолго. Он начинал говорить без остановки:
— Мы рисовали машинку! А потом я ел кашу! А тётя Света читала сказку! Мам, смотри! — и тянул её за руку к своим игрушкам.
Каролина садилась рядом, стараясь слушать, но глаза её иногда скользили на телефон — вдруг Гриша написал что-то по работе. И Тёма это замечал.
— Мамочка, не смотри туда, смотри сюда! — говорил он с обидой, прикрывая её экран своей ладошкой.
Она вздыхала, убирала телефон и обнимала его крепче.
---
Однажды вечером, когда Каролина снова задержалась, Тёма устроил настоящую истерику.
— Я не хочу, чтобы ты уходила! — закричал он, разбрасывая игрушки по комнате.
— Тёмочка, ну ты же знаешь, мама должна работать…
— Нет! Ты всегда работаешь! — глаза у него наполнились слезами. — Я хочу, чтобы ты была только со мной!
Каролина опустилась на колени и прижала его к себе.
— Зайчик, я всегда с тобой. Просто иногда мне нужно уходить, чтобы у нас всё было хорошо.
— А дядя Гриша тебя забирает? — спросил он сквозь слёзы.
— Нет, малыш, он помогает маме.
— Я не люблю его, — упрямо сказал Тёма и отвернулся.
Эти слова больно кольнули Каролину. Она знала, что он говорит это не от ненависти, а от ревности.
---
На следующий день Гриша сам заехал за ними утром.
— Доброе утро, чемпион! — сказал он, подхватив Тёму на руки.
Но мальчик надув губы отвернулся.
— Я не чемпион. Я дома останусь.
— Что случилось? — удивился Гриша.
Каролина только покачала головой:
— У него вчера был трудный вечер. Ревнует.
Гриша присел на корточки и посмотрел прямо в глаза мальчику.
— Слушай, а я ведь тебя очень уважаю. Ты же главный мужчина у мамы.
Тёма чуть приподнял брови:
— Правда?
— Конечно. А я просто помощник. Без тебя у меня ничего бы не получилось.
Мальчик немного смягчился, но руку Грише всё равно не подал.
---
В тот же вечер Гриша предложил:
— Давай сделаем выходной. Поехали втроём куда-нибудь, без работы.
Каролина сначала сомневалась — дел было полно. Но когда увидела, как Тёма снова грустно сидит у окна, кивнула.
Они поехали в детский парк. Карусели, батуты, сладкая вата — глаза Тёмы сияли от счастья. Он бегал, смеялся, хватал то маму, то Гришу за руку.
— Мамочка, смотри, я лечу! — кричал он с качелей.
— Осторожно, зайка! — смеялась Каролина.
Гриша держал его за спину, чтобы не упал, и мальчик впервые не отстранился.
— Дядя Гриша, а можно ты будешь меня катать ещё? — спросил он, когда они спрыгнули с качели.
— Конечно, сколько захочешь.
Каролина смотрела на них и чувствовала, как внутри тает напряжение последних дней.
---
Вечером, возвращаясь домой, Тёма уснул прямо в машине. Его лицо было спокойным, губы слегка приоткрылись.
Гриша осторожно взял его на руки.
— Он лёгкий, — сказал он, глядя на Каролину. — И такой доверчивый.
Она смотрела, как он несёт её сына по лестнице, и сердце наполнилось странным теплом.
Когда они уложили мальчика в кровать, Каролина задержалась у двери.
— Спасибо, — прошептала она.
— За что?
— За то, что понимаешь. За то, что не обижаешься на его слова.
Гриша улыбнулся:
— Он ребёнок. Главное, что он любит тебя. Остальное приложится.
---
С того дня Каролина решила менять распорядок: меньше сидеть с телефоном, больше играть и читать сказки вместе с сыном. Работа была важна, но Тёма — важнее всего.
Однажды вечером он прижался к ней и тихо сказал:
— Мамочка, я тебя никому не отдам. Даже дяде Грише.
— И правильно, — улыбнулась она, целуя его волосы. — Ты мой самый главный мужчина.
В соседней комнате Гриша всё это слышал, но ничего не сказал. Только тихо усмехнулся: «Ну, маленький, твоё слово весомее моего».
---