41
/Чон Чонгук/
Лили...
Лалиса..
Земляника!
Наконец-то я вспомнил ее.
Я собирал губами слезы с нежного лица и готов был отдать все на свете, лишь бы Лили перестала плакать.
— Лили, мое сердце сейчас разорвется. Перестань, пожалуйста, — прошептал я, поглаживая бархатную кожу, зарываясь пальцами в её волосы.
Земляника вдруг прижалась ко мне, спрятала лицо на груди и обняла так сильно, словно боялась, что я исчезну.
— Чонгук, я так сильно переживала... так ждала, когда ты вспомнишь меня.
Я обнял худенькую хрупкую фигурку, вдохнул знакомый тонкий аромат, присущий Лили, от которого защемило сердце и закружилась голова, и замер, услышав очень знакомый голос:
— Что здесь происходит?
Сам лорд Рордан Чон, глава моего клана и строгий отец по совместительству, явился по наши души.
Я медленно поднял голову, досадуя на то, что мы не успели улететь. Отец смотрел привычным холодно-вопрошающим взглядом. Из-за его плеча выглядывал Хосок и по-дурацки ухмылялся.
— Мы упали, — ответил я, мысленно ругнувшись.
Нехотя, очень осторожно, оторвал от себя притихшую Лили, которая низко опустила голову, чтобы спрятать заплаканное лицо. Поднялся на ноги. Протянул руку Землянике, помог ей подняться и сразу спрятал за спину, огромным усилием воли подавив желание сжать её в объятиях.
— Упали? — сухо переспросил отец. — Чимин Манобан сейчас уверенно заявил, что ты собираешься обесчестить его сестру. Якобы с целью воспрепятствовать ей выйти замуж за другого лорда. Ты решил сделать это на глазах у всех?
Голос отца звучал холодно, с ноткой язвительности. Я хмуро уставился на него. Внутри разгоралось дикое желание кое-кому врезать по морде. Причем не откладывая. Жаль, что Чимин не вернулся.
Почувствовал, как Лалиса напряглась и прошептала что-то насчет того, что Чимин переходит все границы.
— Не будем о Чимине, сэр, — твердо заявил я. — Я разберусь с ним и его ложью. Немного позже. Что касается того, свидетелями чего вы стали, то объяснение здесь одно. Магия родового кольца Чонов неожиданно сбила меня с ног. И, — я сделал паузу, — вернула воспоминания.
— Демоны Бездны! — радостно воскликнул Хосок. — Хорошая новость!
— Поздравляю, — сдержанно произнес отец, но в темных глазах мелькнуло облегчение.
— Вы знали, что наши фамильные кольца созданы из звездчатого сапфира?
— Вы видели ... магическую звезду? — глухо прошептал побледневший отец, у Хосока же от удивления вытянулось лицо.
— Лалиса видела. Я лишь краем глаза заметил сияние.
Потому что, когда нужно было посмотреть на звезду, я любовался Лили.
Прекрасное лицо с янтарными глазами, в темных зрачках которых отражались магические звезды, заворажило меня. И я даже не взглянул на кольца.
— Мисс, это правда? — севшим от волнения голосом проговорил отец, заглядывая за мое плечо. Мы с Хосоком переглянулись.
— Да, сэр.
Лили вышла из-за моей спины, присела в книксене. Еле удержался, чтобы не спрятать её обратно. Даже дернулся инстинктивно. Скосил взгляд на нежный профиль, на колечки темных волос у маленького ушка и с ликованием подумал: «Это случилось. Земляника любит меня. Любит!»
— На что была похожа звезда? — продолжил допрос отец.
— На снежинку, сэр. Я читала о магической звезде подобных артефактов в пансионе леди Престон. Эта звезда выглядела точно так, как было описано в учебнике. Сначала появился луч, затем три линии, которые пересекались...
Дальше Лили с подробностями описала то, что увидела. После ее рассказа темные глаза отца вспыхнули таким ярким огнем восторга, что я поразился. И, наконец, протрезвел после признания Лили и обретения воспоминаний.
Я встретил потрясенный взгляд отца, ошеломленный — брата и все понял.
— Невероятно, — пробормотал Хосок и облизнул пересохшие бледные губы. — А вы уже смотрели на... свои запястья?
— Лили, дай мне свою руку.
Я не узнал свой голос. Низкий, глухой, вибрирующий от еле сдерживаемых эмоций. В глазах Земляники вспыхнули удивление и настороженность. Она протянула руку и замерла.
— Прошло уже столько лет, — буркнул я. — Правда, думаете, что это возможно?
Очень медленно я поднял рукав платья Лили. Тонкое изящное запястье оказалось чистым. Его украшали лишь ниточки редких венок.
Значит, и мое тоже чистое.
Вздох разочарования я не смог сдержать. Как и Хосок.
— Не та рука, — сдавленно произнес отец. — Чонгук, нужно смотреть на левой. Той, что рядом с сердцем.
Лили сама оттянула рукав, открыла левое запястье. И изумленно застыла. Ее губы приоткрылись от потрясения. Я же смотрел. Видел. И все же не верил. Ведь прошло больше ста пятидесяти лет...
«Магия простила. Наконец», — услышал вздох Гнева. Ошеломленный и счастливый.
Поднял свой рукав и тоже увидел Её — брачную метку истинной пары. Звезду, похожую на снежинку, а в центре — татуировка в виде дракона со склоненной головой. Очень маленькая, но невероятно четкая.
На запястье Лили красовалась точно такая же брачная метка.
— Это то, что я думаю? — прошептала Лалиса.
— Это? — переспросил отец и поднял на Лили взгляд. — Это свидетельство того, что Магия мира не только простила драконов, но и дала им второй шанс. На полноценную жизнь.
— Теперь Чонгук — глава клана Черных драконов? — сдержанно проронил Хосок. — С ума сойти. Мелкий обскакал старших братьев.
— Что за чушь? — Я в изумлении уставился на Хосока.
— Главой клана должен быть самый сильный дракон, — спокойно отозвался отец. — На сегодняшний день среди черных драконов магией, зверем и брачной меткой истинной пары обладаешь только ты, Чонгук. Достойных соперников среди нас для тебя нет.
— Но... — Я, действительно, растерялся. Осекся.
— Твой брат прав. Это не обсуждается, сын. Тем более, ты стал совершеннолетним. Я, естественно, помогу во всем.
Отец перевел взгляд на изумленную не менее меня Лалису.
— Кто бы мог подумать, что все так обернется, когда несколько лет назад я получил письмо императора, — задумчиво усмехнулся он и покачал головой. — Миральд Мэлвис оказался мудрым правителем. Он верил в то, что именно человеческая девушка вернет драконам то, что у них забрали в наказание за притеснение и унижение людей.
«Мама верила в мудрость императора», — подумал я, а благодарность и нежность к ней мгновенно затопили меня.
— Признаюсь вам, мисс Лалиса, — продолжил говорить отец. — Лишь недавно я осознал, что Магия Мира совершила достойный выбор для моего младшего сына. Я искренне рад, что осознание этого случилось несколько недель назад, когда вы присоединились к дипломатической делегации. Полагаю, что для свершения последнего чуда Магии понадобилось больше обстоятельств и событий, чем просто ваше смелое искреннее сердце и чувства моего сына.
— Я счастлива, что все так обернулось, — просто отозвалась Лалиса.
— А теперь, если вы не против, мы с Лили хотели бы немного полетать, — твердо проговорил я, ладошка Лалисы уже была мной захвачена. — Вернемся к праздничному ужину.
Я обошел отца и Хосока, потянул за собой Землянику. Для оборота необходимо отойти подальше.
— Чонгук, я читала, что раньше драконы не посещали храмы. Поскольку для вас достаточно лишь брачной метки, — взволнованно прошептала Лили.
— Для драконов ты давно моя пара. Что бы не случилось. Для людей же необходимо совершить обряд в храме и произнести клятвы Пресветлой. Для нас ваши обычаи тоже стали частью жизни. Поэтому мы обязательно совершим его, Лили.
Я остановился. Развернулся. Отец, Хосок и кое-кто из садовой прислуги с огромным интересом наблюдали за нами.
— Готова? — Я взглянул на пару.
Попросил Гнева совершить оборот неспешно. Причиной данной просьбы послужил взволнованно-восторженный взгляд Лалисы.
Чешуя медленно покрывала лицо, переходила на шею, растекалась по телу под человеческой одеждой. Кровь превращалась в кипяток, черты лица искажались, постепенно напоминая звериные. Фигура трансформировалась — бугрилась, раздавалась, увеличивалась в размере.
Земляника завороженно с восхищением наблюдала за процессом трансформации, когда издалека раздался озадаченный голос отца:
— Чонгук, похоже, ты не учел тот момент, что при медленном обороте рвется человеческая одежда. Как ты думаешь, почему оборот драконов практически всегда мгновенный? Завершай представление.
Я замер от конфуза. Рассмеялся. Лили тоже фыркнула, тут же зажмурила веки, розовея.
«Открывай глаза. Земляника. Представление завершено», — вздохнул я.
Лалису не нужно было уговаривать. Она тут же распахнула любопытные глаза. С восхищением и легким страхом уставилась на моего зверя. Гнев склонил перед ней рогатую голову.
«Летим?»
«Летим».
Дракон лег, прижался широкой грудью к земле, заняв почти всю свободную площадку. Медленно, красуясь, расправил огромное кожистое крыло, предлагая Лили по нему забраться.
Земляника оглянулась. Отец с Хосоком тут же с пониманием отвернулись, приказали отвернуться слугам, которые с ужасом и восторгом рассматривали Гнева.
Когда Лили убедилась, что никто не наблюдает за ней, то подобрала пышные юбки платья и довольно неуклюже стала карабкаться на спину с гребнем. При этом она тихо посмеивалась и бурчала: «Чонгук, наверное, я ужасно глупо выгляжу?»
«Не глупо, но в следующий раз нужно надеть штаны», — усмехнулся я.
— Какой же ты! — с восхищением пробормотала Лили, устраиваясь на широкой теплой спине зверя.
«Большой?» — тут же уточнил Гнев.
«Невероятно большой», — хмыкнула Лили.
«Роскошный?»
«Без сомнений».
«Потрясающий?»
«Гнев! Не наглей!» — хихикнула моя пара.
Гнев фыркнул.
«Теперь кольцо», — напомнил я.
«Что с ним делать?»
«Просто подумай. О нем. Дальше магия. Сама», — отозвался Гнев.
Как только магия фамильного кольца выполнила защитную функцию, дракон оттолкнулся сильными лапами от земли и взлетел. Аккуратно и плавно. Лили не сдержала испуганно-восторженного писка, намертво вцепившись в гребень.
Гнев издал довольный рев, видимо, для пущего эффекта и совершил медленный круг над Северо-Восточной крепостью, привлекая к нам внимание обитателей. На втором круге спустился ниже, чтобы те, кто находился во дворе крепости, смог рассмотреть Лалису. Зевак собралось немало и, похоже, все онемели от изумления и восторга. Но кое-кто — от страха за молодую госпожу.
«Отец будет вне себя от ярости, когда ему об этом сообщат, — тяжело вздохнула Лили. — И Юнги тоже. Но полет на Гневе стоит того, чтобы пережить и гнев нашего коменданта, и все, что угодно. Это невероятно!»
Вскоре я почувствовал, что Земляника, действительно, откинула прочь все тревожные мысли и стала получать удовольствие от того, что сейчас происходило с ней. С нами обоими.
***
В то время, когда приручал Гнева, я очень хорошо изучил окрестности. Поэтому после часового полета велел зверю приземлиться у небольшого лесного озера. Это место показалось мне самым романтичным для признания, которое распирало меня.
Лили со смехом закрутила вокруг ног юбки, скатилась с драконьего крыла и отошла в сторону. Когда она обернулась, я уже стоял перед ней в человеческом облике.
Понимал, что вновь жадно рассматриваю её, что выгляжу со стороны, как дикарь, но сдерживать себя не мог. И не хотел. Я безумно соскучился.
Ее сердечко забилось быстро-быстро, глаза широко распахнулись, затягивая меня в свой тягучий золотистый омут, а губы она стала взволнованно кусать, как маленькая девочка.
Тонкая, хрупкая, она едва доставала мне до плеча, и ей приходилось хорошенько задирать голову, чтобы смотреть в мои глаза. Обнял ладонями нежное лицо, осознавая, что не могу налюбоваться на него, погладил пальцами бархатную кожу. Непередаваемое выражение волшебных глаз тронуло до дрожи в груди, потрясающие эмоции отозвались не менее сильными.
— Я очень сильно люблю тебя, Земляника, — наконец прошептал те слова, что жгли мое сердце уже много лет. — Больше жизни. Веришь?
Лили кивнула, не в силах говорить. Я притянул её к себе, прошептал в розовые губы:
— Все еще с трудом верю, что могу вот так запросто обнимать тебя, покрывать поцелуями твое милое лицо, говорить о своих чувствах. А ты...
— А я безумно счастлива, — прошептала Земляника, закрывая глаза и подставляя лицо под мои поцелуи.
— Люблю тебя.
— А я — тебя.
— Ты невероятная. Самая прекрасная девушка Ритании. Самая...
— Чон Чонгук, кто бы мог подумать, что ты станешь таким...
— Каким?
— Болтливым.
Я замер, в изумлении уставился на смеющуюся нахалку. Я ей тут в чувствах признаюсь. А она...
— Лили, похоже, ты приходишь в себя после всех потрясений? Твоя язвительность возвращается?
— Похоже на то, Чон Чонгук, — рассмеялась Лили, ловко выскальзывая из моих объятий и отбегая. — Думаешь, я забыла, как ты обманывал меня с луком? Или как отправил в пансион леди Престон? К тебе вернулась память. Это хорошо. Но и с моей памятью все в порядке.
Земляника снова рассмеялась, подняла юбки и побежала. Стройные белые ноги мелькали сквозь высокую траву, унося от меня прочь истинную пару.
Открыл портал и вышел прямо перед Лили, которая со смехом упала в мои объятия. Подхватил её на руки и закружил.
— Скучно нам точно не будет! — усмехнулся.
Лили обнимала меня за шею, хохотала, а в глубине янтарных глазах плескалось столько счастья, что мое сердце совершало немыслимые кульбиты.
— Чонгук, разве с тобой может быть скучно? — смеялась моя любимая. — Ты то дракона обретаешь, то исчезаешь в другой империи, то вдруг находишь новую истинную или в восемнадцать лет становишься главой клана.
— Больше всего я хочу стать главой нашей маленькой семьи, — подмигнул я.
— Почему это маленькой? — тут же возмутилась Лили, притянув мою голову ближе. — У нас будет большая семья! Столько детей, сколько поместится на спине Гнева, чтобы он мог катать нас всех вместе!
Гнев фыркнул. То ли возмущенно, то ли восхищенно. Я же усмехнулся:
— Я не против, Лили. Но пока наша семья будет маленькой. Несколько лет.
— Почему?
— Потому что, — ответил по-моему очень содержательно и заставил насмешницу замолчать тем способом, которым теперь мог всегда воспользоваться. Похоже, Лалису он тоже устраивал.
Подумал, что хочу много детей. Но моей Землянике нужно для этого повзрослеть. Ведь она пока просто смешливая восемнадцатилетняя девчонка.
Хотя и самая смелая девчонка.
Ещё умная.
Невероятно открытая.
Прекрасная.
Восхитительная...
И пока я собирался единолично обладать своим невероятным сокровищем.
«Наша», — кое-кто тут же напомнил.