Глава 35
Этот невидимый канат... будь я проклят, если это не та самая связь между истинными, о которой рассуждали ученые и о которой писали в легендах. Та самая, которая появляется после первой «близости», как секс целомудренно называли ученые и стихоплеты. Почему раньше ничего не было? Почему появилось сейчас? Ладно. Об этом стоит подумать чуть позже. А сейчас сосредоточиться на том, чтобы ее не прибить. Впрочем, нет истинной — нет проблем.
Опустив взгляд, я увидел, что из-под длинного левого рукава блузы Дженни видны повязки.
Она перевязала метку! Спрятала ее!
Убью. Чего бы мне это ни стоило — убью.
Не припомню, чтобы кто-то раздражал меня сильнее.
Чем она.
Я ее почти ненавижу.
Больше всего на свете хотелось запереть Дженни где-то... подальше от всех. Спрятать, как... сокровище.
Проклятие.
Все же в порядке было, когда она была в моем особняке!
Зачем ей понадобилось сбегать⁈
— Хорошо, — медленно произнес я. — Ты можешь со мной никуда не ходить.
Плечи Дженни под тонкой тканью слегка расслабились. Она вздернула подбородок.
— Отлично. Тогда я прошу вас покинуть этот магазин.
— Нет.
— Что — нет?
— Нет, я не буду его покидать. Как написано в этой бумажке, — я потряс перед лицом Дженни пергаментом с витиеватыми пояснениями законника, — У меня есть свобода воли. Так что я, пожалуй, останусь. Ты мне кое-что задолжала, Дженни.
Дженни побледнела. Я наклонил голову.
Чимин захрустел семечками.
Его тоже убью.
Когда у него закончатся семечки⁈
— Если... — Ее голос дрогнул, а щеки вдруг покраснели. А это еще что? — Если вы о двадцати монетах, статуэтке, часах и золотом канделябре, то...
Она замялась, и у меня глаза на лоб полезли. Она стащила у меня статуэтку и канделябр? Зачем? Смутно я вспомнил, что, еще будучи в особняке, Дженни просила у меня деньги. Но она хотела такую мелочь, что у меня тут же это вылетело из головы. Попросила бы больше, зачем воровать, мать его, канделябр⁈ И... так вот, куда подевалась статуэтка Богини... Древняя и бесценная реликвия рода Кима, между прочим. Стоит целое состояние. Интересно, Дженни загнала ее в ломбарде?.. Эта мысль меня позабавила. Еще один повод для дражайшего приемного отца перевернуться в гробу.
— То мне крайне жаль, — закончила Дженни. — Вы можете выставить мне счет, я погашу его, как только обзаведусь необходимыми средствами.
Убью.
Прямо сейчас.
— Ты в самом деле думаешь, что меня волнуют те безделушки, которые ты украла? Ты издеваешься⁈
Дракон внутри срочно требовал отдать Дженни еще и еще — еще больше сокровищ, вообще все ценное, что у меня есть.
Я ненавидел это проснувшееся внезапно желание и только сильнее из-за него злился.
— Опустим то, что ты украла. А Хисина ты зачем подговорила сбежать? — с трудом сохраняя самообладание, спросил я. — Ты можешь идти куда угодно — но он должен вернуться в школу.
— Нет, — раздался за моей спиной тихий голос.
Я обернулся.
Хисин, который до этого, видимо, подглядывал в щель между дверью и косяком, просочился внутрь. Я снова лихорадочно ощупал его глазами. Выглядит здоровым, на щеках — румянец, одежда простая, но чистая.
Как он здесь оказался?
— Хисин, где Вону? — тревожно спросила Дженни.
— Дома.
Дома? Они живут вместе? И кто такой этот Вону?
Я оглянулся на Чимина, но тот выглядел таким же сбитым с толку, как и я.
Хисин жался к двери, я подошел ближе, присел, чтобы удобнее было с ним разговаривать.
— Что — нет? — как мог мягко спросил я.
— Я не вернусь в школу, сэр лорд Ким.
Я сжал зубы и изо всех сил постарался не измениться в лице.
— Почему?
Хисин бросил испуганный взгляд на Дженни, и это, должно быть, стало последней каплей. Злость затопила меня с головой.
Она его надоумила сбежать? Что она наговорила? Она понимает, в какой опасности находятся все необученные маги, особенно такие, как Хисин: с редким, сильным и ярким даром⁈
Я ее убью. У меня уже был с десяток поводов ненавидеть Дженни. Но наконец один из них стал достаточно весомым, чтобы выпустить ярость наружу.
Даже боль я почти перестал ощущать. Или дело в том, что моя истинная — рядом, а Чимин был прав, говоря, что это поможет успокоить мою магию?
Об этом я тоже подумаю позже.
— Чимин, возьми Хисина и выйдите отсюда, — попросил я самым спокойным тоном, на какой был способен, и подошел к Дженни, впившись взглядом в ее лицо. — Нам надо поговорить с... — Моей невестой? Истинной? Занозой в заднице? — С Дженни.
— Но... — начал Хисин.
— Идем, — мягко попросил Чимин, кладя руку на плечо Хисина. — Им нужно посекретничать — а ты мне пока расскажешь, как здесь живется. Тут есть магазины со сладостями? Я ужасно голоден.
Семечек не забудь купить.
Хисин бросил на Дженни панический взгляд, и та кивнула.
— Идите. Проверь, остались ли там леденцы на палочке — по дороге домой купим для Вонхи
— Обожаю леденцы, — с энтузиазмом поддержал Чимин, который никогда не ел сладкое. — Пойдем, покажешь, где купить, пока Дженни и лорд Ким разговаривают. Они нас нагонят через пару минут. Ты так вытянулся! Помнишь меня? Я Чимин, целитель...
— Идите, — натянуто улыбнулась Дженни. — Нам и правда нужно поговорить наедине.
Внутри от «наедине» что-то дернулось. Вспомнилась насквозь пропахшая благовониями спальня на втором этаже борделя, смущенная Дженни, ее взгляд из-под ресниц, непонятно откуда взявшийся внутри у меня трепет — и тут же невероятная злость. На нее, на ее обман и на себя самого, которого обвели вокруг пальца.
Продолжая успокаивающе болтать, Чимин все-таки увел Хисина из магазина. Качнув головой, я в который раз пожалел, что решил дать шанс мисс Соён. Если бы приставил к Хисину кого-то вроде Чимина... Хотя даже в школе тех, кто готов с пониманием относится к диковатым бродячим детям, было немного.
— Мне кажется, нам не о чем разговаривать, лорд Ким.
Я вздрогнул. Не знаю, был ли это сквозняк закрывающейся двери или я просто подошел к прилавку слишком близко, но носа вдруг коснулся запах Дженни, свежий и чистый, сладкий. Не духи, просто... ее запах. Невероятно приятный.
Обогнув прилавок, я подошел к ней ближе — Дженни попятилась.
Мне не нравилось ее пугать, но... но я ничего не мог с собой поделать. Все силы уходили на то, чтобы буквально ее не схватить.
Воздух сгустился.
— И, раз мы все выяснили, — побледнев, сказала Дженни, — я прошу вас покинуть мой магазин. Я вам ничего не должна, и вы мне тоже. Нас ничего не связывает.
Не связывает?
Перед глазами поплыло.
— Ай! — вскрикнула Дженни.
Сквозь сгустившийся перед глазами туман я с трудом разглядел, что схватил ее за предплечье левой руки — той самой, где красовалась метка.
Не связывает⁈
— Мне больно!
Я увидел, что моя рука в самом деле держит ее слишком сильно, до побелевшисх костяшек, попытался разжать хватку, но тело как будто перестало мне подчиняться.
Стены зашатались.
В глазах у Дженни мелькнул настоящий ужас, а потом в грудь мне ударила волна силы.
Не легкая, какую мог дать боевой артефакт, — ее я бы сейчас даже не почувствовал.
А густая и тяжелая.
Удар был таким сильным, что я с трудом устоял на ногах и пришел в себя только спустя несколько секунд.
Дженни смотрела на меня с ужасом, я прижимался спиной к стене — я в нее врезался? Или просто попятился так далеко?
Дженни опустила взгляд на свои руки, и я тоже посмотрел вниз.
Ее ладони выглядели как обычно, но...
Этого не может быть.
Откуда у Дженни драконья магия?
Именно ей она только что меня отшвырнула, ошибки здесь быть не может.
Я почувствовал, что губы сами собой растягиваются в ухмылке.
— Дженни... дорогая моя истинная... А ты ничего не хочешь мне рассказать⁈
Например, о том, что еще ты украла из моего дома?
Магию рода Кима, а?