7
Оставшийся день, омега провёл смотря в одну точку. Двигаться было больно, шея и спина болели жутко, из-за чего даже двигаться не хотелось. В соседней комнате, где находится Юнги, слышались шаги, скорее всего альфа ходил кругами. Когда же их уже вытащат отсюда? А придёт ли помощь вообще? Что же будет дальше...
Чонгук просто хотел забыть о всём, чтобы это всё было всего лишь сном и поехать в ателье его любимого папы. А после, как обычно сходить купить цветы и пойти к нему. Рассказать, как проходят его дела. Папа часто снится Гуку, из-за чего он плачет. Плачет, вспоминая ту улыбку, тот голос, приятную внешность, запах спелой груши... Он ужасно скучал по нему. Во сне он счастлив. Он гуляет с отцом, разговаривает. А после, когда просыпается, начинает плакать, осознавая, что это всё просто сон, и он не сможет пойти и лечь с папой, крепко обняв и сказав очередное "Я тебя люблю", как в былые времена.
Он с отцом очень тяжело переживали смерть близкого, самого близкого им человека.
По всему помещению начал ходить гул, и Чонгук услышал, что молодой принц жутко раздражён, и может приказать привести какую-нибудь омежку. Все радовались этому, ведь если они понравятся молодому господину, то смогут выбраться отсюда, да ещё и стать собственностью самого Ким Тэхёна, красивейшего и опаснейшего альфы в Сеуле.
"Почему такое плохое предчувствие?"
Дверь открывается, а за ней стоит... А Чонгуку это не интересно. Он всё ещё лежит на твёрдой кровати и смотрит в потолок, жалея того омегу, которого молодой господин выберет для того, чтобы "помог" ему.
—Молодой господин, — охранник кланяется. Это точно не Хваён, ведь его смена будет только через полчаса, — вы чего-то желаете?
Тэ: Приведите мне заключённого под номером двадцать пять, — слышится, как дверь закрывается, а альфа уходит.
"Двадцать пятый? Это Юнги?" —Чонгук приподнимает голову, видя, что на его груди красиво выведена цифра "25".
В этот момент омега захотел сквозь землю провалиться. Страх охватывает его с ног до головы. Лицо становился белым, становясь даже белее его одежды. В глазах темнеет, но он не теряет сознание, а жаль. В следующую секунду раздаётся щелчок дверного замка. Чонгук боится открыть глаза, которые крепко зажмурил.
"Только не это, прошу!"
—Эй, омежка, быстро вставая и шуруй к молодому господину, — альфа подходит к Чону, беря его за шкирку и толкая в сторону выхода.
Юн: Стойте! Куда вы его ведёте? — Юнги был зырыт в своих мыслях и ничего не слышал, и лишь когда он увидел бледного как мертвец Чона, испугался не на шутку.
—Это не твоё дело. Сиди и молчи, если не хочешь попасть в рот волкодаву, — рычит этот альфа, снова толкая Чонгука туда, куда Чонгук не хотел бы идти в жизни, — а ты чего замер? А ну быстро пошёл, а то тебе мало не покажется, —толчки в спину не прекращаются, из-за чего Чон чуть ли не падает.
"Пусть это будет только сном... только сном"
Как бы не надеялся Чон, это была жестокая реальность. Что такого сделал Чонгук? За что ему такое?
Секунда была как вечность, каждый шаг давался омеге ужасно тяжело. Перед ним уже знакомая дверь, в которой он был где-то под утро, в семь часов. Охранник открывает дверь, понимая, что от омеги он этого не дождётся и снова толкает его, захлопывая дверь.
Тэ: малыш, что же ты так долго? — голос альфы раздаётся по огромному залу эхом, удаляя током омегу, — я ненавижу ждать, детка, за это требуется наказание, — не понятно, где же этот странный альфа? Чонгук смотрит по сторонам, не видя его, но чувствует, как его толкают к стене, из-за чего он больно бьётся головой, а после к нему вплотную прижимаются и Чон чувствует, как об его пах трётся немаленький бугорок, — знаешь, зайка мой, ещё не одна омега не могла меня возбудить настолько быстро. Лишь одним запахом, хоть и слабым, но таким ахуеным, — альфа шепчет всё в ухо, вызывая у омеги табун мурашек.
Омега проклинает своё тело, ведь он начал возбуждаться.
Тэ: мм, Гук~и, у тебя была первая течка? — Тэхён был уверен, что да, но всё равно спросил.
Чонгук засмущался от столь прямого вопроса. Он никогда и ни с кем не обсуждал эту тему, ведь папы то у него нет, а с Вонмином он только недавно наладил отношения.
Тэ: ответь мне на вопрос! — Альфа снова хватается за волосы на затылке Чонгука и тянет с огромной силой, вызывая громкий болевой стон.
Чг: н-нет, — слишком тихо, но альфа услышал и замер. У него ещё не было течки? А как тогда он чувствует его запах? Сколько ему вообще лет?
Но Тэхёну наплевать на всё это, он хочет просто трахнуть этого омегу, поэтому он перекидывает его через плечо и ведёт его в ту комнату, в которую он ушёл сегодня утром, после разговора с Чоном. Не беспокоясь за омегу, господин кидает его на мягкую, как облочко, кровать. Чонгук боится, боится того, что будет сейчас. Не так он представлял свой первый секс... Он просто хотел ластится под своим истинным, а тут...
Тэхён нависает сверху, впиваясь жадным поцелуем в губу Чона. Тот не сопротивляется, понимая, что если он будет сопротивляться, то сладко ему не будет.
Тэ: Хороший мальчик, — Альфа отстраняется от Чонгука, рывком снимая штаны вместе с боксёрами. Немедля снимает и кофту. На секунду он замирает, любуясь телом омежки.
"Он прекрасен" — подумал господин, после чего снова впился в губы Чона, переходя ниже, на шею, он оставляет багровые засосы. Альфа тянет к себе Чонгука, ласково шепча на ушко:
Тэ: малыш, не бойся ты так, сегодня я оставлю твою девственность тебе, — после он снова перекинул омегу через плечо, направляясь к ещё какой-то двери. Чон особо не интересовался и не разглядывал то, что находится в той комнате. Он лишь увидел какую-то высокую фигню, куда его и вёл молодой господин.
Омега погрузился в свои мысли. Он очень боялся альфу. Неизвестно, что ему придёт в голову. Из мыслей Чона вывел звук цепи. Чонгук поднял испуганный взгляд на звук, видя, как руки господина фиксируют его руки цепями. Цепь натирала запястье, было больно. Тэхён куда-то уходит, а Чонгук начинает смотреть по сторонам, пытаясь хоть что-то рассмотреть. Но не получалось. В комнате было слишком темно, лишь тусклый свет от свечки кое-как освещал омегу. Вдруг перед глазами становился темно, кажется это повязка.
Тэ: открой рот, малыш, — шепчет господин, поднося ко рту кляп.
Чонгук открывает рот. А что же ему остаётся делать? Сопротивляться бесполезно, господин всё равно заставит сделать это.
Тэхён, кажется, сходит с ума, смотря на юное тело омеги. Такое бледное, но прекрасное, подтянутое. Он восхищается, смотрит на его тело, а после лицо, разглядывая такие же прекрасные черты лица. Хоть глаза и завязаны, альфа представляет те самые, большие глазки, ровный контур губ, которые слегка пухлые, не маленький и не большой нос, но он не портил его внешность, а делал его более привлекательным. Рука медленно тянется к губам, и альфа проводит по ним большим пальцем, а после впивается в них своими губами. Такие сладкие, мм. Даже отстраняться не хочется, но приходится. Альфа снова отходит, беря в руки плеть средней жёсткости. Замахнув рукой, господин наносит не сильный удар, вырывая из уст омеги стон, то ли от наслаждения, то ли от боли. Странное чувство, которое безумно нравится омеге. Он сам не понимает, почему ему это так нравится. Странно... Омега стонет, точнее кричит от каждого удара. Запах альфы дурманит голову. Почему ему так нравится этот альфа? Что с ним? Он вёл себя только тогда, когда встретил в школе свою первую любовь... Тэхён останавливается, ложа плеть на стол, что стоит рядом, а после берёт в руки смазку и наносит на два пальца. Омега напрягается, чувствуя пальцы у своего ануса, боясь представить, что хочет сделать альфа.
"Он же обещал..."
Тэ: расслабься, ты будешь делать больнее только себе, — альфа водит пальцами кругами по анусу, вводя чуть-чуть и сразу же выходя.
Он не хотел приносить боль омеге, что очень странно для него. Он вводит первый палец в чересчур узкий проход омеги и начинает медленно, не спеша, двигать им. Омега ощущает дискомфорт, от пальца внутри, но всё же расслабляет мышцы ануса, из-за чего альфа вводит второй палец, уже более быстро входя в него. Ему нравится это тихое мычание, но он хочет слышать стоны, поэтому снимает кляп и вводит третий палец. Омега начинает стонать громче, когда чувствует, что в нём уже три пальца. Приятно, жутко приятно. Ему это нравится, он хочет ещё, но он понимает, что будет жалеть об этом. Пальцы уже свободно входят и выходят из омеги, создавая хлюпанье. Он вытаскивает их и берёт в руки вибратор и смазку. Всё смазав, он приставляет игрушку ко входу Чона, начиная медленно вводить его, разводя ягодицы как можно шире. Чонгук выдаёт крик наслаждения, легко принимая в себя вибратор, ведь Ким хорошо его растянул, но боль всё же была. Тэхён сходит с ума снова, слушая этот мягкий, ангельский голосок. Медленно введя его до конца, господин включает вибрацию на самую большую мощность, из-за чего Чонгук начинает кричать ещё больше, ведь головка вибратора задевала простату. Член Чонгука уже налился кровью, уже готовясь кончить. Но господин не позволит сделать этого так быстро, он берёт в руки катетер* и походит к Чону.
Тэ: сейчас будет чуть чуть не приятно, — он вставил его в член Чона, из-за чего он громко крикнул, а на глазах начали появляться слёзы, делая повязку на глазах мокрой. Тэхён начинает целовать Чона, начиная двигать вибратором, из-за чего малышу становится приятнее, и боль со временем проходит. Он с большим удовольствием отвечает на поцелуй, впуская в свой рот язык старшего. Тэхён гладит спину Чонгука, отстраняясь от него и снова отходя. Он опять начинает наносить удары плетью, отставляя красные волоски на спине омеги. После, когда вся спина Чона была в красных пятнах, а на некоторых моментах и в крови, Тэхён перешёл на ягодицы, начиная теперь наносить удары туда. Удар за ударом, а стоны Чона становятся всё громче и громче. Ким отбрасывает в сторону плеть, подходя к омеге сзади. Он поворачивает за волосы Чонгука, впиваясь в губы и начиная играть с бусинками сосков. Чонгук начинает стонать громче, ведь это его самая чувствительная зона. Хотя шея тоже, довольно чувствительная. Руки идут ниже, начиная трогать член, уже который слегка стал синим. Он чувствует, как Чонгуку больно, будто на его месте он сам. Он аккуратно вытаскивает катетер* и бросает его куда подальше, слыша облегчённый вздох омеги. Он отстраняется от губ, переходя на шею, оставляя багровые отметины. Медленно он снимает с рук Чонгука наручники.
Тэ: малыш, встань на колени и сделай папочке приятно, — альфа придерживает омегу, чтобы тот не упал и ухмыляется, снимая повязку с глаз и видя мокрые ресницы и большие глаза.
Чонгук хлопает своими пушистыми ресницами, испугано и удивлённо смотря на альфу. Но он всё же встаёт на колени и расстёгивает ремень и ширинку, снимая дрожащими руками штаны. Он берёт в руки член Кима и прислоняет к губам головку, медленно погружая. Тэхён начинает стонать, ему ещё никогда не делали такой неумелый минет, но ему нравится. Нравится то, что это делает именно Чон, что он у омеги первый. Чонгук сжимает губы плотнее, стараясь не задевать член зубами, хоть это и сложно. Ким начинает надрачивать омеге, от чего он тут же изливается. Да и Ким был на пределе и вскоре кончил. Омега же всё проглотил. Тэхён теперь тянется к анусу Чонгука, выключая и вытаскивая вибратор. Поднявшись на ноги, Ким берёт на руки уже Чонгука, который уже почти заснул, и ведёт в свою комнату. Аккуратно ложит на кровать, сидя рядом с омегой и снова восхищаясь им.
"Что же со мной твориться..."
Альфа ложится рядом с Чонгуком и засыпает, крепко обняв.
•·•·•·•·•·•·•·•·•·•·•·•·•·•·•·
Что ж, вот и я. Ссорян что вчера и позавчера не было частей, ибо я только что приехала домой. А была я в КБР(Там очень плохая связь).
Извиняюсь за ошибки.
Люблю
[_❤_❤_❤_]