"Я люблю тебя не как брата!"
2 недели парни были, как на иголках - днём - вечная работа, то над собой, то над учёбой, лишь бы побыстрее закончить, ночью - мечты и представления о том, как 2 "брата" встречаются спустя 2 года, долгожданные объятия и... Признания.. оба решили признаться и от этого дрожь по телу пробегает, землетрясения, а бабочек, как кажется, становится всё больше и они сейчас со всеми органами выйдут наружу. На учёбе трясёт и время тянется медленнее, задачи всё сложнее от ожидания и кажется "братья" сейчас сорвутся и бросив всё прилетят друг к другу, но... они и не знают, что оба ждут встречи, наоборот - им кажется, один "брат" не хочет видеть другого.
Прошли. Недели прошли и теперь парням мешает лишь расстояние, которое Юнги успешно преодолевает.
- Я встречу его! - кричит Чимин отцу, который собирался уже одеваться и выбегает на улицу, позабыв куртку... На улице зима и холод, но Пака это не останавливает - его согревают и успокаивают чувства и мысли о том, что скоро он встретит его, того из-за которого сердце делает сальто, кучу кульбитов и пропускает удары, из-за которого краски разливаются и пачкают весь разум.
Юнги выходит из вагона и идёт вдоль перрона, набирая матери, чтобы сообщить о прибытии.
- Я дома
- Наконец-то, мы очень рады. Тебя встретит Чимин.. Он скучал, знаешь Юнги...
- Что-то случилось?
- .... Хоть Чимина и не было во время наших редких разговоров, он всё равно сильно расстраивался, когда мы говорили, что ты звонил, он мог запереться в комнате, виня себя, свой талант и развитие этого таланта - танцы, несколько раз мы слышали, как он ругал себя, плача за то, что не мог иметь возможности поговорить с тобой.. Знаешь.. Мы поняли, что ты для него - авторитет, уже тогда, когда он впервые начал рассказывать о своём прошлом и переживаниях. Он рассказывал всё именно тебе. Не нам или другим детям, с которыми начал дружить и разговаривать, именно тебе. Он сделал первые шаги из комнаты без просьбы, чтобы найти тебя, спрашивал разрешения у тебя, ровнялся на тебя, даже если боялся и стеснялся - за тебя прятался. Ты для него - герой, глава, родитель, объект подражания. Он часто винит себя в том, что ты отдалился от нас, он думает, что не стал человеком, которым бы ты гордился, понимаешь? Ты ему дорог и именно поэтому я тебя попрошу сейчас, пока слова летят сами собой - защити и позаботься о нём. Скоро он закончит школу и часто говорит о том, что ты ему говорил о совместной жизни. Но... Он хочет теперь жить самостоятельно, но он, как и мы понимает - он не сможет, он боится людей и не может нормально с ними контактировать, он не может без поддержки, а лучшую поддержку, заботу и любовь можешь подарить только ты..
- Мам.. - Юнги притупляет слёзы - я.. обещаю
- Спасибо Юнги, спасибо, ладно, ждём
И тут Юнги останавливается, он сдерживает слёзы. Он для Чимина - всё. И он же отдалился от него, он же разрушал парня. Справившись со слезами Мин начинает оглядываться - за ним должен прити Чимин. Пройдя в поисках какое-то время, среди толпы людей он уловил чей-то взгляд. И тут те самые бабочки вырываются, землетрясение разрушает всё и "братья" всё же срываются. Они бегут друг к другу, толкая не нужных, столь мешающих и незнакомых прохожих. Наконец они сводят расстояние на ноль и прижимаются ближе, хотя - куда ещё ближе? Столь долгожданные объятия неимоверно тёплые, нежные, нужные. Как они вообще раньше выживали и не захлебнулись? Прохожие косятся, умиляются, не обращают внимания, но им похрен. Какая разница, когда ты прижимаешься, утыкаешься в шею, плечо, макушку человека, которого любишь?
Оба отстраняются только когда Чимин чихает. И вот только сейчас Юнги заметил - Пак в одной лёгкой футболке.
- Ты почему только в футболке?
- Забыл куртку надеть..
- Забыл? Сейчас, так на минуточку, зима и надевание куртки должно выходить автоматом - возмущался Мин. Взяв Чиму за руку, парень быстрым шагом отправился к автобусной остановке, но дойдя до того места, где обычно была остановка... Он её не нашёл. Осмотря всю местность, он понял, что всё изменилось.
- Хён, теперь она там - проговорил младший и показал в абсолютно противоположную сторону.
- Окей... Скажи и много таких изменений?
- Тебя не было 2 года, ХММММММММ, дайте-ка подумать! Наверное оооооооочень много.
- Мда..
***
Ехали парни в тишине. Неловкой тишине. И вот вроде как это неловко, но в автобусе было так много народа, что в принципе было даже приятно просто наблюдать друг за другом. Слышать дыхание и просто наблюдать за любыми действиями. Больше всего наблюдал Юнги. Он понимал, что его не было продолжительное количество времени, но ему как-то больно становится, ведь Пак вырос. Сильно. Становится больно от понимания того, что он не видел взросления своего малыша. Он видел всего несколько выступлений, не мог поддержать или помочь. Сейчас перед ним не тот 14-летний ЧимЧим, перед ним взрослый в своей мере Чимин. Но естественно, для Юнги он останется малышом. Белая лёгкая футболка с ярким принтом, голубые джинсы, мягкие чёрные, как сама тьма волосы, заострённый подбородок, боле взрослые черты лица и...серёжки? Конечно это всё выглядит очень взросло, но..
- Нахрена тебе серёжки?
- Это? - Пак схватил большим и указательным пальцем мочку уха с этой самой серёжкой и начал мять её - Нуу, не знаю, просто увидел на рекламном стенде и решил попробовать, понравилось, вот и ношу. Тебе не нравится?
А Юнги не то, что не нравится - ему хочется поцеловать эту самую мочку, как и целовал в детстве. И вот тут даже трясёт, он уже чувствует, как целует, но сдерживается и отстраняется от этой мысли
- Да не, круто, может мне тоже сделать?
- Я думаю тебе бы пошло
- Да? Тогда точно сделаю. Раз уж ты мне это говоришь, значит точно пойдёт
Дальше они ехали в неловком молчании. А о чём можно поговорить? Вдруг интересы поменялись? Что если теперь разговаривать друг с другом не интересно? Но объятия... Как много несостыковок..
***
Выйдя из автобуса Чимин пропустил по своему телу табун мурашей. Холодно. Очень. Как он раньше этого не замечал?
- А я говорю-замёрзнешь - накидывая на Пака свою куртку, возмущался старший. Он беспокоится, что если он заболеет? О чём он только думал? Ребёнок..
- Хёён, не надо, а ты как?
- Я хоть в кофте, а ты.. Какого хрена ты вообще забыл куртку или ХОТЯЯЯ БЫ кофту
- К тебе спешил.. - смутился. Сильно. Теперь Чимин мысленно бьёт себя по лбу за такие слова и смущение
- Ребёнок - усмехнулся Юнги, а внутри всё фейверком и тяга с плеч и нет, это не камень и не гора, такое ощущение, что вся вселенная решила лечь на него, но его малыш всего 3-мя словами заставил весь мир забрать свои проблемы себе и Вселенная хорошенько так наебнулась с него.
***
- Ну наконец-то! - закричала женщина и с объятиями накинулась на сына. Вот только даже объятия с матерью какие-то не такие, как с Паком.
- Мааам, меня не было всего 2 года... И... Звонки... - стало стыдно перед семьёй, всё конечно можно, но звонить родителям надо было хоть раз в неделю, а не месяц или два.
- Всё хорошо, Юнги~я, ты вот лучше скажи - ты ведь не только работой и учёбой занимался? - с неким подозрением спросила мать, снимая с Чимина куртку, попутно ругая, оба ведь могли заболеть из-за такой халатности.
- Нет, ещё с друзьями встречался
- Только с друзьями?
- Ну да
- А как же невеста? Юнгии, я ведь внуков жду - Шуточно нахмурила брови миссис Мин и надула губки.
Юнги стало вот прям пипец, как неловко, ведь скорее всего внуков мама никогда не дождётся. Его взгляд резко упал на Чимина, который уходил на кухню, рассматривая ситуацию и поджал губы.
- Пхахах, когда-нибудь, да приведу -Солгал. Нагло. Смотря в глаза. Но он должен был что-то ляпнуть или его бы казнили на месте. Теперь ещё больнее от того, что Чимин думает про него неправильно и улыбается, сидя на кухне, ни о чём не парится. Вот только он слишком хорошо знал своего малыша. Малыш не улыбается, внутри он плачет, что вызывает некое... Спокойствие?
***
И вот если бы он знал, что Чимин не просто плачет, он захлёбывается слезами, кричит, орёт, пинает стену, толкает её же. Сердце ломается, разбивается на малюсенькие кусочки. Как встреча двух кораблей во время урагана, как столкновение 2-х звёзд - мир исчезает. Остаётся только темнота, холод и пустота, которую так сильно ненавидит малыш. Вот только всё это он выплёскивает в ванной, под горячей водой - одна из его самых страшных привычек, которой он овладел за эти 2 года.
***
Выйдя из ванной и зайдя в свою комнату, его жопа чуть не оказалась выброшенной из окна, с петелькой на шее. Юнги. Сидит. В его. Компьютере. Заглянув через плечо в компьютер он немного расслабился - Мин слушает старые треки. И вот только сейчас Чимин вспоминает, что готовился к этому, ведь помнит привычку Юнги - рыскать в компьютере, который ему не принадлежит - вот и запоролил всё личное и удалил всё запретное.
- Ты всё ещё их хранишь?
- Ага, другие ты не присылал, а... На досуге.. Ради поддержки мне нужно что-то успокаивающее, ну а мне нравятся твои больше всего - Чимин нервничает. Сильно. Правильно ли он говорит? Не перегибает ли палку?
- Эти дерьмо. Как я мог их вообще писать? Я пришлю другие - Юнги краснеет. Чимин хранит. Нравятся больше всего.
- Все с чего-то начинают, это твоё начало, так что не вздумай удалять
- Хах хорошо. У тебя весь поисковик забит танцами. движениями и уроками танцев
- Ага, обожаю танцевать
- Это я уже понял
Наступает самое неловкое молчание В МИРЕ. Юнги уже не сидит в компьютере, а смотрит в пол, Чимин сидит на кровати и не знает - с чего начать разговор.
- Ты очень мало съел за ужином - Юнги беспокоится и заботится и сейчас это единственное, что его волнует.
- Нуу...
- Я помню, как мы взяли тебя и ты не ел вообще ничего, а если и ел, то мог съесть одну рисовую булочку, иногда и вообще не всю, а потом ходил и кричал, что объелся, как свинья - Перебил того старший - А потом я помню, как ты стал есть более и менее нормальные порции методом рвания твоего желудка - впихивали в тебя еду, пока ты чуть ли не плакал от переедания - и тогда я пообещал себе, что буду следить за твоим питанием, но не смог и вот знал бы ты, как я переживаю за тебя, как сильно больно, смотря на то, как ты не ешь и ведь я понимаю, что это из-за того, что меня не было и что я вообще не появлялся
- Прости, я просто погрузился в любую работу, лишь бы заполнять ту пустоту, которая образовалась после твоего ухода, что забывал поесть и вскоре понял, что не могу протолкнуть в себя пищу больше того, что я ем сейчас.. Прости
- Я помогу тебе
- Правда?
- Да, весь месяц я буду следить за тем, чтобы ты ел больше того, что ешь сейчас, будем растягивать твой желудок, но надо будет обратиться к врачу, чтобы его не повредить
- Месяц? Хён, ты с нами на целый месяц?
***
Наступили самые яркие и тёплые дни за 2 года в жизни "братьев". Юнги и Чимин проконсультировались у врача и вот Чимин следует диете под строгим наблюдением Юнги. Когда младший не доедал до конца, Мин устраивал забастовку, так что Пак ел даже чуть больше. Юнги наконец начал сочинять тёплую музыку, полную тёплыми и нежными чувствами, а не одним матом, с посыланием всех нахер. Родители счастливы просто видеть своих детей такими свободными и не чувствующими холода и одиночества. Подготовка к Новому году тоже была очень весёлой - Чимин постоянно мило лыбился, а Юнги наблюдал с самой тёплой улыбкой, которую даже родители редко видели. Гулять парни ходили безумно часто, чуть ли не каждое утро Юнги начиналось с: "Хёёён, а пошли, слепим снеговика" - ну и вот как тут отказать. Пак вечно, то зарывался в снегу, то снежками пулялся, то снеговика пытался слепить, Шуга же наблюдал, улыбался, смеялся, заботился и помогал своему малышу.
- Да почему Шуга-то?
- Да потому что ты обожаешь сладкое, на английском "Sugar", да и бледный ты, как сахар
Единственный, кого эта "братская любовь" настораживала - отец. Он знал, что братья, как бы вечно ссорятся, дерутся и девчонок всяких обсуждают, а эти-то и поругаться никогда нормально не могли. И вот ладно бы они просто были вместе. Чимин приёмный, нормально, так они ещё и парни, а однополая любовь - это самое противное, что может существовать в мире, противоестественней нет, Бог наказывает этих уродов моральных.
***
Новый год. Счастье, тепло и самое главное - родные люди рядом. Они не где-то далеко, на другом краю страны, а вот здесь, рядом, обнимают, говорят напутствующие речи, хлопают по плечу. Но для Чимина и Юнги нет никого роднее, чем они сами. Конечно есть и родители, вот только они не знают многого, не знают множества важных моментов, не знают о... Любви.
После долгих празднований, примерно к 7 утра все легли спать. Но парням не спалось.
- Юнги, ты не спишь?
- Неа - Мин поворачивается лицом к Чимину и садится на край кровати. Младший делает тоже самое.
Долгое молчание. В тёмной комнате можно разглядеть силуэты двух парней, которые нервничают, кажется, сильнее, чем во всей своей жизни. Прохлада, что сочится из окна, пробирает до костей, но парни этого не чувствуют, они чувствуют только биение своих сердец и пытаются услышать биение друг у друга.
- Хён, послушай...
- Нет, слушай, можно я скажу...
- Сначала я...
- После моих слов ты не захочешь ни о чём говорить со мной...
- Захочу, хён, просто...
- Сейчас я...
- Просто...
- Нет, хён...
"Я люблю тебя не как брата!" - после долгих перебиваний друг друга говорят одновременно "братья". Снова наступает неловкое молчание.
- Можно... Я лягу с тобой? - После этого предложения, сказанного Чимином, становится в 10 раз легче. Тепло снова разливается по телам. Переплетённые ноги и пальцы, глупые улыбки, наинежнейшие глаза во всём мире. Эта атмосфера, полная любви и счастья. Море что недавно бушевало в сердцах обоих успокаивается, ярко светит солнце, летают птицы, корабли медленно продолжают свой путь, цветы распускаются, а маленькие зверьки мило играются друг с другом. И вот тут только субтитров не хватает:"И жили они долго и счастливо". И ведь действительно - счастливо.
____________________
To be continued..........