Twenty nine.
— Думаешь, ещё на кого-то напали? — испуганно спросил Рон, остановившись на полдороге.
А Филч продолжал бушевать:
— …опять для меня работа! Убираться здесь всю ночь! Как будто других дел нет! Ну уж дудки, всему есть предел. Немедленно иду к Дамблдору!
Шаги его затихли, и было слышно, как где-то вдалеке хлопнула дверь.
Друзья завернули за угол. Филч, похоже, только что покинул свой наблюдательный пост. Они опять стояли на том месте, где кто-то напал на Миссис Норрис. Друзья сразу поняли, почему так разошёлся бедняга сквиб: в коридоре стоял настоящий потоп, и вода, кажется, всё прибывала. Текло из-под двери туалета Плаксы Миртл. Вопли Филча стихли, их сменили стенания Миртл, эхом отражавшиеся от каменных стен.
— А с ней-то что? — вздохнул Рон.
— Пойдём посмотрим. — предложил Гарри.
Приподняв полы мантий выше щиколоток, друзья перебрались по воде к двери с табличкой «Туалет не работает» и, как обычно, не обратив на неё внимания, вошли.
Плакса Миртл рыдала громко, надрывно, как никогда. В туалете царила тьма, свечи смыло потоками воды, заливающей стены и пол.
— В чём дело, Миртл?– спросил Гарри.
— Кто там? — отозвалась несчастная Миртл. — Пришли швырнуть в меня чем-нибудь ещё?– сказала Миртл.
Гарри дошёл вброд до её кабинки.
— Это почему я должен в тебя чем-то швырять? — спросил Гарри.
— Откуда я знаю! — заголосила Миртл, появляясь из сливного бачка с очередной волной, обрушившейся на пол. — Я тут сижу, занимаюсь своими делами, никому не мешаю. И вдруг в меня начинают швыряться книгами!– сказала Миртл.
— Но с тобой же ничего не случится.— резонно возразил Гарри. — Книга просто пролетит сквозь тебя, и всё.– сказал Гарри.
Сказав эти слова, Гарри тут же раскаялся. Миртл взмыла вверх и истошно завопила:
— Значит, надо швыряться в бедную Миртл? Она всё равно ничего не чувствует! Десять баллов тому, кто попадёт ей в живот! Пятьдесят — кто угодит в голову! Чудесная игра! Но мне она что-то не по нутру!– говорила Миртл.
— А кто всё-таки в тебя швырялся? — спросил Гарри.
— Понятия не имею. Я здесь расположилась в колене сифона, предаюсь мыслям о смерти, а эта штука пронзает мою макушку. — Миртл свирепопосмотрела на друзей. — Вон она, под раковиной, её туда смыло.– сказала Миртл.
Рон и Гарри нагнулись и увидели небольшую, тонкую книжку. Она была в потрёпанной чёрной обложке и мокрая насквозь, как всё в туалете. Гарри хотел было поднять её, но Рон схватил его за руку.
— Ты что, спятил? Это опасно.– сказал Рон.
— Опасно? — удивился Гарри. — Что тут опасного?– спросил Гарри.
— Ты ещё спрашиваешь. — Рон боязливо поглядывал на находку. — Папа говорит, есть даже книги, которые Министерство конфискует. Одна, например, выжигала людям глаза. Были ещё «Сонеты колдуна», прочитаешь их и будешь до смерти говорить в рифму. А у одной старой ведьмы в Бате нашли знаешь какую книгу — откроешь её, да так и будешь всю жизнь читать. Ходишь — читаешь, ешь — читаешь. И всё приходится делать одной рукой, в другой-то книга.– сказал Рон.
— Надо же.— рассеянно кивнул Гарри.
Книжка лежала на полу, намокшая, неразгаданная, манящая. Гарри обошёл Рона.
— У меня предчувствие: заглянем в неё, и разгадаем все тайны. — С этими словами он нагнулся и поднял книжку.– сказал Гарри.
Гарри сразу понял, что это дневник, по выцветшей дате на переплёте полувековой давности. Открыл его дрожащими руками. На первой странице ещё можно разобрать имя — Т. Н. Реддл, написанное расплывшимися чернилами.
— Стой-ка. — Рон с опаской подошёл сзади и заглянул через плечо Гарри. — Мне это имя знакомо… Пятьдесят лет назад Т. Н. Реддл получил награду за особые заслуги перед школой.– сказал Рон.
— Откуда ты знаешь?– спросил Гарри.
— Оттуда, что Филч заставил меня целый час полировать его памятную табличку. Ну, когда из меня полезли слизняки. Ты бы стирал столько времени слизь с чьей-нибудь фамилии, тоже бы небось запомнил.– сказал Рон.
Гарри тем временем разлеплял набухшие от воды страницы. Они были совершенно чистые. Нигде ни одного слова, ни одной самой обычной записи, вроде «День рождения тётушки Мэйбл» или «Зубной в 15.30».
— Он в нём никогда ничего не писал.— сказал Гарри разочарованно.
— Но почему его кто-то выкинул? — почесал в затылке Рон.
Гарри перевернул чёрную обложку и увидел на внутренней стороне адрес магазина на Воксхолл-Роуд в Лондоне.
— А владелец дневника, наверное, был маглом.— подумав, заметил Гарри. — Иначе он не смог бы его там купить.– сказал Гарри.
— Нам это ничего не даёт. — Рон пожал плечами и, понизив голос, прибавил: — Попадёшь в нос ПлаксеМиртл, запишем тебе пятьдесят баллов.– сказал Рон.
Гарри всё же спрятал дневник в карман.
Гермиона покинула больничное крыло в начале февраля — без усов, без чёрной шерсти и без хвоста. В первый же вечер возвращения в Гриффиндор Гарри показал ей дневник и рассказал, как он был найден.
— А ведь в нём, возможно, скрыто что-то очень важное.— сказала Гермиона, внимательно рассматривая дневник.
— Если и скрыто, то очень надёжно. И, наверное, такое, чего стоит стесняться, — хмыкнул Рон. — Объясни, Гарри, почему ты его не выбросил?– сказал Рон.
— А я хотел бы знать, почему его кто-то выбросил. — сказал Гарри. —И за какие такие особые заслуги Реддл получил награду.– сказал Гарри.
— Да за что угодно. — Рон поднял глаза к потолку. — Может, набрал тридцать С. О. В. или спас профессора от гигантского спрута… Или убил Миртл, а это кому угодно принесёт славу…– сказал Рон.
По сосредоточенному взгляду Гермионы Гарри понял, что она думает о том же, о чём и он.
— Ты до чего-нибудь додумалась? — полюбопытствовал Рон.
Но ответил ему Гарри:
— Значит, Тайная комната была открыта пятьдесят лет назад, верно? Это сказал Малфой.– сказал Гарри.
— Ну… — протянул Рон.
— И этому дневнику пятьдесят лет. — Гермиона, волнуясь, постучала по чёрному переплёту.
— И что?– спросил Рон.
— Ох, Рон, да очнись же ты! — с жаром воскликнула Гермиона. — Ещё мы знаем, что открывшего Комнату в прошлый раз исключили из школы пятьдесят лет назад. И Т. Н. Реддл получил награду за особые заслуги полвека назад. А что, если он получил награду за то, что поймал наследника Слизерина? Можно допустить, что в этом дневнике содержится всё: где находится Комната, как её открыть и что за создание там живёт. А тот, кто сейчас устраивает нападения, уж точно не хочет, чтобы это было всем известно, согласны?– говорила Гермиона.
— Блестящая теория, Гермиона. — кивнул Рон. —С одним маленьким «но»: в дневнике вообще ничего не написано.– сказал Рон.
Но Гермиона уже доставала из сумки волшебную палочку.
— Существуют невидимые чернила. — прошептала она и, трижды коснувшись палочкой дневника, произнесла:
— Апарекиум!– сказала Гермиона.
Ничего не произошло. Но обескураженная неудачей Гермиона снова полезла в сумку и вытащила что-то вроде ластика ярко-красного цвета.
—Это Обнаружитель. — пояснила Гермиона. —Я купила его в Косом переулке.–
Гермиона с силой потёрла «Первое января». Дневник не поддавался.
— Говорю вам, тут нечего искать.‐ сказал Рон. —Реддл получил дневник в подарок на Рождество и просто поленился делать в нём записи.– сказал Рон.