Nine.
—Третий раз за неделю!– проревел Вернон, садясь во главе стола. —Вышвырни ее немедленно, коль не умеешь с ней управляться.– сказал Вернон.
—Сове в клетке скучно.– в который раз принялся объяснять Гарри. —Она вольная птица. Хорошо бы выпускать ее хоть на ночь.– сказал Гарри.
—Я что, по-твоему, идиот? Не знаю, что от сов именно ночью жди неприятностей?– Дядя Вернон переглянулся с женой и вытер усы, в которых запутались кусочки яичницы.
Гарри хотел что-то возразить, открыл было рот, но кузен Дадли, смачно рыгнув, заявил:
—Хочу еще бекона!
—Возьми, деточка, со сковородки. Там еще много.– сказала тетя Петунья, и глаза ее от умиления увлажнились. —Кушай на здоровье, пока есть возможность. Школьная еда просто отвратительна!– сказала Петунья.
—Глупости, Петунья.– отрезал дядя Вернон. —Я в этой превосходной школе никогда не голодал. Думаю, и нашему сыну еды там хватает.– сказал Вернон.
Дадли, очевидно, еды хватало: он был такой толстый, что бока у него свисали с краев табуретки.
—Дай мне сковородку.– приказал Дадли Гарри.
—Ты забыл волшебное слово.– напомнил ему Гарри.
Эта простая фраза подействовала на семейство, как красная тряпка на быка. Дадли ойкнул и с грохотом свалился с табуретки. Миссис Дурсль, вскрикнув, прижала ко рту ладони. А мистер Дурсль вскочил со стула, и на висках у него вздулись синие жилки.
—Я только хотел сказать: он забыл слово «пожалуйста».– стал торопливо оправдываться Гарри.
—Сколько раз нужно тебе говорить.– брызгая слюной и стуча кулаком по столу, прошипел дядя Вернон. —В моем доме никаких слов на букву «в». Да и как ты посмел учить моего сына!– сказал Вернон.
—Но ведь…– начал Гарри.
—Я предупреждал тебя, что не потерплю под этой крышей упоминания о твоем уродстве!– сказал Вернон.
Гарри взглянул на багровую физиономию дядюшки, побледневшее лицо тети Петуньи, которая силилась поднять с пола пыхтевшего сыночка, и тяжело вздохнул.
—Хорошо… хорошо.– кивнул Гарри.
Дядя Вернон опустился на стул, дыша словно рассвирепевший носорог, его крохотные глазки, казалось, хотели пробуравить Гарри насквозь.
Сегодня у него день рождения, но никто из семейства даже не вспомнил об этом. Гарри исполнилось 15 лет. Он и не ожидал подарка, от них и пирожка не дождешься. Но чтобы уж совсем забыть… Грустные мысли Гарри прервало многозначительное покашливание дяди Вернона.
—Сегодня, как вы помните, у нас важный день…– начал Вернон. Гарри от неожиданности поперхнулся.
—Возможно, именно сегодня..– продолжал мистер Дурсль. —Я заключу самую крупную в жизни сделку– сказал Вернон.
Гарри опять принялся жевать свою гренку. Как дядюшка надоел со своей дурацкой сделкой! Последние две недели только о ней и разговор. Сегодня вечером в честь хозяина богатой строительной фирмы будет дан званый обед. Дядя Вернон, чья собственная фирма делает дрели, мечтает получить от него выгодный заказ. Гость обещал быть с женой.
—Не мешало бы еще раз отрепетировать сегодняшний вечер.– предложил дядя Вернон. —Итак, к 20:00 каждый должен быть на своем месте. Петунья, ты будешь…– говорил Вернон.
—В гостиной.– подхватила тетя Петунья. —Моя обязанность- со всей учтивостью приветствовать дорогих гостей.– сказала Петунья.
—Прекрасно. А ты, Дадлик?– спросил Вернон.
—Я открою гостям дверь.– ответил толстяк и, приторно улыбнувшись, прибавил: —Мистер и миссис Мейсон, позвольте взять ваши пальто!– сказал Дадли.
—Ах! Они сразу его полюбят!– воскликнула тетя Петунья.
—Молодец, Дадлик!– похвалил сына мистер Дурсль и повернулся к Гарри. —А ты что будешь делать?– спросил Вернон.
—Буду тихо сидеть у себя в комнате, как будто меня вообще нет.– пробубнил на одной ноте Гарри.
—И чтоб ни единого звука!– напомнил дядя. —Затем я веду их в гостиную, представляю Петунье и предлагаю что-нибудь выпить. В восемь пятнадцать..– начал Вернон.
—Я приглашаю гостей к обеду.– важно произнесла тетя. —А ты, Дадлик, скажешь…– сказала Петунья.
—Мистер и миссис Мейсон, позвольте проводить вас в столовую.– Дадли протянул пухлую руку невидимой даме и прибавил, гордо взглянув на родителей: —Ну как?– спросилДадли.
—Маленький мой, ты истинный джентльмен!– Тетушка чуть не прослезилась.
Гарри вышел в сад. Был чудесный солнечный день. Он прогулялся по лужайке, сел на скамейку и грустно запел: «С днем рожденья тебя, с днем рожденья тебя…» И ни открыток, ни подарков, а вечером просто хоть совсем умри.
Взгляд его, бесцельно блуждая, остановился на зарослях живой изгороди. Никогда еще у него на душе не было так тоскливо, так одиноко. Нет рядом ни Рона Уизли, ни Гермионы Грэйнджер — его лучших друзей. Совсем они про него забыли. За все лето ни одного письма! А ведь Рон — тогда в июне — даже звал его погостить.
Сколько раз Гарри хотелось заклинанием отпереть клетку и послать друзьям с Буклей письмо. Но это сулит большие неприятности. Несовершеннолетним волшебникам применять магию вне стен школы категорически запрещается. Дядя Вернон, правда, о запрете ничего не знает. Знал бы, давно бы запер племянника в чулане вместе с метлой и волшебной палочкой. Все семейство ох как боится, что он возьмет и превратит их в навозных жуков или в кого еще хуже. Первые две недели Гарри придумал забаву: надоест ему Дадли, он и начнет что-нибудь бормотать — толстяка как ветром сдунет. Но писем от друзей все не было, волшебный мир превращался в мираж, и Гарри надоело потешаться над кузеном. А сегодня друзья не вспомнили и про день рождения. Даже Вероника Адамснон ничего не писала Гарри, хотя ему казалось, что они в хороших отношениях. Хотя, что уж говорить о Веронике Адамсон, если про него забыли- его лучшие друзья. Получить бы из школы хоть какую весточку, от кого угодно, даже от злейшего врага Драко Малфоя лишь бы увериться, что Хогвартс не сон.
—А я знаю, какой сегодня день.– донесся до него насмешливый голос Дадли, приближавшегося вразвалочку. Огромные глаза мигнули и исчезли.
—Что, что?– Гарри не отрывал взора от живой изгороди.
—А я знаю, какой сегодня день.– повторил Дадли, подходя ближе.
—Великое достижение! Наконец-то ты выучил все дни недели.– сказал Гарри.
—У тебя сегодня день рождения. А где же поздравительные открытки?– хихикнул Дадли. —Выходит, у тебя даже в твоей уродской школе нет друзей.– сказал Дадли.
—Смотри, как бы твоя мама не услыхала, что ты упомянул мою школу.– сухо проговорил Гарри.
Дадли подтянул сползавшие с толстого пуза штаны.
—А чего ты так уставился на кусты?– подозрительно спросил Дадли.
—Да вот прикидываю, от какого заклятия они сильнее вспыхнут.– сказал Гарри.
С поросячьих щек Дадли сполз румянец, он отбежал назад и, заикаясь, проговорил:
—Ты… ты… не посмеешь. Папа сказал, будешь колдовать, он вы… выгонит тебя из дому. А… а куда ты пойдешь? У тебя и друзей-то нет!
—Джокер-покер, фокус-покус, фигли-мигли.– угрожающе затараторил Гарри.
—Мама!– завопил Дадли и понесся в дом. —Мама! Он занимается… сама знаешь чем!– сказал Дадли.
Дорого заплатил Гарри за доставленное себе удовольствие. Тетя Петунья сразу поняла, что слова эти ничего не значат, что с ее сыночком ничего не случится, как, впрочем, и с живой изгородью. Но для острастки замахнулась на племянника сковородой, так что Гарри едва от нее увернулся, да еще выше головы завалила работой.
—Пока все не закончишь, об обеде и не мечтай.– бросила Петунья и вернулась к своим делам.
Дадли принялся за третий рожок мороженого, а Гарри взял губку, вымыл окно, машину, потом постриг газон, унавозил клумбы, обрезал и полил розовые кусты. Солнце палило нещадно, он устал и хотел пить. Оставалось еще покрасить скамейку.
В 19:30 Петунья позвала Гарри ужинать. Гарри вошел в прохладную, сверкающую чистотой кухню. На холодильнике высился праздничный пудинг: гора взбитых сливок, украшенная засахаренными фиалками. А в духовке аппетитно шкварчал в ожидании гостей свиной окорок. Тетя Петунья кинула на стол тарелку с двумя ломтями хлеба и куском сыра. На ней уже было вечернее платье цвета лосося.
—Давай быстрее, гости будут с минуты на минуту!– приказала Петунья.
Вымыв руки, Гарри с жадностью набросился на скудный ужин. Не успел он проглотить последний кусок, как тетушка схватила со стола его тарелку и махнула рукой.
—Марш к себе!– прошипела Петунья.
Проходя мимо гостиной, Гарри увидел дядю Вернона с сыном. Оба были в смокингах и галстуках-бабочках. Поднявшись наверх, он обернулся и в последний раз окинул взглядом прихожую и лестницу.
—Запомни: один звук — и тебе несдобровать.– донеслось напутствие дяди, который вышел из гостиной, чтобы еще раз напомнить Гарри, как себя вести.
Гарри на цыпочках вошел к себе в комнату, осторожно прикрыл дверь и замер. На кровати у него кто-то сидел.
Гарри чуть не ахнул от удивления, но удержался. На кровати сидел маленький человечек, ушами напоминавший летучую мышь, и таращил на него выпученные зеленые глаза величиной с теннисный мяч. Гарри сразу его узнал — это он утром следил за ним из кустов живой изгороди.
Человечек не сводил с него глаз, Гарри отвечал тем же.
—Позвольте взять ваши пальто, мистер и миссис Мейсон?– донесся снизу почтительный голос Дадли.
Человечек соскользнул с кровати и низко поклонился, коснувшись ковра кончиком тонкого, длинного носа. Одет он был в старую наволочку с дырками для ручек и ножек.
—П-привет.– поперхнулся Гарри.
—Гарри Потгер!– прюнзительным голосом воскликнул нежданный гость (дядя Вернон в гостиной наверняка услышал). —Добби так давно мечтал с вами познакомиться, сэр… Это такая честь…– сказал Добби.
—Б-благодарю вас.– кивнул Гарри.
Двигаясь вдоль стенки, он достиг письменного стола и опустился на стул рядом с просторной клеткой, где спала сейчас сова Букля. Гарри хотел было спросить незнакомца, кто он, но, подумав, что это неучтиво, спросил только его имя.
—Добби, сэр.– ответил человечек. —Просто Добби. Добби-домовик, если угодно, домовой эльф.– сказал Добби.
—Видите ли, сегодня… э-э… не лучший день для Знакомства с домовиком. Только, пожалуйста, не обижайтесь.– сказал Гарри.
Снизу доносился фальшивый, на высоких нотах смех тетушки Петуньи. Добби-домовик понурил голову.
—Не подумайте, что знакомство с вами мне неприятно.– поспешил Гарри утешить эльфа. —Но не могли бы вы… объяснить мне… э-э… цель вашего посещения.– сказал Гарри.
—Да, сэр. Конечно, сэр. Добби пришел… это трудно выразить… Добби не знает, как начать…– сказал Добби.
—Садитесь, пожалуйста.– Гарри указал на кровать. И тут, к его ужасу, домовик разразился громкими рыданиями.
—Садитесь!– голосил Домовик. —Никогда… никогда еще…
Разговор внизу прервался.
—Простите, пожалуйста.– прошептал Гарри. —Я не хотел вас обидеть.– сказал Гарри.
—Какая обида!– задохнулся эльф. —Никогда еще ни один волшебник не разговаривал с Добби как с равным, не приглашал сесть…– сказал Добби.
—Да тише вы.– взмолился Гарри и подтолкнул эльфа к кровати, стараясь сохранить самое доброе выражение лица.
Эльф взобрался на кровать, сел поудобнее — он походил сейчас на большую растрепанную куклу — и начал нервно икать. Наконец он справился и со слезами, и с икотой и устремил на Гарри восхищенный взгляд огромных, блестевших, как изумруды, глаз.
—Вам, должно быть, редко встречались хорошо воспитанные волшебники.– Гарри пытался утешить эльфа.
Добби кивнул. И вдруг, прыгнув на подоконник, стал яростно биться головой об оконную раму.
—Гадкий Добби!– кричал домовик при этом. —Мерзкий, гадкий Добби!– продолжал Добби.
—Пожалуйста, не надо.– полушепотом попросил Гарри. —Что вы делаете? Вскочив со стула, он опять водрузил эльфа на постель.
Но тут, как назло, проснулась Букля, как-то особенно громко крикнула и бешено забила крыльями о решетку клетки.
—Добби обязан наказать себя, сэр.– произнес домовик, у которого глаза от ударов стали немного косить. —Добби сказал плохое о своей семье, сэр…– сказал Добби.
—О своей семье?– опешил Гарри.
—О своих хозяевах, сэр… Добби — домовый эльф, его участь до конца дней жить в одном доме, служить одной семье…– сказал Добби.
—А они знают, что вы сейчас здесь?– полюбопытствовал Гарри.
—Нет, сэр. Конечно нет!– воскликнул эльф, и его всего передернуло. —Добби придется сурово наказать себя за это. Очень сурово, сэр. Прищемить уши печной дверцей. Если они когда-нибудь об этом узнают…– сказал Добби.
—А разве они не заметят, что вы подвергаете себя наказанию?– спросил Гарри.
—Добби сомневается в этом, сэр. Добби все время себя наказывает. Хозяева велят. Напоминают, что лишнее наказание не повредит…– сказал Добби.
—Почему же вы не бросите их? Не убежите?– спросил Гарри.
—Эльф-домовик может стать свободным, только если хозяин даст ему вольную. А эта семья никогда не даст вольной… Добби будет служить ей, пока не умрет.– сказал Добби.
—А я думал, хуже моей участи нет. И всего-то пожить здесь еще месяц! — нахмурился Гарри.
—Да маглы — ангелы по сравнению с вашей семьей. А не может ли кто-нибудь помочь вам? Хотя бы я?– сказал Добби.
Сказав это, Гарри тут же раскаялся: из груди Добби вырвался вопль благодарности.
—Пожалуйста.– зашептал Гарри в отчаянии. —Пожалуйста, тише. Если Дурсли что-нибудь услышат, если узнают, что у них в доме эльф…– сказал Гарри.
—Гарри Поттер сказал, не может ли он помочь Добби… Добби много слышал о вашем величии, но о вашей доброте Добби не ведал.– сказал Добби.
Кровь горячей волной залила щеки Гарри.
И не успел Гарри глазом моргнуть, Добби соскочил с кровати, схватил настольную лампу и начал колотить себя по голове, сопровождая наказание душераздирающими криками. Гости и хозяева внизу притихли. Гарри услыхал, как дядя Вернон затопал в коридоре, и у него бешено забилось сердце.
—Проказник Дадли, как видно, опять не выключил свой телевизор!– воскликнул дядя.
—Скорее в шкаф!– шепнул Гарри, схватил Добби, толкнул его туда, захлопнул дверцу и успел одним махом метнуться на кровать. В тот же миг ручка двери повернулась.
—Какого дьявола ты здесь шумишь!?– прохрипел дядя Вернон сквозь стиснутые зубы, приблизив пышущее злобой лицо вплотную к лицу Гарри.
—Ты убил изюминку в моей замечательной шутке, «как японец играл в гольф». Еще один звук, и ты пожалеешь, что родился на свет!– сказал Вернон. С этими словами он, тяжело ступая, убрался из комнаты Гарри. Домовик выскочил из шкафа.
—Видишь теперь, каково мне здесь? Понял, почему мне надо вернуться в Хогвартс? Это единственное на земле место, где у меня есть… по крайней мере я так думаю… у меня есть друзья.– сказал Гарри.
—Друзья, которые не написали Гарри Поттеру ни одного письма?– сказал Добби.
—Наверное, они… просто… Подожди.– нахмурился Гарри. —А откуда ты знаешь, что мои друзья не писали мне писем?– сказал Гарри.
—Гарри Поттер не должен сердиться на Добби. Добби так поступил с самыми лучшими намерениями…– сказал эльф, переминаясь с ноги на ногу.
—Ты воровал мои письма?– спросил Гарри.
—Они у меня все здесь, сэр.– сообщил Добби, на всякий случай отскочив от Гарри подальше, и вынул из-за пазухи толстую пачку писем.
Гарри различил аккуратный почерк Гермионы, небрежную писанину Рона и даже каракули, которые наверняка были нацарапаны рукой лесничего Хагрида.
Добби, опасливо мигая, взирал из угла комнаты на Гарри.
—Гарри Поттер не должен ехать в Хогвартс!– сказал домовик.
—Но почему?– опешил Гарри.
—Гарри Поттер должен обещать, что не вернётся в Хогвартс!– сказал эльф.
—Добби, умоляю..– говорил Гарри.
—Обещайте, сэр.– сказал Добби.
—Не могу!– сказал Гарри.
—Так знайте, сэр..– печально проговорил эльф. —Добби придется прибегнуть к крайним мерам. Другого выхода нет.– сказал Добби.
И не успел Гарри опомниться, Добби выскочил из комнаты, толкнул дверь и кубарем скатился по лестнице.
Во рту у Гарри пересохло, сердце чуть не выскочило из грудной клетки. Он бросился вслед за домовиком, стараясь не производить шума. Перемахнул через шесть последних ступенек и неслышно, с ловкостью кошки приземлился на ковер прихожей. Огляделся по сторонам: куда мог деваться Добби.
—Пожалуйста, расскажите Петунье ту смешную историю про американских сантехников, мистер Мейсон. Она умирает от любопытства.– донеслись из столовой слова дяди Вернона.
Гарри бегом бросился в кухню и обомлел. Тетушкино чудо кулинарного искусства – огромный пудинг из взбитых сливок и засахаренных фиалок – парил под потолком. А на верху буфета в углу, съежившись, сидел Добби.
—Не надо.– простонал Гарри. —Они убьют меня…– сказал Гарри.
—Гарри Поттер должен обещать, что он не вернется в школу.– сказал Добби.
—Добби, умоляю…– сказал Гарри.
—Обещайте, сэр.– сказал Добби.
—Не могу!– сказал Гарри.
Добби с сбстраданием посмотрел на него.
—Тогда Добби придется на это пойти. Ради вашего блага, сэр.– сказал Добби.
При этих его словах торт рухнул на пол с оглушительным грохотом. Клочья сливок заляпали окна и стены. А Добби, как будто щелкнув невидимым хлыстом, исчез, словно его и не было.
В столовой раздался визг, в кухню ворвался дядя Вернон, и его глазам предстал Гарри, с ног до головы облепленный пудингом тетушки Петуньи.
Сначала показалось, что дяде Вернону удалось разрядить обстановку.
—Это всего только наш племянник… Он не в себе, знаете ли… Незнакомые люди очень его пугают… И приходится держать его наверху.– говорил Вернон провожая Мейсонов обратно в столовую.
Вернувшись, он сунул в руки Гарри швабру и пригрозил, вот только гости уйдут, избить его до полусмерти. Тетя Петунья полезла в морозильник за мороженым, а Гарри принялся наводить в кухне чистоту.
Возможно, дяде Вернону удалось бы заключить самую крупную в жизни сделку, но в тот вечер семейство поджидала еще одна напасть.
Тетя Петунья стала обносить гостей коробкой с мятным шоколадом, как вдруг в открытое окно столовой влетела, шурша крыльями, огромная сова, уронила на голову миссис Мейсон письмо и вылетела обратно в темноту сада. Миссис Мейсон закричала дурным голосом, не хуже ирландского привидения, приносящего весть о близкой смерти, и выскочила вон из дома. После чего мистер Мейсон оставался в гостях ровно столько, сколько надо, чтобы сказать: жена его больше всего на свете боится птиц любого вида и цвета, а он вообще таких шуток не понимает.
Гарри стоял на кухне, сжимая в руках швабру, как будто ища в ней поддержку: дядя Вернон надвигался на него с сатанинским блеском в крошечных глазках.
—Читай!– злобно прошипел Вернон размахивая перед носом Гарри письмом, которое принесла сова. —Читай вслух!– продолжил Вернон.
Гарри взял письмо. Поздравления с днем рождения в нем не было. Вот что он прочитал:
«Дорогой мистер Поттер!
Мы получили донесение, что в месте Вашего проживания сегодня вечером в двадцать один час двенадцать минут было применено заклинание Левитации.
Как Вам известно, несовершеннолетним волшебникам не разрешено вне школы использовать приемы чародейства. Еще одна такая провинность, и Вас исключат из вышеупомянутой школы согласно Указу, предусматривающему разумное ограничение волшебства несовершеннолетних (1875 г., параграф С).
Также напоминаем, что любой акт волшебства, способный привлечь внимание не умеющего колдовать сообщества (простецы), является серьезным нарушением закона согласно Статусу секретности Международной конфедерации колдунов и магов.
Счастливых каникул! Искренне Ваша, Муфалда Хмелкирк Отдел злоупотребления магией Министерство магии».
Гарри кончил читать и сглотнул комок в горле.
—Ты почему не сказал нам, что тебе запрещено колдовать вне школы?– обрушился на Гарри дядя Вернон – в глазах у него плясали взбесившиеся светляки, так, во всяком случае, показалось Гарри. —Скажешь, что просто забыл… вылетело из головы…– сказал Вернон.
Дядя Вернон навис над Гарри как огромный, оскалившийся бульдог.
—Ну вот что, у меня для тебя приятнейшее известие. С сегодняшнего дня ты будешь посажен под замок… И никогда больше не вернешься в ту школу… никогда. А вздумаешь колдовать, они все равно тебя выгонят!– И, захохотав, как помешанный, Вернон потащил Гарри наверх в его комнату.
Дядя Вернон запер Гарри в комнате. Он заколотил окно досками. Прошло 3 дня, а Гарри до сих пор сидел в комнате, ему только приносили еду.
У меня с ребятами эти 3 дня прошли весело! Мы купались, ходили по улочкам Мале. Я переписывалась со своими друзьями, они писали, что весело проводят время.
Гарри Поттер спал, ему снился странный сон. Но тут, Гарри открывает глаза и видит, что кто-то смотрит на него из окна. Конечно же это был его лучший друг Рон Уизли.
—Рон!– едва шевеля губами, произнес Гарри.
Чуть не ползком добрался до окна и открыл его, чтобы легче было говорить. —Рон, как ты здесь очутился? Что ты…– сказал Гарри.
И тут он заметил, что Рон смотрит на него из старенького бирюзового цвета автомобиля, который висит в воздухе у самого окна. От изумления Гарри открыл рот, что очень развеселило близнецов Фреда и Джорджа, сидящих спереди.
—Привет, Гарри!– воскликнули они в один голос.
—Что происходит?– спросил Рон.
—Почему ты не отвечал на письма? Я тебя чуть не десять раз приглашал погостить. А вчера приходит отец и говорит, что ты применил волшебство на глазах у маглов и получил официальный выговор…– сказал Рон.
—Это не я. А откуда он узнал?– спросил Гарри.
—Он работает в Министерстве магии.– ответил Рон. —Ты ведь знаешь: колдовать за стенами школы запрещено.– сказал Рон.
—И это ты мне говоришь?– выразительно глядя на парящий автомобиль, сказал Гарри.
—Ну, это не в счет. Мы его взяли ненадолго. Это папин автомобиль. Мы никаким волшебством не пользовались. Другое дело – колдовать на глазах простецов, у которых живешь…– сказал Рон.
—Но я же сказал: это не я… Долго объяснять. Ты не мог бы рассказать в школе, что Дурсли меня заперли и сказали, что больше не пустят в Хогвартс. Никогда! А сам я выйти отсюда при помощи магии не могу. В Министерстве тогда скажут, что я за три дня учинил целых два незаконных колдовства.
—Успокойся, сам все объяснишь.– сказал Рон. —Мы приехали за тобой. Последний месяц каникул проведешь у нас.– сказал Рон.
—Но вы тоже не имеете права колдовать…– сказал Гарри.
—А мы и не будем.– Рон кивнул в сторону старших братьев. —Ты не видишь, кого я с собой привез?
—Привяжи эту веревку к решетке.– приказал Фред, протягивая Гарри один ее конец.
—Если Дурсли проснутся, мне несдобровать.– прошептал Гарри, привязывая веревку к одному из прутьев решетки.
—А теперь отойди в сторону и перестань праздновать труса.– С этими словами Фред хорошенько газанул.
Гарри отошел к клетке. Букля, словно почуяв тревогу хозяина, сидела не шелохнувшись. Машина рванулась вперед, двигатель ревел все сильней и сильней, решетка наконец поддалась и вся целиком с громким треском выскочила из оконной рамы. Машина взмыла, Гарри выглянул в окно и увидел решетку: она болталась метрах в полутора от земли. Тяжело дыша, Рон потащил ее в машину. Гарри, замерев, прислушался: в спальне дяди Вернона и тети Петуньи все было тихо.
Решетка наконец была благополучно втянута в машину, и Фред задним ходом подплыл как можно ближе к окну.
—Прыгай.– скомандовал Рон.
—А как же мои школьные вещи – волшебная палочка, метла…– сказал Гарри.
—Где они?– спросил Рон.
—В чулане под лестницей. А дверь комнаты заперта на ключ.– сказал Гарри.
—Ну, это пустяки.– отозвался с переднего сиденья Джордж. —Отойди, Гарри, от окна.
Братья осторожно влезли в комнату. «Мне бы надо самому сходить за вещами».– подумал Гарри, глядя, как Джордж, вынув из кармана шпильку, стал ковырять ею в замке.
—Многие волшебники считают, что учиться у маглов таким фокусам, пустое занятие.– сказал Фред. —Мытак не думаем. Кое-чему у них стоит учиться. Хотя, конечно, работать с быстротой молнии они не умеют.– сказал Фред.
В замке вдруг что-то щелкнуло, и дверь распахнулась. Фред и Джордж пошли вниз. Гарри в это время метался по комнате – передавая вещи Рону.
Через несколько минут вернулись близнецы. Они притащили вещи Гарри и начали запихивать их в машину. Джордж запрыгнул в машину и стал помогать. Несколько рывков и большой чемодан был в машине.
—Готово, прыгайте!– сказал Джордж.
Дядя Вернон снова кашлянул.
Гарри уже залез на подоконник, как вдруг услышал громкий крик, который был заглушён голосом Вернона.
—Опять эта чёртова сова!– зло сказал Вернон.
—Я забыл Буклю!– сказал Гарри.
Он соскочил с подоконника и в ту же секунду на лестнице вспыхнул свет. Гарри схватил клетку с совой, метнулся к окну, сунул ее в руки Джорджа, а сам вернулся к комоду, кое-что взять из ящика. В этот миг дядя Вернон ударил кулаками в дверь, думая, что она заперта. Дверь распахнулась. Дядя Вернон застыл на мгновение в дверном проеме, издав рев разъяренного быка, прыжком подскочил к окну и успел-таки вцепиться в лодыжку Гарри.
Братья ухватили Гарри за руки и изо всех сил дернули в машину.
—Петунья!– загремел дядя Вернон. —Он убегает! ОН УБЕГАЕТ!– кричал Вернон.
Братья дернули еще раз, и нога Гарри выскользнула из рук дяди Вернона. Гарри влетел в машину и захлопнул дверцу.
—Жми на газ, Фред!– крикнул Рон и машина со всей скорости помчалась вверх.
Гарри был очень рад этому! Неужели это не сон и он свободен!? Он посмотрел вниз, крыши домов стремительно уменьшались. Вернон, Петунья и Дадли остолбенено глядели из окна комнаты Гарри.
—Увидимся следующим летом!– махнул им на прощанье Гарри.
Братья Уизли смеялись и что-то громко кричали. А спасенный друг, откинувшись на спинку сиденья, первый раз за много дней улыбался во все лицо.
—Выпусти Буклю.– сказал он Рону. — Пусть летит сзади. Столько дней просидеть взаперти!– сказал Рон.
Джордж протянул Рону шпильку, еще минута – и счастливая Букля вылетела в окно и, как призрак, неслышно заскользила в воздухе рядом с машиной.
—Ну, рассказывай скорее.– потребовал нетерпеливо Рон. —Что с тобой произошло?– сказал Рон.
Гарри поведал им про посещение Добби, про его предупреждение и описал гибель кулинарного шедевра миссис Дурсли.
—Очень странно.– протянул Фредди.
—Непохоже на правду.– кивнул Джордж. —И он не сказал, кто замышляет это злодейство?– спросил Джордж.
—Мне показалось, он не мог этого сказать.– попытался объяснить Гарри. —Откроет рот и тут же начинает биться головой об стену.– продолжил Гарри.
—Понимаешь Гарри, Домовики умеют колдовать, но обычно не смеют без разрешения хозяев. Скорее всего Добби был кем-то подослан к тебе, чтобы отвадить от школы. Вспомни, нет ли у тебя в Хогвартсе врага?– спросил Фред.
—Драко Малфой. Он меня ненавидит.– ответил Гарри.
—Драко Малфой?– повернулся Джордж. —Сын Люциуса Малфоя?– спросил Джордж.
—Да. А это важно?– спросил Гарри.
—Я слышал, что про него говорил отец. Он был сообщник Сами-Знаете-Кого. Один из самых главных.– сказал Джордж.
—А когда Сами-Знаете-Кто исчез.– продолжил Фред, вывернув голову чуть не на сто восемьдесят градусов. —Люциус Малфой принялся уверять всех, что ни к каким злодействам он не причастен. Но это он наврал. Отец говорит, он был ближайший помощник.– сказал Джордж.
Гарри не раз слыхал подобные разговоры о семье Малфоев, так что слова друзей его ни капли не удивили. По сравнению с Драко Дадли был добрый и отзывчивый мальчик.
—Не знаю, есть ли у Малфоев собственный домовик…– пожал плечами Гарри.
—Кто бы ни были хозяева Добби, это наверняка старый чародейский род, причем очень богатый.– заметил Фред.
—Само собой…– отозвался Джордж. —Мама жалеет, что у нас нет домовика, семья большая, столько приходится гладить, а магией тут не поможешь. У нас есть только дряхлый упырь, живет на чердаке. Да еще гномы весь сад заполонили. Домовики обитают только в старинных особняках и замках. Переходят по наследству. В нашем доме эльф не заведется.– сказал Джордж.
—Так или иначе, я рад, что мы прилетели за тобой, Гарри!– сказал Рон.
Через некоторое время ребята прилетели на место назначения. Похоже, изначально это был небольшой кирпичный свинарник, но потом к нему время от времени пристраивали и сверху и с боков все новые комнаты, дом подрос на несколько этажей, но выглядел так неустойчиво, будто держался единственно силой волшебства. На красной черепичной крыше торчали вразнобой пять каминных труб. У входа на шесте, слегка скособочившись, висела надпись: «Нора». Сбоку крыльца рядом с огромной заржавленной кастрюлей красовалась груда резиновых сапог разных цветов и размеров. По двору ходили упитанные пеструшки и что-то клевали. Вся компания высыпала из машины.
Поперхнувшись, Рон смолк и лицо его пошло зелеными пятнами: в окнах «Норы» горел свет, а от крыльца, разгоняя кур, к ним приближалась миссис Уизли. Это была маленькая полная женщина с добрейшим лицом, сейчас напоминающая саблезубого тигра.
Фред охнул.
—Господи.– вырвалось у Джорджа.
Миссис Уизли подошла к ним и остановилась, уперев руки в бока и переводя взгляд с одного виноватого лица на другое. На ней был фартук в цветочек, из кармана которого торчала волшебная палочка.
—Ну?– грозно вопросила миссис Уизли.
—Доброе утро, мамочка.– произнес Джордж, как ему показалось веселым, довольным голосом.
—Вы что, не понимаете, как я волновалась?– яростно прошептала миссис Уизли.
—Прости, мамуля, но мы должны… были…– говорил Джордж.
Вся троица была выше матери чуть не на голову, но смертельно боялась ее гнева.
—Пустые постели! Никакой записки! Исчезла машина! Могли попасть в дорожную аварию! Я чуть с ума не сошла от беспокойства! Вы ни о ком, кроме себя, не думаете! Такого я, сколько живу, не помню! Вот погодите, придет отец. Старшие братья никогда ничего подобного не совершали, ни Билл, ни Чарли, ни Перси…– говорил миссис Уизли.
—Наш пай-мальчикю– закончил тираду Фред.
—НЕ ГРЕХ БЫ И ПЕРЕНЯТЬ У ПЕРСИ ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ!– воскликнула миссис Уизли, тыча пальцем в грудь Фреда. —Вы могли погибнуть, вас могли увидеть, отец из-за вас может потерять работу.– говорила миссис Уизли.
Гневу ее, казалось, не будет конца. И, только охрипнув, она повернулась к Гарри, который попятился от нее в страхе.
—Милости просим, дорогой Гарри. Входи, сейчас будем завтракать.– приветливо улыбнулась хозяйка и с этими словами поспешила обратно в дом.
Бедный Гарри бросил на Рона вопросительный взгляд, тот ободряюще кивнул, и Гарри последовал за миссис Уизли.
Кухня была маленькая и довольно тесная. В середине стоял выскобленный деревянный стол в окружении стульев. Гарри сел на краешек ближайшего стула и огляделся.