7 глава.
Пятничный вечер в баре проходил вполне обычно, кучи наших ровесниц, парни постарше и долбящая по ушам музыка в перемешку с алкоголем придавали этому месту какую то даже определенную атмосферу другой жизни.
В идеальных ресторанах города, в которые таскали меня родители, было душно и слишком правильно, тут же можно было отдохнуть, забыть кто ты и из какой семьи, главное сильно не светить деньгами.
Посмотрев время, часы показывали почти пять утра, а телефон сто тридцать четыре пропущенных вызова от одного абонента, кроме него меня ни кто не искал.
- Ты че к нему лезешь кобыла? - голос Алисы где то в толпе, заставил обернуться.
- На нем не написано, - визжала девушка.
Доля секунды и Алиса бьет несчастную четким ударом в нос, а после начинается драка в которую я конечно же влезла, подружки этой девушки налетели со всех сторон.
Паша с Егором пытались разнять нас, но и у них началась драка с парнями из этой компании, охрана бара не смогла решить все своими силами и вызвала милицию.
Нас с Алисой посадили в какой то кабинет, куда определили парней мы так и не узнали.
- Пишите пока номера родственников, кто сможет за вами приехать, - женщина из детской комнаты милиции оставила на столе ручку с листком и закрыв нас на ключ вышла из кабинета.
- Пиши Петю, - Алиса жалобно посмотрела на меня, - у меня родители в запое, а твоя мать нас убьет.
- Я вообще ни кого писать не буду, скажу сирота с казанского вокзала, - дернулась я на подругу, - делать мне нечего его писать.
- Ну он сможет нас забрать Крис, - продолжала давить Алиса.
- Я все сказала Лиса, сейчас Паша с Егором че нибудь придумают, успокойся, - резко ответила я, конечно же я не собиралась посвещать Петю в произошедшее.
Егор с Пашей действительно придумали план, как сделать так, что бы наших с Алисой родителей это не коснулось и они сами позвонили Пете.
- Да все спасибо вам, - он пожал руку толстого капитана и положил в его карман несколько купюр, - извините за девочек, будем построже с ними.
Выйдя из отделения милиции парни о чем то говорили с Петей, мы с Алисой закурили смотря на рассвет опускающийся на город. В меня вселилась какая то тревога, мне совершенно не хотелось, что бы сейчас Паша с Егором и Алисой уехали, но так и вышло.
- В машину садись, - бросил он отходя с Авдеевым в сторону, вид у него был мягко говоря не совсем дружелюбный.
Я села в БМВ уставившись в окно, о чем говорил Петя с Пашей слышно конечно не было, но по тому как побледнел друг было понятно, что разговор у них не из приятных.
- Ну и че за концерты Кристина? - Петя сел за руль и завел двигатель даже не смотря в мою сторону.
- Ни каких концертов, - я отвернулась к окну перестав смотреть на него, - ты женатый человек, я свободная девушка, что не так?
- Ты прекрасно знаешь для чего это все, - он тяжело вздохнул, - не испытывай мои нервы.
- Трахнул ее? - резкий вопрос и гнетущая тишина, - ну не молчи, отвечай.
- А тебя Авдей уже трахнул? - он резко берет меня за подбородок поворачивая к себе, - че сама то молчишь?
- Придурок, - выдыхаю я, - домой отвези меня.
- Неа, - он вдавливает педаль газа в пол и едет в сторну своей квартиры на Ленинском.
Чем светлее становилось на улице, тем больше огней от фонарей и домов тухли, пока мы ехали из отделения милиции. Мне совершенно не было страшно, он не ударит, если бы хотел давно бы это сделал, но понимания зачем все же он везет меня не домой не было.
Квартира встретила полнейшим хаосом, перевернутый диван, расстреляное пианино, разбросаные вещи и битая посуда.
- Че тут было? - не разуваясь я прошлась по комнатам оглядываясь по сторонам, пока он снимал плащ в коридоре.
- Да так, одна мадам трубки не брала, - он оперся на дверной косяк наблюдая за мной.
- Ты псих, - я присела на стульчик около пианино кинув шубу на сам инструмент.
- Знаю, - он делает несколько шагов в мою сторону и присаживается на корточки хватаясь руками за икры обтянутые тонкими, черными капроновыми колготками, дефицитными для нашего времени.
Алкоголь туманил разум не так сильно, как этот чертов запах дерева и цитруса в перемешку с кожей Пети, что пропитал кажется всю квартиру.
- Не делай так больше прошу тебя, - он кладет голову мне на колени, а я плавно вожу пальцами по спутаным кудряшкам на его голове.
- Как получится, - усмехаюсь я, - мне домой надо.
Он согласно кивает и встает, я встаю следом, но уехать мне не суждено.
С напором Петя начинает меня целовать, я поддаюсь ему, его руки блуждают по спине в попытках найти молнию платья, но ее по просту там нет. Бросив эту затею он спускает бретельки с плеч, оголяя грудь. Оставляя влажные следы от губ спускается к шее, ключицам, захватывает сосок проводя по нему языком, а после слегка прикусывает.
Я выгибаюсь ему на встречу прижимаясь ближе, голова идет кругом от него, от его рук, близости, пальцы сами тянутся к пуговицам его рубашки расстегивая одну за одной.
Петя стягивает колготки вместе с бельем швыряя куда то в сторону, задирает платье и подхватив меня на руки сажает на раскрытое пианино, от чего оно издает звук когда туда приземляется моя голая задница.
Он плавно вводит два пальца, задаёт ритм. Большим касается клитора и стоны вырываются сами. Петя глушит их поцелуями резкими, жадными, как сам он.
Остановившись он расстегивает брюки спуская их вниз вместе с боксерами и резко входит, прижимая меня к себе на столько, на сколько это возможно.
Рваные стоны в перемешку с поцелуями и звуками клавиш пианино от наших движений звучат на всю квартиру. Я безцеремонно впиваюсь ногтями в его спину наплевав на то, что это обязательно кто то заметит. Толчок за толчком внутри пробирает словно электричество пущеное по венам, как самый тяжелый наркотик, что разрушает и одновременно дает мощную эйфорию, все чувства рядом с Петей обстряются.
В груди не хватает воздуха, тело трясет от подступающего оргазма, Петя стягивает меня с пианино развернув к себе спиной и снова входит, держа одной рукой за шею, а второй умело выводя круговые узоры по клитору.
Стоны становятся еще громче, а его движения быстрее, от чего все же сводит низ живота и наступает волна резкого оргазма одна за одной, он не останавливается, продолжает, в глазах темнеет, голова кружится и он все же заканчивает в паралель с одной из многочисленных волн моего удовольствия.
Он усаживает меня на крышку пианино, натягивает брюки и вручает мне сигареты с зажигалкой, пока сам переворачивает диван в исходное положение закидывая на него из шкафа несколько подушек и одеяло.
Я стягиваю через голову платье и закурив наблюдаю за ним. Он мой чертов наркотик, от которого невозможно отказаться, с которого нельзя просто слезть или бросить.
Безна невесомости тянет все выше и выше к самому небу, земли уже давно не видно, а значит, обязательно будет сильно больно, но об этом сейчас лучше не думать.
Конечно же я не еду домой, пока за окном кипит жизнь, пока его жена ждет дома, пока мои родители спят и даже не знают где я, я просто мирно засыпаю на его груди в самых теплых и бережных обьятиях во всем мире.
- Ты только моя, - шепчет он перебирая пряди волос, - я убью каждго, кто прикоснется к тебе.
Я не отвечаю, но даже на секунду не сомневаюсь, он не врет.