32 (1)
День отца
Чонгук
-Давай ещё разок стишок повторим, - предлагаю Наен.
-Неть, - бурчит она, насупившись.
Обнимает игрушку и хмуро смотрит в окно.
-Не выспалась, - улыбается Лиса. - Оставь ее в покое. Не переживай, вы два дня учили.
И мне очень гордо от этого, да. Стих был большой. Практически полноценная роль. Мне кажется, что я волнуюсь больше Наен.
-Погоди… - щелкаю в музыкальном приложении на телефоне и включаю песню из мультика.
Наблюдаю за мелкой в зеркало заднего вида. Надутые губешки медленно расплываются в улыбке и начинают подпевать.
Лиса тоже замечает это.
Накрывает своей рукой мою на коробке передач. Я переплетаю наши пальцы.
-Какие у тебя планы на сегодня? - Смущенно интересуется Лиса.
-Так, меня вообще-то на праздник пригласили, - смотрю на нее с легким недоумением.
-Ну нет же, после утренника. Ты совсем со мной не делишься, чем собираешься заниматься дальше, - закусывает губку. - Где работать? Я могу тебя об этом спрашивать?
-Конечно, - киваю, - после сада планировал в институт заехать. Пора старые связи восстанавливать, да долги собирать...
На самом деле, очень хочу с ректором на тему Лисы поговорить. Заново отправлять ее учиться на шесть лет в мед мне совсем не хочется. Ну не та эта работа, которая нужна ее чувствительной натуре, а вот «организация здравоохранения» после государственного управления - вполне. Хорошие девочки должны работать в тепле и покое. Без заморочек уходить в декрет, возвращаться, получать хорошую зарплату, перекладывать бумажки и счастливыми приходить в пять вечера домой. Аптека - это совсем временный вариант. На крайний случай нужно уж свою…
-… И есть пару мыслей, куда хорошо вложиться, когда твои бывшие родственнички успокоятся и перестанут прессовать проверками счета моих хороших знакомых, - добавляю, трогаюсь на светофоре.
-Скажи, - вдруг посильнее сжимает мою руку Лиса. - А это правда, что клиника Кимов живет «с откатов»? И не только их? Я пару раз дома разговоры слышала…
-Что именно ты слышала? - Напрягаюсь.
-Что все на бабушку записано. И весь документооборот идет через нее, чтобы в случае чего, она оказалась крайней… А она не говорит! Попробуй допроси!
-Вот черти, - хмыкаю. - Это они, конечно, ловко придумали. Боюсь, что так и есть, Лис. Но глобально дробление фондовых денег - это не новость. Главное, чтобы люди дробящие совесть имели.
-А ты? - Острожно и многозначительно спрашивает Лиса.
Отвлекаюсь от дороги и отвечаю, глядя ей прямо в глаза:
-А я. Имею совесть. И это не обсуждается.
К счастью, в этот самый момент мы заезжаем во двор рядом с детским садом.
Делаю вид, что очень увлечен парковой, а после выгрузкой из машины Наен и вещей, потому что не очень хочу продолжать опасный диалог. Просто потому что не понимаю, как!?
Человеку, не поварившемуся в системе, сложно объяснить, что ты не можешь ее изменить, даже стоя у верхушки.
Сестре я объяснить так и не смог.
Кстати, наверное, именно эта привычка вечно изворачиваться, находя компромиссы, и играет сейчас со мной в злую шутку…
-Не поможете декорации поставить? - Слышу у себя за спиной женский голос и оборачиваюсь.
Ухоженная женщина лет сорока, с пилоткой на голове.
- А то папы - у нас дефицит.
-Да, конечно, - подхватываю из рук женщины большое картонное дерево.
-В актовый зал направо, - сообщает мне она.
-Мы пойдём в группу переодеваться, а ты заведующей помоги, - кивает мне Лиса и делает страшные глаза.
Я отношу дерево, домик, пень, стулья и задаюсь вопросом - почему ко мне постепенно присоединилось всего двое мужчин, если праздник сегодня будут показывать для пап?
Этот же я вопрос задаю и Лисе, когда мы рассаживаемся в актовом зале по местам.
-Потому что в нашей группе из тридцати человек папы есть в лучшем случае у половины, - вздыхает она в ответ. - Ещё половина из них вахтами или сутками работают.
-Тогда зачем его проводить? Этот праздник? - Не догоняю. - Кого хвалить?
-Потому что РОНО попросит отчеты…
Хмыкаю. Вот она! Система во всей своей красе. Никого не волнуют чувства детей и семей.
Вера рассказывает свой стих прекрасно. Мне вообще кажется, что она - лучше всех.
-А почему наша в платье? - Снова не понимаю я. - А остальные девочки в тельняшках?
-Потому что Наен слова в последний момент дали, - шепчет Лиса. - Девочка заболела и костюм домой унесла.
-А почему Наен сразу стих не дали?
-Потому что она танцует танец морских капелек, - хихикает Лиса.
-Аааа… - тяну. - Понятно…
В какой-то момент меня снова накрывает мыслями о том… втором ребенке, который сейчас растет в животе Элен. Получается, у него тоже некому будет на праздник прийти? Нет. Я буду ходить. А если вот так же, придет новый мужик к ним жить. И…
Меня корежит от этой мысли. Ну как? Где мы накосячили четыре месяца назад? Мотаю свою память.
Выходит, это случилось совсем не за долго до того, как я спалил ее с любовником в тачке. Хм… Так мы не спали тогда! Практически две недели. Сначала Элен улетала на фотосессию в Египте. Точно. Фотки на яхтах в купальнике в сеть выставляла. А после я слег с отравлением на четыре дня. У Пака день рождения был…
По телу прокатывается потусторонний озноб, который, мгновенно раскаляясь в грудине, становится очень похож на ярость.
Это что получается? Я чего-то не помню или меня дурят? Даже если после праздника я к Элен и приставал, то точно была защита. Мы в тот день перепились, как пацаны, а потом эти презервативы с балкона, вместо водяных бомбочек бросали. Что веселого в этом занятии было - не ясно, но ржали мы как кони.
После садика я отвожу Лису на работу, а сам по дороге в институт заезжаю ещё в пару лабораторий.
Во всех мне говорят о том, что без согласия женщины провести тест не возможно. Даже если я заплачу за выезд, то вену она имеет право не дать.
Задумчиво стучу пальцами по рулю. Дело - дрянь. Но сомнения, так логично посеянные сначала другом, потом - сестрой, заставляют меня параноить.