глава 22
Ничего не понимаю: все происходит я открываю глаза. Растерянно смотрю вокруг и вижу что на меня нацеплины какие-то приборы я снимаю маску через которую поступал воздух . Я попыталась встать но все без полезно. Рядом стояло кресло на нем спал Адриан . Он был мне пративен после всего. Рядом оперевщись сидела Аля которая тоже спала в обнимку с Нино.
Но я не могу вспомнить что случилось:
Что вообще происходит? Почему я в больнице ? Что случилось? Почему он тут спит?
Когда Адреан увидел что я не сплю то сразу подошел ко мне.
- Уйди я не хочу тебя видеть-с отвращением сказала я
– Я… я знаю что врятли ты простишь меня, но я могу рассказать тебе првду – говорит Адриан низким голосом.
Я смотрю в его блестящие глаза, в которых мечутся отчаяние и растерянность. Не знаю, что происходит, но я не хочу что бы он уходил.
– Я надеюсь хоть в этот раз ты мне не со врешь, а то мое доверие пропало к тебе.
Сердце ноет: я не готова услышать то, что он хочет сказать.
Адриан делает паузу, барабанит пальцами и начинает:
– Прости меня. Мари, ты должна понимать, что это началось до того, как я познакомился с тобой. – Его взгляд молит о пощаде.
Я с трудом могу выдавить из себя:
– Расскажи.
- Мы играли в игру и мне задали действие,про тебя, из за того что ты не была покорна никому, и мне задали....
Он закрывает глаза, словно собираясь с мыслями.
О нет! Если бы мое сердце могло разорваться по-настоящему, так и было бы. Это невозможно. Это не может происходить. Не сейчас. Не со мной.
– Продолжай, – говорит Аля и подается вперед, слушая объяснения .
Хардин бросает на Алю такие свирепые взгляды, что, если бы сам не был во всем виноват, убил бы ее.
– Ты сказала, что да… и это навело кое-кого на мысль… -подталкивает его Нино
– Меня… навело меня на мысль, – признается Адреан. Его взгляд не отрывается от меня. Но от этого не легче. – Что… было бы прикольно… поспорить.
Он опускает голову, а из моих глаз льются слезы.
– Нет! – Я задыхаюсь и быстро в стою с кровати
Сумятица в мыслях мешает разобраться, понять услышанное. Затем растерянность сменяется болью и гневом. Всплывают воспоминания, собираются воедино…
«Держись от него подальше». «Будь осторожна». «Иногда ты думаешь, что знаешь людей, но это не так». «Мэри, я должен кое-что тебе сказать».
Все проговорки Али, Луки, даже самим Адриана прокручиваются в памяти снова и снова. В глубине души я всегда понимала, что чего-то не знаю. Из маленького зала, кажется, пропал весь воздух, мне нечем дышать. Столько раз мне делали подсказки, а я была слишком ослеплена Адрианом, чтобы понять!
На что он спорил? На то, что я буду с ним жить?
– Ты знала? – спрашиваю я Алю.
Я не могу больше смотреть на Адриана.
– Я… я много раз собиралась рассказать тебе, Мари. – Ее глаза наполняются виноватыми сслезами
Я знаю, что должна что-то сказать, что угодно. Но голоса нет. Жизнь течет по-прежнему. Как жизнь может продолжаться, когда я слежу, как Нино опускает голову, как плачет Аля и как Адриан смотрит на меня?
– Мари, прости.
Он делает шаг ко мне, и у меня нет сил даже отодвинуться от него.
Мир исчезает – остаются только ужасный голос Нино и глаза Адриана.
Раньше я никогда не чувствовала себя так отвратительно. Такого уровня унижения и потери я не могла себе даже представить. Все это время Адриан играл со мной. Все эти объятия, поцелуи, улыбки, смех, «я люблю тебя» планы на будущее – все это сгорело на хрен без всякого следа. Каждый его шаг, каждая ночь, каждая мелочь были спланированы – и все об этом знали, кроме меня. Даже Аля, которую я считала своей подругой. Я смотрю на него, позволяя себе минуту слабости. Он просто стоит – стоит, словно только что не разрушился мой мир, словно он не унизил меня перед всеми.
– Тебе будет интересно узнать на что играли -говорит Нино. -Я только жалею, что пропустил это «Я тебя люблю!» у всех на глазах. Говорят, прикольно было.
– Заткнись, мать твою! – орет Адреан к всеобщему удивлению. Если бы я не так окаменела изнутри, я бы, наверное, тоже удивилась. – Пошли вы все. Ей и так уже достаточно!
Адреан делает ко мне шаг.
– Детка, пожалуйста, скажи что-нибудь…
И это его «детка» наконец возвращает мне дар речи.
– И ты еще осмеливаешься меня так называть! Как ты мог так поступить со мной? Ты… ты… я не могу… – Так много накипело, что я просто не знаю, что сказать в первую очередь. – Я не буду ничего говорить, потому что это именно то, чего ты хочешь.
На словах я гораздо увереннее, чем чувствую себя. Внутри я сгораю, и сердце мое лежит на полу, под подошвами Адреана.
– Я знаю, я все испортил, – начинает он.
– Ты испортил? Ты испортил? – кричу я. – Почему? Только скажи, почему я?
– Потому что ты была там, – говорит он, и его честность меня добивает. – И был азарт. Я не знал тебя, Мари. Я не знал, что влюблюсь в тебя.
Упоминание о любви вызывает у меня совсем иное чувство, чем последние несколько недель, я чувствую, что меня тошнит.
– Ты болен. Ты, мать твою, болен! – кричу я, выбегая за дверь.
Это слишком. Рука Адреана хватает меня за запястье, но я вырываюсь и, развернувшись, бью его по лицу. Сильно. Гримаса боли на его лице приносит мне некоторое удовлетворение.
– Ты все разрушил! – кричу я. – Ты взял у меня то, что тебе не принадлежит, Адреан. Это предназначалось тем, кто любил меня, любил искренно. Это было твое, только твое, и все это ты променял – на деньги? Из-за тебя я испортила отношения с мамой. Я все бросила! Мне нужен был кто-то, кто бы любил меня и не заставлял страдать. Ты отвратителен.
– Я люблю тебя, Мари. Я люблю тебя больше всего на свете. Я собирался рассказать тебе. Я пытался, чтобы не они тебе рассказали об этом. Я хотел, чтобы ты об этом никогда не узнала. я пытался заставить их не говорить тебе. Я собирался рассказать тебе сейчас, когда мы живем вместе и когда это не имеет никакого значения.
Я уже не контролирую свои слова.
– Ты… ты… Боже, Адреан! Что с тобой, черт возьми? Ты думаешь, что убедить всех не рассказывать мне – это достижение? Если я не знаю, значит, все хорошо? Ты думал, раз мы живем вместе, я позволю этому продолжаться? О господи. Ты псих!
Каждая всплывающая мелочь, все сходится. Это было так очевидно!
Все в больнице смотрят на нас, и я чувствую себя такой маленькой, сломленной и беззащитной.
– Ты взял и использовать меня , чтобы показать им, Адреан! Ты показал им как можно унизить меня! – Я хватаюсь за голову и прохожу мимо него. – Боже мой! Я такая дура! В то время, как я вспоминала лучшие моменты в моей жизни, ты играл.
– Я знаю… мне нет оправданий… но ты должна меня простить. Мы сможем это пережить, – говорит он.
Я хохочу. Мне смешно. Несмотря на слезы, я не могу удержаться от смеха; это какое-то безумие. Это не сцена из фильма. Не могу взять себя в руки. Не могу принять удар, выдохнув или смахнув с щеки слезу. Я плачу, схватившись за голову, не сдерживая эмоции и с трудом формулируя мысли.
– Простить тебя? – Я хохочу как сумасшедшая. – Ты погубил меня, понимаешь? Ну конечно, ты понимаешь. Это же был твой план, помнишь? Ты обещал погубить меня. Поздравляю, Адреан, у тебя получилось. Что я тебе должна? Или найти тебе другую дуру?
Он силится двинуться, словно прикованный взглядами к столу.
– Мари, пожалуйста! Ты же знаешь, я люблю тебя. Пойдем домой, пожалуйста, я расскажу тебе все.
– Домой? я не пойду. И никогда туда больше не зайду.
Я поворачиваюсь к дверям. Я уже близко.
– Что мне сделать? Я сделаю все, что ты хочешь, – умоляет он.
Он по-прежнему смотрит на меня, потом опускается на пол. На секунду я в замешательстве, потом понимаю, что он становится передо мной на колени.
– Ты? Ничего. Ты уже все сделал, Адреан.
Если бы знать, что ему так же больно сейчас, как и мне! Я бы повторила эту боль тысячу раз, чтобы он понял, как я истерзана и унижена.
Я бегу к двери, пользуясь тем, что Адреае на коленях. В дверях в кого-то врезаюсь. Я поднимаю глаза и вижу Луку: на его лице еще видны синяки от драки с Адреаном.
– Что случилось? – спрашивает он, хватая меня за локти. Смотрит на Адреана и все понимает. – Прости… – говорит он, но я не слушаю его.
Адреан идет ко мне. Нужно убраться подальше от этой больце, от него.
Выхожу на улицу, и холодный воздух треплет мне волосы. Я рада, надеюсь, ветер охладит пожар внутри меня.
Слышу голос Луки:
– Ты не можешь сейчас куда то уехать , Мари!
– Оставь меня! Я знаю, ты был в курсе! Вы все были! – кричу я, вызываю такси.
– Разреши отвезти тебя домой, ты не можешь ехать однп, – говорит он.
Я открываю рот, но тут вижу Адреана, бредущего по улице.
Я смотрю на человека, которого считала любовью всей своей жизни, который делал каждый день моей жизни особенным, диким и свободным. Затем перевожу взгляд на Зеда.
– Хорошо, – говорю я.
Сажусь в машину Луки, запирая дверь как можно быстрее. Через секунду Адреан понимает, что я уезжаю с Лукой, и бежит к машине. Он в ярости, и я радуюсь, что Лука сядет в машину до того, как Адреан к нам подбежит. Лука прыгает в машину и газует. Смотрю на то, как Адреан падает на колени второй раз за этот вечер.
– Прости, Мари. Я не представлял себе, что так получится…
– Не разговаривай со мной.
Я больше ничего не хочу слышать. Я не могу простить его. У меня болит живот, и боль от предательства Адреана делает меня слабее с каждым мгновением. Я уверена, что, если Лука будет говорить, я просто потеряю сознание. Мне хочется знать, зачем Адреан так поступил, но меня бросает в дрожь, если я что-то услышу. Я никогда не чувствовала такой боли и не знаю, что делать. Лука кивает, и несколько минут мы едем в тишине. Я думаю о Адреане, Але и Нино и успокаиваюсь: что-то во мне меняется. Что-то делает меня смелее.
– Знаешь что? – обращаюсь я к нему. – Поговори со мной. Расскажи мне все. Каждую деталь.
Он беспокойно смотрит на меня, но, поняв, что у него нет выбора, тихо произносит:
– Хорошо.
Мы выезжаем на шоссе.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ..........