Доп. глава
С 24 главы
Кто то крикнул и ручка перестала
дёргаться,и я оттолкнула его ,он сдался и поднял руки вверх типо "все все не буду" и отошел к своему мотоциклу и достал телефон и стал светить вокруг.
-ЛИНЗЫ КОТОРЫЕ Я СЕГОДНЯ КАК НАРОЧНО НЕ ЗАХОТЕЛА ОДЕТЬ-кричали мои мысли,но слава богу визор был затемнен но отблески глаз виднелись если светить ярким светом прямо в глаза,и он конечно начал светит,ему ведь интересно кто с ним разговаривает особенно круто будет если это будет "умершая" в самолёте.
Не успела я зажмуриться как он резко схватил меня на запястье и прижал его к бетонной стене и одно неправильное движение и оно будет сломано.
-Не может быть,кто ты такая?-проговорил он сжимая его
-Ты,ты,ты,я видел только одного человека с такими глазами,левый словно море со звёздами,правый словно огонь с искрами,кто ты такая черт возьми?-сказал он чуть повышая тон,но так что бы лишь напугать а не попасть в ментовку на дохрена суток.
Его значки резко расширились ,словно до него что то дошло,и он медленно отошел и сказал.
-Только Днк ,только Днк,девушку которую вынесли из центра обломках,у которой не было лица,Джессика,Джессика,ты единственная кто был не найден тела,новости гудели о трагедии.Лицо личность,мотоцикл,навыки,таблетки от головы которые ты возишь с собой,2+2 ,Джессика Холл,ты. Он расстегнул мой шлем и скинул его под ноги.
Он долго смотрел на меня, не моргая.
— Нет… — тихо сказал он. — Это не может быть ты.
Я спокойно выдержала его взгляд.
— Почему?
Он шагнул ближе, всматриваясь в моё лицо, словно искал знакомые черты.
— Потому что ты выглядишь иначе. — Он нахмурился. — Твои глаза… скулы… даже линия подбородка.
Я на секунду отвела взгляд.
— Самолёт упал на поле, — медленно сказал он. — Был пожар. Спасатели говорили, что почти всё вокруг горело.
Я тихо выдохнула.
— Когда меня нашли… я была в очень плохом состоянии.
Он замер.
— Что ты имеешь в виду?
Я провела пальцами по щеке, словно проверяя, что лицо всё ещё на месте.
— Меня долго оперировали. Несколько операций.
Он смотрел всё внимательнее.
— Пластическая хирургия? — осторожно спросил он.
Я кивнула.
— Врачи буквально собирали моё лицо заново. Поэтому ты меня и не узнал.
Несколько секунд он молчал, переваривая услышанное.
— Значит… — медленно произнёс он, — ты действительно была в том самолёте.
Я подняла на него глаза.
— Я же сказала.
Где-то вдалеке послышался гул машин.
— Я выжила.
....
Год с того момента, как он впервые увидел меня после авиакатастрофы под трибунами стадиона, где раньше гремели гонки и ревели двигатели. Тогда всё было как в тумане — обломки, дым, звук падающего металла и крики, которые больше никогда не забыть. Сейчас я стояла на верхней трибуне, глядя на пустую трассу внизу и мерцающие огни города за горизонтом.
Мы не вместе. Он где-то там, в шуме мира, а я здесь, среди бетонных стен и пустых трибун. Ветер свистел сквозь ряды сидений, играя с моими волосами, и каждый свист казался отголоском той ночи, когда жизнь могла оборваться раз и навсегда.
Всё прошло почти год, а ответы на вопросы так и не появились. Его взгляд, когда он впервые узнал меня, слова, которые так и не были сказаны, — всё это осталась в памяти как шрамы, которые нельзя стереть. Я медленно опустила глаза на свои руки, ощущая холод металла перил. Ничто не изменилось, кроме времени, которое прошло.
Я сделала шаг назад от края трибуны, остановилась, вдохнула холодный воздух и посмотрела на трассу внизу. Там когда-то ревели машины, гремели гонки, а сейчас — тишина, пустота, которую невозможно заполнить. Мы не вместе, наши пути разошлись, и, возможно, никогда не пересекутся снова.
Ветер усилился, пронесся сквозь бетон и пустые сиденья, и я почувствовала, как в груди оседает тяжесть: год прошёл, мы — нет, и пустота осталась.
----------------
Мне пизда да? Чувствую тапки полетят с камнями.
Истрия на этой ноте закончена,продолжение не будет.