Говорят, сегодня будет звездопад

Джинсоль опомнилась только тогда, когда уже обнаружила себя за пределами роскошных апартаментов, ведомую за руку Минхо. Поэтому, резко остановившись, она заставила его тут же прекратить их движение.

— Зачем ты меня увёл?

— Хёнджину плохо, — парень усмехнулся. — Ему больно, а я не могу сдержать смех, наблюдая за этим.

Слегка поёжившись от холода, девушка воскликнула с лёгким раздражением в голосе:

— Ты издеваешься надо мной?

От парня это не осталось скрытым:

— Замёрзла?

— Конечно, замёрзла!

— Сегодня холодно даже в помещении, — согласился он, укутываясь в своё пальто посильнее.

— А мне тогда, думаешь, тепло?

Действительно, парень вывел её из квартиры так резко, что она даже не успела забрать своё пальто со статуи у входа.

— Ничего не хочу слышать. Если узнаю, что тебе безумно холодно, снова подействует сила любви и вынудит отдать тебе своё пальто, — он развёл руками, — а я не хочу его снимать.

Закрыв глаза на мгновение, Джинсоль глубоко вздохнула. Когда же она открыла их, демон почти забыл, как дышать: девушка сердито топнула ногой, надув свои розовые губки, и с гневом уставилась на Минхо. Он на секунду замер, но затем быстро отвёл взгляд, строго приказывая ей больше так не делать. Однако Соль не восприняла его слова всерьёз. Напротив, она сделала шаг ближе и, продолжая смотреть на него своими большими глазами, произнесла непривычно нежным и тонким голосом:

— Ли Минхо, мне холодно.

Тот снова украдкой бросил на неё взгляд. А девушка, теперь поднеся ко рту кулочки, начала дышать на них, тихо добавив:

— Совсем замёрзла.

Минхо хотел бы сказать, чтобы она прекратила, но не мог: сердце вновь оказалось сжато под влиянием Кымганго. Когда взгляд демона снова встретился со взглядом Джинсоль, парень зажмурился и, вздохнув, неожиданно произнес:

— Идём ко мне.

— В каком это смысле? — с недоверием спросила девушка.

Он не ответил. Только вновь взял Соль крепко за запястье, не оставляя ей другого выбора, кроме как последовать за ним.

В здании находилось несколько лифтов. Когда двери одного из них закрылись, парень внутри него уже произнес:

— Бёнчоль проложил этот ход для меня, — демон небрежно указал подбородком на рекламу на стенах лифта. — Отсюда можно добраться до моего дома.

— А это разве не плакат о вступительных экзаменах?

В самом деле, на нём было изображено около дюжины указателей, ведущих в разные направления. Отличный посыл для старшеклассников, которым вскоре предстоит выбрать, какому пути они решат следовать во взрослой жизни.

— Смотри, — он ткнул пальцем в один из указателей, — тут написано "мой дом".

— И правда, — удивилась Джинсоль. — Так и есть!

Щёлкнув звонко пальцами, парень прищурился в улыбке. Тут же двери лифта открылись, и Соль с удивлением обнаружила, что за ними находятся не бетонные стены здания, а настоящая роща!

Здесь были тропинки, развилки, деревянные мостики, перекинутые над прозрачными ручейками, а морозный воздух был настолько свежим, что даже облачки пара, вырывающиеся изо рта девушки, казались живыми.

Джинсоль невольно подумала: "Как бы сильно он ни любил холод, а с природой даже ему не совладать".

Дорога до самого дома заняла по ощущениям около пяти минут. Помещение освещал тёплый тусклый свет стоявших повсюду свечей. Они были не такими, как те, которые купила Чонджа — без аромата и с простыми фитилями. Оглядываясь с интересом по сторонам, Джинсоль протянула:

— Да это же настоящий бар, Минхо!

— Это не бар, а мой дом, — поправил он с лёгкой усмешкой.

Затем подошёл к подставке и взял бокал для коньяка, снифтер, ставя его на стол посреди комнаты.
Сев за него, парень предложил присоединиться и Соль.

В отличие от дома Хёнджина, который представлял собой воплощение холодного минимализма, дом Минхо излучал тепло и уют. Апартаменты первого — воплощение роскоши: двухэтажные хоромы с интерьером, выполненным преимущественно в чёрно-белых тонах, разбавленных лишь красным деревом, отполированным до зеркального блеска. Всё было идеально, до мелочей продумано, но в этой идеальности чувствовалась некая холодность, отстранённость. Дом Минхо был другим. Внутри — тёплое мерцание свечей, чей свет танцевал на стенах из красного кирпича, создавая живую игру света и тени. Алкоголь, размещенный на полках, не просто стоял, а был организован в целые коллекции, каждая бутылка — как произведение искусства. Ароматы различных напитков, смешиваясь с запахом хвои и пряностей, создавали неповторимую, захватывающую атмосферу. Здесь Джинсоль находиться было определённо приятней, чем у Хёнджина.

— На, — демон пододвинул бокал на высокой ножке к девушке. — Выпей что-нибудь, согрейся.

Он собирался было спросить, какой напиток хочет попробовать Соль, возможно, предложить что-то из своего опыта. Но прежде чем он успел что-то сказать, она уже указала на один из сосудов:

— Этот!

— Этот? Уверена?

Девушка кивнула. Это был тот самый коньяк, который демон планировал выпить первым после отмены запрета.

— У тебя хороший вкус, — неохотно открывая пробку, сказал он.

Минхо налил всего несколько капель в бокал. Но, увидев это, девушка посмотрела на демона, словно спрашивая, почему так мало. Он хотел прикинуться дурачком, закатив глаза, но Джинсоль покачала головой, как бы отвечая: "не сработает". Пришлось уступить, и он добавил ещё немного.

— М-м, — протянула Соль, уловив приятный аромат терпкого алкоголя. — Мне нравится.

Парень едва успел прийти в себя, как она уже опустошила бокал до дна. Не решаясь ничего сказать, демон лишь вздохнул обречённо. А когда уже собирался закрутить стеклянную пробку обратно, Соль вновь поставила перед ним пустой снифтер. Он замер с сосудом в руках, поражённый её наглостью. Но девушка только кивнула, указывая взглядом на свой пустой бокал.

— Достать такой — непростая задача, — с дельной улыбкой ответил Минхо, доливая ещё немного.

— Ты вроде говорил, что тебе нельзя пить. Так зачем попусту держишь это добро у себя? Может, отдашь мне? — после недолгих раздумий спросила Джинсоль.

— Как только снимут запрет, я всё опустошу. Поэтому нет надобности, спасибо.

— Точно, запрет на алкоголь, — протянула девушка. — Тебя наказали за что-то, Исполнитель Звёздных Желаний?.. Да, почему тебя так называют всё-таки, и за что ты несёшь наказание?

Парень усмехнулся, скрестив руки на груди.

— Это дела божественные, и людям это знать вовсе не обязательно.

— Похоже, ты натворил что-то крайне серьезное.

— Ага, безумно серьезное, — ответил он с явной иронией в голосе.

— Я помню, как ты говорил, что ты настоящий подлец, поэтому тебя держали в заточении... Как же называлось то место?

— Гора пяти стихий.

— Точно! — воскликнула Соль. — И сколько же ты провел там времени?

Парень, задумчиво вертя в руке бокал с алкоголем, ответил:

— Не знаю. Дойдя до пятисот лет, со счёта сбился.

Бокал, едва коснувшись губ Соль, снова оказался на столе. Её глаза удивленно округлились.

— Ты больше пятисот лет был один?!

— Да. Месяц с лишним пыток, среди которых был и раскаленный очаг, не сломили меня — и меня заточили на горе пяти стихий.

Парень говорил об этом с такой легкостью, будто подобное случается с каждым. Но Джинсоль всё равно было очень его жаль. Как же тяжело, наверное, ему было тогда...

— Одиноко было так долго ни с кем не видеться, да? — демон тут же поднял глаза на девушку. — Ужасное наказание! Хотела б я тоже их так попытать!

Соль на какое-то время затихла, но вскоре добавила, широко улыбаясь:

— Когда запрет снимут, куплю тебе алкоголь лучше любого здесь!

Минхо удивлённо вскинул брови, а на его лице проступила издёвческая ухмылка.

— А у нас будет повод встречаться, когда я снова смогу пить?

— Повод?..

— Человек Чон Джинсоль, не думаю, что у тебя есть право сейчас мне сочувствовать. Подумай сама, меня сдерживает только эта железяка на руке. Ничего более.

Девушка быстро заморгала, глаза заблестели от накативших слёз.

— Ты прав.

— Самджан, сейчас ты для меня ещё одна гора пяти стихий.

В горле образовался ком, а на голову словно опустился тяжёлый груз. Казалось, ничего серьёзного не произошло, но сердце сжалось в тот же миг после этих слов. Оно, будто вместе с Соль потеряв контроль, начало в бешеном ритме стучать и изнывать от боли.

— Ты тоже хочешь избавиться от меня, как от горы пяти стихий?

— Да. Я был бы рад, если бы ты исчезла.

Подняв взгляд на парня, она заметила его спокойную улыбку. Поджав губы, Соль старалась не сказать ничего лишнего. Одним глотком допила оставшееся, улыбнулась, глядя в глаза Минхо, и сказала:

— Хорошо. Для начала я уйду отсюда, — девушка старательно делала вид, будто бы всё хорошо. — Как мне вернуться обратно?

— Можешь вернуться тем же путём, которым пришла.

— Хорошо, я пойду.

Встав из-за стола, Джинсоль направилась к выходу. Но только сделала несколько шагов, как почувствовала, что парень сзади остановил её за плечи...

Обернувшись, Соль заметила, что тот накинул на них свою любимую чёрную кожанку. Медленно повернулась к демону и услышала его слова:

— За пределами помещения холодно.

— Я справлюсь. Если бы это была шуба, я бы ещё поняла, но... — взгляд парня на себе заставил её замолчать. — Лучше просто уйду.

— Нет, — ответил Минхо. — Видеть, как ты дрожишь от холода больнее, чем плавиться в раскалённой печи.

Девушка невольно посмотрела на демона. Теперь каждое его слово могло заставить Соль либо светиться от радости, либо рыдать от отчаяния. Встретившись с её растерянным взглядом, он легко улыбнулся. Затем, вздохнув, он поднял со стола бутылку коньяка, с которой так не хотел делиться с Джинсоль, и протянул ей её.

— Возьми с собой. Тебе понравится.

— Нет, мне неудобно, когда ты так добр ко мне.

Парень усмехнулся, но не отступил. Наклонившись, он взял её руку и вложил в неё алкоголь сам.

— Пусть так. Уж если мне суждено испытывать адские муки, пускай тебе хотя бы будет неудобно,— он аккуратно расправил загнутый воротник куртки Джинсоль и добавил: — Любовь меня заставляет защищать тебя. Но я не хочу, чтобы ты была счастлива, — парень странно взглянул на неё, расплываясь в улыбке, — моя гора пяти стихий.

— Ладно, — Джинсоль тоже слегка улыбнулась. — Я нехотя заберу это и выпью, не испытывая счастья.

***
Хёнджин, сидя в кресле так уже несколько часов лицом к стене, молчал и не двигался. Тому причиной было то, что в его тело попала одна малюсенькая капля крови Самджан. Ещё недавно он мучился, обуреваемый желанием съесть Джинсоль, а теперь сидел совсем тихо, будто бы каменная статуя.

Войдя в комнату, где находился демон, его секретарь спросил:

— Хёнджин, вы же восстановили уже силы? Принести ещё энергии?

В ответ на это парень, сидящий к нему спиной, сначала прокашлялся, а затем ответил таким голосом, который легко можно было спутать со скрипом двери:

— Мне хорошо, — Сынмин ожидал, совсем не такого ответа, точнее, думал услышать его уж точно не с подобным "дверным" тембром.

— Вы уверены, что в порядке? Точно?

Голос Хёнджина совсем не слушался. То становился высоким, как у ребёнка, то начинал дрожать, словно у старика. В итоге Сынмину пришлось подождать немного, чтобы к его начальнику вернулся прежний голос. И когда это случилось, Хёнджин снова прочистил горло и произнёс:

— Мне хорошо.

Тут волнение Сынмина уж было улеглось, но когда последний повернулся к нему наконец лицом, то парень понял, что всё-таки с выводами поспешил: лицо бледнющее, а со лба стекают капли пота, словно тот мучился от лихрадки. Хотя отчасти в этом была своя правда...

— Тебе нужно поскорее найти лекарство, чтобы вывести кровь... — Сынмин зажмурился, когда демон напротив вдруг резко начал мотать головой из стороны в сторону. Видимо, он не только свой голос теперь не мог контролировать. — Кровь... Кровь...

— Самджан, — не в силах больше наблюдать за мучениями того, сказал Сынмин, кивая. — Понял, найти лекарство, способное вывести из вашего тела кровь Самджан.

Демон кивнул. А другой, получив уже поручение, устремился к выходу.

— Мне хорошо, — произнёс Хёнджин, выдыхая. — Меня абсолютно ничего не беспокоит, — его лицо внезапно исказила гримаса боли, он сощурился, но затем всё так же спокойно произнёс: — Мне просто отлично.

***
Сынмин, скрывая лицо за маской, скользил по узкой улочке. Его серое пальто, капюшон которого был глубоко натянут на голову и быстрая, но бесшумная походка говорили о скрытности и спешке.

К счастью для демона, двери старого галантерейного магазинчика были открыты. А внутри, погружённый в виртуальный мир своего телефона, как обычно, сидел мальчишка —  внук хозяйки магазина. Он, казалось, почти не заметил Сынмина. Лишь мельком взглянул на него и снова вернулся к игре.

— Пришёл без предупреждения? — равнодушно спросил тот.

— У меня срочное дело.

— А бабушки нет.

— Это плохо... — демон нахмурился. — Когда она вернётся?

— Не знаю, — отрезал безразлично подросток. — Сказала, ушла надолго.

Такой ответ был неприемлем.

Парень, не церемонясь, вырвал телефон из рук мальчишки:

— У меня важное дело. Отвечай нормально!

Юноша усмехнулся. И, встав на ноги, ответил с той же грубостью:

— Если будешь наезжать, закрою магазин и уйду из дома, — в глазах его вспыхнул алый огонь. — Тогда ты уйдёшь ни с чем.

Сынмин, сам будучи демоном, невольно отшатнулся от такого напора. Взгляд парнишки был полон решимости и агрессии. Первый даже подумал на мгновение, будь Хёнджин младше, он выглядел бы точно так же: вечно одетым в чёрное и полным в подобные моменты недовольства и угроз.

Действительно, такие взгляды могли бы соперничать только с теми, что метали Хёнджин и Минхо в самом разгаре их конфликтов.

Тем не менее, Сынмину пришлось переступить через собственную гордость ради получения столь нужного лекарства для начальника сейчас. Он натянуто улыбнулся, протирая экран чужого телефона о своё пальто. А затем любезно протянул устройство в руки юноши, что в ответ только усмехнулся. На вид ему было не больше шестнадцати, но цену тот себе уже явно знал.

— Пожалуйста, — попросил Сынмин. — Дай мне одну вещь.

— Ладно, а ты взамен плати наличкой, — всё-таки согласился подросток. — Никаких чеков, чтобы бабуля не узнала.

Демон, качая головой в ответ, лишь улыбнулся. Но когда юноша, направившись вглубь магазинчика, отвернулся, Сынмин не удержался и будто настоящий пёс оскалился на него.

— Ах да, — мальчишка внезапно остановился. — Я могу предложить тебе два варианта. Одно лекарство если и поможет, то ненадолго. Будет иметь последствия, но в остальном безопасно.

— А второе?

— Более действенное, — парень вдруг замолчал, его лицо расплылось в странной улыбке. — Но восемьдесят процентов, что вслед за этим будет идти мгновенная смерть.
_________________________________________
Выкладываю эту главу из отеля в Москве. На концертик прилетела))
Всех люблю💘