Говорят, сегодня будет звездопад

Встав на ноги с колена, он перекинул взгляд на девушку:

— Ты всё-таки позвала меня, — сказал он, ухмыляясь.

— И правда пришёл, — протянула Джинсоль, не веря своим глазам.

Демон вновь широко улыбнулся, но вскоре уголки его губ опустились, сам он нахмурился. Внезапно схватил девушку за плечо — она от неожиданности вскрикнула. Ну а после же оттолкнул в сторону, как оказалось, в целях её же безопасности: за спиной Соль затаился злой дух, которого парень, вовремя заметив, уничтожил.

Опоздавшим монстрам, очевидно, не повезло, так как всех их неизбежно ждала теперь та же участь — смерть.
Одни даже успели подобраться к Минхо за спину, но он вновь легко с ними разобрался. Закончив с этим, он обернулся к Джинсоль, а та облегчённо выдохнула. Но время радоваться ещё не пришло: взглянув наверх, оба поняли, что те, от кого они избавились, являлись лишь малой частью от тварей, что волнами сейчас надвигались в их сторону.

Опуская голову к багряному пятну на земле, оставленному кровью Чон Джинсоль, Минхо сложил вместе два пальца и медленно поднял их к небу. И тут же алые капли взмыли в воздух, словно ещё не успели смешаться с землёй, обратившись в рдяного цвета бабочек. Он резко согнул руку в локте, затем чётким движением расправил её, указывая мотылькам дорогу. Уловка сработала: духи тут же рванули влед за проворными бабочками, забыв о Джинсоль.

— Это ты сделал? — выдыхая, спросила она.

— Благодаря мне, такому хорошему, ты ещё жива! — Минхо схватил девушку за запястье, поднося её руку к себе ладонью. — Я предупреждал: твоя кровь очень опасна.

— Ты говорил, что придёшь, чтобы защитить меня, если окажусь в опасности. Это так?.. Ли Минхо.

Тот ненадолго задумался, отводя взгляд в сторону.

— Если ещё будешь звать меня, то зови лучше так, — вдруг попросил демон, — Исполнитель Звёздных Желаний Ли Минхо.

Сказав это, он аккуратно подул на её ещё кровоточащую рану, и та чудным образом затянулась, оставив после себя лишь небольшой шрамик на ладони.

— Это же настоящее волшебство, Ли Минхо! — восхитилась девушка, на что парень сурово сдвинул свои брови к переносице.

— Я с ума схожу. Уже еле сдерживаюсь.

Джинсоль вздрогнула, замечая его недобрый взгляд на себе:

— До сих пор считаешь меня своей едой?

Она захотела вырвать свою ладонь из его рук. Но тот слишком крепко сжал её запястье, резко притягивая к себе.

***
— Глупая женщина, снова ты Ли Минхо высвободила! — сквозь зубы процедил Хёнджин, сжимая руки в кулак. — Если Исполнитель Звёздных Желаний съест Самджан, то получит небывалое могущество!

Мужчина не мог сдержать гнева и импульсивно зажёг в своих ладонях настоящий огонь, смотря на который, глаза его наливались кровью ещё сильнее.

Рядом стоявшие с ним Сынмин и Феликс не знали даже, как усмирить взбешённого.

— Председатель, успокойтесь, пожалуйста, — умолял его секретарь, размахивая руками. — Мы же на работе! Здесь люди ходят!

— Если Исполнитель Звёздных Желаний съест Самджан, то нам крышка, — обратившись к Сынмину, пролепетал другой, а после посоветовал начальнику: — Пора рвать когти!

— Молчать! — рявкнул Хёнджин, а ручка в кармане его пиджака уже начала плавиться от тепла, излучаемого пламенем в его руке.

Закрыв обречённо лица руками, оба его подчинённых замолчали, как в помещение вдруг вбежал Чонин.

— Она надела на него Кымганго! — воскликнул он, запыхавшийся.

Все разом обернулись на того.

— Самджан надела Кымганго на Ли Минхо! — повторил он, качая головой.

Хёнджин в удивлении изогнул правую бровь, а вместе с тем и огонь погас в его руках:

— Правда?

***
— На тебе же Кымганго... Что с тобой? — дрожащим голосом спросила Джинсоль, отступая назад под давлением парня. — Я больше не еда, прекрати!

Но он, не взирая на просьбы девушки, всё продолжал идти навстречу.

— С-стой... Всё, замри! — она выдвинула перед собой ладонь, и демон, что удивительно, тот час повиновался её приказу. — Джинсоль приложила к груди руку, облегчённо выдыхая: — Какое счастье.

— Нет, — возразил Минхо. — Скорее, несчастье, — он несколько раз покрутил запястьем, на котором красовался золотистый браслет с затейливыми узорами, и продолжил: — Ты же знаешь, что, надёв на меня Кымганго, ты запустила череду роковых событий? Действительно, судьба уже нанесла удар, сравнимый по силе со стихийным бедствием.

— Что произошло?

Парень вдруг замолчал, не сводя глаз с Джинсоль ни на секунду.

— Я влюбился в тебя, — внезапно выдал он, а после указал ей взглядом на запястье с Кымганго. — Из-за него мне кажется, что я безумно влюблён в тебя. Ну как? Похоже на злой рок?

***
Друг напротив друга сидели двое: один — весь облаченный в черное, другой — иначе, в белое. Только вот было в них что-то схожее. Улыбка, что ли, или взгляд глубокий.

— В былые времена Кымганго надевали на голову, чтобы управлять через невыносимую боль, но на контроль через физические страдания были ограничения, — сказал Чонин, сложив свои руки в замок, кладя их на стол.

Увидев это, Хёнджин еле удержался от смеха: частенько его забавляло поведение парня, ведь тот юнец был младше него аж в несколько раз, а говорил всегда так, словно умел и знал в этом мире явно больше других.

Но всё же, сумев сохранить невозмутимое лицо, демон спросил:

— Значит, Кымганго, которое я нашёл для Самджан, является новой моделью? И действует он уже по-другому?

Чонин, согласившись, мотнул головой:

— Теперь Кымганго работает здесь, — и приложил ладонь к груди.

Мужчина повторил то же действие, уточнив:

— То есть, теперь он сердце сковывает?

— Верно! Сила, заложенная в Кымганго, — любовь!

— Лю?..

— Бовь! — подхватил слова Хёнджина парень. — Чарующие чувства блаженного повиновения в заточении оков, из которых не выбраться!

Хёнджин усмехнулся, не обращая внимания на столь поэтичное высказывание о "любви", что испытывал демон теперь к Чон Джинсоль.

— Выходит, Кымганго, в котором Ли Минхо стал защитником Самджан, сделал из него раба любви?

***
За одним из столов под навесом сидела парочка: мужчина и женщина. Алкоголь заказала себе только она, а парень с ней рядом всё смотрел на спутницу недовольно и молчал.

— И что теперь будешь делать? — спросил Минхо, пока Соль заливала в себя очередную рюмку рисового напитка, соджу. — Мне нужно пойти Феликсу мозги вправить, а я не могу, потому что уйду и буду скучать по тебе!

— Мне всё равно, что с тобой будет. Я ни в чём не виновата, — равнодушно бросила девушка.

—  Не виновата?! — возмутился демон. — Ты же мне этот браслет дала! Подарила, поцеловала — и он сработал!

Минхо так громко возмущался, что люди, сидевшие поблизости, под палаткой, обернулись на них и начали шептаться между собой.

— Я же не знала, что произойдёт! — видя их странные взгляды на себе, смутилась Соль.

— Не знала, говоришь? Как мне тебе верить, а? Докажи!

Джинсоль, отводя глаза в сторону, действительно задумалась над этим вопросом: "Как?".

— Сделай это снова! Тогда и выясним, знала ли ты обо всём, когда целовала меня.

Закрыв глаза и сложив свои губы в трубочку, парень наклонился к Джинсоль, ожидая от неё ответных действий. Но девушка тут же приложила ладонь к его губам и оттолкнула. Щёки её уже успели приобрести розоватый оттенок — то ли от выпитого алкоголя, то ли от испытываемой смеси смущения и стыда сейчас.

— Не хочу, — возразила она. — И хватит обманывать меня!

Минхо усмехнулся, подпирая голову кулаком:

— Да, я тебя обманул. Но можешь всё-таки сделать это? Я буду хорошим.

— Ты извращенец?! — ткнув в него пальцем, воскликнула Джинсоль.

— Ты сказала не обманывать —  я был честен! Что теперь? Хочешь мне разнос устроить? Ну давай!

"Боже, да так со стыда сгореть можно", — подумала она и тут же устремилась в противоположную Минхо сторону, прикрывая глаза ладонью.

— Эй, куда ты? Не уходи! — Минхо тут же подскочил с пластикого стульчика, на котором сидел, за пару секунд догоняя Джинсоль: — Можешь думать, что я хочу хитростью заставить меня поцеловать, но вообще-то я сам заткнуться мечтаю!

Соль наконец остановилась. Взглянула в его растерянное лицо, хорошо освещаемое светом уличных фонарей, и усмехнулась.

— Я по уши влюблён! — он вновь выдвинул перед собой руку с Кымганго, чуть ли не плача от безысходности. — Отвратительно! Ты меня взглядом сверлишь, а я думаю, какая ты красивая! Есть идеи, что со мной делать теперь будешь? Сможешь устоять перед такой любовью?

Джинсоль с раздражением закатила глаза.

— Нет! Так, будь добра, сними.

— Зачем мне его снимать? — спросила она.

— Оставишь всё как есть? — уточнил демон. — Тогда поцелуй меня! — и повторил то же, что и тогда, за столом.

— Чокнутый, — процедила Джинсоль и, откидывая волосы назад, поспешила куда подальше от демона.

Открыв глаза и возвращая свои губы в привычное положение, Ли Минхо вновь последовал за ней.

— Я тут вообще-то с ума схожу! Ты меня чокнутым назвала, а я всё равно иду за тобой. Подумай только, какого мне!

— Какое мне дело до этого? — резко обернувшись к нему, спросила девушка. — Любишь меня или нет — твои проблемы. Ты не можешь мне навредить, и ты защитишь меня, если я окажусь в опасности, — она развела руками. — Мне терять нечего: я тебя не люблю!

После Джинсоль гордо хмыкнула и развернулась, собираясь уже окончательно уйти, но вдруг услышала, как Минхо позади вскрикнул.

— Что? Что-то болит? — стревоженно спросила она, смотря на парня, который, скрючившись, схватился за сердце.

— Меня обидел любимый человек, —  кидая на девушку острый взгляд, бросил он. — Конечно, мне больно!

— А я-то уже решила, что правда что-то болит, — Джинсоль, качая головой, спрятала руки в карманы пальто.

— Ты беспокоилась?

— Беспокоилась? Больно надо!

— Переживала ведь! Скажи, что переживала, — попросил демон, — мне станет легче.

— Ну, ты вырвался из заточения. Вид у тебя был... не очень, — слегка смягчилась Соль. — Вот я и подумала, не болит ли у тебя что.

Тут же Ли Минхо расплылся в самодовольной улыбке, пожимая плечами.

— Хоть и сказал однажды, что не вижу сильной разницы между божествами и демонами, поэтому мне плевать, как меня будут звать. Но сам я родился бессмертным божеством с именем Ли Минхо. Так что обычная боль для меня не страшнее щекотки.

— Отлично! — с явным сарказмом в голосе отозвалась она. — Значит, ты очень сильный.

— Не просто сильный — бессмертный. Тот, кому вообще любая болезнь и клинок не страшны! — произнёс он и тут же, съёжившись, фыркнул: — Холодно-то как! — демон запахнул свою кожаную куртку посильнее, но вскоре, осознав, что теплее не стало, бесцеремонно потянулся к шарфу на шее Джинсоль. — Дай-ка его мне!

Как бы сильно девушка ни хотела отдавать ему свой шарф, но Минхо всё же отобрал его, спешно надевая на себя.

— Ты же сказал, тебе не бывает больно! — недовольно воскликнула она. — А я вот от холода умираю.

— Я привык к теплу и сытости. Знаешь, как мне тут холодно?

— Такой сильный демон, называющий себя бессмертным и всемогущим, отбирает вещи у человека, которого в детстве даже травами не лечили? — она обиженно шмыгнула носом. — Как же холодно...

Взглянув на девушку, что буквально тряслась от мороза, когда сам он стоял в тепле, рука Минхо вдруг вновь задрожала, но совсем не от холода. Не отводя взгляда от Соль, он приложил её к груди.

— Чего так смотришь? — покосилась на него Джинсоль. — Ни за что! Если ещё и пальто отдам, то точно окоченею.

— Похоже, со мной точно что-то не так, — тяжело вздохнув, произнёс парень и начал медленно снимать с себя шарф. — Самому безумно холодно, но возвращаю тебе его, — а затем аккуратно и с трепетом завязал вещицу обратно на шее девушки. — Поступил бы так прежний я, а?

Джинсоль удивлённо захлопала глазами, а Минхо продолжил:

— Пока я был в заточении, сердце разрывалось на части. А как вернулся и увидел тебя, то сразу понял, почему, — он сделал шаг навстречу, и расстояние между ними теперь составило каких-то двадцать сантиметров. — Потому что умирал от желания увидеть тебя.
________________________________________
Сыграем: ваш фаворит среди дорам?
Всех люблю💘