личное исключение

Что такое три дня? Три дня — это семьдесят два часа. Три дня — это четыре тысячи триста двадцать минут. Три дня — это чертовски много.

Ровно три дня назад Эльза покинула родной город. И все три этих долбанных дня парни не живут, а выживают. Вся суть существования поселилась в звонки и сообщения Эли. Она писала и звонила так часто, как только могла, а парни только и делали, что сутками пялились в телефон.

Хэнк, Мел и Киса совсем забили на школу. Только если родители Мела и Кисы все понимали и не тревожили сыновей, то родители Хэнка были возмущены. Константин Анатольевич без конца пилил Борю за то, что тот так убивается по «бестолковой девчонке».

Киса совсем перестал спать, постоянно переписывался с Эльзой. Даже когда отправлял ее саму в кровать, сам никуда не уходил. Без конца листал ее фотографии и пересматривал видео, которых на телефоне было много.

Теперь Матвеева везде. Ее фотография стоит на обоях его телефона, запах ее духов, флакон которых одолжила Рита, теперь заполнил его комнату, а в рамке, которую мать подарила давно, теперь фото Эльзы и Кисы с дачи. Тогда Киса по-настоящему был счастлив.

Сейчас Кислов наслаждается ее хриплым и тихим смехом. Сам только лишь улыбается с полуухмылкой, лежа на животе и подминая под себя подушку. Стрелка часов уже давно перевалила за полночь, поэтому говорить приходится тише, чтобы маму не разбудить.

— Кис, ты молчишь уже десять минут, мне страшно.

— Мне нравится просто смотреть, — вяло отзывается он.

— На что смотреть?

— На слишком глубокий вырез твоего топика, — ухмыляется парень, а Эльза демонстративно поправляет пижамный топ. — Зачем весь вид портишь? Я скучаю так-то, потом хоть подрочу.

— Кислов, ты ужасный человек, — девушка морщится и качает головой. — Но я тоже скучаю. Причем очень сильно, поэтому покидай фотографий. Я тебе уже половину своей галереи скинула.

— Фотографироваться как? — игриво дергает бровями. — Понимаю, что идеален я весь, но вдруг тебе только член нужно отправить?

— Фу-у-у, — тянет Матвеева, а Киса удивленно на нее смотрит.

— Когда я перед тобой раздеваюсь, таких звуков ты не издаешь. В те моменты ты обычно...

— Заткнись! — усмехается девушка. — Кисенок, я устала, пойду спать. Ты тоже поспи, хорошо?

Кислов уверенно кивает, но Эльза хмурится.

— Вань, когда я говорю поспать, нужно поспать. Все семь часов. Тебе все равно не к первому уроку.

— Да понял я, понял, — закатывает глаза.

— Все, целую, сладких снов, Кисенок.

— Сладких, мышонок, — Эльза улыбается новому прозвищу и завершает видеозвонок.

В день отъезда Эли Киса пошутил про то, что их отношения похожи на кошки-мышки. Она постоянно убегает, а он следует за ней. Только вот если котом и правда является Киса, то Эльзе он решил присвоить кличку. С тех самых пор его «Эльчонок» разбавляется милым и ласковым «мышонок».

Парень с грустной улыбкой смотрит на фотографию девушки, снизу которой мелькает надпись «вызов завершен». Проводит указательным пальцем по кудрям, изображенным на фото, и гасит экран. Убирает телефон под подушку и смотрит в потолок.

Когда Эльза была в городе, Киса так не убивался из-за того, что они могли не видеться день или два. Он понимал, что в любой момент может прийти к ней и увидеться, но сейчас такой возможности нет. И эта мысль буквально убивает.

И пока Киса пытается уснуть, Гена тормозит машину на окраине города. Оглядывается и вздыхает, не туша фары. Абсолютно каждый раз ощущения такие, словно впервые за товаром приехал.

Зуев телефон достает и на время смотрит.

— Опаздывает, — вздыхает парень.

Чтобы хоть чуть-чуть скоротать время, решает написать Эльзе, которая скинула название фильма, который смотрела.

Гендос
спишь?

Мотя

отправила Кису спать

сама тоже собираюсь

Гендос
тогда ложись

спокойной ночи, Элюх

Мотя

что-то важное хотел сказать? если что, можешь говорить, позже лягу

Гендос
иди спать, москвичка

Мотя

сладких снов тогда

Гена кивает, словно Эльза это увидеть может.

Соскучился он уже по этой занозе. Скучно без нее безумно. Словно город вымер без улыбки их светлой девочки.

Парни начали собираться на базе абсолютно каждый день, стараясь занять себя чем-то. Хэнк сейчас усиленно варит байк, Киса по каким только заброшкам не лазит, находя новые детали для мотоцикла, Мел же взялся писать какую-то историю, которую отправляет Эле каждый вечер, а Гена... ну а Гена просто начал больше работать. И даже сейчас ожидал поставщика с новым товаром.

Зуев шмыгает носом и открывает дверь, выходя из машины. Находит в кармане куртки пачку сигарет и достает одну, шаря по карманам в поисках зажигалки. Пусто.

— Прикурись, — Гена отшатывается в сторону, когда перед его глазами мелькает огонек.

— Твою мать! — выругивается Зуев. — Прикол такой? Со спины подкрадываться?

— Не кипишуй, — парень тушит огонек на спичке и присаживает на капот машины. — На этот раз больше даю, разлетается у тебя все, на удивление, быстро. Не проебись.

Гена усмехается. Каждый раз ему говорят о том, как важен товар, и как важно его не потерять. Ей богу, как первый раз.

— Да все нормально будет, у меня клиентура — звери, — забирает товар, завернутый в крафтовый пакет.

— Смотри, чтобы твои звери лишнего не сожрали.

— Беспокоишься за их целостность? — Зуев улыбается и присаживается рядом, а Миша протягивает ему раскрытую пачку с орешками.

— За целостность репутации, — смотрит на него холодно. — На твоем районе сейчас трешку продают. Когда заселятся, познакомишься и вынюхаешь, кто и что это. Сырой переживает, что новые поставщики могут завестись.

— Че? Где продают? — хмурится Зуев.

— Около старой школы дом, там во дворах еще гараж поваленный.

Гена понимает, что говорит Миша про двор Эльзы. И про квартиру ее, однозначно.

— Короче, выяснишь, — кивает парень. — По товару все понятно?

Гена лишь молча кивает, сжимая пальцами пакет.

Находиться рядом с теми, кто передает Гене товар, а чаще всего это именно Миша, было некомфортно. Зуев всегда называл эти встречи «стремными», ведь каждый раз брать такую большую ответственность на себя было волнительным. Каким бы весельчаком он не казался, скованность в такие моменты была максимальной.

Парни обговаривают срок, в который должен уложиться Гена, а после уже расходятся. Сырого подводить Зуев не собирается, дорожит ведь еще жизнью, поэтому сразу пакет прячет во внутренний карман куртки. Количество дури под сердцем тяжелой ношей давит на парня, ведь ему еще через весь город ехать, а сегодня менты совсем взбушевались. Даже девятого мая так город не патрулируют, как сейчас.

Но Гене везет, ведь он спокойно возвращается домой. Паркует машину на свободном месте под окном и выходит из нее, закрывая. На ходу достает телефон и, хмурясь, пишет в беседу.

Гендос
квартиру Моти походу продают

завтра поедем и посмотрим

Зуев входит в квартиру и закрывает дверь на ключ. Сразу же несет товар в стиральную машинку, которая стоит на балконе, и закидывает его кучей какого-то хлама, в котором пакет быстро теряется. Парень устало стягивает с себя куртку и присаживается на стул в кухне, пустым взглядом глядя на рамку, стоящую на столе.

Гена в принципе-то не очень сентиментальный человек, но всегда умилялся любви Эльзы к фотографиям. После ее отъезда и сам распечатал парочку, поставив в рамки. Зуев думал, это он один без Эльки странным стал, но нет. Все парни, оказывается, к фотографиям с ней начали особую любовь питать. Один только Киса чего стоит, постоянно залипает на ее фотки в своем телефоне.

Парень берет из холодильника бутылку пива и вздыхает, открыв ее. Смотрит на рамку, откуда на него глядят все парни и сама Эльза. Салютует фотографии бутылкой и отпивает.

***

Киса никогда не любил горячий душ, ему больше по душе холодный, чтобы уже точно проснуться. Но сегодня решил сделать исключение, чтобы понять, от чего так Матвеева кайфует. В итоге просто обжегся, обматерил все, на чем свет стоит, и нормально не помылся.

Сейчас же парень стоит перед зеркалом и поправляет влажные вьющиеся волосы. Стекло постоянно запотевает от жара, стоящего в ванной, поэтому приходится часто по нему рукой проводить. Кислов поправляет темно-синее полотенце, обмотанное вокруг бедер, и чуть приспускает его, чтобы косые мышцы были видны более четко. Ваня руку к телефону тянет и открывает камеру, направляя ее на зеркало.

Киса так-то не дилетант в таких вещах, знает, какие фотографии девочкам нравятся, но тут никак ракурс подобрать не может, чтобы все идеально смотрелось. Конечно, хочется же, чтобы Матвеева там даже не думала ни о каких москвичах, поэтому должен фотками своими показывать, что лучше него найти будет сложно. Даже в Москве этой гребаной.

Чуть напрягается, чтобы кубики сильнее выделялись, и фотографирует. Второе фото — большим пальцем цепляется за край полотенца и приспускает его еще ниже, из-за чего темные волоски виднеются. Пересматривает фотографии и сразу же сбрасывает их Эльзе.

Сегодня Киса все-таки решил заявиться в школу, ведь обещал матери, что возьмется за голову. Страдать по Эле, конечно, прикольно, но если он не получит аттестат, то точно к ней туда не уедет. А для себя уже решил, что если и будет куда-то поступать, то в Москву. К Эльзе.

Парень переодевается в черные джоггеры и такого же цвета свитшот, а потом выходит из ванной, потряхивая головой, чтобы волосы быстрее высохли. Лариса сидит на кухне, что-то печатая в своем телефоне.

— Собрался уже? — смотрит на сына, когда тот наливает себе чай.

— Ага, — вяло отвечает он. — Щас Хенкалина придет, потом в школу.

— Эльза не звонила?

— Сегодня нет, — дует на горячий напиток и отпивает. — Ночью созванивались с ней по видео.

— И как она? — Кислова откладывает телефон и смотрит на сына.

Ларисе и правда судьба Матвеевой небезразлична. Женщина прекрасно видит воздействие девочки на своего сына. С Эльзой Ваня совсем другой. И Ларисе за этим наблюдать любопытно.

— Терроризирует мать и отчима, разнесла им всю комнату, теперь играет в молчанку, — пожимает плечами. — Весело у нее. Каждый момент мне с таким восхищением описывает, — тепло улыбается. — Ей нравится действовать им на нервы.

Лариса смотрит на сына и узнать его не может. Никогда он еще о людях вот с таким восхищением не говорил.

— Ванюш.. — женщина перебирает в руках свой белый платок, — а у вас с Эльзой..?

— Что? — хмурится и быстро допивает чай, убирая кружку в раковину.

— Просто ты так отзываешься о ней тепло.. Я понимаю, что она ваша подруга, но кажется, что вы более близки.

— Да, мам, в точку, мы встречаемся, — покидает кухню и идет прямиком к вешалке, желая быстрее покинуть квартиру.

— Правда? Я очень рада! — женщина улыбается и идет вслед за сыном. — Вернее.. я рада, что это Эльза. Она прекрасно на тебя влияет.

— Блин, мам, шутишь, что ли? — завязывает шнурки на ботинках. — Матвеева? Прекрасно влияет? Мы про Элю говорим? Все, пока, — вяло машет ей рукой и выходит из квартиры, на ходу натягивая на плечи лямки рюкзака.

Кисе не нравится говорить о своих отношениях с Элей. Он даже от разговора с Хэнком натуральным образом сбежал, когда тот начал что-то расспрашивать. Нехотя, но признался, что скрывать отношения было приятнее. Никто не донимал дурацкими вопросами.

Кислов жмет кнопку около подъездной двери и выходит на улицу, сразу же морщась от порыва холодного ветра. Тут же замечает Хэнка, сидящего на детской площадке. Сует руки в карманы и идет к другу.

— Здаров, — подает Хенкину руку, а тот сразу же звонко ударяет по ней своей и меняет ее на локоть, используя фирменное приветствие.

— Здарово, — Боря смотрит на балкон Кислова, где видит его мать.

Кивает женщине и взглядом маячит Кисе, что сейчас сигареты, которые он уже собирается вытащить, вытаскивать не стоит. Ваня тихо выругивается и кивком указывает на тротуар, намекая идти.

— Че дымишь так много? — спрашивает Хэнк, заглянув в его пачку.

Только вчера там было пятнадцать сигарет, сейчас уже пять.

— Помогает от седативок внимание отвести, — выдыхает дым, сжимая большим и указательным пальцем сигарету.

— На путь истинный встаешь? — усмехается.

— Боюсь трахнуть кого-то под действием, — серьезно кивает. — Башню может конкретно снести, поэтому не рискую.

Хенкин с усмешкой качает головой и заводит разговор про сообщение Гены. Сегодня после школы все решили заскочить во двор подруги и узнать, правда ли квартиру уже на продажу выставили.

Подходя к школьным воротам, парни останавливаются в нескольких шагах от них. Переглядываются и одновременно хмурятся.

Около ворот слишком уж знакомый парень ошивается. Туда-сюда головой вертит, выглядывая кого-то. И почему-то парням кажется, что именно их он высматривает.

Хэнк легонько бьет Кису по спине, подталкивая вперед.

— Ты че тут забыл, малой? — сразу же спрашивает Кислов.

— И вам привет, — улыбается Матвей.

Да чего он лыбится постоянно?

— Вопрос повторить? — продолжает Хэнк.

— Да уж, у вас все в компании вспыльчивые, да? — усмехается Фролов. — Эля не самая резкая на слова? — касается кадыка, на котором все еще виднеется царапина. — И не только на слова... Короче, передать она просила, — хмурится и достает из кармана маленький зип-пакетик.

Кислов с самым недовольным видом цепляет пакет, сжимая его указательным и средним пальцем. Трясет и на содержимое смотрит. Когда приходит осознание, что именно в пакетике, глаза расширяются. Киса быстро раскрывает его и вытряхивает содержимое на ладонь.

— Это че? — хмурится Хэнк. — Кольцо Эльзы? Слышь, откуда? — Хенкин Матвея за грудки хватает и на себя тянет.

— Воу-воу, потише, — усмехается парень. — День перед отъездом. Она написала мне, попросила встретиться, вся запыхавшаяся прибежала в кафе. Сказала, что вас нигде нет, но кому-нибудь нужно передать это, — кивает на кольцо. — Дорогое?

— Тебя если на органы продать, хуй покроешь, — рычит Кислов и находит под одеждой цепь, расстегивая ее.

Продевает ее сквозь кольцо и позволяет тому повиснуть на ней. Вновь застегивает цепь и прячет своеобразную подвеску под одежду.

— Сомневаюсь, что она хотела, чтобы ее кольцо использовали так, — Матвей вырывается из рук Хэнка и смотрит на Кислова.

— Передал кольцо? Вали, — сплёвывает Киса и берет Хэнка за плечо, увлекая во двор школы.

Меленин нагоняет их у входа и чуть удивляется, глядя на их хмурые лица. Парни на вопросы ничего не отвечают, лишь молча в школу заходят. Быстро скидывают куртки в гардеробе и идут в кабинет русского и литературы.

Кислов занимает место с Мелениным, а Хэнк садится к Рите. Когда на парте уже лежат учебники, а парни сидят на своих местах, Киса молча достает цепь из-под свитшота.

— Это кольцо Эли? — хмурится Егор. — То самое? Фамильное?

— Оно, — кивает Кислов.

Он еще на улице успел его полностью разглядеть. Сразу же проверил наличие маленького камешка, отсутствие которого невозможно заметить, если не знать заранее. Когда увидел, что его нет, тогда и убедился, что не подделка.

В один из вечеров Эльза сказала, что не все камни на месте, и показала, где именно нет одного.

— Его не забрала ее мать, получается? — предполагает Хенкин.

— Нет, сука, этот мелкий огрызок забрал его у мамаши Эли, — Киса смотрит на Хэнка так, словно тот говорил что-то до ужаса глупое. — Волнует другое, почему она ниче не сказала нам?

— Спроси, — выдыхает Боря, когда звенит звонок.

Все встают для приветствия учителя, а Мел толкает Кису, кивая на его телефон. Кислов хмуро кивает, говоря тем самым, что сейчас же напишет Эльзе. Ольга Васильевна начинает говорить что-то про задание, которое они сегодня будут разбирать, а Киса тем временем к телефону тянется.

Его «доброе утро» и фотографии еще не отмечены прочитанным, поэтому Ваня делает вывод, что Эля еще не проснулась.

самый лучший и любимый
слышь, я не понял, у нас с тобой секреты друг от друга?

В день отъезда Эльзы Киса переименовал себя у нее в телефоне, пока та думала, что он ей там какое-то послание оставляет на прощание. Сначала сделать это хотел просто из-за стеба над ней, но потом понял, что хочет и ее в правильности этих слов убедить. Поэтому пускай читает каждый раз и верит в это искренне.

Матвеева моментально в сети появляется, а Киса кивает, плюсик ей ставя за такое.

мышка моя

утречка

вау, фотки огонь

самый лучший и любимый
с темы не съезжай

мышка моя

встал не с той ноги? какие секреты, че несешь опять?

самый лучший и любимый
ты мне ничего не сказала про кольцо

даже сука не намекнула, что его мамаша не забрала

что за хуйня

почему, блять, я не знал, что оно у обсоса?

схуяли тогда ты свалила в Москву, если этой обдолбанной нужно было кольцо?

слышь, Матвеева, ты если все рассказывать не будешь, то я с тобой по-другому говорить начну

мышка моя

выговорился?

как это ты со мной разговаривать собрался, интересно?

даже, блять, смешно с твоих предъяв

я хотела отдать кольцо кому-то из вас, чтобы просто его спрятать

но, прикинь, вы долбили дурь у Осиповой

я была уверена, что это кольцо попадет в твои руки, не говорила ничего, чтобы вы не лезли к матери в таком случае, потому что лишнее движение — дом бабушки на продаже

успокой нервы, истеричка, и не трепи их мне

самый лучший и любимый
не вздумай сука сейчас из сети выходить

Но это сообщение уже не отмечается прочитанным.

Киса со психом откидывает телефон на парту, выругиваясь и создавая шум. Все в классе поворачиваются на него, а он лишь злым взглядом их одаривает.

— Ты че, Кис? — шепотом спрашивает Мел, а Кислов лишь отмахивается и берет в руки ручку, начиная списывать рандомное предложение.

Меленин к другу больше не лезет, понимает, что тот сейчас на нервах.

Урок русского проходит в максимальном напряжении для Егора. Киса буквально каждую минуту хватался за телефон, проверял там что-то, а потом вновь от себя отшвыривал. Ольга Васильевна даже уже замечание делала. И Мел клянется, не нахамил он ей в тот момент только из-за того, что женщина Хэнку нравится.

Когда звенит звонок, парни сразу же на перекур идут. Но не на любимую скамейку, а на старые трибуны в поле. Там Киса и пар выпустить может, пиная железки вокруг.

— Посрались? — спокойно задает вопрос Хенкин, стряхивая снег и садясь.

— Она меня не слушает, свою линию ломит, овца упертая! — сплевывает Кислов и рычит буквально. — Стерва.

Парни лишь ухмыляются. Ну в самом деле, Киса что, не знал, какая Эльза? Прекрасно все знал; и про характер ее, и про вспыльчивость, и про неумение слушать в некоторых ситуациях. Но при этом всем выбрал ее, так еще и в любви признался.

— Говорил же, что любишь, — решает припомнить Мел.

— А я че, от слов своих отказываюсь? — в сердцах руками взмахивает. — Да вот, сука, противная она! Бесит, блять!

— Муж и жена — одна сатана, — усмехается Хэнк, а Киса на него указательный палец наставляет, недовольно пыхтя. — Все-все, успокойся.

— Блять, я бы ее придушил, — продолжает Ваня. — Я ее, сука, научу разговаривать со мной. Или думает, что можно вот так все кидать и выходить из сети? Щас нахуй!

— Ну ты тоже палку-то не перегибай, — хмурится Хенкин. — Она не собачка, не обязана команды хозяина разучивать.

Киса что-то ответить хочет, но глазами цепляется за Ритку, которая мимо поля идет в школу. С магазина, скорее всего.

— Слышь, Ритуль, а ты че так телефону лыбишься?! — кричит погромче, чтобы она услышала.

— С Элечкой списываюсь! — лишь отвечает блондинка и дальше в школу бредет, посмеиваясь с чего-то.

Киса в телеграмм заходит и крепко челюсть сжимает, когда видит, что сообщение его не прочитано.

— А у меня, блять, даже не читает, — сплевывает. — Я в ахуе! — взмахивает руками и на парней смотрит. — Бабы эти.. че в головах их творится? Да ладно обычные телки! Че у этой-то в голове? Если там у остальных тараканы, то у этой че? Мне даже предполагать страшно!

— Все, Кис, остановись, — Хэнк головой качает. — Понимаешь же, если че-то лишнее скажешь, обидишь ее.

— А она тут? — оглядывается показательно.

Даже под трибуны заглядывает.

— Пиздец, не видно че-то.

— Не ерничай, — осаждает его парень. — Хуесосить ее за спиной нормально, считаешь? Вот и защелкнись, чувак. Она все еще наша лучшая подруга и единственная любимая девчонка.

Киса недовольно на друга глядит и язык прикусывает, напоследок пиная железку. Не успевает даже подойти к высокому обрубку дерева, где пару веток обломать хочется, ведь раздается громкий звук сигнала. Парни разворачиваются и машину Гены видят. Вопрос о посещении последующих уроков сам собой отпадает.

Когда все садятся в машину, Зуев сразу же позволяет машине сорваться с места.

— Ты че? — хмурится Хенкин.

— Прямо сейчас квартиру Моти смотрят покупатели, — отвечает Гена и прибавляет газу. — И, сука, купить ее хотят, судя по всему.

— Откуда инфа? — Киса придвигается ближе на заднем сидении.

— Связи, — коротко отвечает Зуев. — Я покумекал тут с людьми серьезными, короче, если все клиенты на эту хату отпадут, компания наша риелторская в черный список кидает ее. Там как не крутись, не удастся ее продать.

— Нам надо помешать продаже, — задумчиво произносит Егор. — А как?

— Ну, есть там план, — не особо уверенно говорит Зуев и сворачивает во дворы, по которым можно быстрее добраться до Матвеевой. — Семья такая... верующая.

И пока Хэнк и Мел не особо понимают, к чему ведет Гена, Киса опасно скалится и в зеркало на Зуева смотрит. Тот тоже взгляд свой туда кидает, сталкиваясь с Кисиным. Кивают друг другу, договариваясь.

Около дома Матвеевой Гена паркуется через пару минут. Боря и Егор остаются в машине, а вот сам Зуев и Кислов выходят из нее.

План прост: открывают дверь своими ключами и притворяются наркоманами, чтобы покупатели, вновь прийдя, увидели их. Осталось только в роль войти. Киса даже не против для этого парочкой седативок закинуться.

— Сука, — тихо шепчет Гена, вставив ключ в скважину. — В квартире кто-то есть.

— Ну и похуй, — Киса носом часто шмыгает и волосы ерошит, взгляд дикий стараясь сделать.

Проворачивает ключ и громко падает прямо на пол коридора. Мычит что-то невнятное и достает из кармана пакетик с белым содержимым, который дал Гена. Улыбается сумасшедше, продолжая носом шмыгать.

На грохот прибегают из кухни две женщины и один мужчина. Риелтора сразу же видно — девушка в юбке и блузке, а вот покупатели — пожилая пара. Киса на них смотрит с паническим испугом и отползает к шкафу, ударяясь затылком о него.

— А вы кто такие? — Гена о косяк опирается и зло смотрит на мужчину.

— Это вы кто? — девушка хмурится и выходит вперед, прикрывая перепуганную пару, но по ней видно, что и сама она боится.

— Что он делает? — взвизгивает женщина, когда видит, что Киса буквально рвет рукав куртки, стараясь его приподнять.

— Шприц есть? — хрипло спрашивает и губы сильно кусает, головой дергая. — Карта хотя бы?! — дрожащими руками держит пакетик.

— Тут клиенты мои всегда употребляют, — рычит Зуев. — Вам че, никто не сказал, кто хату эту держит?! Да один звонок Сырому, и вы все будете червей в земле кормить! — Гена кричит буквально, возвышаясь над девушкой.

Женщина что-то шепчет своему мужу, а потом выбегает из квартиры, сторонясь Гену, а уж тем более Кислова, который уже дорожки пытается ровнять на полу. Мужчина кричит что-то про то, что никто не купит этот наркопритон, а потом выбегает вслед за женой. Девушка-риелтор не выдерживает и тоже квартиру покидает.

Гена смотрит за тем, чтобы они из подъезда выбежали, а потом дверь закрывает.

— Ну ты, Киса, актер, — восклицает Зуев. — Я даже поверил!

— Опыт не пропьешь, — подмигивает и собирает порошок в пакет. — Бля, у тебя же все по граммовкам, — смотрит на белые полосы, которые забили щели.

— Пудра это сахарная, — усмехается Гена.

Сует палец в пакетик, находящийся в руках Кисы, и облизывает его.

— Сладенько, — причмокивает. — Все, валим-валим, скоро нового риелтора из фирмы пришлют, а потом и клиентов. Думать будем схемы.

Киса кивает и встает, сметая ногой остатки пудры под шкаф.

Придумывать планы по изгнанию клиентов не сложно, сложно все это в жизнь воплощать. Для очередной схемы приходится договариваться с соседкой сверху, чтобы та пустила к себе в душ Хэнка. Кисе еще никогда не приходилось флиртовать с женщинами в возрасте, но все ведь случается.

И сейчас, сидя на потрепанной кухне и говоря комплименты полноватой женщине, пока Хэнк намывается в ванной, он впервые хочет сказать, что у него голова болит и секс ему точно никуда не уперся. А Кристина эта уже на что-то большее точно рассчитывает, перестарался Киса.

Хенкин тем временем бедра полотенцем обматывает и побольше пены на волосы цепляет. Выходит из душа и сразу же в подъезд выходит, где Гена и Мел дежурят.

— Давай-давай, — торопит Зуев, выглядывая с лестницы. — Зашли уже в квартиру. Семья с ребенком. Давай, братан, верим в тебя, — хлопает его по мокрой спине, а Боря старается не навернуться с лестницы в этих скользких тапочках.

От быстрого бега по лестнице пена сползает ниже, из-за чего глаза дико щиплет. Матерясь и проклиная мать Эльзы, звонит в звонок, висящий около двери подруги. Ее открывает какая-то улыбчивая женщина, но улыбка ее исчезает, когда она видит Хенкина.

— Простите, пожалуйста! — сразу же восклицает Хэнк. — Седьмой раз за месяц вас топлю! Честное слово, оплачу каждую смену потолков, но не сейчас!

— Да у нас вроде все в порядке... — женщина оглядывает натяжные потолки, а в коридор тем временем все присутствующие выходят.

— Помните, как в прошлый раз в гостиной прорвало все резко? Тут, боюсь, также, — неловко пожимает плечами. — Но я вам все оплачу! Через.. месяц?

Женщина переглядывается с мужчиной, а во взгляде их мелькает сомнение.

— Есть же еще варианты? — тихо спрашивает у мужа.

— Да вы что! — восклицает риелтор. — Какие варианты? Эта квартира — идеал! И садик рядом, и школа.

— За такую цену и проблемы с потолками постоянные? — мужчина качает головой.

Хенкин видит сомнение в их глазах, потому решается на отчаянный шаг, мысленно попросив прощения у маленькой девочки, которая рядом с отцом стоит.

— Да все можно решить! — восклицает он и шагает в квартиру, специально цепляясь полотенцем за ручку.

Всего один миг, но в него умещается столько всего, что Хенкин даже удивляется. Когда полотенце падает, и девочка, и женщина взвизгивают, а мужчина Борю по лицу ударяет. С громким «что за контора?» пара выбегает из квартиры, таща за собой девочку, которая все еще на Борю смотрела. Хэнку требуется еще несколько секунд, чтобы прийти в себя. Зажимает правый глаз рукой и подтягивает к себе полотенце, прикрываясь.

Он с пола поднимается и, извиняясь перед риелтором, выходит из квартиры, заматывая на бедрах полотенце. Поднимается на этаж выше и прямо в коридоре квартиры соседки Эли натягивает на себя всю одежду. Даже не смывает пену с волос, просто быстро надевает все.

Парни задают много вопросов, смотря на цветущий синяк под глазом Хенкина, но тот отмахивается. Только лишь в машине все рассказывает. Стоит ли говорить, что смеха никто не сдерживает? Киса даже умудрился что-то про соблазнение детей пошутить, за что от Хенкина и получил.

По своим людям Гена выяснил, что новый смотр квартиры намечается только на завтра, ведь уже вечер. Именно поэтому с чувством выполненного долга они расходятся по домам.

Киса по пути домой несколько раз проверяет телеграмм, но Эльза все также не читает его сообщения, кинув в полный игнор. Это уже даже не так сильно бесит, скучать он начинает без сообщений ее глупых. Даже по стикерам дурацким скучать начинает. Ну Матвеева, ну охренела, совсем ручного пса сделала из своевольного Кисы. Заходит в магазин и покупает один энергетик и пачку мармелада кислого.

Открывает пачку прямо на крыльце магазина, закидывая парочку кислых червячков в рот. Сразу же морщится и зубы сжимает. Кислоту эту перебить решает сигаретами. И это помогает. Даже вкус какой-то новый, совсем необычный создается. Закидывает в рот еще несколько червячков, затягиваясь. Вытаскивает из куртки телефон и открывает контакт Эльзы. Долго смотрит на ее номер, думая, набирать ли? Качает головой и убирает телефон.

Мама вновь задерживается на работе, поэтому Киса более расслабленно заходит в квартиру. Скидывает верхнюю одежду в прихожей и идет в свою комнату, прикрывая за собой дверь. Падает на диван и открывает диалог с Матвеевой.

самый лучший и любимый
долго в молчанку будем играть?

Через пару минут пишет еще несколько.

самый лучший и любимый
я был резок, окей

ты не лучше

и вообще не выебывайся, мы щас на огромном расстоянии, глупо так проебывать время

Ваня откидывает телефон в сторону и переодевается в домашнюю одежду. Открывает энергетик и включает на ноутбуке какой-то бред с ютуба. Когда на телефон приходит сообщение, слизывает с пальцев сахар от мармелада и снимает блокировку со смартфона.

мышка моя

я вообще-то все еще с тобой не разговариваю, но запиши голосовое, я уснуть не могу..

Улыбается он так широко и хитро, что аж скулы сводить начинает. Конечно, он запишет ей голосовое. В этом голосовом выскажет ей все, а потом скажет, насколько она похожа на него и насколько его это бесит. А она прослушает это и правда начнет засыпать. Но не позволит себе такой роскоши, ведь ради нее он не спал ночами, когда она спать не хотела. Вот и она не будет. Засунет злость утреннюю подальше и поинтересуется, чем он сегодня занимался. А он не ответит, ведь будет ждать видеозвонка.

Оказывается, даже на расстоянии можно радовать друг друга. Но надолго ли это?