Сезон охоты / ЗАВЕРШЕНО

В школе Чародейства и Волшебства «Moonglow» шёл обычный урок Зельеварения, но вот ученики были совсем необычными. Вторая магическая война была окончена и все присутствующие в этом кабинете приняли в ней участие: кто-то был её непосредственным участником, а у кого-то участниками были их семьи и родственники. Но результат у всех был один — все, кто присутствовали здесь, не были готовы к сдаче ЖАБА. И вот, по решению нового директора Ким Джису, был собран дополнительный класс, в котором не было разделения на факультеты. Одним словом, «сборная Moonglow», как называли этот класс профессора.

Ким Тэхён и в этот раз не изменил своим сложившимся привычкам и расхаживал между партами своих учеников. Класс не менялся — те же стены, те же стеллажи с ингредиентами, но вот ученики были уже другими. Он помнил их совсем детьми, а сейчас над котлами корпели уже состоявшиеся волшебники, и многие из них были героями.

— Мистер Намджун, а вы уверены, что вам необходимо проходить этот курс зелий?

Чимин немного покраснел, но всё же оторвался от котла и посмотрел на профессора.

— Да, профессор, Зельеварение мне просто необходимо для поступления на работу в больницу Святого Мунго.

— Мне уже жаль этих пациентов... хотя, ваше зелье всё же тянет на «выше ожидаемого».

— Спасибо, сэр. От вас это лучшая похвала для меня за все семь лет обучения, — съязвил Чимин.

По классу прошла волна тихих смешков.

— А вы, мистер Ким Намджун, стали…

— Храбрее, умнее, увереннее в себе.

— Нет, мистер Намджун, наглее. Видно, Орден Мерлина, что вы получили, сильно давит вам на шею. Смотрите, не удавитесь.

— Но всё же, я должен окончить ваш курс, профессор.

— Увидим, может, что-то из этого и выйдет,— и пошёл дальше.

— Мистер Ва-а-а-ан, — Тэхён специально растянул одну из самых нелюбимых фамилий. — Что это за болотная жижа в вашем котле?!

— Это… Это… — рыжий замялся. Он ненавидел и Зелья, и преподавателя.

— Вы просто невозможны! На вашем фоне даже Намджун покажется мастером Зельеварения.

Джексон покраснел ещё больше. Его уши практически слились с цветом волос.

— Видно, что ваш Орден вам никак не помог, и, к моему сожалению, уже ничего не поможет.

— Да как вы!.. — Ван вскочил со своего места.

— Что я, мистер Ван? Вы не способны выполнить ни одного моего указания? Сядьте на своё место, ваше зелье бесповоротно испорчено, так что «ноль» за урок.

Ким Тэхён развернулся и теперь стоял напротив О.

— Мистер О, знаете, убивать Тёмных Лордов и ловить лбом смертельные заклятья у вас получается гораздо лучше, чем варить зелья.

— Я знаю, сэр, — Сехун улыбнулся, — но мне, как и Чимину, нужен зачёт по вашему предмету.

— Интересно, зачем? Ведь, насколько мне известно, вам предлагали стать аврором без вступительных экзаменов. Вы же у нас национальный герой, Мальчик-Который-Выжил, кавалер Ордена Мерлина первой степени и прочие, прочие, прочие достижения...

— Вы абсолютно правы, сэр, но я больше не хочу быть аврором. Хватит с меня войны, я итак всю свою жизнь сражался со злом. Я хочу продолжить дело своих предков и стать мастером артефакторики.

— Похвально, но как только займётесь распространением своих изобретений — оповестите меня, в каких лавках и магазинах они будут продаваться, так я смогу обойти их стороной... На безопасном для моей жизни расстоянии.

— Обязательно, профессор. Вы первый получите список моих работ и мест, где они будут продаваться, — Сехун ехидно усмехнулся.

— Вы настолько уверены в себе, мистер О?

— Конечно, я же национальный герой, Мальчик-Который-Выжил, кавалер Ордена Мерлина первой степени и прочие, прочие, прочие достижения...

— Каким был, таким и остался, — пробурчал Тэхён себе под нос и пошёл дальше.

— Мистер Чон, ваше зелье не соответствует идеалу, я разочарован.

— Простите, сэр, — Чон исподлобья прожигал в профессоре дыры глазами.

— Зато у мисс Манобан получилось.

— Поганая грязнокровка!.. — Чон почти прошипел эту фразу.

— У мисс Манобан зелье приготовлено абсолютно правильно.

— Спасибо, профессор, — ответила бывшая ученица Мунлайт, не отрывая взгляда от своего котла.

— Как бы это странно не звучало, но я рад снова видеть вас в своём классе, ведь вы одна из немногих, кто любит и умеет учиться.

Сехун улыбнулся: он был рад за подругу, Джексон надулся еще больше, а вот Чон не выдержал.

— Конечно, что еще остается делать грязнокровке! Ведь без своих книжек она ничего из себя не представляет.

— Мистер Чон, вам предупреждение.

— Слушай, хорёк… — Сехун поднялся со своего места.

— Ой, смотрите, национальный герой голос подал, сейчас будет новую Аваду Кедавру лбом ловить!

— Не от тебя ли, хорёк? Да у тебя кишка тонка!

— Прекратили оба! — Тэхён повысил голос. — Если вы не заметили, то война уже закончилась, и не в вашу пользу, мистер Чон.

— Конечно, О и его грязнокровка... — Чонгук сладким голоском передразнил Сехуна.

Манобан поднялась со своего места и пошла в сторону однокурсника.

— Слушай меня, Чон, и причём очень внимательно. Второй раз я повторять не буду, даже для такого напыщенного павлина, как ты!

— Мисс Манобан, вернитесь на место, — Тэхён не знал, что сейчас могла вытворить лучшая ученица класса.

— Простите, профессор, но он должен меня выслушать здесь и сейчас.

— И что же грязнокровка может мне рассказать такого, что я не знаю? — хмыкнул Чон.

— Вы сейчас пройдёте к директору, мистер Чон.

Лиса уже вплотную подошла к парте Чонгука, руками оперлась о край стола, нагнулась и, глядя в глаза, заговорила:

— Не тебе, Чонгук, называть меня грязнокровкой.

— И что это должно значить? — блондин ответил на взгляд Мунлайтти. — Я в отличии от тебя…

— Нет, Чон, это я в отличии от тебя. Моя кровь абсолютно чиста, не то что твоя. Ты наивен, раз считаешь, что грязнокровка — это оскорбление. Если копнуть поглубже, то ты узнаешь, что этот термин ко мне никак не относится. Как у меня, волшебницы, рождённой от простых людей, может быть грязная кровь?

— И почему все так восхваляют твой непревзойдённый ум, если до тебя не доходит значение собственных слов?

— Ты не под тем углом смотришь, Чон. В нашем роду никогда не было волшебников. Я первая ведьма за историю семьи. Моя кровь, сила и магия абсолютно чисты. Это сейчас таких как я называют «маглорождённые», или, как ты любишь выражаться, «грязнокровки», но раньше нас называли по другому — обретённые. И знаешь, что это означает? Хотя нет, сам потом и узнаешь. Вот ответь мне на такой вопрос: сколько поколений род Чонов мешает свою кровь с такими же чистокровными, как и они? Вы ведь уже все родственники. И со сколькими такими «чистокровными девушками» ты состоишь в родстве?

— Со многими. И я горжусь этим.

— Вот и зря. Знаешь, в обычном мире запрещены близкородственные браки. Ведь из-за смешивания родственной крови происходит генетический сбой, и на свет появляются дети с умственными и физическими отклонениями, а в случае волшебников — это ещё и влияет на магический потенциал. Вы гордитесь своими фамилиями и родословными, но при этом забываете, что только что закончилась война, в которой многие семьи были уничтожены или понесли большие потери. Возможно, ты сейчас и найдешь себе более-менее отдалённую родственницу и женишься на ней, но из чего будет выбирать твой сын, а дальше внук?

— Чонгук — мой жених, и это…

При звуке голоса своей невесты блондина передёрнуло. По его спине поползли холодные мурашки.

— Что, Чон, тебе же даже голос её противно слышать? А вот теперь представь, какой у тебя появится наследник — платиновые волосы, глаза цвета расплавленного серебра, но как всё это будет смотреться с личиком его матери? Прости, Цзыюй, но у тебя все признаки полного вырождения рода и магии.

— Да как ты смеешь так говорить, грязнокровка?!

— Чжоу, повторю специально для тебя: твоя кровь грязнее болотной жижи!

— А ты у нас, значит…

— Да, моя кровь, как и магия, чиста, и я сильнее тебя как физически, так и магически.

— Да я тебя!..— девушка схватилась за палочку.

— Цзыюй, вот ты тоже, как Чон, ответь мне на один вопрос: какой у тебя магический потенциал? Я уверена, ты как представительница древнего и чистокровного рода проходишь эту проверку регулярно.

— Конечно, в отличии от тебя я…

— Назови цифру!

— 46.

— Как я и думала, потенциал ниже среднего, чего и следовало ожидать.

— А сколько у тебя, Манобан? — Пак Чанёль присоединился к разговору. — Или ты можешь только языком трепать?!

— Мой уровень — 76.

— Сколько?! — в классе повисла тишина.

— А у тебя, Сехун?

— У меня 83, но, думаю, после принятия второго рода поднимется до 90.

— Вот это ещё одно доказательство. Ведь Сехун — полукровка. Прости, — Лиса обратилась к другу.

— Да ничего, Лис, я не стыжусь своих родителей.

— Но я всё-таки продолжу. Чонгук, различные уродства и снижение магического потенциала — это ещё полбеды, главная ваша проблема — это родовые проклятия, которые будут скапливаться в ваших близкородственных браках. Бесплодие будет накладываться на безумие и так далее. И такими темпами, я думаю, поколений через пять, ваши рода вымрут или превратятся в сквибов в лучшем случае. И от этой участи вас может спасти лишь обновление крови. К примеру, Сехун волшебник с индексом магии 83, и если он женится на обретённой волшебнице, то его ребенок будет сильнее его. Если на одной из чистокровных, то в ребенке их кровь смешается, но ген и магия Сехуна станут доминантными — в таком случае ребёнок будет слабее его, но сильнее своей матери. Если этот ребёнок женится на полукровке или чистокровной, но не родственной ведьме, его наследник станет ещё сильнее магически и так далее, пока род не вернёт свою силу.

Лалиса закончила свою речь. Класс был погружен в тишину. Мунлайтти отошла от стола Чона, вернулась к своей сумке и достала из неё одну из книг.

— Это книга по генетике. Это такая магловская наука о чистоте крови, — Лиса вернулась к Чонгуку и положила книгу перед ним. — Советую прочитать её и желательно вслух для всего вашего чистокровного общества, — Манобан фыркнула. — Возможно, что-то и поймёте.

После её слов раздался звонок.

— Так, все свободны. К следующему занятию жду от вас эссе по сегодняшней теме, — сказал Тэхён, до этого внимательно следивший за разборками своих учеников.

Лиса вернулась к своему месту и стала собирать вещи.

— А вас, мисс Манобан, я попрошу задержаться.