Отомстить
Тей-де Нан'ку 23 года
2018 год
Она грузно ударялась пятками о железный пол, перескакивая с ноги на ногу. Грудная клетка сжалась, утянутая вниз плечами. Девушка дышала орывисто, стреляя узкими глазницами по сторонам. Ее пальцы то сжимались в кулаки, то распрямлялись до белезны ладоней, пока наконец не достигли цели. Прыгая, по сенсору экрана, они едва не соскальзывали с нужных символов. Створки шлюза медленно разъехались.
Девушка зажмурилась, задержала дыхание и шагнула на свет. Ее тремор сменился полным оцепенением, словно ушат воды ухнул с потолка. Она с опаской открыла глаза. Спинка кресла возвышалась вдали каюты, закрывая центральную часть компьютерного оборудования. Тихое мерное посапование слышалось из-за нее. Почему-то девушку это немного успокоило. Она набрала в грудь воздух, распрямила спину и встала чуть свободнее, но оклиикнуть сидящего так и не решилась. Впрочем, он и так знал, что это она.
"Щелчок", как назвала произошедшее Тей-де Нан'ку, немало изменил жизнь Клана, и Д'сщарну, как его Предводителю, сложно было однозначно сказать в худшую или в лучшую сторону. Одно оставалось неизменным последние два периода¹ – бессчетное множество проблем. Экономика держалась из последних сил, а уполномоченных для ее поддержания лиц просто не хватало. Хорошо, если исчезнувший оставил ученика, а если нет? В конечном счёте все сваливалось на плечи Д'сщарна. И вот теперь к нему приходит пропащая ученица, которая даже не соизволила объяснить толком что там произошло. Он вытянул жвала, растягивая морщины усталости, и кое-как натянул маску строгого Учителя, надеясь, что она сработает как надо.
Грива зазвенела железом колец, когда яут прокрутился в кресле. Его грудь, испещренная шрамами, щерилась чёрной щетиной из-под алого плаща, седые кончики "дредов" заливались блеском наград, а корни их были усыпаны вязью бус и шнурков. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Ракша выглядел невозмутимо, он был расслаблен, однако пространство в миг наполнилось таким напряжением, что подкасились бы ноги.
Девушка же словно ничего не почувствовала. Она продолжала стоять и разглядывать потёртости на пыльно розовом полу неподалёку от своих ног. Складка скользнула меж надбровных дуг яута.
– Зачем ты пришла? – тоном намекающим на недовольство спросил он.
– Помоги мне.
Она сжала свое запястье, медленно начиная царапать кожу. Ракша опешил. Весь его настрой сбился, учительское выражение сползло с лица – один черт на него она не смотрела. И, судя по всему, не собиралась. Он нахмурился.
– Что происходит?
Девушка ещё сильнее вцепилась в свои руки уезжая плечами к полу.
– Я не знаю... Все это, – она замолчала активно сглатывая, – И Брокен... – Голос дрогнул. Из-под волос послышалось сопение.
Ракша удивлённо забегал глазами по ее фигуре. Только сейчас, отодвинув глабальные заботы, яут смог по-настоящему разглядеть свою ученицу. И ужаснулся. Тело осунулось, волосы без единого кольца сальными прядями свисали на лицо – от нее буквально пахло раздробленностью. Но больше всего его поразила собственная невнимательность. Два периода! У него так и не дошли руки вытрясти из нее подробности, и черт знает что она делала все это время. Ведь Брокен, Обломившееся Лезвие, тот самый Дурнокровый, который и притащил ее на корабль. Они были близки... Яута словно пронзило током.
Девушка готова была упасть и в слезах свернуться калачиком прямо здесь. Но держалась. Ее сердце сильнее застучало о грудную клетку, дыхание сбилось и лишь боль оцарапаных кистей давала возможность хоть какого-то контроля. Она выглядела жалко. И сама это понимала, но выкарабкаться уже была не в силах.
Отогнав картины прошлого, Ракша тяжело вздохнул и устало встряхнул гриву. Девушка вдруг замерла и посмотрела на него.
– Идем, – только и сказал он, поднимаясь с кресла.
Яут грузно прошёл к каюте, в которой раньше она не была. Он остановился, взглянул на нее, и не дожидаясь зашёл внутрь. Шлюз закрылся. Девушка осталась одна в недоумении и нерешительности. Она не поняла сколько так простояла, глядя на закрытый шлюз, как вдруг те, кто приходит в одиночестве закапошились по углам. Страх подбросил ее и вскоре кабинет опустел полностью.
Ракша капошился в полках у стены. Его она заметила первым делом, а после... Бог мой, да это же спальня! Она обводила жилую каюту удивленным взглядом. Панорамное окно с видом на черноту совсем не удивило – у нее было такое же, правда в ванной, а вот гигантская кровать полностью захватила внимание. Не только своими размерами, но и оформлением – она была застелена пушными шкурами, а в изголовье оказался целый склад подушек. Подушек! Девушка медленно подошла к лежбищу.
– Садись, – заметив это пробубнил из шкафа хозяин жилища.
Она села. Никогда девушка не видела у яутов подушки, да и шкуры, что уж говорить, любили не все. И Брокен рассказывал- Она подовилась собственными мыслями.
Ракша, наконец достав, то, что нужно, нелепо отшатнуся в комнату. Над головой он держал что-то, изначально напоминающее очередную шкуру, но ей не являющееся. Когда объект опустился на уровень груди Учителя, девушка узнала в нем человеческий плед. Нечто подобное она видела в Асгарде...
Яут встал, склонил голову набок и взял свою ношу под мышку.
– Не так. Сядь подальше, лицом туда, – он жестикулировал свободной рукой, – и скрести ноги.
Девушка нехотя послушалась. Сидеть спиной к двери было неприятно и она сдвинулась так, чтобы ее видеть – лицом к окну. Ракша ничего на это не сказал. Он лишь расправил плед, сложил вдвое и набросил на плечи ученицы. Та снова удивилась, но глаза на него так и не подняла. Только сейчас она стала замечать, что в каюте как-то холодает... Яут тем временем вышел. Девушка укуталась поудобнее и поняла вдруг, что плед вовсе не человеческий – скорее всего это работа другой расы. Шерсть была тонкой, мягкой и шелковистой, при этом на краях никаких швов не обнаружилось – слишком деликатная работа.
Ракша вернулся с железным стаканом. Действительно стаканом – без носика. Наверное это была какая-то посуда для специй или еще чего... Напиток оказался горячим.
– Что это? – Разглядывая жидкость, чересчур напоминающую чай, спросила она.
– Травяной отвар, – Ракша уселся напротив, – В нем алкалоиды. Успокаивает нервы.
Слово "алкалоиды" девушка не поняла, но жидкость попробовала. На вкус было действительно как чай, только травяной.
Время снова растянулось тугой пружиной. Девушка пила, убаюканая пледом, яут давал себе наконец отдохнуть – он тоже, в сущности, ни о чем не думал. Спустя какое-то время сонливого молчания, до него снова дошло что происходит. Его взбалмошная ученица, у которой искры вместо глаз и пламень вместо сердца сейчас сидела молча, неподвижно и пила то, что ей дали. Такого не было ни-ког-да.
Прошлое тихо постучало в двери сознания и Д'сщарн позволил ему войти. Подобное случилось 25 астроциклов² назад. Его первые ученики, первые сыновья. Братья. Не из одного яйца, но из одной кладки – близки как близнецы, но духом все-таки различны. Один из них не прошёл Первую Охоту. Второй, спустя время, погиб на одной из череды Охот. Запись с маски показала, что молодой охотник буквально сам отдался в лапы своей добычи. Позорная смерть. Как для воина, так и для его Учителя. Прошли десятки астроциклов, а он все никак не смог простить себе смерть того, кого еще можно было спасти.
Ракша закрыл глаза. Выдохнул и открыл вновь.
– Кто-то еще исчез? – сохраняя непринуждённый вид, спросил он.
– Нет. Шрам жив.
– А не яутжа? – он аккуратно наклонился вперёд.
Девушка молчала.
– Локи, – на удивление спокойно произнесла она, – Мой... Самец, в общем.
– Уман? – зачем-то уточнил Ракша. И не прогадал.
Девушка мотнула головой.
– Нет. Он был из Асов, народа богов. Он... В общем-то и был богом.
Мимолётное удивление яута тут же сменилось гордостью за свою ученицу – несмотря на невозможность завести потомство с яутжа, она смогла найти себе достойного оплодотворителя. Однако, зная ее, можно было утверждать, что сейчас охотница только больше от этого страдает. Нужно было доставать ее из этой ямы. Час от часу не легче...
– Скажи мне кто ты, – идеальный учительский тон.
Девушка вздохнула. Поперебирала чашку в руках.
– Не знаю... – она усмехнулась, – Должна быть охотницей.
Ракша удовлетворённо заурчал и наклонился к ней, продолжая таким же вкрадчивым урчащим голосом.
– Ты не просто охотница. Ты Старшая Охотница Живая Смерть.
Она автоматически угукнула, едва не засыпая.
– Тей-де Нан'ку, – зовёт ее Ракша.
Девушка открывает глаза и смотрит на него. По инерции, совсем не задумываясь, но она смотрит.
– Твоя честь была задета? – Продолжает яут.
– Что? – она вдруг спохватывается, моргает, в попытках разлепить сонные веки и снова смотрит на Учителя, – Кем?
– Ты ведь была на К154-У3? Видела того, кто сделал "щелчок"?
– Да... – отводит глаза и задумчиво хмурится, – Танос. Титан, что собрал Камни Бесконечности и уничтожил половину Вселенной...
Яут наклоняется ещё ближе, щелкая над самым ухом.
– Что на этот счет говорит Кодекс чести?
Взгляд грозовых глаз плавно перетек в янтарные блюдца. И Ракша поймал эту маленькую вспышку в их глубине.
– ...Охотник должен отомстить.
– Значит..?
Ее брови сошлись у переносицы и тот самый огонь вспыхнул в глазах.
– Значит я отомщу.
Яут откланился назад и медленно кивнул. Тей-де Нан'ку никогда не видела столько одобрения и... Гордости? в его глазах. Сердце затрепыхалось подбитой птицей. Она смотрела на него и не могла отвести взгляд. Ракша склонил голову на бок.
– Ты засыпаешь, – констатировал он.
– Ага, – все еще завороженно отвечала охотница.
От её взгляда стало как-то неуютно. Она едва не пускала слюни...
– Ладно, – яут выпрямился, забрал чашку и слез с ложа, – оставайся. Проснешься – начнём работать.
С этим заверением он погасил свет и вышел. Девушка сонно улыбнулась, зевнула и свернулась калачиком, устраивая щеку в меху. Она была готова к любой работе и даже решила забыть на сегодня о тех, кто приходит в одиночестве и о тех, кто приходит во снах. Сейчас ей было хорошо.
______________________________________
¹ Период – месяц для яутжа. 24 цикла. Что-то около трех земных месяцев. По земному от щелчка на тот момент прошло полгода.
²Астроцикл – год. Период обращения планеты вокруг солнца. Ровно три земных года.
______________________________________
Композиция: Linkin Park – Battle Symphony