Глава 41
Совсем незаметно пролетел месяц.
Во вторник Старатель вызвал нас в агентство на срочное совещание. На столе тогда были — папки с документами, на экране — лица разыскиваемых. Нам выдали новые костюмы: полностью чёрные, но со светящимися швами, чтобы различать друг друга в темноте. У Кацуки — ярко-оранжевые, у Мидории — зелёные, у Тодороки — ледяной голубой, у меня — глубокий синий коралл, что-то между синим и зеленоватым.
И вот ночью мы выдвинулись до места на самолете. Вокруг нас было довольно много героев. Не только с нашего агентства, но и совершенно незнакомые.
— Группировка "Хумарайз". Лидер — Флект, — сказал Старатель, указывая на фото с экрана. — Их устройство активирует фактор причуды. Цель — одновременно накрыть 25 филиалов, задержать членов и изъять бомбы. Местные силы помочь не смогут.
— Герои, верните людям улыбки, — прозвучал голос Всемогущего в наушнике.
Ветер бил в лицо, когда мы стояли у люка самолёта. Под нами — сплошная тьма.
— Команда "А", ищите бомбы, — отдал приказ Старатель.
— Мы в подавлении, будьте осторожны, — сказал Шото.
— Ты серьёзно? — рявкнул Кацуки и ушёл в пике, оставив за собой вспышки взрывов.
— Вход воспрещён! — крикнул охранник со стороны злодеев, преграждая путь.
— Клэр, ищи бомбы! — приказал Старатель и выбил вражескую дверь.
Я была в одном отряде с ней, она – местный герой, развернула карту здания. Мы прочесали всё здание. Пустые комнаты, эхо шагов, пыльные углы. Ни одного намека на бомбы. Несколько задержанных только и пожимали плечами.
— Тут что-то не так, — сказала Клэр сканировав здание за секунды с помощью причуды.
— Бомба уже в другой базе, — тихо произнесла я.
— Похоже на то, — её голос прозвучал, как приговор.
Утро началось с перелёта.
Самолёт мягко качнуло в воздухе, и вот уже под крылом раскинулся Отеон — город, о котором я слышала только в отчётах. Четыре небоскреба словно шпили уходили в небо, фасады домов сияли золотым светом, а улицы были утоплены в зелени, словно сама природа решила здесь поселиться навсегда. Архитектура поражала — будто европейские традиции сошлись в одном сплетении: Франция, Испания, Португалия... всё переплелось в яркий узор, и от этого казалось, что город дышит чем-то величественным и лёгким одновременно.
— Как же тут оживлённо, — восхищённо протянул Мидория, едва удерживая два пакета с продуктами.
С самого утра нас отправили на рынок: я шла впереди с Кацуки, за нами Тодороки и Деку. Руки парней сполна были заняты пакетами еды — закупались мы на всю команду. А я — держала список и следила, чтобы ничего не забыли.
— Это крупнейший город, — спокойно заметил Тодороки. Его голос был ровным, как всегда, будто чужие эмоции не имели над ним власти вовсе.
Кацуки, конечно же, не удержался:
— Да плевать мне! Какого чёрта я должен таскать эти долбаные пакеты?! — рычал он так, что прохожие оборачивались. Его ярость всегда была рядом, словно буря на горизонте.
Я не подняла взгляда от списка:
— Потому что у нас самые низкие ранги. Мы стажёры у Старателя. Пушечное мясо.
Он хотел возразить, но сжал зубы и только сильнее перехватил ручки пакета.
— Но всё равно... — робко начал Мидория, — мы же команда. Мы должны защищать людей. Даже от террористов.
— Хумарайз, — добавил Шото. Его слова были как ледяная вода, пролившаяся прямо в сердце.
Кацуки громко фыркнул:
— Сраная секта со своими дебильными теориями. Судный день, ха! Верят в пустую чушь, будто причуды — проклятие.
Я перевела дыхание и вернулась к списку:
— Осталось только мясо.
И в этот миг гулкий взрыв пронзил утреннюю суету. Люди закричали, посуда на прилавках с грохотом разбилась, и резкий запах дыма ударил в нос. Сердце сжалось, а тело действовало раньше разума.
Из ювелирного магазина вылетел мужчина с тяжёлым кейсом. За ним выбежал хозяин, в отчаянии крича на английском:
— Держите воров!
— Забирай кейс! — крикнул один из бандитов другому.
Мы бросили пакеты. Бакуго сорвался мгновенно, ярость в его глазах вспыхнула, как динамит:
— Эй, ублюдки!
— Деку, Шото, направо. Я с Бакуго за другим — крикнула я прежде чем скрылась в переулке.
— Понял! — выкрикнул Мидория, рванув в противоположную сторону.
Мы разделились. Один из преступников попытался оторваться, бросив в нас слабый заряд, похожий на фейерверк. Искры осыпались на мостовую.
Кацуки усмехнулся, сжимая кулаки:
— Ты это называешь взрывом?.. Сейчас я тебе покажу настоящий взрыв!
Его удар прогремел громче, чем первый взрыв, и бандита жалко отбросило в стену, прежде чем он отключился. Я связала оглушённого противника. Узел затянула туго, до боли в пальцах.
— Кацуки-кун, кажется, ты опять перебарщиваешь, — бросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
Он ухмыльнулся, но заметив мой взгляд, смолк.
— Отведи его в полицию, — приказала я и взмыла на крышу, чтобы увидеть, как справляются Мидория и Тодороки.
— Чертовка... — буркнул Кацуки себе под нос, но подчинился.
Когда я их догнала, они тоже уже закончивали с работой.
Преступник, зажатый в углу станции метро, тяжело дышал, словно каждое дыхание было для него пыткой. Пот заливал его виски, а глаза метались, как у зверя, загнанного в клетку.
Я медленно подошла ближе и склонилась к его уху:
— Ну и кто тут у нас? — прошептала я с хищной усмешкой.
Он вздрогнул, но быстро взял себя в руки. Русые волосы прилипли к его лбу, а голос, напротив, прозвучал уверенно:
— Вы ведь не из этой страны, да? Уверены, что вам позволено играть в героев здесь?
Попытка отвлечь – вот и все.
— А почему тогда убегал? — вмешался Мидория. Он шагнул вперёд, взгляд его был прямым, настойчивым.
Преступник отвернулся. Его руки нервно теребили край пиджака, и вся его «уверенность» трещала по швам.
— Я торопился по работе, — пробормотал он.
— Что за работа такая? — Мидория не отступал, голос его был твёрдым, но спокойным. Удивительное зрелище.
Русый усмехнулся, глядя уже прямо в глаза Мидории:
— Бизнес. Хоть я и выгляжу так, но я успешный продавец. Можете не мешать мне работать?
Я шагнула ближе, мои руки превратились в кошачьи лапы с длинными когтями, которые блеснули под тусклым светом ламп метро.
— Тогда открой кейс, — произнесла я холодно. — С места не сдвинешься пока не откроешь.
— Хочешь посмотреть? Плати, — он скривил губы в насмешливой улыбке. — Сто тысяч евро.
— Слишком дорого, — ответила я и даже не дрогнула.
Он хотел уже отвернуться, но в этот миг Деку рванулся вперёд. Его терпение лопнуло. Они сцепились за кейс, и тот с глухим ударом упал на пол. Замки не выдержали — крышка раскрылась.
Внутри... одежда. Несколько бумажных документов. Никаких оружий, никакой взрывчатки или драгоценностей.
— Только зря время потратили, — процедила я, прищурившись. Что-то здесь было не так. И Тодороки нет
— Простите! — Деку упал на колени и, краснея, встал в догэдзаДогэдза — поза, в которой человек садится на колени, опускает почти до земли свою голову и произносит «пожалуйста». . Его голос сорвался на отчаянное: — Прошу прощения!
Однако преступник не выглядел невиновным. Слишком нервный, слишком напряжённый. И действительно. Его лицо дёрнулось, когда чемодан раскрылся. Будто он ждал совсем другого исхода.
— Ну вот, и разобрались, — буркнул он с раздражением, отворачиваясь. — Герои ведь тоже ошибаются, да?
Он поспешил к выходу, но как только все мы вышли на улицу прорезал вой сирен. Красно-синие отблески заплясали на стенах тоннеля. К входу в метро подкатывали полицейские машины.
— Полиция? — удивлённо выдохнул Деку.
— И не один патруль. Тут целый взвод, — сказала я, сжимая зубы.
— Руки вверх! На колени! — один из офицеров направил на нашего нового знакомого - оружие.
Я сделала шаг вперёд:
— Мы герои. Хочу прояснить...
Но не успела закончить. Как этот же ствол пистолета развернулся прямиком на меня.
— Я ничего не брал! — закричал русоволосый. Паника вспыхнула в его глазах, и в следующее мгновение он бросился бежать.
— Стоять! Разрешаю открыть огонь! — крикнул старший офицер.
Я успела только вздохнуть, когда прицелившаяся женщина-полицейский уже готова была нажать на спуск.
— Деку! — выкрикнула я побежав за русым.
Он среагировал мгновенно. Его лозы метнулись вперёд, подхватив и меня, и нашего преступника. Мир качнулся, и в следующий миг мы уже взмыли в воздух. Пули засвистели позади, ударяясь о плитку асфальта.
— Смотрите вперёд и сожмите зубы! — крикнул Деку, когда мы за пару секунд пролетели район. Внизу визжали тормоза полицейских машин.
Мы приземлились на крышу уходящего поезда. Сердце колотилось, в ушах звенело, а руки всё ещё были сжаты в когти.
Я посмотрела вниз — мигалки остались позади, а вместе с ними и ярость полицейских, которым мы только что вырвались из лап.
— Не лучший способ передвижения, но спасибо, — пробормотал русоволосый, держась за плечо Мидории. Его глаза метались, как будто он пытался осознать, что только что произошло. — Только не пойму, почему они начали стрелять...
Я уже открыла рот, чтобы ответить, но вдруг уловила скачек звука в воздухе.
— Эй, все в сторону!
Воздух разрезал свист — стрела, пущенная с нечеловеческой скоростью, летела прямо в нас. Мидория успел среагировать: поток ветра отбил удар, стрела дрогнула и с грохотом вонзилось в металлический корпус поезда.
Но времени радоваться не было. Вторая стрела уже нацелилась на нас.
— Они нас преследуют? — Мидория был напряжён, его взгляд метался между небом и улицей позади.
— Это причуда, — ответила я, сжимая кулаки. — Следи за траекторией! Сейчас опять прилетит.
И правда, стрела свернула прямо за нами, будто её вёл невидимый проводник. Она с грохотом разбила окно вагона, внутри закричали люди. Паника мгновенно охватила пассажиров — бегущие ноги, визг, лязг захлопывающихся дверей.
— Тут могут пострадать невинные люди — я сжала зубы, глядя на хаос, вызванный нашей погоней.
— Понял! — коротко ответил Мидория и ускорился.
Русоволосый обернулся на шум, его лицо побледнело. В следующую секунду он отключился, рухнув на плечо Мидории. Видимо от шока.
— Чёрт... — выдохнула я, когда позади загрохотали моторы. Шесть полицейских машин скользили по шоссе, мигалки резали тьму, как красно-синие ножи.
Мидория лишь стиснул зубы:
— Задержи дыхание, Миу!
И прежде чем я успела что-либо возразить, он подхватил меня с новым знакомым и прыгнул в холодную воду. Мир поглотила тишина — только глухой рёв крови в ушах. Позади оставались пули и сирены.
Мы вынырнули на ближайшей местности заросшей кустами и деревьями. Вода стекала с нас, впитывалась в одежду, тяжело капала с волос. В этом странном оазисе стояла почти мёртвая тишина.
Мидория достал телефон и набрал Тодороки. Я наблюдала, как экран дрожал в его мокрой руке.
— Мидория. Что с преступником и кейсом? — голос Шото был строг, будто он заранее ожидал плохих новостей.
— На нас напала полиция, — выдохнул Мидория, растерянно глядя на меня. — Они даже не объяснили причин.
— Эй, что ты там устроил? — раздражённо пробурчал Тодороки.
— Я не знаю... — честно признался Мидория.
Вдруг чей-то резкий голос вмешался. Бакуго.
— Хакамата с тобой?
Я невольно улыбнулась, услышав его.
— Да.
— Они ничего не сказали и сразу открыли огонь, — Мидория начал сбивчиво пересказывать, но в этот момент нас прервал чужой женский голос на фоне — Клэр Воянс.
— Старатель, у нас проблема! Миу и Деку...
Я не успела услышать продолжение. Телефон сам переключился на экстренную новость. Репортёрский голос пробил ледяным голосом:
— ...герои из Японии — Мидория Изуку и Хакамата Химари — объявлены в розыск по подозрению в убийстве двадцати двух человек...
У меня в груди вспыхнул огонь.
— Какого чёрта?! — я зашипела, когти сами собой вышли наружу. — Двадцать два человека?! И где по вашему мы их возьмем?! Подонки
— Мидория, — снова позвал Шото. — Что на самом деле случилось?
— Мы ничего не делали! — отчаянно ответил Деку.
— Немедленно отключите телефоны, — голос Тодороки был холоден. — И выньте батареи. Вас могут отслеживать.
Под конец мы решили встретиться в соседней стране – Клайд. На этом разговор был окончен. Я убрала телефон, и тут русоволосый очнулся, резко вскочив. Его глаза горели смесью страха и ярости.
— Блин, ты меня напугала! — выпалил он, глядя на меня. — Вы что, связались с друзьями? Зачем вынимаешь батарею?! И когда они придут?!
Мидория коротко объяснил, но его слова будто прошли мимо. Русый захлёбывался эмоциями:
— Что происходит?! Вы убийцы? А я теперь ваш сообщник?! Когда это я оказался по вашу сторону?!
— Ничего не понимаю... — выдохнула я, чувствуя, как давление сжимает виски.
— С меня хватит! — он шагнул к нам, размахивая руками. — Я и так был на дне, а теперь ещё хуже! Это всё из-за вас! Сделай что-нибудь! Ты же герой! — он ткнул пальцем в грудь Мидории.
Я сдержала желание вцепиться когтями в его наглое лицо и спокойно сказала:
— Полиция стреляла без предупреждения. А стрелы – это уже чья-то причуда. Им плевать на нас. Похоже им нужен чемодан.
— Чемодан? — он оживился, будто ухватился за спасение. Открыл его, переворошил одежду и бумаги. Ничего особенного.
— Плохо дело, — сказал Мидория. — Здесь нет ничего ценного.
— Значит, отдаём чемодан — и всё! — радостно заявил русоволосый. — Видите, как всё просто!
— Не просто, — холодно ответила я. — Теперь мы знаем, что внутри. Они не оставят нас в живых.
— Тогда сожжём его! — выкрикнул он, уже хватаясь за спичку. — И скажем: «Ой, сгорел!»
— Это ничего не изменит, — я посмотрела прямо в его глаза.
— Тогда продаём! Миллион евро! — он хищно улыбнулся, будто наконец нашёл «гениальный» выход.
— Так мы станем преступниками, — Мидория покачал головой.
Я перевела дыхание. Решение было только одно:
— С полицией мы не сражаемся. Нам нужно к границе. Если попадём в Клайд — выйдем из их юрисдикции. Там у нас будет шанс.
Русоволосый нахмурился, впервые по-настоящему осознав опасность:
— А если этот стрелок пойдёт за нами?
— Если это случится, я вас защищу, — твёрдо сказал Мидория.
— Вперёд. У нас мало времени.
________
オセオン - Otheon - вымышленная страна в Европе и основное место событий в My Hero Academia: World Heroes' Mission. Отеон соседствует с другой вымышленной страной под названием Клайд. Отеон и Клайд расположены на острове на юго-западном краю Кельтского моря.