Глава 27
— Иди за мной, придурок! — выкрикнул Бакуго, обернувшись через плечо.
— Не стоило просить учителя Айзаву после вчерашнего, — заметил Тодороки, не меняя выражения лица.
— Я здесь не для того, чтобы вести с тобой светскую беседу! — отрезал Бакуго. — И ещё... ты-то чего за нами увязалась?! — Голос стал резче, взгляд скользнул по Химари.
Я пожала плечами, не собираюсь я оправдываться. Я посчитала что будет полезно посмотреть на другой вид сдачи на лицензию.
— Опаздываете, плохиши! Эй, Всемогущий! У них че, трое завалило? — как всегда громогласно заявил Сущий Мик, появляясь из-за угла.
— Громогласный Мик и Всемогущий?.. — Тодороки слегка приподнял бровь, посмотрев на героев.
— Сегодня мы вас сопровождаем, — улыбнулся Всемогущий. — Юная Хакамата, а ты чего здесь?
— У меня есть разрешение. Хочу посмотреть, — спокойно ответила она, немного осознанно избегая смотреть в сторону Бакуго.
— Сотриголове нужно уладить кое-что после вчерашнего. Это касается причуды девочки, которую спасли, — пояснил Сущий Мик. — Так что он попросил меня быть вашим телохранителем!
— Лишь мера предосторожности, — кивнул Всемогущий. — Ну же, вперёд. Вчера была лекция, а сегодня будет тяжёлая тренировка.
— Ну что ж, будем наблюдать отсюда, — сказал Всемогущий, останавливаясь возле обзорной площадки.
— Постарайтесь! — подбодрил Сущий Мик, не теряя привычной громкости.
— Неужели это бывший герой номер один? Спасибо, что присматриваешь за Шото, — раздался колкий голос сзади.
Химари обернулась — Старатель. Отец Тодороки. Странно... почему он здесь? У него ведь обычно тысячи дел.
— Хорошо, я как раз хотел поговорить с тобой кое о чём, — продолжил Старатель, обращаясь к Всемогущему.
— Пойду-ка кофейку куплю! Хакамата, за мной! — громко заявил Сущий Мик, но Химари даже не сдвинулась с места.
— Это называется лишение свободы выбора. Я пойду к ребятам. Всё равно пока ничего не началось, — ответила она, развернулась и направилась в сторону тренировочной зоны.
— Что это тут у нас, горячие парни? Я схожу с ума! — весело воскликнул женский голос. — Обменяемся телефончиками?
Че за хрень?!
— А-а... давай... — Тодороки замер на месте, он попытался скрыть растерянность, но получилось не слишком убедительно.
— Кэми, это ниже твоего достоинства. Студенты Шикецу не должны так себя вести! — с укором вмешался уже знакомый голос – Шишикура Сейджи.
— Мясо, разве ты не провалился в первой половине? — усмехнулся Бакуго, не упустив возможности уколоть.
— Я получил разрешение наблюдать, — спокойно ответил Сейджи.
— Вали домой, мясо, — отрезал Бакуго, не скрывая отвращения.
— А ты, блондинчик, дашь мне свой номерок? — эта «Кэми» без стеснения подошла ближе к Бакуго.
— Фиг ты что получишь, — Химари вышла из-за угла, голос её прозвучал неожиданно резко. — Вали, пока я тебе личико не подпортила.
Она стояла прямо, уверенно, внутри меня уже окончательно бурлило.
— Ты ревнуешь? Не переживай, я чужих парней не увожу, — усмехнулась Кэми размахивая руками.
— Горячие парни, номерки... — я раздражённо фыркнула. — Ещё раз подойдёшь к нему – хоть на шаг – и я тебе все волосы повыдергиваю, ясно?
Она резко повернулась, почти сбивая воздух движением.
— Тодороки, Бакуго, удачи. — И, не дожидаясь ответа, ушла обратно на трибуны.
Что за черт с этой девчонкой? Почему она прётся за мной, как будто я её няня? Я не терплю, когда кто-то лезет в моё дело! Не подводи себя, не показывай слабость. Она ещё не понимает, я – не тот, кто дарит улыбки и нежности. — размышлял Бакуго.
Подойдя к автомату с напитками, я долго стояла, разглядывая выбор. Пальцы скользнули по кнопкам, но в итоге я привычно выбрала молоко.
Почему я вообще вмешалась?
Почему вырвались такие слова.
Какая-то глупость...
Черт, просто...
Не могла смотреть, как та вешается на него.
Прийдя на трибуны взгляд уже выискивал знакомую светлую макушку на тренировочной площадке.
— Прошу, ребята, успокойтесь. Сегодня к вам присоединится новая участница, — объявил Мера.
— Я второгодка из Шикецу, зовите меня Кэми, — прозвучало слишком сладко. Химари почувствовала, как на секунду напряглись плечи.
И костюм у неё слишком откровенный... специально, че ли?
— Она тоже дошла до второго раунда и была зачислена в группу подготовки. Но в последние дни испытывает провалы в памяти, — продолжил Мера. — Потому она пропустила предыдущие занятия.
— Мне разрешили пересдать, и я им очень благодарна. Думаю, мы повеселимся, — улыбнулась Кэми.
Химари даже не заметила, как вцепилась в край скамейки.
— А теперь, попрошу продолжить, Косатка, — сказал Мера.
Герой с устрашающим видом шагнул вперёд. Тишина настала мгновенно.
— Значит, вам хватило наглости явиться сюда? — прорычал Косатка. — Тот экзамен был детской игрой. Лишь неудачник мог провалить его! Вы даже планктону не ровня. Какие из вас герои?! Дерьмо бычье!
— Сэр, есть, сэр! — выкрикнули ученики в ответ.
— А тебя это вдвойне касается! — рявкнул он, указывая на Бакуго. — Ты вообще собираешься стать героем, а?
— Начнём с того, что я не дерьмо, — ответил Бакуго спокойно, но с нарастающим гневом в голосе.
— НАРУШАЕШЬ! Как такое дерьмо вообще может спасать людей?!
— Ну, напрямую, как удобрение я... — начал Тодороки, но договорить не успел.
— НАРУШАЕШЬ! — взревел Косатка. — Думаешь, люди будут уважать тебя только за силу?!
— Сэр, есть, сэр! — вмешался Инаса.
— НАРУШАЕШЬ!
Я наклонилась вперёд. Казалось, что вся площадка дрожит от голосов.
— Я знаю, что вы трое сильны в бою, — голос Косатки стал ниже, но оттого не менее страшным. — Но это всё, что вы из себя представляете. Ни уважения к спасённым, ни ответственности. Сегодня я приготовил для вас особое испытание.
Пауза. Глубокая. Почти тишина.
— Вам не хватает сердца. Доброты. Способности завоёвывать доверие. Вы думаете, каждый ухватится за вашу руку помощи? Да никогда. Но вы обязаны быть рядом, даже если они будут сопротивляться.
Косатка сделал шаг назад.
— Сегодня – битва за сердца. Покажите, что способны быть не просто сильными. Докажите, что способны быть героями.
Сразу после резкого голоса Косатки двери распахнулись с гулким хлопком.
Их ворота. Их бой. Их испытание.
Нет.
Их обрушение.
— УРААА! ГЕРОИ!!! — толпа детей влетела в зал, как смерч. Бесконтрольный, счастливый и абсолютно глухой ко всем командам.
Учительница бросилась им наперерез, тщетно размахивая руками:
— Дети, стойте! Сначала нужно... нужно поздороваться!
Но дети уже были повсюду — кто бежал к Инасе, кто заглядывал в лицо Тодороки, а один...
Бакуго моргнул.
Пацан лет восьми остановился прямо перед ним, уставился на его боевую экипировку, особенно — на гранатные наручи.
— Тупо. Гранаты — это так тупо.
Кацуки на миг остолбенел. Даже не от слов. От того, с какой лёгкостью они были сказаны ребенком.
— Ха-ха-ха! — звонко раздалось с трибуны. — Над Кацуки издеваются... Ради этого стоило сюда прийти! — Химари откровенно наслаждалась зрелищем.
Он метнул на неё быстрый взгляд. Узкая улыбка на её губах почти дразнила.
Смеётся, значит.
— Это ученики из начальной школы Масагаке, — хрипло прокомментировал Косатка. — Учитель, можете оставить их нам. Мы позаботимся.
— Позаботимся?! — Бакуго резко вскинул голову. — Что за, чёрт побери, «битва»?! Это пионерский лагерь?!
Он обернулся — и как раз вовремя. Один из малышей подбежал к другому, плачущему мальчику, указывая на Кацуки:
— Это из-за него Токута плачет!
— Гранатчик, плохой! — добавил другой и... врезал Бакуго по бедру крошечным кулачком.
— Харош ныть, — пробурчал Бакуго, слегка наклонившись вперёд. — У тебя удар, как у спящего хомяка.
Но дети не унимались.
— Взрослые всегда командуют! Никогда не слушают! Всё должно быть, как они хотят!
— Да с ним точно что-то не так... — пробормотал Бакуго себе под нос, отступая на шаг.
Учительница, на грани слёз, подошла ближе:
— Простите... Они... они не слушают. Что бы я ни говорила – всё впустую. Я... я не справляюсь.
Косатка посмотрел на неё спокойно, даже строго.
— Поднимите голову, — тихо произнёс он. — Я думаю, эти четверо смогут изменить ваш класс к лучшему.
Он повернулся к ребятам.
— Ваше задание — завоевать их сердца.
— Вы из нас что, нянек решили сделать?! — взорвался Бакуго.
Он резко повернулся, будто хотел уйти, но тут же споткнулся — не о ногу, а о собственную ярость.
Какого чёрта, правда. Я пришёл сюда тренироваться, а не водить карапуза за ручку. Что дальше, разминка с плюшевыми мишками?
Голос Сущего Мика, как всегда, разорвал воздух:
— ЛАДНО, ЗАЖЖЕМ ЭТУ ВЕЧЕРИНКУ! ДА НАЧНЁТСЯ БИТВА МЕЖДУ ДЕТЬМИ И БУДУЩИМИ ГЕРОЯМИ!
Он появился внизу так быстро, что часть детей аж подпрыгнула. Кто-то захлопал.
— Давайте вместе затусим, а, ребятки? — кокетливо подмигнула Кэми.
— Не обращайте внимание на эту ведьму, — отрезала маленькая девочка с аккуратной косичкой.
Химари довольно фыркнула.
Маленькая, а уже разбирается в людях. Ловко.
— ЭЙ! — заорал Бакуго, вцепляясь в воздух. — Отдайте! Это вам не игрушка, засранцы! — он метался за парочкой детей, которые, хихикая, унесли его один из боевых наручей.
— Может, стоило не снимать их? — спросил Тодороки с абсолютным спокойствием.
— Они опасны! Вот поэтому я их и снял! — отрезал Бакуго, ловя одного из мелких и отбирая гранату. Мальчишка лишь ухмыльнулся — будто выиграл раунд.
На трибуне, между тем, царила некоторая растерянность. Сущий Мик обернулся к учителю:
— Всё выглядит так, будто ребята понятия не имеют, что делать. Вам есть что сказать?
— Начальная школа — это важный этап в становлении характера, — начала она виновато. — Но дети с особыми причудами быстро отдаляются от системы. Мы пытаемся... разговаривать, направлять... Но одними словами ничего не добьёшься. Этот класс отгородился. Полностью.
Я... провалилась как наставник. Но, может, если они увидят тех, кто по-настоящему рвётся к мечте...
Слова повисли в воздухе. В них было что-то болезненно правдивое.
— Ладно, — буркнул Бакуго, сжимая кулак. — Хватит нянчиться. Хочу нормальную тренировку. Эти мелкие... они даже не пытаются взаимодействовать, только понтуются.
— Видимо, Бакуго не хочет терять время зря! — бодро отметил Сущий Мик.
Кацуки медленно повернулся к нему, затем снова посмотрел на детей. Их было слишком много. Но даже в хаосе заметен лидер.
— Эти сопляки, — начал он, глядя хмуро, — сами захватили контроль над своим классом. Значит, учитель утратила авторитет. Такое не происходит просто так. Тут есть один, самый вредный — он тянет остальных за собой. Нужно найти его.
Он сделал паузу. В голове уже рождался план атаки. Его способ, не сюсюкание.
— Мы повесим его.
Он выдержал паузу, глядя в сторону.
— И заставим остальных кидать в него камни. Чтобы они поняли своё место в пищевой цепи.
— Причём тут вообще еда — усмешка скользнула по моим губам. — Но впрочем, он прав.
— Уникальная точка зрения от Бакуго! — подпрыгнул Сущий Мик.
— Кто тут самый сильный?! — заорал Кацуки, подходя к детям. — Выходи! Будем драться, как настоящие герои!
— У тебя проблемы с воспитанием, — заметил мальчик, не поднимая головы от планшета.
Инаса, не теряя оптимизма, шагнул вперёд:
— Знать друг друга лучше – самый быстрый путь стать друзьями! Кто из вас хочет быть героем?!
— Странная точка зрения, — пробормотала Химари, прищурившись. — Но, может, сработает.
В зале поднялся крик:
— Они классные!
— Я тоже супер сильный!
— Значит, ваша кровь тоже кипит от страсти?! — Инаса сиял.
— Понятия не имею, о чём он, но дети, похоже, в восторге! — Сущий Мик хлопнул в ладоши.
— Работа героя — защищать улыбки. Те, кто мешает своим учителям, не смогут стать настоящими героями. Вы согласны? — спросил Инаса у детей.
Но тот, кто был с планшетом, вдруг поднял голову.
Глаза у него были острые, как лезвие.
— А ты? Ты нагружаешь учителей тренировками, жмёшь комиссию, всем мешаешь. Ты сам герой, а?
Тишина. Глухая и почти болезненная.
— Простите! — Инаса низко поклонился. — Я не имел права указывать вам в таком положении!
— Он герой до мозга костей... — пробормотал Сущий Мик, растерянно улыбаясь.
— Эти дети непростые, — кивнула Кэми. — Надо быть изворотливей.
Бакуго только скривился.
— Вот почему нам и нужно использовать силу!
— Ты не прав, — резко вставил Тодороки.
— Это то, как меня вырастили! — взорвался Бакуго.
— Есть другой способ, — спокойно, но резко сказал Тодороки.
— Ну так покажи! — отозвался Кацуки, швырнув вызов.
Сущий Мик не упустил момент:
— А теперь следующий! Абсолютный дзен: Тодороки Шото!
— Пяти пипи скучный! — выкрикнул кто-то из детей, и толпа заулыбалась.
Тодороки шагнул вперёд, голос – ровный, чуть глухой:
— Я – Шото. Учусь в Юэй. Мой отец – герой №1... Я всегда злился на него, потому что...
Он звучал так, будто читает анкету. Дети скучали, глаза косились в сторону.
Он что, биографию свою начал? — я только вздохнула, наблюдая с трибуны. Да они его уже возненавидели.
— И они его уже ненавидят! — с места прокомментировал Мик, словно озвучил мои мысли.
Тодороки замер, смущённый. Взгляд в пол, как будто реально стало стыдно.
Кэми, яркая и спокойная, вмешалась:
— Может, попробуем по-другому? Покажем им себя через причуды?
— Вот именно. Пропасть не всегда надо сокращать. Иногда её нужно просто перепрыгнуть, — подхватил размышляя о своем Бакуго.
Дети завелись.
— Наше поколение будет лучше! — выкрикнул один из них. — Мы не полагаемся на героев!
— Нападайте, сопляки! — крикнул Кацуки, заводя толпу.
Мик закатил глаза:
— Серьёзно? Они с детьми не справляются?
Дальше всё пошло стремительно. Дети выдали свой ответ — пули, языки, вспышки. Причуды летали в воздухе, как шарики на фестивале. Визг, искры, грохот.
— Причуды усиливаются с поколением, — заметил Шишикура, наблюдая с холодным интересом.
— Теория сингулярности в действии. — произнесла я задумчиво всматриваясь. Что же предпримут они, с таким то исходом?
— Именно — подтвердил Шишикура
— Думают, могут делать что угодно, — бросил Тодороки и скрестил руки.
— Я просто хочу подружиться с ними. Хоть обучение к чертям, — пробормотал Инаса, глядя на детей.
Один из малышей развернулся к своей команде:
— Если они не боятся, мы покажем всё, что у нас есть!
Королевский луч вспыхнул, резанул воздух. Иллюзии, вспышки, ледяные фигуры — за считанные секунды сцена превратилась в световое шоу.
— Покажи мне своё милое личико... — неожиданно выдал Тодороки, стараясь быть «по-человечески» тёплым. И правда — улыбнулся.
Кэми подхватила игру с лёгкостью:
— Это всё иллюзия... но ведь вы хотели это услышать?
Химари закатила глаза:
— Даже я поверила, что это был Тодороки. И теперь злюсь.
— Гламурненький! — еле сдерживая смех сказал Бакуго, но выстрелил слишком громко, он прыснул со смеху.
— Всё, хватит. Делаем все, как и договаривались, — скомандовал Инаса и запустил их на новый виток.
Ветер закружил детей, иллюзии сияли будто настоящее северное сияние, лёд с атрибутами от причуд детей, что был в виде горок.
— Вау! Вы правда это сделали?! — ошеломлённый ребёнок не верил глазам.
Тодороки спокойно:
— Я просто использовал вашу конструкцию как основу. У вас хорошие причуды.
Сущий Мик только кивнул:
— Вот это подход. Не ломать — дополнять.
Химари, глядя на всё это с высоты, тихо выдохнула. Что-то внутри чуть дрогнуло. Не ожидала. Совсем. Я спустилась ближе чтобы посмотреть.
— Ты ведь у них лидер, да? — обратился Бакуго к ребёнку. — Если будешь всегда смотреть свысока – не заметишь, как останешься один в самом низу. Это так, совет от старшего.
Мальчик смотрел прямо в глаза с вопросами, но парень погнал его на горки.
— Невероятно... — я смотрела с явным восхищением, это стоило того чтоб приехать.
— А ты сомневалась? — Кацуки возник за спиной неожиданно близко.
— Ну... ваше начало было, скажем, «мягко говоря», странное, — я сделала глоток оставшегося молока. Напиток оказался ледяным и пустым на вкус. Видимо температура под горками холоднее.
— Дай сюда, — коротко сказал он и слегка коснулся бутылки. Легкий пар — и молоко стало снова тёплым.
— Спасибо, — я посмотрела на него, не ловя на мысли что чуть дольше, чем нужно. — За всё.
— ВОЛНЫ! Как на американских горках! — заорал Инаса и подхватил детей в новую вихревую забаву.
— Да-а-а!!!
— Сработали вместе – и достучались до сердец. Молодцы, — одобрила Косатка.
— А раньше это было неочевидно? — хмыкнул Бакуго.
— У всех вас потенциал. Хотел сказать Чертовы вы дети!, — рассмеялась Косатка.
— Принял, мы сделаем всё возможное, — сказал Всемогущий, обращаясь к директору Шикецу.
— Всё, в автобус! — бодро скомандовал Сущий Мик. — Молодцы, все.