Глава 2 «Красная нить судьбы»
Примечания:
Автор играл в «резиночки» со шваброй, чтобы правдоподобно описать эту игру. Кстати, я не знаю, играли ли вы в неё, но я с сестрой и правда проворачивали этот трюк в лет 12-ть. Хотела восполнить знания с помощью интернета, но не нашла ничего похожего. Пришлось импровизировать на том, что было под рукой...
***
Но Ыль свернула в узкий коридор, держа оружие на уровне пояса. 11-ть оставалось всего два поворота до казармы, однако у судьбы на неё были совсем другие планы.
Навстречу ей вышли двое солдат, которые в знакомой грубой манере потащили её в противоположную сторону. Но Ыль пыталась сопротивляться, нанеся несколько точных ударов в солнечное сплетение одному из треугольников. Пока обескураженный нападавший сгибался пополам и пытался прийти в себя, его напарник одним ударом отправил девушку в отключку.
11-ть проснулась в кожаном кресле, которое неприятно скрипело при каждом её движении. В помещение было накурено и витал лёгкий шлейф дорогого виски. Она увидела перед собой нового ведущего, который до этих игр оставался в тени. Это уже вторая их встреча за последние дни и в первую она позволила себе бездумную наглость.
— Кажется, я предупреждал тебя.
— Господин...
— Я велел тебе делать свою работу! — крикнул мужчина в черном спортивном костюме, поворачиваясь к ней всем телом.
Его лицо исказила самая настоящая ярость, готовая обрушиться на девушку с убийственной силой.
— Я делала то, что должна, — вкрадчиво сказала та, не отводя взгляд. Ей хотелось дать ему разглядеть твёрдость её намерений.
— В прошлую нашу встречу ты уверяла меня, что твоя работа состоит в том, чтобы отправлять безнадёжных людей на покой. Что ты пришла сюда ради конца их мучений. Так какого чёрта ты возомнила себя богом и посмела стрелять по игрокам, когда я дал чёткую команду о прекращении огня?
11-ть тяжело вздохнула и опустила взгляд, не зная, как оправдать свои импульсивные действия. Она вошла в раж от вида крови и угасания жизни в чужих глазах. Ей не удалось вовремя остановиться, но признаться в этом казалось невозможным даже самой себе.
Чем дольше она молчала, тем больше ведущий терял контроль над собственными эмоциями.
— Твоя беспросветная тупость порядком меня достала. Ты не настолько... — он осёкся, подбирая нужные слова, — незаменима, как думаешь. Мне проще утопить тебя в реке, чем давать вторые шансы.
— Почему вы просто не найдёте мою дочь и не выполните обещание, данное почти десяток лет назад?
В голосе Но Ыль, что до этого всегда старалась сохранять выдержку, впервые проскользнула столь открытая претензия. Её собеседнику это очень не понравилось, что стало ясно по нескрываемому презрению.
— Может быть, матери вообще не стоило бросать своего годовалого ребёнка?
Он снова закурил сигарету, театрально поглаживая пепельницу в виде золотого льва. Его грива была украшена разноцветными камнями. Можно было не сомневаться, что каждый из них стоил состояние.
11-ть сглотнула ком в горле. Её глаза горели от нахлынувших эмоций, однако слёзы не шли. Внутри неё зияла пустота, которая была похожа на раскалённую пустыню. Но Ыль сгорала изнутри, запертая в собственном теле.
— Вы не знаете, что меня вынудило её оставить... — сквозь зубы процедила та.
— Нет, не знаю. Но хочешь... я скажу тебе, что не выходит у меня из головы на протяжении этих семи лет? — словно змей продолжал вещать ведущий. — Что ты не способна быть матерью. Ты машина для убийств. Оружие, которому в какой-то момент становится всё равно на то, кто перед ним стоит и равны ли силы. Ты способна уничтожить как что-то слабее себя в десять раз, так и то, что тебе не по зубам. Так вот таких неуправляемых людей я рядом с собой держать не намерен.
— Вы... — девушка старалась говорить спокойно, однако тень сомнения на подкорке сознания не давала ей сохранять прежнюю хладнокровность. — Вы собираетесь от меня избавиться?
— В свете последних событий твою пропажу никто не заметит, — резюмировал мужчина, с ухмылкой потушив сигарету в золотой пепельнице.
***
Новая локация представляла собой техасскую железную дорогу. Потолок был раскрашен под небо в преддверии заката: градиент из голубого к фиолетовому плавно перетекал в оранжевое солнце, которое казалось обманчиво горячим. На деле же все присутствующие были словно горох в железной банке, который легко раздавить как по одиночке, так и горсть разом.
На территории была имитация железной дороги с двухместными вагонетками. Друг напротив друга стояли две фигуры: девочка из игры «красный свет, зеленый свет» и похожий на неё мальчик. Их руки были связаны длинной красной нитью, которая, при детальном рассмотрении, образовывала определенную комбинацию сплетения.
— А как играют... в эти резиночки? — спросил игрок 333, обращаясь к своей бывшей девушке.
— Мои сёстры любили эту игру, — заговорил морпех Дэ-хо, сгибая перед собой руки. — Они надевали на пальцы нитку, проговаривая считалочку. Как же её... киоми... киноми...
— Киёми! — 222 отзеркалила жест с руками и попробовала пальцами изобразить движение узлов. — Иль тохаги ирын киёми, и тохаги инын киёми...
— Точно! Когда считалочка кончается, друг должен просунуть руку внутрь сплетения, а я резко отпустить. Если сплетение выполнено правильно, то рука не застрянет и останется полностью свободной.
— И ты знаешь, как плести этот узор? — Мён Ги под номером 333 посмотрел на свою напарницу с надеждой, которая тут же угасла, когда девушка неопределенно кивнула головой.
— Вроде бы... я играла в эту игру в детстве. Навряд ли я что-то помню...
Ин-хо ободряюще коснулся её плеча и заглянул в глаза.
— Не волнуйся, мышечная память тебя не подведёт. Представь, что это как с ездой на велосипеде — стоит научиться кататься один раз и ты больше никогда не разучишься этому.
Сказать, что Ки-хун был в замешательстве — это ничего не сказать. Если 001 настолько правдоподобно демонстрирует искренность, то может ли он себя корить за то, что повёлся на этот спектакль? Мужчина закатил глаза, когда фронтмен попытался направить свои добродушные чары на него, смотря своим ласковым взглядом. Ки-хун никогда не простит ему смерти своих друзей и те кровавые деньги, которыми из года в год пополняется стеклянная свинья на потолке.
— Мы все умрём! — заверещал кудрявый мужчина в очках, выдирая волосы у себя на голове. — Никто из нас не знает, как плести эти узоры! Мы умрём! Мы умрём!
— Перестань, Ён Сик! Перестань меня позорить! — завидев, как все косятся на хнычущего сына, 149 поспешила привести его в чувства.
— Средний! — 222 воскликнула, вспомнив что-то важное. — Средний палец! — все обернулись и посмотрели на неё непонимающим взглядом.
— Да, покажем этим придуркам средний палец! — согласился морпех, показывая в сторону солдатов-кружков неприличные жесты.
— Да нет, вы не поняли, — девушка мило замахала руками, сдерживая смех. — Нужно задействовать средний палец, надевая резинку поочередно с одной стороны и с другой.
Чжун Хи наклонилась вниз, вытаскивая из своего кроссовка шнурок. Связав концы между собой, она образовала что-то наподобие круга. Все присутствующие собрались вокруг неё, пытаясь разглядеть, в чём загадка этого фокуса.
— Да, длинноват будет... и силы натяжения нет... — она вздохнула и надела образовавшееся подобие «резинки» на мизинец и большой палец на одной руке, а затем на второй. — Будем работать с тем, что есть. Смотрите, нужно средним пальцем поддеть этот край и... вот этот...
Её ловкие движения сбили всех с толку, но общий принцип уловить можно было.
— Теперь просуньте сюда руку, господин Сон.
Ки-хун повиновался её просьбе. 222 отпустила веревку так, что она тут же оказалась намотана на руку мужчины. Затем она повторила уже показанную комбинацию ранее и задержала дыхание.
— Теперь вам аккуратно нужно высунуть руку снизу... Сейчас это будет легко, но когда ты играешь резинкой и она натянута до предела, при неверном движении плетение может легко сбиться и придётся начинать сначала.
Ки-хун аккуратно просунул руку снизу так, что когда 222 отпустила края, шнурок плавно освободил его руку.
— Ай-да, Джун-хи! Ай-да, умница! — пожилая женщина радостно приобняла беременную девушку под всеобщее ликование.
— Теперь у нас всех есть шансы пройти эту игру без потерь. Нужно объяснить остальным, — радостный Ки-хун посмотрел в сторону остальных игроков, которые уже успели занять свои вагонетки.
Прозвучал финальный свисток, призывающий отстающих игроков занять места.
456 нервно сглотнул ком в горле, понимая, что эта игра без жертв точно не обойдётся. Перед ним возникла протянутая рука 001, который уже успел забраться на несколько ступеней и с видом победителя стоял в импровизированном шахтерском вагончике.
Небрежно оттолкнув руку Ин-хо, Ки-хун уселся на своё место напротив напарника. В стену были встроены две круглые лампы красного и зеленого света, а также камера видеонаблюдения, фиксирующая процесс игры.
Солдаты с автоматами по очереди раздали цветные резинки участникам. Когда «кружок» подошел к ним и протянул коробку, Ин-хо вызвался сам выбрать резинки для их игры.
— Зелёный — твой любимый цвет. Цвет зелени, леса, крыши твоего дома в районе Ссанмундон. Это цвет жизни. Ки-хун, пусть он принесёт тебе удачу.
— В таком случае тебе нужна красная резинка, — 456 выхватил из коробки резинку, заставив солдата слегка отшатнуться назад. — Цвет крови, цвет пятитысячной купюры, цвет смерти.
— Пусть будет так, — 001 спрятал ухмылку, поглаживая подбородок.
По залу прокатилось эхо механического женского голоса, который начал объяснять игру:
— У команды есть 15 минут, чтобы первый и второй игрок смог продемонстрировать трюк с резиночкой. Если по какой-то причине игрок не успевает выполнить трюк до окончания времени и зелёный свет для него не загорится, он выбывает из игры. Время пошло.
***
Но Ыль толкнули на холодный кафель старого подвала, заставляя девушку инстинктивно отползти к стене. Двое треугольников загородили ей путь отступления, загоняя в угол, словно та являлась добычей.
11 схватилась за больное плечо и поморщилась. Кажется, она вывихнула руку.
— Чонсо, только взгляни на эту тупицу, — зычно загоготал один из них. — Сказано же было тебе: не лезь, куда не просят.
— Ну сейчас то мы развлечёмся с тобой, куколка.
Высокий потянул её за больную руку на себя, а смеющийся солдат бесцеремонно принялся искать боковую застёжку на костюме. Девушке удалось метко пнуть одного из нападавших в челюсть, что повлекло за собой ещё более грубые касания и нецензурную брань.
— Вот сука! Дай мне её руку! Держи!
Но Ыль протестующе замычала, когда почувствовала холодное лезвие рядом со своим запястьем.
— Я предупреждал, что отрежу тебе все пальцы, — маска нападавшего слетела, открывая вид на безумный взгляд и злой оскал. — С какого пальчика мне начать? Может с этого? — он твёрдо зафиксировал указательный палец в своей руке, пока его напарник смыкал руки на шее девушки. — Им ты спускала курок всё это время? А может... — он похотливо улыбнулся, проводя языком по своей нижней губе. — Может, ты напоследок сделаешь кое-что своими пальчиками?
Он потянул её руку к своей паховой зоне, сопровождая свои действия непристойными толчками. У 11 была всего секунда, пока солдаты принимали более удобную позу, но этой секунды хватило, чтобы достать свободной рукой из внутреннего кармана нож и нанести несколько точных и быстрых ударов в грудь. Следующий удар пришелся по внутренней части правой подмышки: лезвие вошло параллельно ребрам. И финальный удар лезвия пришелся между третьим и четвертым ребром, разрезая правое легкое. Но Ыль знала, её удары не были хаотичными. Она попала точно в цель, вызывая огромное внутреннее кровоизлияние, что сулило её обидчику быструю смерть.
Второй нападавший от шока не сразу догадался дать отпор, однако смог неуклюже отбить атаку в его сторону. Лезвие ножа ощутимо полоснуло кожу на лице, но рана была не смертельной.
11-ть не стала терять драгоценные минуты времени, подрываясь с места и убегая за дверь.
Выживший дрожащими руками стал тормошить захлебывающегося в крови товарища:
— Чонсо! Твою мать, Чонсо! — он кричал и всхлипывал от шока, доставая из нагрудного кармана мёртвого напарника рацию. — Босс! Босс, 11... она сбежала! Она убила одного из наших, она где-то в здании...
Он заикался и не мог до конца совладать с эмоциями. Вид умирающего на глазах солдата совершенно дезориентировал его.
И ему, и ведущему одновременно в голову пришла мысль, что сейчас по зданию бегает бомба, готовая уничтожать всё на своём пути. И теперь уже не важно, кто перед ней: игроки, сотрудники, создатели. Её возмездие настигнет всех.
***
— Пожалуйста, выберите, чей результат система зачтёт первым.
— Наверное... её, — морпех показал в сторону 120, чему последняя искренне удивилась.
— Ты в курсе, что это сократит твои шансы на выживание?
— Да.
Они посмотрели друг другу в глаза, словно были удивлены этим выводом. Хён Джу заправила своё каре за уши и принялась сосредоточенно пытаться продеть нитку на пальцах в нужной комбинации, из-за чего была очень напряжена и не могла достаточно плавно выгибать пальцы.
— Тебе нужно успокоиться.
— Это тебе нужно было успокоиться вчера! — в сердцах воскликнула она, вспоминая, как не дождалась подмоги. — Какой из тебя морпех? Твоя переводная татушка теперь выглядит просто смешно.
Дэ-хо затих, не в силах сказать что либо в ответ. Казалось, что эта вагонетка станет его могилой. Но не из-за пули, а из-за того груза вины, который он возложил на сердце.
— Мой ударный отряд погиб на границе севера и юга. Нас застали врасплох. Засекли, потому что один из военных пронёс с собой телефон. Думал, что раз вытащил сим-карту, никто не отследит.
120 подняла шокированный взгляд на Дэ-хо, отрываясь от плетения. Она впервые смогла разглядеть ту боль и животный страх в глазах 388, которую раньше принимала за слабость. Ей стало искренне стыдно за своё поведение.
В соседней вагонетке мать и сын, не прекращая препираться, поглядывали в сторону парочки 222 и 333.
222 одна из первых игроков справилась с игрой, поэтапно помогая своему бывшему не умереть. Парень высунул язык, старательно запихивая палец в каждый стяжок.
— Да уж, в «резиночки» ты играешь также хорошо, как и вкладываешь деньги в крипту, — она не скрывала, какое удовольствие ей доставляют насмешки над нерадивым бойфрендом.
— Чжун Хи, — он посмотрел на неё исподлобья, не находя никаких аргументов в свою защиту.
— Что?
— Ты будешь вечность на меня злиться?
— Я не злюсь. Злость — это сильное чувство, ты его не достоин.
— Ты уже выбрала имя для ребенка? — внезапно спросил тот, удивляясь, почему спрашивает об этом впервые.
Девушка несколько раз похлопала глазами, прикидывая в голове, насколько она хочет делиться этими откровениями с тем, кого не могла терпеть. Но всё-таки отец, какой бы он не был, наверное имел право знать.
— Если будет девочка, то Ёнджу, а если мальчик — Тэхён.
Мён Ги заулыбался во все тридцать два зуба, зная, кем вдохновлялась 222.
— Эй! Не смей смеяться! И начни плетение заново, у тебя не получится сделать второй круг.
333 молча повиновался её наставлению, оставляя этот разговор для более благоприятной обстановки.
***
— Я бы предпочёл быть первым, если ты не против, Ки-хун.
Ин-хо осмотрелся по сторонам и наконец-то встретился взглядом с 456-ым. Он оперативно соорудил заготовку для плетения, но не приступил к нему без позволения своего напарника.
— Что если начну я? А ты после, ладно? — Ки-хун постарался выдержать свой тон будничным, не выдавая истинных намерений.
Фронтмен усмехнулся и придвинулся к нему ближе. Такая настойчивость напугала 456-го, из-за чего он слегка вжался в вагонетку, хватаясь руками по обеим сторонам.
— Дайте угадаю, — начал Ин-хо. — В вашей голове всё ещё крутятся мысли о моём убийстве. И как бы здравый смысл не кричал вам, что ещё не время, вы не можете противиться своим чувствам. Вы желаете отмщения. Планируете возиться с резинкой так долго, что у меня просто не останется времени?
— Ты говоришь так, будто тебя и правда убьют... О Ильнам продолжил жить после проигрыша.
— Ну вы же просили меня играть, как он, — Ин-хо искренне улыбнулся, завидев, как от собственной путаницы Ки-хун начинает злиться. — Может, вы были бы не так решительны, если бы я не убил тогда Чон Бэ? Я понимаю, он был вашим другом... Хотя я вижу ироничную связь в том, что именно благодаря ему вы оказались здесь.
— О чём ты говоришь? — Ки-хун хлопнул по вагонетке рукой, начиная не на шутку гневаться. — Не смей так говорить о Чон Бэ! У него не было денег, когда моя мама заболела и я был вынужден сыграть.
— А я разве говорю про тот случай? — Ин-хо приподнял бровь, разочарованно вздохнув. — Я имел в виду скачки, на которые вас впервые привёл ваш друг. Путь лудомании начался оттуда. Он нередко спонсировал ваши алкогольные посиделки, закрывал глаза, когда вы опустились до воровства у родной матери. Приходил в ваше кафе и ел от пуза за ваш счёт, зная, что вы и так находитесь на грани закрытия. Вы действительно думаете, что он не разрушил вашу жизнь и не стал звеном в цепи, которая теперь удерживает вас в этой игре?
Ноздри Ки-хуна раздувались, как у быка на арене. Пальцы больно впились в собственную ладонь. Начать драку, когда таймер отсчитывает уже седьмую минуту — апогей абсурда, однако держать себя в руках было всё труднее и труднее.
— Ки-хун, так я могу начать первым?
— Если тебе так принципиально, то начни, — сдался 456.
У Ин-хо не заняло много времени, чтобы сложить первую комбинацию. Он в пригласительном жесте протянул отверстие для руки в сторону Ки-хуна, когда тот внезапно поймал себя на мысли порвать обе резинки и умереть вдвоём. Однако в голову вовремя пришла здравая мысль, что в случае неудачи умрёт здесь только он.
456 просунул руку в плетение и Ин-хо быстро повторил комбинацию ещё раз. Высунув руку снизу, как и говорила 222 — у них получилось выполнить задание. Загорелся зеленый и солдат радостно сделал фигуру круга у себя над головой.
— Ваша очередь, Ки-хун. Поспешите, у нас две минуты.
В голове набатом стали отдаваться голоса вокруг, стоны из-за неудачи от других игроков, а перед глазами встало красное табло с цифрами 1:59, 1:58, 1:57....
— У вас получится. Просто начните, — ободряюще улыбнулся 001, надевая красную резинку на своё запястье.
Ки-хун попробовал повторить первый этап плетения, на которое у него ушло около двадцати секунд. Оно держалось на честном слове и, ожидаемо, когда тот приступил ко второму этапу, всё развалилось. Лобная доля стала неприятно гореть от страха из-за нехватки времени, циферблат отсчитывал последнюю минуту. Как бы он не старался, никак не получалось приступить ко второму этапу — конструкция просто распадалась, оставляя красные полосы на руках.
Пошли последние 20 секунд. Лицо Ин-хо оставалось невозмутимым, в то время как у Ки-хуна на лбу выступила испарина. У него оставались последние 5 секунд, чтобы завершить второй этап, однако он понял, что снова допустил ту же ошибку.
В какой-то момент 001 перестал бездействовать и просунул палец в нужную часть плетения, чтобы трюк всё-таки сработал. Зелёный свет загорелся.
Раздался первый выстрел и Ки-хун зажмурился, думая, что эта пуля была выпущена в него. К его огромному удивлению, вместо этого он обнаружил, что Ин-хо держит его за руку, переплетая их пальцы. Взгляд 001 выражал нечто, что Ки-хун даже не понимал, как интерпретировать. Таким взглядом 333 смотрел на 222, его дочь на рождественские подарки, а он сам когда-то смотрел так на выигрышную ставку.
Из мыслей его выдернула разряженная дробь выстрелов. Обернувшись назад и разрывая тактильный контакт, он стал выискивать знакомые лица среди выживших. Нашёл все, кроме одного...
Примечания:
Спасибо тем, кто комментирует... я сегодня ехала на автобусе в другой город и была на седьмом небе от счастья, читая все ваши слова. Я правда ценю, что вы нашли время на обратную связь. Это невероятно вдохновляет писать продолжение быстрее и креативнее ❤️❤️❤️