Глава 25
Эту главу я писала с особой нежностью, в ней получилось много любви. Но один важный момент мне пришлось вырезать: я не учла болезнь Мэри при его написании. Ничего, я вставлю его в одну из следующих глав. А пока скажу традиционное: приятного чтения.
Мы напились в хлам. Почему? Да потому что на следующий день нам никуда не надо, погода обещает быть ужасной, а в ресторане при отеле отлично готовят стейк. Мы собирались честно посвятить один день позорному ничегонеделанию, чтобы потом полностью стереть подошвы о тротуары Парижа. Итак, 24 часа пошли.
Я открыла глаза и посмотрела на лежащее рядом тело.
-Почему меня не разбудил? - ворчу я, закидывая ногу на пялящегося в экран телефона Стайлса.
-Я пытался, но ты очень крепко спала и даже пыталась меня пнуть, когда я рискнул стянуть с тебя одеяло, - ответил он.
-Врешь, - возмутилась я, громко чихнув, - Видишь? Правду говорю.
Гарри был весьма удивлён, когда я как то летом рассказала ему эту штуку с чиханием и правдой. Ну, знаете: ребёнок зря не чихнёт. Стайлс правда не понял смысла этой приметы, но смирился и даже запомнил.
-Эй, сейчас ты болеешь. Это не работает. Тем более, у меня есть доказательства, - победно усмехнулся Гарри, указав на свой телефон, - Кстати, тебе звонили.
-Кто?
-Не знаю, я не смотрел.
Я встала с кровати и подошла к подоконнику. Пропущенный от до боли знакомого номера. Номера секретаря моего университета.
-Боже, - выдыхаю я, замечая, как дрожат мои руки.
-Что такое? -тут же отреагировал Гарри.
-Сейчас...минуту, - набираю номер и слушаю протяжные гудки.
-Доброе утро, миссис Монтис! Это Мэри Браун. Извините, не слышала звонка.
-Здравствуйте, мисс Браун. Я звонила сообщить вам, что ваша стажировка одобрена, - на секунду я забыла, как дышать, - Вам нужно лишь сдать недостающий экзамен. Сегодня днём я отправлю копии ваших документов в Париж, а вам останется только поставить пару подписей в моем кабинете.
-О, миссис Монтис, спасибо Вам большое! И я могу сама отнести документы, я сейчас в Париже.
-Меня благодарить не за что. Не утруждайтесь, работа с документами - это то, за что мне платят. Так что я сделаю своё дело, а вы своё, хорошенько отдохнув за каникулы. И ради Бога, вылечите свой насморк! С прошлой недели не могла на вас нормально смотреть с этой болезнью, а теперь ещё и слушать - сущая пытка.
-Конечно, миссис Монтис. Всего доброго.
-До свидания, - она положила трубку, а я, швырнув телефон обратно на подоконник, запищала своим отвратительно хриплым голосом, - Я еду в Париж!
-Ты уже в Париже, Браун, - хмыкнул Гарри.
-Ты не понял. Я еду в Париж на практику во втором семестре! - я плюхнулась на кровать рядом со Стайлсом.
-Это невероятно, - он притянул меня к себе, затем перевернувшись на спину так, чтобы я лежала на нем.
-Мне даже дышать трудно. Не верится! - утыкаюсь носом в его нос, не в силах сдержать улыбку.
-И не надо, - коротко отвечает Стайлс и целует меня, лишая воздуха.
-Эй, давно не валялся в кровати с соплями и температурой? - отталкиваю его и в то же время одергиваю себя, забывшую, что могу заразить Стайлса.
-Ничего не случится, я готовился к твоему приезду, - он указывает на небольшую косметичку на столе, из которой виднеются несколько упаковок противовирусных препаратов, - И вообще, после вчерашнего пора бы прекратить меня отталкивать.
Что случилось вчера? После нескольких рюмок и уже в нужной кондиции, я решила, что пора сворачивать празднество и идти спать. Стайлс было лег со мной в одну кровать, но тут же получил пинок в бок и серию возмущений в стиле: "И что ты собираешься делать, кудрявый, если сляжешь с гриппом?". Затем я попыталась уйти от него спать на диван, но была настигнута на полпути, где разрыдалась и завела тираду: "А если ты заболеешь и не сможешь выступать? Фанаты расстроятся, перестанут любить тебя, ты перестанешь писать песни, будешь грустным и разлюбишь меня? И в этом виновата я со своими соплями!". Мои рыдания, кажется, слышали четыре ближайших номера. Пьяная Мэри очень ранима, потому пьяному Гарри потребовалось время, чтобы ее успокоить.
-Ничего не знаю, эти таблетки - вещь ненадежная, так что никаких поцелуев, - Гарри только открыл рот, чтобы возразить, но я продолжила, - А вчерашнее... Да, мне стыдно, но я забочусь тебе. Спать со мной в одной кровати - было глупой идеей. Не хочу, чтобы ты заболел.
-Расстроил фанатов, перестал петь и разлюбил тебя? - смеясь, поинтересовался он.
-Ты мне вечно будешь это припоминать? - обреченно вздыхаю я.
-Разумеется, - смеется он, - Это просто наивысший показатель любви, как можно забыть?
-Аааа, - хнычу я, утыкаясь лицом в подушку.
-Ума не приложу, чего ты стыдишься, - Стайлс притягивает меня к себе, а я не отпускаю подушку.
-Теперь я выгляжу липучкой, - бубню в подушку, но он, кажется, все понимает.
-Нет, липучка это я, - Гарри прижимает меня к себе еще сильнее, - И я приклею тебя к себе так сильно, что никто не отлепит.
Еще секунд сорок я молча пунцовею щеками, скрывая их в подушке, но затем Стайлс поворачивает меня лицом к себе.
-Слышишь?
-Слышу, - с трудом поднимаю глаза на него.
Мне безумно тяжело переживать такие моменты, справляться со стеснением, стыдом, но, как сказала бы Лера: "Сердечко то, черт возьми, тает".
-Слышу, - повторяю я, - И люблю тебя.
Теплая улыбка появляется на его губах.
***
Я только вышла из душа. Вода еще капает с кончиков моих волос, а щеки слегка красные от горячей воды.
-Ты быстро, - спохватился Гарри, закрывая ладонью изображение проектора.
Где он его взял? Обращаю внимание на пол возле кровати: пледы, одеяло и подушки перекочевали с кровати и диванов сюда; стоят несколько тарелок с закусками и две коробки с пиццей. Стайлс выглядит ужасно неловко на фоне всей этого. Я знаю, что он 100% романтик. Но я так же знаю, что он перфекционист, который почему-то требует совершенства только от своих действий, а не от чужих, поэтому он недоволен, что не успел доделать все.
-Пятьдесят девять, пятьдесят восемь, - закрыв глаза ладонями, начала считать я, давая ему время закончить.
-Двадцать один, двадцать, - продолжаю я, когда он аккуратно отрывает мои ладони от лица и нежно целует в губы.
-Готово, - шепчет он, а я открываю глаза.
-Я же сказала, никаких поцелуев, - ворчу я.
-Когда это я тебя слушался в плане поцелуев? Хватит с тебя того, что я позволил выбрать пиццу, - усмехается Стайлс и тянет меня за руку к уютному острову на полу.
-Горячий шоколад? - я киваю на чашки.
-По первоначальной идее здесь должно быть шампанское или вино, но ты сегодня пила антибиотики, поэтому я нашел равноценную замену, - гордая улыбка на его губах засияла в ту же секунду.
-Все продумал, - тепло улыбаюсь и сажусь рядом с подносом закусок, Гарри делает то же самое, - Это невероятно.
Мои руки обвиваются вокруг его торса и шеи, а нос утыкается в его щеку.
-Ты замечательный. Спасибо, - оставляю поцелуй на его щеке, а затем еще два на виске и скуле.
-Все промазываешь, Браун, - он тянется к моим губам, но я фыркаю и отворачиваюсь.
-Я же сказала: не хочу, чтобы ты заболел.
-И я сказал: бациллы не будут мешать мне целовать свою девушку, - он настойчиво целует меня, пробегаясь пальцами по моей спине, - Я слишком долго этого ждал.
-Всегда получаешь то, что хочешь?
-Да, если это касается сладостей и твоих поцелуев, - победно улыбается он, прижимая меня к себе, - Итак. У нас есть четыре фильма: Амели, Дневник памяти, Невезучие, Нежность.
-Даже не знаю, к чему у тебя большая любовь: к романтическим фильмам, французскому кино или картинам с Одри Тоту.
-Все вместе.
-Тогда Невезучие, - смеяться над ними в сотый раз - это то, что я никогда не устану делать.
Жду комментариев)