Пульс мафии

Ты ненавидела это чувство.
Тонкое, почти неуловимое, оно цепляло за горло каждый раз, когда его имя мелькало в голове. Словно кто-то незаметно замкнул вокруг тебя невидимую сеть, и с каждым днём петля стягивалась всё сильнее. Ты не хотела думать о нём — но думала. Не хотела ждать — но ловила себя на том, что взгляд невольно скользит к дверям приёмной, каждый раз, когда они открываются.

Прошла неделя. Он больше не приходил. Ни одного звонка, ни одной встречи. И это почему-то бесило сильнее, чем если бы он появлялся каждый день.

— Ты снова ничего не ела, — голос Эммы, медсестры с твоей смены, вернул тебя в реальность. — Ты думаешь, кофе заменяет еду?

— Я не голодна, — коротко отрезала ты, ища глазами новую карту пациента.

— Ты не голодна, ты выгорела, — она устало покачала головой. — Тебе нужен отпуск. Или хотя бы человек, который заставит тебя выйти из больницы.

Ты хмыкнула, не желая развивать тему. Человек. Такой, как он? С его самодовольной улыбкой и глазами, в которых будто спрятан целый мир, в который тебя никто не звал?

Ты снова попыталась вытолкнуть его из мыслей, но не успела. Двери приёмной распахнулись с глухим стуком — и сердце сбилось с ритма.

Он.

На этот раз без костюма, в тёмной рубашке и пальто, с тенью усталости на лице. Но взгляд — всё тот же: прямой, властный, читающий тебя, будто открытый текст.

— У тебя есть пять минут? — его голос прозвучал тише обычного, но в нём не было вопроса.

— У меня смена, — ответила ты, но сама удивилась, как слабо прозвучали твои слова.

— Пять минут, — повторил он и, не дожидаясь согласия, вышел в коридор.

Ты выдохнула сквозь стиснутые зубы и пошла за ним.

Коридор был пуст, только редкие шаги где-то вдали. Он остановился у окна, обернувшись к тебе так, будто всё вокруг перестало существовать.

— Ты злишься, — сказал он, словно констатируя факт.

— С чего ты взял?

— Потому что ты не умеешь скрывать эмоции. И потому что я не появлялся.

Ты вздёрнула подбородок:
— Думаешь, я сидела и ждала?

— Нет. Но ты думала обо мне, — его губы изогнулись в опасной полуулыбке. — И это бесит тебя больше всего.

— Ты переоцениваешь своё влияние.

— Может быть, — он приблизился на шаг. — А может, ты просто боишься признаться себе, что этот мир, в котором ты живёшь по правилам, уже не кажется тебе таким уютным.

— Я не боюсь.

— Боишься, — прошептал он, теперь уже почти рядом. Его рука коснулась твоей — легко, как случайность, но сердце всё равно дрогнуло. — Не меня. Себя.

— Перестань, — выдохнула ты, но не отстранилась.

— Тогда скажи: если я тебе безразличен, почему ты всё ещё стоишь здесь?

Ты открыла рот, чтобы что-то ответить, но в этот момент дверь коридора с грохотом распахнулась. Двое его людей — ты узнала их по взглядам — вошли внутрь.

— Босс, — один из них чуть наклонился. — Мы нашли того, кто на тебя наехал.

Его взгляд на секунду потемнел. В нём исчезло всё — игра, мягкость, даже тень улыбки. Перед тобой снова стоял человек, от одного имени которого дрожит город.

— Ждите в машине, — коротко бросил он и снова повернулся к тебе.

— Работа зовёт, — сказал он почти ласково. — Но я вернусь. И когда вернусь — тебе придётся ответить на мой вопрос.

Он ушёл, оставив после себя холодный запах дорогого парфюма и странное, тревожное послевкусие в груди.

А вопрос, от которого ты пыталась убежать, всё так же звучал в голове:
«Если он тебе безразличен... почему ты всё ещё стоишь здесь?»