22. Дежавю
Дальше дискуссия вроде как проходила более мирно. Никто явно не хотел нового землетрясения от трефового короля. Сошлись на том, что пока не будут предпринимать ничего серьёзного, ведь у них слишком мало информации, чтобы действовать. Настал ответственный момент - Лотерея Козыря. В сегодняшней Лотерее, как в принципе и всегда, участников всего трое, а не четверо, как должно было быть. Но бубновые не заинтересованы в получении козыря. Выбор козыря - магическое событие. И Астрея знала, как он проходит. Астрея двинулась к машине в сопровождении 13-го и 14-го. Они не были уверены в том, что они делают. Но это было не время для сомнений. Астрея вытащила из машины шлем, который был бы ей явно велик. Именно сейчас ей удалось как следует рассмотреть этот предмет. Это был тёмно-фиолетовый шлем покрытый еле заметными, но крупными чешуйками, как будто это был не металл, а драконья шкура. Самурайский шлем со знаком пик чёрного цвета. Астрея поколебалась, когда решила надеть шлем с единственной мыслью: "Его ждало бы разочарование, если бы оказалось, что силу короля нельзя передать." Она опустила шлем на свою голову, невольно поджав губы. Что сейчас произойдёт? Но стоило ей это сделать, как вокруг заискрили фиолетовые молнии.
-Агрх! Не не не! Мы на такое не подписывались! - она схватилась за шлем и попыталась его снять, но он уже подогнался по размеру. Перед глазами поплыло. И она будто в этих вспышках фиолетовых молний стала видеть что-то. Короткие обрывки вырванных из контекста воспоминаний, которые было невозможно собрать воедино. Они мелькали быстро, почти неуловимо, но тем не менее Астрея чувствовала, как изниоткуда в ней пробуждается странная, чужая ей злость. "Что это за раздражение? Что за гнев?"
-Это что-то новенькое, - сказал трефовый король. "На самом деле, я никогда не видел ничего подобного. Откуда Пик знал, что силу короля можно передать? И мог ли он вообще располагать такой инсайдерской информацией о Карточном Мире?" Астрея обернулась и увидела, что теперь она гораздо выше 13-го и 14-го. Оглядев себя, она увидела, что она одета в броню Пика.
-Ох ты!
Она вернулась к столу, который теперь был для неё, как обычный стол. Она вернулась на место Пика. Куромаку сказал:
-Я так полагаю, вы не собираетесь сдаваться. Ожидаемо. Тогда начнём.
Всё закрутилось в волшебном вихре. Как будто потухло белое небо над ними. Только центр стола излучал свечение, что переливалось разными цветами. Знаки мастей на каждой четверти стола засветились и следом за этим загорелись знаки мастей на щеках правителей, засверкали соответствующими цветами их глаза. Лотерея козыря начинается. Процесс выбора проходит около 3 минут. Первым засветился знак пикового валета, Вару, что имел едко-зелёный цвет. Второй была Эмма, пиковая дама, чей знак имел чёрный цвет и потому почти не источал света. И последней была Астрея. Алый знак К пик загорелся, но вот только знак К пик на щеке Астреи мигал, как перегорающая лампочка, что свидетельствовало о том, что перенос сил был неполным. Следующими были червовые. У них в том же порядке от вальта до короля и всё было в порядке. Потом были трефы. Их знаки тоже загорелись без проблем. Последней была Николь - единственная из бубновых. Её даже знак загорелся, а знак бубен на её четверти стола тут же потух. Она пожала плечами и села на место. Остались только три масти. Минута напряжённого ожидания и над столом загорается яркий знак трефы.
-Что?!
Всё закончилось. И решение таинственной Высшей Силы не изменить. Вару взвизгнул первый:
-Нет! Трефы были в прошлый раз! - валет запрыгнул на стол и сказал, топая ногой:
-Переизбирай козырь! Ты! Тупая магическая мебель! - но тут стол ударил его разрядом тока и он грохнулся со стола, сопровождаемый издевательским хохотом пиковой дамы. Он упал и проскрипел:
-Всё равно, тупая мебель! - стол снова засветился и молния ударила в валета.
-Аргх! Да сколько можно?! - Куромаку вздохнул и сказал:
-Так быть не должно, потому мы сделаем так, - он сел на место и сказал:
-Э-эм, раз уж так вышло, ничего не поделаешь. Кхэм, мы не можем вызвать Высшую Силу снова. Это возможно только раз в три месяца, - Вару воскликнул, поднимаясь с места:
-Это всё, что ты мне скажешь?! Тебе всегда всё легко давалось! И генератор небось у тебя всё ещё работает! - Куромаку молчал в ответ. Астрея, снимая шлем и снова уменьшаясь в размерах до 10-тки, прочитала, что своим молчанием он вряд-ли подтверждает слова валета. Возможно, он что-то вспомнил, что-то не очень хорошее, и что-то о чём не хочется вспоминать. Тут он поднял взгляд и посмотрел, как поняла Астрея, на всех пиковых. Король поджал губы, а выражение его лица стало враждебным. Он заговорил. И в этот раз его голос был жесток, как никогда до этого:
-Я не отвечаю на вопросы поставленные в укор, - король развернулся, кинув короткое: "Собрание окончено. Все свободны".
По приезде настроение у короля было не ахти. Выиграть козырь во второй раз подряд - абсурдно. Он вернулся обратно в кабинет уже поздно вечером, прошёл через ту самую дверь в углу кабинета, как будто нарочно скрытую от посторонних глаз и оказался в небольшой спальне-кабинете. В единственном месте во всём Курограде, где сохранилось хоть что-то от основания. Осталось таким, каким оно было изначально. Рядом шкаф с полками, ломящимися от книг, перечитанных так много раз, что на некоторых страницах и уголках можно заметить потёртости. Король, подумав, садится на край кровати, медленно и не осознавая этого, хватаясь за голову в отчаянном поиске решения проблемы. Ситуация стала напряжённой. И, пожалуй, это последнее, чего он бы мог желать.
-Что же мне делать? - спрашивает он у себя. Не находя себе места от далеко не бесплодного беспокойства, король треф поднимается и выходит из покоев, возвращаясь в кабинет с единственной утешающей, но и одновременно с этим нагнетающей мыслью: "Рабочий день ещё не окончен. «Приятный труд - целитель утомления». Так ты цитировал Макбета¹, да, Данте?" Он снова вспомнил про бубнового короля.
И погружаясь глубже в свои воспоминания, трефовый король не мог не отметить то, как тепло на душе было вспоминать даже его самое абсурдное, на взгляд трефового короля, поведение. Данте всегда был нетороплив, снисходителен к остальным, даже если они его не понимали, но в то же время мудр. Готов всегда помочь советом, даже если вы не поймёте его сразу - когда-нибудь поймёте. В некотором смысле он тоже знал всё на свете. Настоящий карточный Будда. И если Куромаку был самым эрудированным из клонов, то Данте - бесспорно самый мудрый из 12-ти Великих Правителей Карточного Мира. И им часто было о чём поговорить. Даже если это означало, что они будут понимать друг друга через слово.
-Но когда появился Великий Барьер Данте внезапно отдалился от нас. Или это мы отдалились от Данте и Габриеля, не желая более замечать друг друга? - спросил себя трефовый король. Он подошёл к окну, глядя на вечерний Куроград.
-У нас появилась возможность жить далеко друг от друга, чем мы сполна пользуемся. Но не совершаем ли мы этим страшную ошибку? Может именно это ты пытался сказать мне тогда? Но я, как обычно, сам себе на уме... Но я выиграл второй раз, - король повернулся на свой стол и потянулся рукой к еле-тёплому кофе,желая его допить, но не успел он даже пальцем прикоснуться к белой кружке, как та с хрустящим треском раскололась надвое, покрывшись паутиной трещин. Из них на стол стал просачиваться кофе от чего-то вязкий и напомнивший королю смолу. Он инстинктивно, почти с отвращением отдёрнул руку так, будто обжёгся. Ещё три секунды он смотрел на треснувшую кружку так, будто она пыталась укусить его за руку своими теперь изогнутыми, искривлёнными краями, будто зубами. Куромаку нервно, механически потёр ладони в тканевых перчатках друг об друга, будто мыл руки. Он не мог не признать, что его тонкие бледные губы пересохли, от чего он чуть прикусил их, но снова сделал это слишком сильно и до крови.
- Я, конечно, не верю в предзнаменования, но это... Не то же ли самое случилось до Битвы Под Куроградом? Или до Осады Зонтопии? Я всё меньше и меньше доверяю своей интуиции, полагаясь на логику и причинно-следственные связи, но действия его хаотичны. Я не могу предсказать ни одно из его нападений. Я могу не быть готов...
Но тут в глухой тишине кабинета раздался звонок видеофона. Король вздрогнул от неожиданности, ощущая, что его сердце забилось чаще. Такого не было давно. Но после удивление сменилось раздражением на самого себя за ложную тревогу. Он резко развернулся и в два шага оказался у стола. Он поднял трубку со словами:
-Алло, Куромаку на связи, - молчание в трубке. Куромаку позвал ещё раз, умоляя собственный голос не ломаться и не менять тона. И тут в трубке раздался оглушающий звенящий истерический хохот. На том конце трубки кто-то явно боролся с коликами в животе. Король испуганно выронил видеофон на пол, мысленно выругавшись, что ещё одна такая выходка и у него просто напросто остановится сердце от испуга. А хохот стал громче, теперь оглушающе заполняя резиденцию короля. Тут хохот сменился на голос:
-Оу, Куромаку, ты там жив? Я тебя напугал? Хи-хи-хи, - ехидно спросил Джокер. Куромаку не отвечал ему.
-Ох, Маку, Я же знаю, что ты там! Это была просто шутка от Джокера²! - Куромаку отдышаться и просипел как-то даже слишком жалко:
-В гробу я видел такие шутки.
-Продолжишь быть грубым, ты УВИДИШЬ в гробу такие шутки. Давай лучше поболтаем! Ты хочешь сыграть со мной? Сыграть в твою любимую игру! Какую, как ты думаешь? - и Куромаку не знал зачем, но ответил:
-Я не собираюсь играть с тобой! - Джокер ответил:
-Оу, какая жалость! Ты даже не спросил какую! - Куромаку ответил:
-Мне плевать! Убирайся! - Джокер в ответ снова звонко расхохотался:
-Слушаюсь и повинуюсь, "великий король", - но снова пропустив смех, он сказал:
-Но в игру ты сыграешь на свою жизнь! Сыграй в свою любимую игру! В Игру Королей! Правила предельно просты! - он выдержал паузу, - продержись до 10-го Съезда, удержи свою корону!
-Проваливай, Джокер!
-Пока-а-а, до встречи, второй...
Тут Куромаку открывает глаза. Он стоит у окна, оборачивается - видеофон на столе. Судорожно выдыхает, почти как туберкулёзник. "Ради карт... Это был розыгрыш в розыгрыше! О карты, тринадцатый превзошёл сам себя..." - и сразу после этого его посетила мысль, что раз он Джокер, то вроде как должен смешить, а не пугать до смерти. До смерти... Это не казалось таким невозможным. Если Джокер будет продолжать так делать, у короля треф может просто не выдержать сердце. Тут раздаётся звонок. Он разрезает тишину резиденции и снова заставляет Куромаку вздрогнуть.
-О ради карт! Что ещё?! Если это опять он, я... - он поднимает трубку, коротко молчит и выдыхает, - Курон? В чём дело?
-Товарищ Куромаку, я сейчас нахожусь в лаборатории Йоты по призыву товарища Исакуро. Мне сообщили, что Мико очнулась, но у нас сложилась немного непредвиденная ситуация. Потому он попросил меня связаться с вами и доложить об этом. Прошу прощения, возможно, вы устали после дороги. - Куромаку нахмурился и сказал:
-Выкладывай... - Курон немного замялся и ответил:
-Боюсь, это не видеофонный разговор. Это проще увидеть. Я не могу передать трубку Исакуро, потому-что он немного... - но тут на фоне раздался голос Исакуро:
-Товарищ Курон! - Курон похоже наскоро решил сбросить звонок и сказал:
-Конец связи... - звонок был сброшен и от чего у Куромаку появилось странное предчувствие. Трудно было сказать хорошее оно или плохое. Но что-то волнительное и "щекотящее" определённо потревожило его. В кабинет постучались, но король вышел из кабинета и кинул:
-Оставьте документы на столе, я скоро вернусь.
-Но товарищ Куромаку, нам пришёл гонец из Хелленда с письмом! - Куромаку ответил:
-Извините, но письмо не взорвётся, если вы положите его на стол и позволите мне прочесть позже. Прошу, предложите гонцу кофе и попросите милосердно подождать. Я скоро вернусь, - и он ушёл.
А тем же временем в лаборатории-больнице Йоты происходило любопытнейшее действие. Исакуро вышел из палаты к Курону, который что-то записывал в небольшой блокнот навесу и через раз щёлкал ручкой.
-Товарищ Курон... - обратился к нему Исакуро, не совсем понимая, что ему делать. Курон же продолжал делать какие-то записи. Наконец он оторвался и спросил:
-Что такое?
-Я не уверен, что это правильно. Господин будет не очень доволен, если увидит то, в каком состоянии она пребывает... - Курон ответил:
-Даже если так, нужно доложить, - сказал он и убрал блокнот в сумку. Исакуро сложил руки на грудной клетке и спросил:
-Да? А не вы ли пошли против воли господина и потащили Мико в Ядро, предварительно не сообщив об этом, - Курон ответил:
-Я, но исключительно ради её блага, - Исакуро снова недоверчиво спросил:
-Да? - Курон ответил всё так же решительно:
-Именно. Мне ясно дан приказ следить за ней. Что я и делаю, -
-Как бы странно это не звучало от лекаря, но вам дан приказ "следить", а не "охранять" её, - отметил Исакуро. Курон отвёл взгляд и стал как-то неловко щупать козырёк фуражки со словами:
-Товарищ Куромаку видит в ней огромный потенциал стать нашим оружием. Её силы огромны, и мы не можем упустить такой шанс. Если воля нашего короля - сохранение её жизни, я выполню. Чего бы мне это не стоило, - Исакуро сказал, подняв руки на уровень головы так, будто Курон ткнул в него заряженным ружьём:
-Ладно, я понял. Господин всё же уговорил вас взять напарника. И вы хотите, чтобы им стала Мико, - Курон ответил, отворачиваясь от Исакуро и как-то странно потирая шею:
-Тут не важно то, чего я хочу. Кто окажется лучше, с тем я и буду работать. Мне всё равно, - Исакуро недоверчиво прищурился и как-то странно и шипя цокнув языком:
-Цс-с-с. Бездарно врёте, - Курон вздохнул, осознавая, что это действительно так. Он умеет всё, кроме лжи. Так уж создан, что ложь и коварство противны его природе. Он пробубнил, опустив голову:
-Знаю... Но здесь правда неважно, кто станет моим напарником. Товарищ Дакимакуро в одном прав. Кто бы ни работал со мной - рано или поздно обречён на смерть. А вот рано ли иль поздно - контролируемо в некоторой степени, - но их разговоры прервало появление Куромаку.
-Господин Куромаку, доброго вечера. Как ваше самочувствие? - сразу спросил Исакуро. Куромаку повернулся к нему и как-то даже немного смягчившись в лице, сказал:
-Здравствуй. Чтож, гораздо лучше. Спасибо тебе, Исакуро. Моя головная боль утихла после твоей лечебной техники, - Исакуро улыбнулся и ответил:
-Я рад,- Курон ответил:
-Да, у Исакуро было много возможностей потренироваться на остальных участниках Альфа. Как я понял, несмотря на увеличение нашего количества и распределение обязанностей по способностям, головная боль мучает даже наших железных послов. (Хотя они никогда этого открыто не покажут.) Макуро тоже жаловался на это. Но это последствия его особого таланта, - Исакуро сказал:
-Да. Мне его жалко. Он очень много использует свой талант. Из-за чего у нас он постоянный гость. Другие лекари ещё не так искусно умеют лечить головную боль. Сами знаете, они больше военные медики. Но Куроиса пытается обучить их снимать боль и при этом не вредить последним воспоминаниям, - Куромаку ответил:
-О, даже так. Чтож, я уверен, вы добьётесь успеха. Это очень полезно. Так, что на счёт Мико? - тут Исакуро и Курон переглянулись, и на их лицах было написано, что даже в присутствии собственно короля им трудно описать то, что случилось с ней.
-Эм, ну как вам сказать. - замялся Исакуро, думая, как это можно приподнести. Куромаку ответил:
-Говори прямо, как есть... - Курон ответил:
-У неё автобиографическая амнезия, - Исакуро ответил:
-Она очень смутно помнит, кто мы такие, хоть и не смогла сразу с ходу вспомнить наши имена, но про себя она не помнит почти ничего. Ни имени, ни возраста, ни даты рождения. Пока вас не было, я провёл пару тестов. Ни реакция, ни навыки, ни рефлексы - ничего из этого не было нарушено. Но она не помнит своего имени, кем была, чем занималась и как попала в Карточный Мир. Её жизнь до попадания в Карточный Мир для нас теперь шифр, который даже ей разгадать будет непросто, - Куромаку спросил:
-А ты спрашивал?
-Да, она явно обладает воспоминаниями, которые являются разгадкой её прошлого, они не уничтожены, но её сознание не восстановлено полностью или по каким-то причинам оно склеило их неправильно, а потом заблокировало, - ответил Исакуро, потирая лоб:
-Э, я не знаю, как это объяснить! Это похоже на то, когда мы собираем пазл, но этот пазл состоит из сотни тысяч маленьких деталей, которые на вид совершенно не отличаются друг от друга. И в какой-то момент вы в отчаянии начинаете скреплять их между собой уже не сильно заботясь о том, подходят они друг другу или нет. Но какова цена ложным воспоминаниям? Ровно, что битые черепки. Я не буду давать никому ложную надежду и буду честен. Вернуть ей все воспоминания и в первозданном виде не получится уже никогда. Старая личность утеряна в этом теле, - тут медик обнял себя за плечи, и его на глазах короля и информатора пробрала дрожь, будто ему стало холодно:
-Бр-р-р! И что самое жуткое, - он прервался, собираясь с силами, - я даже не знаю, с кем я говорил, пока проводил тесты, - уже шёпотом сказал он. Куромаку почувствовал, как после этих слов слабый холодок пробежался по его телу. Всё же даже при своём даре "выдающийся ум", Куромаку знал, что плохо осведомлён о секретах мозга. Это та часть карты, которую, несмотря на их прогресс, они никогда не трогали. Святыня личности любой карты. Никто не располагает полным пониманием работы мозга. Он повернулся к Курону:
-А ты что скажешь? Ты уже виделся с ней, я так полагаю, - Курон кивнул и сказал:
-Да, вы правы. Она узнала меня. На это ей потребовалось около 5-ти секунд, - Исакуро сказал:
-Что, кстати, довольно быстро при том факте, что меня она вспоминала около 3-х минут, а Куроису, которая собственно и обнаружила, что она проснулась, не вспомнила вообще. На вопрос, кто такой товарищ Курон, она ответила, что не помнит точно, но ассоциация хорошая, поэтому, должно быть, они друзья, - Курон то ли с иронией, то ли с сарказмом сказал:
-Гениальное умозаключение, - Исакуро не заметил сарказма и кивнул:
-Согласен. Она вспомнила товарища Курона, при том факте, что она не помнит собственного имени. Но на то это и автобиографическая амнезия. Мы не сообщали ей никакой информации до вашего прихода, не отвечали на вопросы, - Исакуро взялся за ручку двери и открыл палату. Она сидела посреди палаты на полу в позе лотоса, обнимая свою подушку и напевая не совсем понятный и сбивчивый мотив, но стоило им войти, а точнее стоило ей осознать, что дверь открылась, как она тут же подорвалась с места. Она встала босыми ногами на холодный кафель палаты с вопросом:
-Отец? - Исакуро воздухом поперхнулся. Куромаку спросил, посмотрев на старшего лекаря:
-Это мне? - Исакуро ответил:
-Должно быть... - Куромаку вздохнул и как-то неловко:
-Чтож, хмх, хорошо. Шутка засчитана; ты действительно застала меня врасплох. Я ожидал всё, кроме этого, - Мико поднялась, продолжала обнимать подушку. Она смотрела на короля взглядом непонимающим, но по детскому чистым и наивным. Куромаку спросил:
-Ты помнишь меня? Как меня зовут?- Мико спросила, приподняв одну бровь:
-А вы тоже не помните? - Исакуро, который только что справился с приступом, разразился новыми истерическими припадками смеха. Курон закрыл лицо ладонями с тихим: "О карты..." Куромаку терпеливо вздохнул и ответил:
-Я помню, как меня зовут, спасибо. А ты помнишь? - Мико ответила:
-Да, конечно, я знаю знаю, господин, и вас зовут Куромаку. - Куромаку ответил, слегка хлопнув в ладони:
-Отличное начало. Итак, - он чуть не начал пояснять ей то, что она забыла, как его посетила мысль: "Хм-м-м. Если она забыла своё прошлое, то я сейчас имею уникальную возможность запрограммировать её на выполнение определённых задач, которые мне нужны. Будто робот. То, что я скажу ей сейчас может сработать, как внушение, будто гипноз. Именно сейчас - идеальный момент сделать из неё мою верную соратницу. И даже та пиковая не сможет сломать ту установку, которую я ей продиктую. Она полностью доверяет мне".
-Куромико, слушай меня внимательно, я расскажу всё, что тебе сейчас следует помнить и знать, - он положил руку на её лоб. Вокруг короля появились молнии, которые поползли к Куромико. Он сказал:
-Куроград - твой дом, твой бастион. Народ треф - твои друзья, мы - твоя семья. И ты защищаешь свою семью. Я твой король. И ты верно служишь мне и своему народу, - он убрал руку. Куромико чуть пошатнулась и упала на колени. Исакуро тихо спросил:
-Что происходит? - Курон не отвечал. Он знал. Король приказал:
-А теперь вставай, - и она послушалась. На дрожащих ногах она поднялась и попыталась выпрямиться. Исакуро предупредил:
-Подождите. Она ещё слишком слаба, чтобы после этого держаться, - Куромаку ответил:
-А на мой взгляд достаточно. Подними голову и больше никогда не прячь свой взгляд. Завтра утром ты вернёшься домой, - приказал он. Куромико подняла взгляд и король увидел, что в её глазах появились пятиконечные звёзды. Отчётливый рисунок, который не пропадал некоторое время, но стал затухать пока не исчез.
-Отлично. Доброй ночи, - сказал король и пройдя мимо Курона и Исакуро тихо сказал:
-Проблема решена. Из всего нужно научиться извлечь выгоду для нас. Не говорите ей ничего.
(1 «Макбе́т» - пьеса, одна из наиболее известных трагедий Уильяма Шекспира. Пьеса, отдалённо основанная на истории реального шотландского короля Макбета, часто представляется архетипичной историей об опасности чрезмерной жажды власти и измены друзьям.)
(2 Небольшая игра слов "Joking from Joker")