Лузер

Всю до­рогу мы еха­ли мол­ча. И хён, ес­тес­твен­но не смот­рел в мою сто­рону во­об­ще. Он слу­шал му­зыку в на­уш­ни­ках и со­чинял сти­хи для но­вого аль­бо­ма.
Ког­да мы при­еха­ли, до­ма ни­кого не бы­ло. Хён от­крыл дверь и за­шел пер­вым, да­же не ог­ля­дыва­ясь, буд­то ме­ня нет. Я не знал, ку­да деть­ся. И не по­нимал, за­чем он все это де­ла­ет, ес­ли ему до жу­ти про­тив­но на­ходить­ся ря­дом со мной. А ведь нам еще не­делю вмес­те на­ходить­ся в од­ном мес­те. Я сто­ял у две­ри ми­нуты две. И хён вдруг вер­нулся.
- Мне дол­го еще ждать, ког­да ты зай­дешь?
Я уже бы­ло об­ра­довал­ся, что он об­ра­тил на ме­ня вни­мание, но не тут-то бы­ло.
- Твой че­модан.
- А? Что?
- Убе­ри его, мне нуж­но зак­рыть дверь. Ду­ет.
- А, да, сей­час. Ко­неч­но.
Я взял че­модан и за­шел. Дом был прос­торным и очень свет­лым. Внут­ри очень при­ят­но пах­ло.
- Ра­зувай­ся и иди мыть ру­ки, - ска­зал хён, про­ходя ми­мо по ко­ридо­ру, и за­шел в од­ну из две­рей.
Я да­же не знал ку­да ид­ти, что­бы по­мыть ру­ки. Мог бы по­казать, вре­дина! Я ра­зул­ся и сто­ял, гля­дя по сто­ронам, га­дая, где здесь мо­жет на­ходить­ся ван­ная. Вдруг хён выг­ля­нул из ком­на­ты, в ко­торую ра­нее за­шел:
- Ты там идешь или как? - не­доволь­но спро­сил он.
- А? Да, иду.
Я ду­мал, что это ван­ная, но это ока­залась ком­на­та. Ка­жет­ся, его ком­на­та. В ком­на­те был стенд с его наг­ра­дами с тан­це­валь­ных фес­ти­валей и фо­тог­ра­фи­ями.
- Где? - спро­сил он.
- А? Что где?
- Че­модан где?
- А, сей­час!
Я вы­бежал в ко­ридор, взял че­модан и за­нес в ком­на­ту. Хён при­ехал без че­мода­на, с од­ним рюк­за­ком, так как здесь у не­го ве­щей бы­ло дос­та­точ­но. Он от­крыл один из раз­де­лов в шкаф­чи­ке и ска­зал:
- Ес­ли хо­чешь рас­па­ковать ве­щи, то мо­жешь их раз­ве­сить здесь. Но ни­чего не тро­гай!
С эти­ми сло­вами он вы­шел из ком­на­ты. Я да­же не знал, сто­ит ли рас­кла­дывать ве­щи. Не ду­маю, что ему при­ят­но ви­деть в сво­ем шка­фу ве­щи пе­дика. Я про­сидел на че­мода­не ми­нут пять. Хён за­шел в ком­на­ту пе­ре­оде­тый в до­маш­нюю одеж­ду. Обыч­ная бе­лая фут­болка с ка­кими-то над­пи­сями и чер­ные шор­ты.
- Ты еще не рас­па­ковал­ся что ли? Быс­тро рас­па­куй­ся и иди на кух­ню! - ска­зал он злоб­но и сно­ва вы­шел.
Мне ни­чего не ос­та­валось сде­лать, как рас­па­ковать­ся. Я быс­тро раз­ло­жил ве­щи и вы­шел из ком­на­ты. Знать бы толь­ко где эта чер­то­ва кух­ня. Но хён тут как тут выг­ля­нул из ка­кой-то ком­на­ты.
- Ты там идешь или как? Мне на­до­ело уже те­бя звать и то­ропить!
- Иду, иду!
Я по­бежал к не­му. Это ока­залась кух­ня.
- Ты ру­ки по­мыл?
Черт! Ру­ки!
- Ко­неч­но, не по­мыл! - ра­зоз­лился он. - Дер­жи!
Он су­нул мне кас­трю­лю с ово­щами и ска­зал:
- По­мо­ешь ру­ки и по­жаришь эти ово­щи.
Я? По­жарю? Да, я же с ро­ду не го­товил! Но хён так зол, что мне ни­чего не ос­та­ет­ся сде­лать, как по­жарить их. Черт! Вот же тварь! Он же зна­ет, что я не умею го­товить. Глав­ное, ни­чего ему не ска­жешь. Во-пер­вых, он хён, во-вто­рых, это его дом, и в-треть­их, я - пе­дик, а он - на­турал.
Хён про­шел к пли­те и на­чал что-то ва­рить. Я по­мыл ру­ки, по­чис­тил ово­щи и по­дошел к не­му.
- Хён... - еле вы­давил я.
- Что? - спро­сил он, не от­ры­ва­ясь от кас­трю­ли, в ко­торой ока­зались ма­лень­кие ось­ми­ноги.
- Это... ты же зна­ешь... ну, что я не умею го­товить.
- На­учишь­ся, - су­хо от­ве­тил он.
- Как мне их на­резать? - еле спро­сил я.
- Ку­бика­ми, - все так же су­хо от­ве­тил он, пе­рево­рачи­вая ось­ми­ногов.
- Хо­рошо.
Ре­зать, сла­ва бо­гу, мы уме­ем. Я раз­ре­зал все ово­щи и по­дошел к пли­те. Пос­та­вил ско­вород­ку, вклю­чил пли­ту, а даль­ше... и что даль­ше?
- Сколь­ко мас­ла на­лить? - спро­сил я.
- На­ливай!
- Столь­ко хва­тит?
Хён пос­мотрел на ско­вород­ку и ска­зал:
- Еще. Еще. Еще чуть-чуть. Хва­тит.
- Как их жа­рить? - спро­сил я.
- По оче­реди, - от­ве­тил он.
- Каж­дый от­дель­но что ли?
- Нет, сна­чала лук, по­том свер­ху мор­ковку, по­том пе­рец и по­мидо­ры.
- А, яс­но.
Я по­ложил лук, слег­ка пе­реме­шал. По­том соб­рался до­бавить мор­ковку, но хён ме­ня ос­та­новил.
- Йа! По­дож­ди, по­ка лук под­жа­рит­ся.
- Хо­рошо.
Пос­ле то­го, как лук под­жа­рил­ся, я по­ложил мор­ковку и по­нял, что ее то­же на­до под­жа­рить. За­тем до­бавил все ос­таль­ное.
- Ты соль до­бавил? - спро­сил хён.
- Нет.
- А че­го ждешь тог­да?
Я быс­тро на­шел соль и на­чал сы­пать.
- Хва­тит?
- Нет, еще. Еще. Еще чуть-чуть. Всё.
За­тем хён дал мне ку­чу ка­кой-то зе­лени.
- Это то­же вмес­те по­жаришь.
- Хо­рошо, - ска­зал я и по­жарил.
Пах­ло вкус­но. Я был удив­лен, что у ме­ня что-то по­лучи­лось, хо­тя на вкус еще не про­бовал. Но за­пах был очень при­ят­ный.
- Сва­ри ри­совую лап­шу, - ска­зал хен и су­нул мне пач­ку.
- Всю?
- Да.
Лап­шу я мо­гу сва­рить. Ког­да я сва­рил лап­шу и до­жарил ово­щи, хён снял все с пли­ты и на­чал рас­кла­дывать. Он по­ложил на че­тыре та­рел­ки лап­шу, свер­ху на­ложил ово­щи, а свер­ху ось­ми­ногов. По­том при­нял­ся го­товить ка­кой-то са­лат. Раз­ло­жил его по та­рел­кам и ска­зал, что­бы я нес все это в гос­ти­ную. Знать бы где она.
- Иди за мной, - ска­зал он, су­нув мне в ру­ки под­нос с та­рел­ка­ми.
Я по­шел за ним, и мы вош­ли в гос­ти­ную. Хён взял все та­рел­ки и на­чал рас­кла­дывать на сто­ле.
- При­неси всё, что на сто­ле на кух­не.
- Хо­рошо, - ска­зал я.
Я при­носил блю­да и та­рел­ки, а хён все рас­став­лял. Хоть мы и при­гото­вили па­ру блюд, стол по­лучил­ся кра­сивый. Ког­да мы все нак­ры­ли, при­еха­ли ро­дите­ли хё­на. Преж­де я ви­дел их толь­ко на фо­то. Ма­ма хё­на очень кра­сивая. И ка­жет­ся, хён очень по­хож на от­ца. Его ро­дите­ли бы­ли очень дру­желюб­ны. Спра­шива­ли от­ку­да я, кто мои ро­дите­ли, нра­вит­ся ли мне в груп­пе, хо­рошо ли хён ко мне от­но­сит­ся, под­шу­чива­ли над хё­ном, что­бы я чувс­тво­вал се­бя ком­фор­тнее. Но к со­жале­нию, это ни­как мне не по­мога­ло, так как дис­комфорт соз­да­вала не об­ста­нов­ка, а сов­сем дру­гое. Не смот­ря на это, мы про­сиде­ли до по­луно­чи, раз­го­вари­вая обо всем.
- Лад­но, сы­нок. Бы­ло очень вкус­но, - ска­зал отец хё­на. - Но нам зав­тра ра­но вста­вать. Мы пой­дем спать. По­сидим вмес­те в вы­ход­ные дни.
- Хо­рошо, спо­кой­ной но­чи, - от­ве­тил он. - Мам, иди спать. Мы са­ми убе­рем.
- Хо­рошо. Спо­кой­ной но­чи, - ска­зала она хё­ну, он улыб­нулся в от­вет. - Спо­кой­ной но­чи, Тэ­хён, - ска­зала мне ма­ма хё­на, улы­ба­ясь так ис­крен­не.
Да, ха­риз­ма у хё­на точ­но от ма­тери, хоть и по­хож он на от­ца.
Мы с хё­ном при­нялись уби­рать со сто­ла, и я спро­сил:
- По­чему твои ро­дите­ли ра­бота­ют, ес­ли ты уже мо­жешь их обес­пе­чить?
- Я им уже пред­ла­гал, но они от­ка­зыва­ют­ся.
- По­чему?
- Го­ворят, что не хо­тят ка­зать­ся мне обу­зой. Хо­тя для ме­ня это не в тя­гость во­об­ще. Не хо­тят за­висеть от ме­ня. Да, и тем бо­лее они за­нима­ют­ся лю­бимым де­лом.
- Яс­но.
За весь этот ко­рот­кий раз­го­вор хён ни ра­зу не пос­мотрел на ме­ня. А ког­да мы си­дели за сто­лом, мы из­редка стал­ки­вались взгля­дами, но тут же от­во­рачи­вались друг от дру­га.
Ког­да мы от­несли всю по­суду на кух­ню, хён ска­зал мне ид­ти спать. Я хо­тел воз­ра­зить и по­мочь ему по­мыть по­суду, но ка­залось, что каж­дое лиш­нее мною ска­зан­ное сло­во мо­жет его взбе­сить. И я пос­лушно нап­ра­вил­ся в ком­на­ту, в ко­торой по­чему-то не бы­ло кро­вати. Ког­да я за­шел, там ока­залась его ма­ма, она сте­лила нам пос­тель на по­лу.
- Тэ­хёни, - улыб­ну­лась она.
«Тэ­хёни». Ме­ня дав­но так не на­зыва­ли.
- Из­ви­ни, тут нет кро­вати. Прос­то мы не­дав­но за­кон­чи­ли ре­монт и еще не ус­пе­ли ку­пить всю ме­бель.
- Вам не о чем бес­по­ко­ить­ся. Все в по­ряд­ке, - улыб­нулся я.
- Прав­да, из­ви­ни.
- Все в по­ряд­ке, я при­вык спать на по­лу, - ска­зал я ей.
- Лад­но, спо­кой­ной но­чи.
- Спо­кой­ной но­чи, - от­ве­тил я.
И она выш­ла.
По­чему-то ма­ма хё­на зас­те­лила нам од­ну об­щую пос­тель. Я пос­мотрел под прос­ты­ню, а это ока­залась двус­паль­ная пос­тель в ко­рей­ском сти­ле. Она бы­ла до­воль­но прос­торной, так что проб­лем не дол­жно бы­ло воз­никнуть. Я улег­ся. Бы­ло очень мяг­ко. Да­же мяг­че, чем на кро­вати в об­ще­житии.
Я ле­жал, гля­дя на по­толок и ду­мая о хё­не, око­ло по­луча­са. Хё­на все не бы­ло. Я вы­шел на кух­ню, что­бы убе­дить­ся, что он не ус­нул там. А он си­дел за но­ут­бу­ком.
- Ты спать не идешь? - спро­сил я. - Уже поз­дно.
- Да, сей­час, - от­ве­тил он, не от­ры­ва­ясь от но­ут­бу­ка.
Стран­но, я ду­мал, что он прос­то про­гонит ме­ня.
Я за­шел в ком­на­ту и сно­ва улег­ся, ут­кнув­шись в по­толок. Хён за­шел, ког­да я уже на­чал за­сыпать.
- За­чем с вклю­чен­ным све­том спишь? - спро­сил он и вык­лю­чил.
Ждал, по­ка ты при­дешь. Но я про­мол­чал по­тому, что хё­ну от­вет был не ну­жен. Он от­крыл шкаф и на­чал чем-то шур­шать. Ка­жет­ся, пе­ре­оде­вал­ся. По­том лег. Я пос­мотрел на не­го в на­деж­де, что он то­же пос­мотрит. И все же раз­гля­дел его взгляд в тем­но­те.
- Ты что в этом спать со­бира­ешь­ся? - спро­сил он.
- А? Что? - спро­сил я, по­думав сов­сем не о том.
- Пе­ре­одень­ся, го­ворю.
- А, да. Сей­час.
Я быс­тро встал, пе­ре­одел­ся и лег об­ратно. Я смот­рел на по­толок, вре­мена­ми пог­ля­дывая на хё­на. Он не спал и то­же смот­рел в по­толок.
- Пе­рес­тань уже смот­реть на ме­ня, - ска­зал он спо­кой­ным то­ном.
- Хо­рошо.
- И пе­рес­тань все вре­мя го­ворить хо­рошо.
- Хо­рошо, то есть... ну...
- Спи уже.
- Хо­рошо.
Я сно­ва ут­кнул­ся в по­толок и не мог ус­нуть. Я да­же не мог пос­мотреть на хё­на, что­бы уз­нать спит ли он или нет. Не знаю, сколь­ко я так про­лежал. Но ког­да все же рис­кнул пос­мотреть на хё­на, то уви­дел то, че­го не ожи­дал уви­деть во­об­ще. Он ле­жал по­вер­нувшись ко мне бо­ком и смот­рел пря­мо в гла­за.
- И дав­но ты чи­та­ешь эти фан­фи­ки?
Он смот­рел на ме­ня, не мор­гая гла­зами. Я дол­го ду­мал, что от­ве­тить и сто­ит ли во­об­ще от­ве­чать. И во­об­ще я по­терял дар ре­чи, ведь хён впер­вые за два дня смот­рел на ме­ня. А так. Пря­мо в гла­за смот­рел во­об­ще впер­вые в жиз­ни.
- Лад­но, про­пус­тим это. Дав­но я те­бе нрав­люсь?
Я про­дол­жал мол­чать.
- Хо­тя с че­го я взял, что я те­бе нрав­люсь? Мо­жет, ты прос­то фан­фик чи­тал, а я не так все по­нял. Точ­но. На­вер­но, так и есть.
И он улыб­нулся. Ис­крен­не. Его улыб­ка в тем­но­те выг­ля­дела та­кой за­вора­жива­ющей, что я по­чувс­тво­вал, как на­чинаю го­реть из­нутри. Кровь при­лива­ет к пло­ти и я сно­ва вспо­минаю все свои фан­та­зии и меч­ты. И тут у ме­ня нет боль­ше сил мол­чать.
- Нет, хён. Всё ты пра­виль­но по­нял.
Его улыб­ка вдруг ис­чезла с ли­ца, но в гла­зах ярос­ти я боль­ше не ви­дел. Мы про­лежа­ли так мол­ча ми­нут пять. Я боль­ше был не в си­лах тер­петь сто­як. И дро­чить мне сов­сем не хо­телось. Но я был го­тов про­лежать так це­лую веч­ность, лишь бы смот­реть хё­ну в гла­за. Его взгляд ка­зал­ся та­ким теп­лым. Я все же не вы­дер­жал и, по­дав­шись впе­ред, по­цело­вал его в гу­бы, кос­нувшись его ще­ки ла­донью. Это был прос­то по­целуй. Гла­за хё­на рас­ши­рились. У не­го был шок.
- Спо­кой­ной но­чи, - ска­зал я, встал и вы­шел из ком­на­ты.
Я за­шел в ван­ную и ре­шил при­нять хо­лод­ный душ. Но сто­як не про­ходил. Приш­лось дро­чить. Сно­ва. Ког­да я вер­нулся в ком­на­ту, хён ле­жал ко мне спи­ной, по­это­му я не знал, спит он или нет. Я лег и то­же по­вер­нулся к не­му спи­ной, что­бы не соз­дать боль­ше не­лов­кой си­ту­ации, и ус­нул.