Глава 15
Утром всё было как всегда. Как всегда Учиха насмешил Сакуру тем, как гонялся за несчастным Арчи, который спёр у него прямо из-под носа поводок, когда Учиха завязывал шнурки. Так этот придурок, так и не завязав их так, как положено, помчался за собакой, матерясь сквозь зубы, а Сакура потом услышала шумный грохот и шипение от боли. Она звонко засмеялась, увидев, как Арчи бежит к ней и залезает на кровать, всучив поводок Сакуре в руки и помахивая хвостиком.
- Я не пойду сейчас с тобой гулять, - улыбнулась девушка, взяв мордочку щенка в ладошки, нагнувшись и поцеловав прямо в мокрый холодный нос. Тот лишь облизнулся, чуть прикрыв от удовольствия глаза. Да, он явно любил Сакуру больше, чем Учиху, - с тобой пойдёт гулять этот придурок... кстати, где он?
Сакура нахмурилась, отпустив щенка, и сразу же подняла взгляд на проём двери. А вот, собственно, «этот придурок» как раз и заявился в спальню, сжав кулаки и хмурясь, глядя на щенка так, словно сейчас выкинет его из окна. Сакура, испугавшись такого учихиного взгляда, прижала пёсика к себе, тараща ярко-изумрудные глаза и сев в кровати на коленки. Один только взгляд Саске говорил о том, что она должна отдать ему Арчи и он пойдёт с ним гулять, но Сакура боялась доверять ему щенка, только качая головой и крепче прижимая к себе.
- Сакура, отдай мне эту маленькую бестолочь, – велел он, протянув руку к ней. Сакура снова покачала головой. Учиха, с сарказмом закатив глаза, бросился к ней, схватив девушку на руки за обнажённые бёдра, направившись куда-то в коридор. Причём, Сакура так и держала Арчи на руках, вскрикнув и тараща глаза, словно Саске нёс её на эшафот. Но всё оказалось куда гуманнее – он понёс её в кухню, несмотря на все уговоры Сакуры отпустить её. Но, впрочем, ей нравилось сидеть у Учихи на руках. Особенно когда он ходит по дому в одних джинсах... Арчи так и норовился лизнуть его прямо в губы, а Сакура только смеялась, видя, как Учиха фыркает и жмурится – щенку явно не поздоровится на улице. В общем-то, Саске, посадив Сакуру на стул, отобрал у неё чуть ли не с силой Арчи, а девушка отпустила щенка лишь из жалости, зная хватку Учихи. Вполне спокойно может выдавить ему кишки, учитывая его силу. Девушка, насупившись, скрестила руки на груди, вдруг вспомнив, что он забыл поводок. Потому, улыбнувшись, побежала за Саске. Учиха уже хотел обернуться, слыша топот маленьких босых ножек по паркету, но она успела шлёпнуть этим поводком ему прямо по заднице, усмехнувшись. Учиха с возмущением обернулся, подняв тонкую чёрную бровь:
- А это, собственно, что сейчас было?
- А это мне нравится вид сзади, – язвительно протянула Сакура, чуть покраснев и показав ему язык. Учиха, усмехнувшись, покачал головой, приблизившись к девушке, так и держа Арчи на руках. Сакура улыбнулась, повесив поводок Учихе на шею и с его помощью заставив Саске склониться к ней, чмокнув его в губы. Учиха, видимо, хотел продолжить, да только Сакура с наглостью отпихнула его от себя, толкая в широкую спину из квартиры. – Иди-иди-иди, Учиха, давай, погуляй с Арчи, перед рабочим днём подыши свежим воздухом, тебе полезно, учитывая то, что тебя там ждёт Узумаки... да сдвинься ты уже!
Она зажмурилась, пытаясь сдвинуть его с места, но у неё ничего, конечно же, не получилось, учитывая разницу в росте и весе. Учиха не продвинулся даже на миллиметр, потому насмешливо обернулся к ней, осторожно поддержав одной рукой, чтобы она, не дай бог, не упала. Сакура насупилась, снова скрестив руки на груди и надув губки, нахмурившись. Учиха, снова склонившись к ней, с нежностью чмокнул её в щёку.
- Я быстро, – пообещал он. Сакура улыбнулась, чуть покраснев.
- Вали уже, – посоветовала она. – Иначе ты опять опоздаешь, и отец...
- Знаю-знаю, всыплет мне по первое число и вычтет эти несчастные минуты из моей зарплаты, – иронично отозвался Учиха, взяв Арчи под мышку и направившись на выход.
Сакура прикрыла за ним дверь, принявшись собираться в университет и готовить завтрак. Примерно пятнадцать минут спустя Учиха вернулся домой, таща за собой на поводке Арчи. Тот явно не хотел уходить с улицы и отпирался, пока Саске не прикрикнул на него, насильно впихнув в квартиру и закрыв дверь. Сакура с жалостью посмотрела на поникшего Арчи, взяв его на руки и принявшись гладить между стоящих длинных ушек.
- Ну, вот чего ты на него кричишь? – тихо спросила она, чмокнув щенка в макушку.
- А потому что псину надо воспитывать сразу, - хмыкнул Учиха, - чтоб она знала своё место.
Потом они совсем молча позавтракали, видимо, обидевшись друг на друга, и стали собираться. Сакура никак не хотела пускать Учиху в ванную комнату раньше себя, потому им пришлось совместно стоять и умываться. Впрочем, там они и помирились, так ещё и Сакура, видимо, решила, что Учиха уж очень хочет с утра ходить мокрым – стала брызгать в него водой из-под крана, смеясь. Проще говоря, Учиха из ванной вышел весь мокрый, так ещё и при этом нёс Сакуру у себя на спине только потому, что ей опять захотелось к нему на ручки. Ну да, утро они проводят, пожалуй, слишком весело, это признавал даже Узумаки. Да даже сам Учиха, казалось бы, такой холодный человек, признавал это. Но он уже давно не холодный, как раньше. Именно с того времени, как знает Сакуру, и с тех пор, как полюбил её. Как-то так. Иначе говоря, Сакура его довольно-таки сильно изменила. В лучшую сторону. Ну а потом они начали одеваться. И то у них получилось это слишком своеобразно, учитывая то, что Сакура никак не давала ему по-человечески одеться. Нет, ну кто её просит таскать у него майку или носки? Вот именно, что никто. Причём, всё свалила на бедного Арчи... хотя щенок с таким удовольствием решил потаскать носки Учихи, что даже Сакура с ним не сравнится. И у Саске снова начался марафон по всей квартире. Щенок настолько уже изловчился прятаться и бегать от него, что Саске сам этому удивлялся. Навернулся он там раз пятнадцать, наверное, в коридоре, опять же под звонкий смех Сакуры. И только потом отобрал у Арчи носки... нет, ну как отобрал... видимо, щенок решил поиграть в «перетягивание каната», только с учихиным носком. Всё это сопровождалось матом Учихи на всю квартиру и злобным шипением, а Арчи, включившись в игру, игриво рычал, тряся головой из стороны в сторону, пытаясь вырвать носок из рук Учихи. Иначе говоря, Саске больше не собирался идти на работу в этом носке, учитывая то, что он весь растянутый, как какая-то половая тряпка, и обслюнявленный, благодаря Арчи. Учиха, рассвирепев, направляясь к себе в комнату, увидел, как щенок, сидя в коридоре, чешет себе ухо, едва ли не падая на бок. Он, отматерившись, швырнул растянутый носок в сторону Арчи, а тот схватил его, думая, что Учиха снова решил с ним поиграть. Потом побежал за ним, опять почти не давая нормально одеться. Что ж, вполне насыщенное утро, прям как вместо зарядки. Так он ещё и умудрился отобрать у Учихи ключи от машины (да-да, отец не так давно вернул ему их обратно), что Сакуру просто развеселило, а Учиху окончательно вывело из себя. Сжав щенка в широких ладонях, так что тот жалобно заскулил, Учиха отобрал у него ключи, сунув их от греха подальше в карман.
После всего этого он отвёз Сакуру на учёбу, но перед приходом на работу чувствовал себя так, словно на нём только что пахали. Узумаки, кажется, заметил такое в глазах Учихи, когда тот приехал на работу, и удивлённо округлил ярко-голубые глаза:
- Слышь, Учиха, ты чего делал-то вчера?
- Ты бы лучше спросил о том, что я делал сегодня, – фыркнул Саске, направляясь к своему кабинету. Узумаки пожал плечами, потягивая горячий кофе из пластикового стаканчика. Учиха во всех подробностях описал сегодняшнее утро, что Узумаки так рассмешило, что он едва ли не разлил кофе на полицейскую форму. А потом Саске услышал ещё одну весть – отец опять вызывает его к себе. На этот раз, по слишком серьёзному вопросу, так что к этому подключил даже Узумаки. Как выяснилось, где-то недалеко от этого района орудует наркомафия, которая должна скоро заключить сделку с местными наркодилерами. И старший Учиха решил, что выследить их поедут именно Саске и Наруто. Задание не такое уж и сложное – поехать на заброшенный завод то ли фейерверков, то ли ещё бог знает какой пиротехники, выследить наркодилеров и вызвать полицию – зато отец за него обещал очень даже хорошую премию, если у них всё получится. Собственно, Саске решил не говорить Сакуре о том, что его отправляют на такое задание. А то ещё подумает, что, мол, опасно... скажет, что просто задержался на работе. Но Узумаки так не считал.
- Ты реально думаешь, что такая, как она, купится на этот бред? – насмешливо спросил он, сидя на столе Учихи в его кабинете. Саске пожал плечами. Он не хотел говорить, не хотел снова ругаться с ней и не хотел слышать, как она кричит на него... возможно, она в это поверит, но... проще говоря, Саске просто не будет говорить ей про это и всё. – Учиха, что ты как муравей?
- В смысле? – не понял Саске, нахмурившись.
- Херню несёшь, – объяснил Наруто, хмыкнув. Учиха усмехнулся, а Наруто только отмахнулся от него. – Кстати, мне тут стало интересно... чем ты реально вчера занимался?
- Тебе какое дело? – отрезал Саске, опустив чёрные глаза и принявшись старательно заполнять какой-то документ из бухгалтерии. Наруто только усмехнулся, почесав затылок и взъерошив светлые растрёпанные волосы.
- Да так... - начал он издалека. – Вот смотрю я на твои губы и думаю...
- Что ты думаешь? – грубо спросил Саске, машинально схватившись за покусанную, в маленьких ранках, нижнюю губу, прикрыв её длинными пальцами. Узумаки насмешливо посмотрел на него:
- Думаю о том, как вас соседи ещё терпят. Вы там, наверное, орёте на весь дом, когда сексом занимаетесь, или я не прав?
И тут наступила гробовая тишина. Затем Саске поднял злые чёрные глаза на друга. А затем к его кабинету приближался Киба Инудзука, решивший уточнить кое-какие детали по поводу завтрашнего дела, которое поручили Саске и Наруто, и увидел, как из кабинета едва ли не кубарем, еле держась на ногах, вылетает Узумаки, схватившись за ручку двери и едва ли не снеся её с петель, испуганно оглядываясь на Учиху. Затем в него следом полетела толстая объёмная папка, а вслед скомканная бумажка. Киба вытаращил глаза, чуть приоткрыв губы. Как и всегда, вместе с ним был Акамару, который тоже удивлённо смотрел на Наруто, то и дело поглядывая на своего хозяина в поисках ответа на вопрос: «что здесь происходит?».
- Пошёл ты на хер, Узумаки, не смей мне задавать подобные вопросы, понял?! Тебя не касается, как там себя чувствуют мои соседи! А уж тем более тебя не касается то, насколько шумно я занимаюсь сексом, понял, блять?!
Едва ли услышав такие слова громким резким низким голосом Учихи, Наруто замахал широкими ладонями, видимо, пытаясь его успокоить. Но сам Саске так и сидел в кабинете.
- Да я просто... - пытался оправдаться Наруто, но Учиха снова закричал, а Киба услышал, как в кабинете что-то грохнуло. Кажется, Саске вскочил из-за стола настолько резко, что стол повалился на пол. Бывает у Учихи такое, когда он толкает от себя стол в порыве ярости на Узумаки, но что ж с этим поделаешь, товарищи? Наруто вытаращил глаза, а Киба уже подумал, что Учиха собирается швырнуть в него этот стол. Но всё оказалось куда более гуманнее и безобиднее – в Узумаки всего лишь полетел стул, который всегда стоял перед столом Учихи специально для Узумаки и для тех, кого к нему приводят. Наруто чудом увернулся, хотя ножка стула едва ли не задела его покатое плечо. Киба ещё больше вытаращил глаза. – Учиха, ты не горячись, я же просто так спросил...
- А я просто так ответил! Я сказал, не задавай мне подобных вопросов! Узумаки, согласись, я же не интересуюсь у тебя о том, насколько шумно ты занимаешься сексом?! Вот именно, что нет! – добавил Учиха, даже не дав Наруто ничего ответить. Просто Узумаки порядочный человек. Встречаясь с Хинатой, он всё же держится закона, да и девушку в сексуальном плане пока что не рассматривает, не то что Учиха... бессовестный. – Так почему ты у меня спросил?! А, стой, я даже не хочу знать ответа на этот вопрос, просто заткнись! Заткнись, я сказал! – крикнул он, увидев, что Наруто чуть приоткрыл губы, желая всё же что-то ляпнуть. – Узумаки, мне повторить?! Благими намерениями выстлана тебе дорога на хуй!
И тут в бедного Наруто уже действительно полетел письменный стол, но тот снова отскочил. Акамару гавкнул, завиляв хвостом, а Наруто, кажется, только сейчас заметил Кибу. Он широко улыбнулся Инудзуке, поприветствовав его и помахав ладонью, но всё же опасливо покосился в кабинет Учихи.
- Да ты не переживай, Инудзука, тут всё нормально, просто небольшой бзик у человека... - пытался объяснить ситуацию Наруто, но Учиха крикнул:
- Я тебе, блять, устрою бзик, Узумаки!
Киба вместе с Акамару испуганно зашли в кабинет, увидев, что Учиха вообще валяется на диване, прислонив ко лбу тыльную сторону ладони, пытаясь прийти в себя. В другой руке он сжимал пластиковый стаканчик с водой, на весь кабинет пахло чем-то сладким. Кажется, Саске принимал успокоительное, что ему, видимо, не очень помогло.
- Нет, - начал Узумаки, разводя руками, - глянь на него! Я только спросил, а он уже завёлся! Что за человек, а?! Как с тобой ещё люди-то общаются! – укорил он Саске, явно намекая этим на Сакуру. Тот только закрыл глаза, втянув носом воздух, явно не желая больше слушать Узумаки. А ведь им ещё завтра ехать на задание. И если Наруто снова доведёт Учиху, а тот сорвётся, то наркодилеры их точно раскроют, если Учиха скажет хоть одно слово. Он снова втянул носом воздух, внезапно фыркнув, а потом резко и громко чихнув, наверное на всё отделение полиции, проведя тыльной стороной ладони по кончику прямого носа. Наруто облегчённо вздохнул – кажется, Саске успокаивается, раз чихает... либо наоборот – злится ещё больше.
- Будь здоров, – в один голос протянули Киба и Наруто. Акамару гавкнул, довольно махая пушистым хвостом и высунув длинный розовый язык. Учиха только насмешливо фыркнул:
- Будешь тут здоров, когда кое-кто докапывается до меня такими вопросами... а чё ты так меня спросил-то?! Ты бы ещё спросил о чём я думаю во время оргазма!
Узумаки промолчал, уставившись в пол, а Киба смотрел то на одного, то на другого. Акамару облизнулся, покосившись на Узумаки, а тот вдруг выдал:
- А... а о чём ты думаешь во время оргазма?
Учиха хлопнул себя ладонью по лбу, вылив остатки воды вместе с успокоительным себе на голову, сев и обхватив мокрую голову руками. Вода лилась с его чёрных растрёпанных волос на лицо, а Учиха как-то медленно, усиленно протирал его, закрыв руками, словно стараясь втереть успокоительное себе в кожу и прийти в себя. Но тут и дураку было понятно, что такими методами Саске не успокоится и не станет адекватным. Он резко вскочил с диванчика, покачав головой и сунув руки в карманы. Наруто облегчённо вздохнул, когда Саске прошёл мимо него, но никак не ожидал, что тот подойдёт сзади и отвесит Узумаки такую оплеуху, что тот вскрикнет на всё отделение, схватившись за больное место. Учиха же схватил Узумаки за волосы, подняв голову и прошипел:
- Дебил, блять, поумнее ещё придумай чего-нибудь, тогда будет больнее раза в два, понял?
Наруто только кивнул, шумно сглотнув, а Учиха отпустил его волосы, внезапно обратив внимание на Кибу:
- А, Киба, здорова! Ты по поводу завтрашнего, что ль?..
- Куда уж больнее... - просипел Наруто себе под нос, потирая ушибленное место.
***
Уже под вечер Сакура, ожидая Учиху с работы, делала домашнюю работу. Она погуляла с Арчи и сходила в магазин, как Саске и велел ей. Сделав задания, девушка решила посмотреть телевизор, внезапно поняв, что ей без Учихи как-то слишком скучно. Он-то может её и развеселить, и ещё что-нибудь приятное сделать... но дело не в этом. Дело в том, что случилось как раз в этот вечер, чего Сакура ну никак не ожидала. Как и всегда она ходила по дому только в свободной майке, которая вообще принадлежит Учихе, в трусиках и носках. Она услышала вдруг звонок в дверь. Конечно же, кроме Саске она никого ждать и не могла, пусть её и удивило то, что он звонит в дверь. Он что, ключи потерял, что ли? Или просто это шутка такая?
Девушка, чуть нахмурившись, поспешила к двери, уже готовившись обнять его и сказать, как сильно она по нему соскучилась за это время... но, распахнув дверь, Сакура поняла, что это не Учиха. Уже даже по запаху. Знакомый запах алкоголя, недавно выпитого, неприятный запах, запах человека, который подолгу сидит в барах или кабаках, который подолгу прохлаждается в каких-то борделях. Сакура уже по запаху поняла, что это не Саске... если бы это был Учиха, то тут бы сразу появился приятный запах ментола, сигарет и парфюма, запах, который Сакура так сильно любит... но это оказался не Учиха. И Сакуру напугало это. Очень напугало. Особенно её напугало лицо человека, который сюда пришёл – её отчим. Как и обычно наглая противная улыбочка на лице, как и всегда под глазом фиолетовый синяк, как и всегда взъерошенные коротковатые седеющие волосы, как и всегда похотливый возбуждённый взгляд на неё. Сакура испуганно вытаращила ярко-изумрудные глаза, отстраняясь от него и пятясь назад. Дверь она явно не могла закрыть – это было не в её силах. Мужчина, покачиваясь, вломился в квартиру:
- Что, девочка, не ждала меня?! Думала, это твой полицейский?! Хрена с два! Ты мне не рада, верно?
Он схватил девушку за хрупкие плечи, сразу же потащив её в спальню. В горле Сакуры встал комок. От испуга она забыла, как кричать, она не могла никого позвать на помощь, даже если дверь была открытой. А Учиха наверняка ещё нескоро придёт... Но Сакура всё же надеялась, что он прямо сейчас придёт и спасёт её, защитит, что снова прижмёт её к себе, ведь в его руках так спокойно и совсем не страшно... но глаза отчима словно говорили о том, что он не придёт. Словно говорили о том, что Сакура полностью в его власти и ей теперь не вырваться, как бы она не пыталась. Неприятный запах перегара, алкоголя, дешёвого табака... кто этот человек, зачем он сюда пришёл, как он узнал адрес квартиры Учихи?!
Сакура могла задавать себе эти вопросы снова и снова, пытаясь отпихнуть его от себя. Цепкие липкие противные пальцы сжали тонкие предплечья девушки, стараясь оставить на них синяки. Так она ещё и в таком виде при нём... она дома-то никогда так не ходила (старалась не ходить), а тут при нём... такой удачный шанс для него, разве нет? Сакура всхлипнула, по нежным щекам потекли обжигающие солёные слёзы. Она тоненько пискнула, зажмурившись от противного запаха. Казалось, что её сейчас вырвет от всего этого... от этих липких противных чужих прикосновений, от этого взгляда, запаха... Учиха никогда так не касался её, Учиха всегда так приятно пахнет, Учиха никогда так на неё не смотрит... нельзя сравнивать этих двух людей. Один из них даже не подозревает о том, что сейчас происходит у него дома. Наверное, он ещё только собирается выходить с работы. И всё же Сакура надеялась, что он доберётся быстро. Она умоляла его про себя об этом, словно надеясь на то, что он её каким-то чудесным и неведомым никому способом услышит...
- Прекрати... уходи... - только и смогла выдавить из себя Сакура, заливаясь слезами.
Он завалил её на кровать, придавив коленом, так что Сакура выдохнула от тяжести его тела. Неприятная тяжесть... когда Учиха лежит на ней, то эта тяжесть такая упоительная, такая тягуче-приятная... девушка начала плакать ещё сильнее, думая о том, что будет, если он сделает то чего хочет... но она не собиралась так быстро сдаваться, несмотря на свою слабость перед этим мужчиной. В комнату ворвался Арчи, готовясь защитить свою хозяйку, громко залаял и хотел было уже кинуться на отчима. Мужчина, сняв с себя ботинок, нетерпеливо бросил его в щенка, как в надоедливую пищащую игрушку, так что Арчи, заскулив, упал на бок. Сакура вытаращила глаза, снова пытаясь вылезти из-под него. Её точно сейчас стошнит, если он не прекратит... и тут она вспомнила, что под подушкой у Учихи всегда хранится револьвер. Сакура протянула руку к подушке Саске, сунув руку под неё, но там, как она и ожидала, его не оказалось – Учиха взял его с собой на работу... от бессилия Сакура застонала, всхлипнув и откинув голову на кровать, всё так и пытаясь сбросить его с себя, лягаясь.
- А я уже соскучился по тебе, маленькая сучка... ну что, трахал он тебя уже? – поинтересовался мужчина, ухмыляясь, а Сакура, покраснев, с силой ударила ему в грудь, всхлипнув и, наконец, найдя в себе силы крикнуть:
- Пошёл в жопу отсюда!
Следом за этим криком последовала громкая пощёчина по её нежной залитой слезами щеке. Сакура расплакалась ещё больше. Слёзы теперь обжигали обиженную щёку, а она почувствовала во рту солёный металлический привкус собственной крови – он ударил её слишком сильно, разбив губу. Учиха никогда её не бил... разве что пару раз тогда шлёпнул по ягодицам, но никогда не было такого, чтобы он бил её со злости, с ярости, с такой неприятной оттяжкой... девушка таращила глаза, снова пытаясь его отпихнуть, что было сил закричав, однако, липкая широкая противная грязная ладонь зажала ей рот. Девушка зажмурилась, тяжело и часто дыша, харкнув мужчине на руку.
Тот сразу же убрал ладонь, зашипев, и вытер её о покрывало, снова ударив Сакуру по той же щеке. Отчим уже порвал на ней майку – раздался треск рвущейся ткани, режущий слух. Сакура так любила эту майку... а он обнажал её стройное, маленькое, хрупкое, нежное тело. Трогает его своими противными грязными руками, скользит толстыми пальцами по узкой талии девушки, схватив другой рукой её за запястья, приближаясь к маленькой аккуратной груди. Сакура в такой отчаянный момент подсознательно понимает, что ей уже неприятны другие прикосновения, кроме прикосновений Учихи... и это действительно было так, но Сакура ничего не могла с собой поделать. Особенно ей были неприятны прикосновения именно своего отчима. Что он тут забыл?! Мысли метались в голове девушки так же, как и её большие вытаращенные глаза, которые пытались разглядеть в его пьяном изъеденном язвой лице хоть каплю жалости к ней, хоть каплю сочувствия или сострадания, хоть каплю совести из-за того, что он делает... он шумно выдыхает, принимаясь расстёгивать ширинку своих брюк:
- А вот я сейчас и проверю, трахал он тебя или нет...
Сакура зажмурилась, всхлипнув. Руки и тонкие запястья ломило болью, в крови закипал адреналин, а в груди чувство отвращения, неприязни и неукротимого страха. Где её Учиха? Где её Учиха с его приятным запахом, с его приятными прикосновениями, с его сильными руками, которые всегда готовы её защитить? Сакура снова сделала попытку вырваться, лягаясь ногами, а он уже занёс руку, готовясь ударить её таким сильным ударом, чтобы этого удара хватило для отнятия у девушки сознания.
Сакура опять зажмурилась, изогнувшись, как дикая кошка, и пытаясь выкрутиться из его рук, но он сжал её запястья так, что девушка застонала от боли, даже вскрикнув. Он уже почти справился со своей ширинкой, будучи в пьяном состоянии. Девушка решила, что от судьбы она теперь точно уйти не сможет, потому осталась бездыханно лежать на боку, закрыв глаза и ожидая своей участи, слыша его похотливый шёпот, но стараясь не вслушиваться в слова – до того было противно, что она напряглась всем телом, отвергая такие слова в её адрес. Учиха тоже никогда так не говорил и не скажет... только где он сейчас? Сакура думала о том, чтобы он поскорее вернулся домой... вернулся и защитил...
- Ах ты, сука! – услышала она уже с площадки и вытаращила глаза, предприняв попытку вырваться.
Отчим обернулся, встретив ворвавшегося Учиху насмешливой ухмылкой, которая ещё больше разозлила Учиху. Сакура таким разъярённым его никогда ещё не видела... даже когда она над ним издевалась, даже когда он отнимал у Арчи поводок... он никогда не был таким злым... чёрные глаза, мстительно уставившиеся на отчима Сакуры, под глазами залегли тёмные тени – лишь малейшие следы той ярости, которую он испытывал сейчас внутри себя, плотно сжатые в кулаки широкие ладони, на запястьях напрягаются синеватые вены.
Сакура слышит его тяжелое учащённое дыхание, буквально всем своим нутром чувствует его ярость, а он переводит взгляд с пьяного отчима на залитое слезами, покрасневшее личико девушки, видит, как на её нежной щеке остался след от грязной поганой руки, которую ему непременно хотелось вывернуть, оторвать, сломать, сделать как можно больнее, убить, растерзать... судя по его глазам в нём будто просыпалось внутри чудовище, именуемое не то ревностью, не то злобой, не то яростью, не то какой-то безымянной смесью этих чувств. Она таращила на него глаза – при таком раскладе, глядишь, перепадёт и ей, учитывая норов Учихи и его состояние сейчас. Потом он вдруг резко сорвался с места, кинувшись к отчиму, и повалил его на пол, перехватив одной рукой за шею. Мужчина вытаращил глаза, а Сакура села в кровати, сжавшись в комок и прижав ладонь к окровавленным губам.
Ей казалось, что Учиха сейчас его действительно убьёт – раздавались только глухие звуки ударов, стоны мужчины от боли, злобное шипение Учихи, а потом уже Сакура уловила запах крови. Кровь была на полу, на ковре, впитываясь в его ворс, растекалась по линолеуму. Сакура не могла видеть, что он там сделал с отчимом, потому, расплакавшись и испугавшись за то, что Учиху могут посадить за убийство, схватила его за предплечье дрожащими руками, потянув на себя. Учиха, тяжело дыша, устало опустился на кровать, сжимая окровавленные руки в кулаки.
- Успокойся, прошу тебя... - тихо, почти одними губами сказала Сакура, попутно вытирая слёзы тыльной стороной ладони.
Отчим был без сознания, кровь уже больше не текла. Окровавленное лицо его исказилось такой болью, словно бы Саске его только что действительно пытался убить. Но он всего лишь хотел вытрясти из него всю ту дрянь, что он хотел выплеснуть на Сакуру... им лишь сначала правило чувство желания смерти другому человеку, но уже никак не сейчас – отчим в пьяном состоянии, этих ударов ему вполне хватает для того, чтобы попасть в реанимацию.
Саске перевёл взгляд на девушку, в чёрных глазах ещё пылали остатки былой ярости. Девушка, всхлипнув, осторожно обняла его за шею, чувствуя тепло его тела, приятное тепло; чувствуя его запах, приятный запах; чувствуя всю его злость, мельчайшие частички которой ещё исходили от него. Сакура ещё крепче обняла его, наконец совсем прижавшись к нему, уже не боясь:
- Я так испугалась...
Учиха опустил глаза и вдруг сгрёб дрожащее тельце в охапку, прижав к себе и пытаясь успокоить. Сакура больше его не боялась. Боялась только того, что он будет кричать на неё из-за того, что она кому ни попадя дверь открывает. Она закрыла глаза, уткнувшись носом ему в шею и вдыхая запах, необыкновенно приятный для неё после того, что тут происходило. В комнате до сих пор был запах перегара и пота, какая-то напряжённая неприятная атмосфера, постепенно развеивающаяся только благодаря приходу Учихи. Опоздай он хоть на минуту, неизвестно что бы тут было. Саске, видимо, думал так же, ненавистно глядя на отчима и гладя Сакуру по голове, пытаясь успокоить. Осторожно поцеловал её в макушку, прижимая голову девушки к себе. Ей было всё равно на то, что она только в одних трусиках и носках, так ещё и сидит у него на коленях. Сейчас не так важно, в каком она виде.
- Всё-всё... тс-с... тихо... - прошептал он, крепче прижимая её к себе.
В его сильных руках ей вовсе не было страшно. Даже если отчим сейчас был в квартире, пусть и без сознания. Сакура знала, что руки Учихи её защитят от всего и не причинят боли. Сейчас эта мысль казалась ей ещё более яркой. Он защитил её, заступился... он пришёл, даже если Сакура мысленно звала его...
- Не обидит тебя никто больше, слышишь?
Арчи сидел в углу, поджав под себя хвостик и тоже дрожа, как и Сакура, как-то виновато глядя на Учиху. Саске опустил голову, ещё крепче прижав её к себе. Маленькое, нежное, хрупкое тельце, которого касались чужие руки. За это хотелось снова растерзать отчима Сакуры, убить его, не дать прийти в себя, чтобы он больше не проснулся... как этот человек вообще посмел её трогать?! Да и почему вообще эта глупенькая девчонка открывает дверь кому попало?!
- Я думала, что ты не придёшь... - всхлипнула девушка, крепче обнимая его за шею дрожащими ручками. – Так... так страшно...
- Я же всегда буду рядом с тобой... - вздохнул Учиха, осторожно подняв её голову ладонями и принявшись рассматривать щёку, которая получила сразу две пощёчины подряд.
Затем с осторожностью провёл кончиком большого пальца по нижней губе Сакуры, стирая остатки крови, и покачал головой. Сейчас он не будет её ругать за то, что она открывает дверь... наверное, она с таким радостным личиком это сделала, думая, что это Учиха вернулся с работы... наверное, она так ждала его... наверное, она уже готовилась его обнять, однако, это оказался вовсе не Саске, что её и напугало больше всего. Учиха опять вздохнул, глядя в её заплаканные покрасневшие глаза. Она будто просила его о защите, просила его о том, чтобы он не уходил, чтобы он никогда не смел её бросить. И Учиха знал, что исполнит эту её просьбу, которую он мог прочесть только в её испуганных ярко-изумрудных слезящихся глазах. Он с осторожностью чмокнул её в веснушчатый носик, снова обняв и прижав к себе:
- Всё, успокаивайся... тихо...
После всего этого Учиха вызвал полицию. Проще говоря, Шикамару и Неджи, с которыми приехал и его отец. Саске уже успел привести Сакуру в порядок. Для начала обработал её лицо, осторожно, словно боясь причинить лишнюю боль, то и дело матерясь на отчима девушки, которого уже увезли в больницу. У неё более-менее появилось настроение только от этого ворчания Учихи. Он теперь с ней, и её больше никто не обидит. Никакой отчим, никто. Арчи не пострадал, только теперь сторонился чужих людей, в особенности полицейских, которых вызвал Учиха. Щенок поспешил побежать к Сакуре, уже сидящей на кухне в футболке и шортах до середины бедра. Девушка взяла его на руки, слыша, как Саске и его отец о чём-то разговаривают в коридоре, причём, Саске был в не самом лучшем расположении духа. Затем и мужчина, и Учиха направились на кухню, к Сакуре, опустившись на стулья и то и дело тяжело вздыхая.
- М-да... - протянул Фугаку, покачав головой. – Ты, наверное, перепугалась насмерть?
Сакура кивнула, крепче прижимая к себе Арчи. Мужчина опять покачал головой:
- Придётся поговорить с твоей директрисой и вызвать её в полицию. Ты говорила, что он и раньше... ну... - он замялся. Так как он был на работе, то не мог применить слово «домогаться»... - А он и раньше предпринимал попытки тебя изнасиловать, да?
- Угу... - кивнула Сакура. – Вы только не говорите ей, что я вам рассказала... ну, вы не вдавайтесь в подробности...
- Ага, - хмыкнул Учиха, вскочив и оперевшись о кухонный столик спиной, скрестив руки на груди, - рассказывай всё, пап, пусть она его сама убьёт, я-то уже с ней знаком немного, так что знаю, что она такая... - он с сарказмом закатил глаза. – Да, ты, кстати, не забудь сказать, что он её систематически бил, и пусть она не делает вид, что побоев не замечала. А ты чего, сам не видел? Она, когда в первый день тогда... Узумаки её привёл ко мне, у неё ранка на губе, коленки разбиты, синяки на руке. Она сама, что ли, о стенку колотится? Нет, конечно. Вот потому ты и расскажи всё её тётке, а там она пусть сама думает, что делать. А, да, ещё скажи, что Сакура к ней больше не поедет и останется жить у меня.
Девушка чуть покраснела, опустив голову и стараясь не смотреть в глаза старшему Учихе. Тот только тяжело вздохнул, нахмурившись, а Сакура подняла на него глаза. Мужчина встал из-за стола, улыбнувшись ей и подмигнув незаметно от своего сына, пока тот отвернулся, чтобы попить воды. Девушка тоже улыбнулась. Похоже, это значило только одно – отец совсем не против того, чтобы с его сыном жила первокурсница. Странно, Сакура думала, что это карается законом, а тут... тут всё совсем иначе. И вообще, она уже хотела, чтобы все эти люди ушли – и Шика, и Неджи, и даже отец Учихи - ей хотелось побыть с Саске одной. Учиха, похоже, всё ещё не отошёл от ярости, потому что громко чихнул на весь дом, так что отец, Неджи и Шикамару, выходя, дружно сказали ему:
- Будь здоров!
Учиха кивнул, закрыв за ними дверь, затем направился обратно в кухню, опустившись на стул перед Сакурой и тяжело вздохнув. Она испуганно подняла на него глаза, шумно сглотнув. Что он будет ей сейчас говорить? Девушка и предположить не могла, только снова опустила длинные ресницы, шумно сглотнув. Учиха положил руки на стол, скрестив длинные пальцы перед собой и глядя на них, словно думая обо всём произошедшем. Наступило напряжённое молчание. Сначала Сакуре хотелось обнимать Учиху, обнимать долго-долго и говорить как хорошо, что он успел, говорить как она испугалась, говорить какой он у неё хороший и как сильно она его любит... а теперь она не знала, что может ему сказать после такого... он вдруг треснул широкой ладонью по столу, нахмурившись:
- Сакура, зачем ты открываешь дверь кому попало?!
- Я... я же... - замялась девушка.
Арчи прижал ушки к голове, округлив глаза – тоже боялся Учихи, особенно этого его повышенного тона, потому и соскочил с колен девушки, отойдя в самый угол к своей миске, то и дело оглядываясь на Саске. Сакура поняла, что отчасти сама виновата – в двери есть глазок, так почему она не посмотрела в него? На глазах Сакуры опять выступили слёзы, их уже щипало от того количества, которое девушка выплакала. Она всхлипнула, а Учиха тяжело вздохнул, вскочив и медленно подойдя к ней, опустившись перед ней на корточки и пытаясь заглянуть в её покрасневшее заплаканное личико. Но девушка только опустила голову, так что её длинные нежно-розовые волосы закрыли всё её лицо. Она прислонила дрожащие ладошки к нему, закрываясь от Учихи, понимая, что она даже виновата больше, чем сам её отчим... Саске же снова тяжело вздохнул, осторожно коснувшись длинными пальцами её тонких запястий, отводя от её личика ладони. Сакура всхлипнула, подняв на него ярко-изумрудные покрасневшие глаза, а Учиха чуть улыбнулся. И эта улыбка подсказывала девушке, что он больше не злится. Но она не знала почему... но ответ довольно прост – ему тяжело видеть её слёзы. Слёзы боли и обиды, которую он же сам ей и причиняет.
- Учиха...
- Всё, не плачь больше, пожалуйста, – тихо попросил он её, принявшись осторожно гладить ладони девушки.
Та только всхлипнула, кивнув, и больше не могла выдавить из себя ни слова. Они оба поднялись на ноги, а Учиха поспешил прижать её к себе, принявшись осторожно и с нежностью гладить её длинные мягкие волосы, то и дело тяжело вздыхая. Он и сам перепугался за неё. Особенно когда увидел, что над ней навис чужой мужчина, так ещё и в пьяном состоянии, а сама она почти что полностью обнажена... его снова охватила ярость от того образа, который всплыл в его голове – хотелось снова рвать, избивать, колотить без устали, убивать, причинять боль... в душе Учихи в такие моменты просыпался какой-то демон, который и заставлял его всем этим заниматься, который тихо шептал на ухо Учихи о том, чтобы он бил и уничтожал, убивал и наносил повреждения... но этого же демона устраняла Сакура. Девушка обняла его за талию, уткнувшись носом в его грудь и с облегчением втянув носом воздух. Учиха закрыл глаза, крепче прижимая её к себе. Ярость постепенно покидала тело...
Выйдя из душа, девушка даже не думала о том, что Учиха подкараулит её здесь. Неожиданно, немного резко, даже грубо, он вжал её в стену узкого коридора, не успела Сакура даже ничего толком сообразить. Сильные руки прислонили её к стене, а горячие губы коснулись её изящной шеи. Но понимая, что на него нашло, Сакура резко выдохнула. Такая неожиданность со стороны Учихи ей нравилась, и девушка отчётливо понимала, насколько хотела его сама – до темноты в красивых чёрных глазах, до кончиков длинных тонких пальцев, так что от этого желания по бледной нежной коже девушки побежали мурашки. Учиха видел это... это так красиво на её коже... и это означало только одно – ей приятно, а её хрупкое тельце уже знало, что он будет делать, потому ощущения и осязание Сакуры явно улучшились.
Чтобы чувствовать его, чувствовать каждой клеточкой своего тела, ощущать, осязать до дрожи на кончиках пальчиков... Учиха же целовал её в шею. Не резко, но и никакой нежности в этом тоже не было – он словно спрашивал разрешения продолжить этим самым поцелуем в шею. Сакура тихо выдохнула от наслаждения, не в силах себя сдерживать – да, она разрешила ему. Пусть продолжит. Ведь они оба понимали, что хотели друг друга. Сакура обняла его за широкие плечи, ощутив, как ровные зубы сжали её нежную кожу, покусывая шею... по телу снова дрожь – это ведь настолько приятно... и этих прикосновений Сакуре не хватало целый день, никакой отчим с этими прикосновениями не сравнится... прикосновения Учихи приятны, а отчима совсем наоборот... от них хочется отстраниться, а к Учихе, наоборот, прижиматься всем телом, чувствовать его... и прикосновения эти нежные, но и немного грубые, осторожные, но всё же и резкие в тот же момент. Как он может сочетать в себе столь противоположные друг другу качества?.. Кажется, им вдвоём стало мало места в этом коридоре...
- Хочу тебя... сильно... - тихо, хрипло проговорил он.
И всё его нутро, всё его тело выдавало это состояние, горячее, податливое, и, едва ли Сакура коснётся какого-то особо чувствительного для него места, он тихо выдохнет, прикрывая длинные чёрные ресницы. Теснее прижал её к себе, а не издать никакого стона под его прикосновениями руками, пальцами, губами становилось просто невозможным. Он мог бы отнести её в спальню и продолжить там, но... судя по его настрою, он не совсем хотел это делать, а хотел продолжить начатое прямо здесь...
- Подожди, глупый... говорю же, подожди... ах... - девушка хотела хоть на немного вразумить его, но тут же сорвалась на судорожный стон, едва ли он провёл горячим влажным языком по её изящной нежной шее... и после такого Сакура поняла, что Учиха больше никуда не пойдёт, да и её не отпустит. Впрочем, кто сказал, что Сакура хотела уйти от него? Кто сказал, что она хотела уйти от его сладкого приятного запаха, от его горячего тела, от его тёплых губ, от его сильных рук? Вот именно. Сакура и сама не думала о том, чтобы уйти...
Он вдруг с лёгкостью подхватил её на руки, сжав длинными пальцами обнажённые бёдра девушки. Сакура выдохнула от неожиданности, всё же по привычке обвив стройными ножками его узкие бёдра. Так привычно для неё... и Сакуре нравилось это. Снова то правило игры, которое она установила сама. Саске поднял её выше, так что грудь девушки, скрытая за тканью майки, находилась теперь на уровне его чёрных глаз. И он, тяжело дыша, поцеловал её маленькую грудь сквозь одежду. Сакуру всё это возбуждало ещё больше – она не чувствовала его горячих губ, лишь тёплые касания через ткань майки, от которых со временем становилось щекотно.
Ей хотелось, чтобы он стянул эту чёртову майку с её тельца, и девушка умоляюще всхлипнула, так что Саске словно прочитал её мысли – опустил тонкие лямки майки вниз и потянул ткань туда же, к узкой талии Сакуры. Девушка чуть улыбнулась, покраснев – он делал то, о чём она его мысленно просила, и стал целовать её уже обнажённую аккуратную грудь, соски которой уже напряглись, но Учиха будто дразнил её: не касался ни языком, ни зубами, лишь водил по груди девушки губами, опаляя горячим судорожным дыханием. В его лёгкие стремительно проник её сладкий запах... побежал по венам, его стремительно перенесла кровь по всему организму... он дышал ею. Ей нельзя покинуть его лишь из-за этого. Кажется, если она уйдёт, он умрёт от недостатка кислорода в опустошённые лёгкие. Ведь именно её запах делает кислород таким желанным для его лёгких...
Наконец он коснулся соска языком, из-за чего девушка тоненько всхлипнула, зарывшись тонкими пальчиками в его чёрные волосы и прижав голову к своей груди. Затем Учиха опустил её ниже, чтобы она смотрела в его чёрные, пронизывающие своим цветом глаза. Она снова хотела его – взгляд затуманен диким необузданным возбуждением, как и у Учихи. Их глаза говорят друг другу одно и то же: «сделай это, ты же хочешь». Потому Сакура, приоткрыв в сладкой истоме бледно-алые губы, опустила руку вниз.
Прошла по груди буквально самыми кончиками нежных пальцев, опустилась ими по каждому кубику пресса, и ещё ниже... стала поглаживать его уже напряжённый член сквозь джинсы. Ощутить в себе... как можно быстрее. И она не простила бы ему, если он будет долго думать и медлить. Хотя, судя по уровню возбуждения Учихи, долго он точно не будет думать... он тихо застонал, ощущая, как Сакура еле ощутимо сжала член сквозь ширинку, опустив глаза. Почувствовала его горячее дыхание на своих приоткрытых губах... поцеловал? Нет, всего лишь осторожно прикусил нижнюю, сразу же проведя по ней кончиком языка. Запах ментола... он приятен так же, как и для него её запах. Зависят друг от друга.
- Ну же... займись этим сама... - прошептал он на её губы. Она улыбнулась. «Займись сама», значит? Сакура опустила голову, принявшись расстёгивать ширинку его джинсов. Быстрее... яростнее... снова не хотела поддаваться, как и в тот раз... нет, наконец, расстегнулась, и девушка, выдохнув, сжала в тонких пальчиках эрегированный член, проводя кончиками по всей длине. Ей уже надоело ждать. Чёрт, ей всегда надоедает ждать! Особенно в такие моменты.
Отведя трусики в сторону, девушка направила член во влажное влагалище, выдохнув и тихо застонав. Глубже... ещё глубже... каждый сантиметр она чувствовала всем своим телом, выгибаясь чуть ли не дугой и крепче обнимая Учиху за шею. Приятно... чувство заполненности внутри. Томительно, неповторимо... девушка постанывала, уткнувшись носом в его шею и втягивая запах «Лакоста». Член вошёл до основания... глубоко, приятно... Учиха поцеловал её, вжав в стену и принявшись размеренно двигаться в ней, раз за разом, с каждым толчком наращивая темп. Сакура не отрывалась от него, громко застонав сквозь поцелуй. Не хватает дыхания... отрываться не хочется. Эти губы такие мягкие и нежные, такие податливые и умелые... нельзя прекращать поцелуй. Да и зачем? Лишь для этого ничтожного глотка кислорода? Это явно того не стоит. Сакура судорожно втянула носом воздух – в нём его приятный запах... поцелуй стал более долгим и приятным, с лёгкой примесью резкости и остервенения. Как и всегда нижняя губа Саске сильно пострадала – из неё потекла кровь, и Сакура провела по ранкам горячим языком, слизывая её. Учиха, тяжело дыша, вжал её в стену, буквально заставляя её прижиматься к нему всем своим тельцем... жарко... мокро... по виску Учихи скатилась капля холодного пота, а на лбу Сакуры испарина. Вытирать нет смысла – она выступит снова.
- Ну же... ах... глубже... - попросила она его, зажмурившись.
Впилась в чёрные волосы Учихи ногтями, а затем принялась за широкую спину – остервенело разодрала от оргазма, чуть ли не до крови... нет... на его широкой спине, на месте содранной ноготками кожи, выступили капли крови. Сакура ждала, когда он кончит... два... три толчка... резких, грубых... и внутри её влагалища разлилась белая густая сперма. Он слышал её стоны наслаждения, целуя девушку к шею. Сакура по привычке стала гладить его волосы, прижимая голову к хрупкому плечу. У него тяжёлое частое дыхание... ему явно сейчас так же хорошо, как и ей... поцеловала его в макушку – один грамм нежности напоследок после исступленной страсти, всё остальное, как и всегда, на ночь. Именно в это время суток у них просыпается эта самая нежность...