Глава 9
В общем, как поняла Сакура, Учиха хочет всё это замять, даже уже ближе к ночи он старался об этом не вспоминать и не попадался Сакуре на глаза. А она в свою очередь пыталась скрыться в своей комнате, всё думая о том, что между ними только что было... всплеск чувств? Возможно... либо Учиха на ней уже конкретно помешался, либо он двинулся, либо он тронулся рассудком, либо он её очень сильно хочет, что по нему уже заметно. «Ну, как так можно?!» - вскричала совесть. Вот именно... Сакура и сама не понимала, как можно настолько возбудиться и даже кончить, но это же Учиха, у него сплошные непонятные процессы в организме... да он даже чихает, когда бесится, что уж про это говорить? Ночью Сакура решила сделать так, как у них было до этого дурацкого вечера. Проще говоря, просто заявилась к нему, в надежде улечься рядом, если, конечно, Учиха её во сне не изнасилует (что вполне возможно.) Но он лежал к ней спиной, уставившись в окно и о чём-то думая. Хотя тут было над чем думать. Сакура втянула в грудь побольше воздуха и уверенно пошла к нему:
- Здравствуйте, я снова к вам. Вы меня ждали, господин?
Учиха только фыркнул, даже не поворачиваясь к ней. Похоже, она хочет установить те отношения, которые у них были до этого? Ну, просто замечательное начало, ничего не скажешь! Особенно после того, как они кончили от того, что просто Учиха лежал на ней и целовал, куда попало, вот и всё. Это даже частичным половым актом нельзя назвать. «Баловники вы мои!» - воскликнуло сознание Учихи, захлопав в ладоши и засмеявшись.
- Мне пофиг, - недовольно пробурчал Учиха, явно не желая сейчас видеть её в своей комнате, - это уже ни для кого не новость, что ты ко мне приходишь...
Сакура протянула что-то вроде «м-м», но так и продолжала стоять у него над душой. Вообще, Саске надеялся, что один только его голос заставит Сакуру уйти отсюда, разочарованно вздохнув, но он ошибся. Сакура, усмехнувшись, подбежала к кровати, плюхнувшись на неё, да так, что Учиха нахмурился, повернув к ней голову. Сакура улыбнулась, подползая к нему.
- Дай я лягу! – воскликнула она, причём легла у него под боком, проводя кончиком указательного пальца по ровному позвоночнику Учихи, так что по его спине даже побежали мурашки.
- Ладно, ложись... - пробормотал он, тяжело вздохнув. Какого хрена она делает сейчас? Снова хочет повторить эксперимент?! Нет, Учиха, конечно, не против, что тут говорить... просто в ванной долго проторчал, вот и всё... ладно, дело не в этом. А в том, что его просто бесило то, что сказала Сакура. Насчёт того, что её трахала уже сотня человек. На это Саске реагировал по-своему. Так по-своему отреагировал, что половину пузырька с валерьянкой пришлось заглотить просто так, даже не запив водой, чтобы эффект лучше был. В общем, Учиха опять взбесился. Ему не хотелось верить в то, что сказала Сакура. В его глазах она была маленькой девочкой, о которой нужно заботиться, которой нужно покупать каждый день шоколадки, которую надо укладывать спать, которую нужно в прямом смысле носить на руках... и теперь его отношение к ней как-то поменялось в худшую сторону после сегодняшнего вечера.
- Спасибо... - поблагодарила девушка, тяжело вздохнув. Наступило долгое и напряжённое молчание, в которое каждый думал о своём. Сакура о том, что она зря это сделала, и Учиха теперь окончательно свихнулся, а Саске о том, как Сакуру трахают в университете... ну ладно, он не то, чтобы об этом думал, а просто как-то... а когда представлял, то становилось противно, настолько противно, что хотелось рвать и метать, настолько противно, что просто хотелось разобраться с теми, кто с ней это делает, убить их, разорвать на части, расчленить, сжечь, выкинуть в пропасть... в общем, у него было много изощрённых способов расправы над ними, но он даже и не мог подумать то, что их даже не существует, а Сакуру ещё никто в этом смысле не трогал.
- А ты чего не спишь? – внезапно спросила Сакура, подняв на него глаза.
- Не знаю, не спится, – пожал плечами Учиха. – А ты чего носишься по всей квартире?
- Мне хорошо, – усмехнулась Сакура. О да, ещё бы ей хорошо не было после того, что с ней Учиха тут делал. «Ладно, пора про это забыть, между нами ничего не было, это всего лишь кто-то очень сильно возбудился, вот и всё...» - лихорадочно думала девушка, пытаясь прийти в себя, что ей не очень хорошо удавалось.
- Здорово... - сделал вывод Саске, кивнув. – Не могу похвастаться тем же, но ладно... и что это должно означать?
- Что мне хорошо? – переспросила Сакура, всё ещё глядя на него.
- Да.
- Ну, просто настроение есть, только я его боюсь к тебе применять... - испуганно проговорила девушка, даже как-то слегка отстранившись от него. Ну, мало ли, чего там Саске в голову втемяшится, вот он и станет опять заниматься с ней всяким беспределом... это же Учиха, чёртов извращенец... «Да дело не в этом, а в том, что мальчик просто хочет девочку, вот и всё», - умилённо пропищала совесть, глядя на Учиху и кивая головой. – Сегодня как-то не очень вышло...
Учиха только усмехнулся. Ну, ещё бы... однако эта маленькая дрянь сама довела его до такого состояния, так ещё и смеет на это жаловаться... к тому же, как заметил Учиха, она не спорила против того, что ей не понравилось, как раз-таки, наверное, всё наоборот.
- Да ладно... - Саске с сарказмом закатил глаза. – Не вспоминай про это...
- Хорошо, – пожала плечами девушка, причём говорила она так, словно бы это была самая обыденная вещь в поведении Учихи. Да и в её тоже, раз она так отреагировала. – Можно вопрос?
«Интересно, что за вопрос?» - подумал про себя Саске, повернувшись к ней. Сакура продолжала смотреть на него, ожидая то ли разрешения, то ли ответа: «нет, нельзя, не смей задавать мне никаких вопросов после того, что было сегодня, а вообще уходи отсюда, прочь». Вообще-то, она действительно думала, что Саске так скажет. Скажем, она бы на его месте стыдилась сегодняшнего... учитывая то, что она в буквальном смысле заставила его кончить. Ну, а как иначе?! Иначе Учиха бы точно не успокоился, а так хоть напряжение снял...
- Задавай, – наконец ответил Саске, кивнув. Сакура тяжело вздохнула:
- А тебе понравилось? Мне просто интересно...
«Ага, интересно тебе... им точно нравится, а мне уж тем более», - хотел сказать Саске, однако передумал. Ещё, не дай бог, усугубит ситуацию, у которой и так статус не ахти.
- Хм... а ты угадай, – пробурчал он, чуть нахмурившись.
- Нет, не понравилось... - предположила она, однако в голове утверждала совсем обратное. Во-первых, если судить по состоянию Учихи, то ему даже до безумия понравилось. Настолько, что уж прям вообще... но после такого ему пришлось стирать бриджи. «Ну да, от такого никуда не денешься», - подумала про себя девушка.
- Не угадала, – фыркнул Учиха, недовольно посмотрев на неё. А что, пусть знает, что Учихе сегодня было с ней хорошо... да и Сакуре, наверное, с ним тоже. «А может, ей уже всё равно, и она никак не реагирует на то, что ты ей немного приятно сделал?» - подсказало сознание хозяину. Учиха опять разозлился, но старался сдержать ярость. Так, главное – это терпение и спокойствие, терпение и спокойствие... второй спутник у Учихи появился не так давно, наверное, живёт с ним около пяти-шести дней. – А мне можно вопрос?
- Да, конечно, – согласилась Сакура, кивнув. Она уже подозревала, что это за вопрос.
- А тебе понравилось? – спросил Саске, чуть улыбнувшись. Наверняка эта маленькая стерва сейчас скажет, что нет. Потому что хочет сделать назло Учихе. А хочет сделать Учихе назло потому, чтобы хочет, чтобы он бесился. А хочет, чтобы он бесился, потому что это её смысл жизни – бесить Учиху. Только вот есть одна проблема, о которой сейчас как раз подумала Сакура.
- Нет, – соврала девушка, сразу же отвернувшись от него. Но, как коп, Саске сразу же мог распознать враньё...
- Вот оно как... врёшь? – осведомился он. Хотя тут и спрашивать не надо... хрен с ним, всё равно надо спросить, а то как-то даже не вежливо...
- Нет. – Отрезала девушка.
- Врёшь, – по-прежнему стоял на своём Учиха, посмотрев ей в узкую спину.
- Да нет же, – Сакура уже начинала злиться, но, тем не менее, покраснела от такого. – Нет больше вопросов? – поинтересовалась она. Учиха покачал головой, тяжело вздохнув. Сакура подумала, что стоит продолжать разговор... «Вот именно. А то этот ублюдок слишком высокого мнения о себе», - пронеслось в голове у девушки, и она снова повернулась к Учихе лицом, нахмурившись. Краснота с лица почти спала, но Саске в темноте всё равно не мог её видеть. – А знаешь, почему мне не понравилось?
- Почему? – поинтересовался Учиха, зажмурившись и потянувшись. Его не особо волновал ответ на этот вопрос. Потому что Сакуре это понравилось, никто не сомневался. А она просто старалась скрыть своё смущение и то, что ей было приятно. «Да это малолетнему ребёнку понятно будет», - решил для себя Учиха. А расскажи он такое Узумаки, тот сразу всё смекнёт и поймёт.
- Просто были и лучше, так ты ещё и против моей воли, – гордо протянула Сакура, вздёрнув носик и закрыв глаза, стараясь не смотреть на Учиху. К чёрту его... к тому же то, что она придумала по поводу «было и лучше», ей самой дико не нравилось. Но признаться в этом она же не могла... - Помнишь, у меня же их сотня была...
Кажется, она прекрасно знала, что Саске это задевает... причём очень сильно задевает... настолько сильно, что ему уже сейчас хотелось бежать в уже закрывшуюся аптеку за валерьянкой, которая как раз у него кончилась ну именно сегодня... неприятность. Придётся сорвать зло на Сакуре, так или иначе. Раз он сорвал на ней свою похоть, то нужно сорвать и злость.
- Ты считаешь, что этим нужно хвастаться? – осведомился Учиха.
- Да.
- На твоём месте я бы стыдился, – фыркнул Саске, язвительно посмотрев на девушку. Ну, ещё бы... например, ему бы было стыдно... «Учиха, если на то пошло, то ты и должен стыдиться. Помнишь, сколько девушек ты сменил, начиная с тринадцати лет?» - спросило сознание, ожидая услышать скорый ответ, однако мысленно Учиха послал его только на три весёлых.
- Ну, ты же не на моем, – справедливо заметила Сакура, тяжело вздохнув. Чего он добивается, она так и не могла понять. Однако её сейчас волновали две вещи. Об одной из них ей следует обязательно написать в своём дневнике. О второй, возможно, тоже. Хотя это не настолько важно. К тому же она не думала, что Учиха ответит на столь нескромный вопрос. – Учиха?
- Что?
- А какой у тебя размер? – поинтересовалась девушка, тут же опять покраснев. Учиху так и тянуло рассмеяться с такого вопроса. Господи, да какая ей разница?! «Вот именно, пусть меряет член у других людей, а не у меня», - отрезал в голове он, однако ответил совершенно иначе:
- А какой тебя устроит?
- Да я не знаю, - пожала плечами Сакура, чуть улыбнувшись, - мне вообще всё равно.
- Ну да. Ты, наверное, уже ничего не чувствуешь, раз тебя тысяча человек поимело... - предположил Учиха, повернувшись на спину. Сакура опустила глаза. Да, она действительно жалела, что придумала весь этот бред только ради того, чтобы оттолкнуть Учиху... уж лучше бы он её изнасиловал...
- Ну да, наверное... - тихо пробормотала она, так и не поднимая глаз. На них навернулись не прошеные слёзы. Главное – это не плакать при Учихе...
- И, вообще-то, я не измерял, если тебе так интересно, – добавил Учиха после некоторой паузы. Нет, ну, зачем она такие вопросы задаёт?
- А примерно?
- Не знаю, – отмахнулся он, сразу же перейдя на другую тему, которая его интересовала. – Слушай, Сакура, а тебя каждый день трахают?
«Вот ублюдок...» - протянула про себя Сакура, всхлипнув.
- Да, конечно, - язвительно протянула она, подняв на него покрасневшие глаза, - прям в университете, по пути из него, в подъезде, на лестнице, да и вообще...
- Фу, господи... - Саске даже как-то недовольно посмотрел на неё, чему Сакура удивилась... наверное, даже как-то брезгливо, с презрением... она ожидала такого взгляда от него. Но не думала, что настолько... к тому же раз Учиха коп, то всегда должен распознавать ложь. Так почему он не может понять, что она всё наврала?! Мозгов, что ли, не хватает на такое?! – Тебе всего восемнадцать лет, а тебя имеют, как хотят и где хотят...
- Блин, тебя это так сильно заботит? – осведомилась Сакура, нахмурившись.
- Я просто не понимаю, как тебе это не противно, – протянул Учиха, продолжая смотреть на Сакуру своими чёрными глазами тем же презрительным взглядом.
- Учиха, блин, хватит, а, мне реально уже противно... - пожаловалась Сакура, опять отвернувшись от него и сильно покраснев. Неужели Учиха действительно верит во весь этот бред?! Ну, просто нереально...
- Раз ты это осознаёшь, то зачем тогда трахаешься с кем попало?
- Я и не трахаюсь... - пыталась оправдаться девушка, хотя понимала, что сейчас это, скорее всего, бесполезно. Либо Учиха мстит ей за то, что она над ним так долго издевалась все эти дни, либо он действительно верит во всё это. Но она всё же склонялась ко второму варианту. Пусть это было обидно, но так оно и было на самом деле, главное – это взглянуть в глаза правде.
- Ты сама мне это сказала. И что, как, нравится тебе? Опытная, да, наверное, уже? – Учиха уже не контролировал себя и начал злиться, это было заметно. К тому же Сакура начала уже бояться его именно в этот момент. Глаза его как-то странно потускнели, а весь вид выражал то, что он даже мог её ударить. – И всё же мне сейчас кажется, что хорошо, что между нами ничего не было. Мне уже противно как-то...
- Я девственница, я всё наврала, чтобы тебя остановить, – призналась девушка, честно и преданно взглянув на Учиху, но он только недоверчиво смотрел на неё:
- Ага. Конечно. Оправдывайся.
- Честно, я даже целоваться не умею, а ты, говоришь, с кем-то там...
- Ты всё равно с ними не целуешься, только трахаешься, я в этом уверен, – хмыкнул Учиха, прикрыв глаза. Сакура тяжело вздохнула. Нет, ну, он теперь ей точно не поверит, как бы она перед ним не оправдывалась... и, если честно, Сакуру начало всё это раздражать. Причём очень сильно. – Как тебе вообще такая жизнь нравится? Неужели приятно, когда по кругу тебя несколько человек пускают?!
- Всё, ладно, я спать... – отмахнулась Сакура, уже не видя смысла что-либо ему говорить. Она молча встала с кровати, направившись к двери, даже не обернувшись на Учиху. Тот только продолжал измываться над ней, даже не представляя, насколько ей это неприятно, насколько ей неприятно, что это говорит именно он:
- Да-да, отсыпайся перед завтрашним днём... а они тебе платят? – поинтересовался он. Сакура промолчала на такой вопрос. Причём очень глупый вопрос с его стороны. Неужели он не понимает, какую чушь несёт? – Молчание – знак согласия, – Сакура снова промолчала, подойдя к двери и опёршись на косяк. – А сколько?
- Я девственница, сука обдолбанная... - не выдержала девушка, резко повернув голову к нему, так что нежно-розовые волосы взметнулись в воздух. Учиха её точно сегодня достанет... уже достал... Сакура иногда чувствовала, что валерьянку нужно пить и ей, а не только ему. Именно в такой момент. Она даже не сдержалась на грубость в его адрес, что, собственно, Учихе не особо понравилось. Он резко вскочил с кровати, направляясь к ней:
- Что ты сказала?!
- Что слышал... - огрызнулась она, выйдя из комнаты Учихи и быстро идя по коридору, стараясь как можно быстрее избавиться от него, закрыться у себя, чтобы он не мог проникнуть в её комнату.
- Слышь, ты, шалава малолетняя... - прошипел Учиха, уже догоняя её. Она буквально чувствовала это шипение сзади, слышала его быстрые шаги по линолеуму, так что ускорилась:
- Иди спать, мудак.
- Сюда ко мне подошла! – крикнул он, а девушка уже подошла к двери, открывая её:
- Не обязана.
- Ты сама напросилась... - он подошёл к ней, резко и больно схватив за длинные волосы, забыв о том, что она всё-таки девушка, и ей, несомненно, больно. Сейчас Учихой правила только неудержимая ярость, ярость и злость, которые нужно выплеснуть на неё. Всё же она лучше, чем подушка... подушка бы не возместила ущерб... а вот Сакура возместит... ему даже хотелось что-то с ней сделать... изнасиловать тоже можно, но вокруг все спят, а она будет громко орать.
- Учиха, отстань... - взмолилась она, зажмурившись и идя следом за ним в его комнату, так как он даже не думал о том, чтобы отпустить её волосы, а только крепче сжал их в руке, намотав на ладонь. – Отстань, сука!
- Ты, блядина... - выругался он, втолкнув Сакуру в свою комнату. Она уже хотела вздохнуть свободно, но он снова схватил её за волосы, а сам опустился на кровать, положив девушку к себе на колени. Она ещё даже и представить не могла, что он станет с ней делать, да и не хотела. Для чего он положил её к себе на колени, так ещё и животом вниз, да так, что Сакура упёрлась ладонями в пол? Девушка испуганно озиралась по сторонам, приоткрыв губы и тяжело дыша, тараща изумрудные глаза. Она боялась его. Боялась того, что сейчас будут делать его руки. Хотя она даже не могла представить, что он задумал...
- Учиха-а-а-а-а-а... - протянула она, шумно сглотнув.
- Забери свои слова назад, – приказал он, крепче схватив Сакуру за волосы так, что она зажмурилась.
- Ничего не буду забирать, ты меня задолбал... - прохрипела она от боли, сжав тонкие пальцы в кулак. Хотелось ударить его, но она знала, что ничего не выйдет, она просто не дотянется ни до его лица, ни до самого слабого и больного места.
- Ладно, ты сама напросилась, шалава... - огрызнулся он, пододвинув к себе девушку. Сакуре хотелось закричать, но она понимала, что это будет бесполезно, а Учиху разозлит ещё больше.
- Иди, целуй в жопу самого себя! – фыркнула она, мотнув головой и пытаясь вырваться. Он только нахмурился. И не успела Сакура опомниться, как тут же получила звонкий шлепок по ягодицам, такой сильный, что даже вскрикнула от боли, а на глаза навернулись слёзы. Чёртов извращенец, неужели ему это нравится?! Сакуре как-то не очень... слишком больно... и снова шлепок, гораздо больнее, чем предыдущий. Ягодицы сильно покраснели, на них должны были появиться синяки, без них тут просто не обойтись. Девушка тихо постанывала от боли, зажмурившись. Она ощутила, как его холодная рука огладила ягодицы, чуть сжав их кончиками длинных пальцев. Он на этом остановится? Сакура хотела, чтобы он перестал... но Учиха явно не наигрался. Он снова шлёпнул её, и опять, и снова, так, что комнату оглашали только громкие звуки шлепков, стоны, вскрики Сакуры и тяжёлое дыхание Учихи. Ему этот беспредел явно нравился... а вот Сакуре... Сакура и сама уже не могла понять, нравится ли ей столь изощрённый способ наказания или нет... половина наполовину. Потому что всё это постепенно возбуждало, особенно та поза, в которой она лежала на его коленях – животом вниз, выгнув спинку, словно бы специально подставляя ягодицы, обтянутые чёрными трусиками, Учихе, при этом болтая ножками, а ко всему этому оставалось только сказать «давай, накажи плохую девочку». Сакуре безумно хотелось это сделать, но именно сегодня и сейчас это будет глупо, потому она может только вскрикивать и постанывать от приятного жжения в ягодицах. Учиха продолжал шлёпать её сильно, больно, размашисто, с заметной агрессией. Так продолжалось ещё раз десять, и всё закончилось. Так же резко, как и началось.
- Учиха, ты бездушная тварь, я тебя ненавижу... - прохрипела Сакура, жмурясь от боли в ягодицах. Как-никак, руки у Учихи тяжёлые, а бил он так, словно специально старался причинить боль, а не вёл воспитательную работу. И такую воспитательную работу Сакура повторять бы не очень хотела, учитывая силу Учихи.
- Ещё одно слово, и всё пойдёт по второму кругу, – вздохнул Учиха.
- Это мое личное мнение.
- Ложись спать, отсыпайся перед завтрашним днём, а то они тебя не выспаную трахать не захотят, – с презрением прошипел он. Сакура от такой наглости поднялась с его колен. Лишь бы не видеть этого придурка. Слишком многое стал позволять себе в последнее время. А Сакура даже не знала, как реагировать на сегодняшний день. Вначале было всё хорошо, в середине не очень, но всем понравилось, а сейчас всё стало просто отвратительно, попахивало крупным скандалом, осталось только статью в газете об этом написать.
- Учиха, ложись сам спать... - пробурчала она, но Учиха за такое схватил её за руку, потянув на себя, так что девушка упала на кровать, опустившись прямо на место, где касались его ладони... хотя нет, они не касались. Они били. – Бо-о-ольно...
- Отлично, я этого и добивался, – фыркнул Учиха, не глядя на неё. Сакура с сарказмом закатила глаза, пытаясь встать:
- Учиха, если тебе всё равно, отпусти меня, и я уйду.
- Ты никуда не пойдёшь, а будешь спать здесь, под моим контролем, тебе ясно? – осведомился он. Сакура заметила, что его голос дрожит. Может, он и не хотел бы её бить, но пришлось это сделать. Как бы то ни было, он уже сделал ей больно, Сакура даже хотела плакать от такой боли. Чёрт, завтра она не сможет сидеть на учёбе... Но завтра две пары, как-нибудь отмучается, главное, не подавать виду. Впереди два выходных. Может быть, пройдёт...
- Не тебе решать, что и где я буду делать, понял? Я иду к себе, и мне плевать, что на это думаешь ты, – заявила она, наконец, вскочив с кровати. Однако Саске оказался куда проворнее, потому снова бросил её на кровать, даже швырнул, затем быстро закатал в одеяло и сел сверху, уперев колени по обе стороны от неё. Сакура начала задыхаться. Во-первых, от того, что постепенно становилось жарко от её частого дыхания, так ещё и это долбанное одеяло...
- Учиха, я сейчас задохнусь, сними с меня свою задницу... - прохрипела она. Учиха даже не думал о том, чтобы слезть с неё, потому лишь хмыкнул:
- Спи. Завтра на работу.
Тут уж Сакура не выдержала...
- Учиха, у меня нет работы, я девственница, понял?! – закричала она, опять вырываясь, но он прижал её руками к кровати, так что девушка закашлялась. Дышать становилось всё труднее.
- Ага. Пизди больше, – фыркнул он, недоверчиво посмотрев на неё. – Спи, я сказал, а то завтра будешь под ними бревном, им не понравится, денег не дадут.
- Кха-а-а-а, - протянула она, всхлипнув и обмякнув под ним. Её вырывания только раздражали Учиху, она уж слишком буйная... «Да она перестанет уже, наконец, вертеться?! Иначе мне придётся достать из-под подушки пистолет и выстрелить в эту маленькую тварь», - подумал Учиха, тяжело вздохнув. – Отпусти меня в мою комнату, ты меня заебал...
- Лежи, – отрезал Учиха, ещё крепче прижимая её к кровати. Сакуре вообще казалось, что она сейчас задохнётся, так как становилось всё тяжелее и тяжелее, а вес у Учихи совсем не маленький. «Ну да, если всё там учесть... все там мышцы, то-сё... ох ты ж, блять...» - выругалась совесть, испуганно посмотрев на Сакуру. Так-то она точно долго не продержится...
- Не-е-ет! – завопила она, снова пытаясь вырваться. – Учиха, в чём проблема?!
- В том, что ты ебёшься со всеми подряд.
- Отведи меня к гинекологу, я целка, Учиха. Сам проверь уже, – голос её дрожал, того гляди заплачет. Однако Учихе, похоже, на это было чихать с высокой колокольни. Либо он не слышал, либо старался не слышать.
- Не хочу я после всех, мне противно, – брезгливо фыркнул он, нахмурившись, а Сакуре даже как-то стало смешно:
- А раньше что, хотел, что ли?
- Раньше – это раньше, а сейчас – это сейчас.
«Обосновал», - прокомментировала она про себя, с сарказмом закатив глаза. Только она даже не думала, что Учиха после такого опустится ещё ниже. Гораздо ниже, чем находится плинтус...
- Понятно... - прокомментировала она, зажмурившись от боли. Всё тело уже онемело, а ягодицы по-прежнему болели и ныли, так что Сакура уже начала думать о том, как ей сидеть на стульях завтра на парах. Чёрт, да ещё, не дай бог, заметит кто... одевать бриджи не хотелось, погода стояла жаркая... но, видимо, ей придётся это сделать, иначе сразу же посыплется туча вопросов, особенно от Натсуми, Карин и их шайки фанаток Учихи Саске. – Учиха, я сейчас умру под тобой, мне жарко, и, я чувствую, у меня сейчас селезёнка лопнет...
- Сакура, лучше молчи. Подстилкам не положено разговаривать, – огрызнулся он. Вот такой грубости от Учихи Сакура явно не ожидала... она широко раскрыла изумрудные глаза, а из них скатилась первая слеза. Обидно, больно, неприятно... почему он так считает и не может ей поверить?! Насколько глупым человеком нужно быть, чтобы верить во весь этот бред?! Неужели на Сакуру действительно можно всё это подумать? Или что?.. может, он просто хочет в это верить, вот и идёт у неё на поводу? «Вполне возможно... а может, таблетки так подействовали, он же уже половину заглотил целую», - напомнила Сакуре совесть, но в этом она сомневалась. Обычная валерьянка, после которой обычный Учиха по-обычному взбесился и по обыкновению наорал на вполне обычную Сакуру... а ведь ничто не предвещало беды.
- Учиха... - она уже начала плакать, вытерев слезу маленьким кулачком. Хотелось ударить его и сделать за такие слова как можно больнее, однако она сейчас полностью под его телом, так что этот номер не прокатит... но попробовать всегда можно, попытка не пытка. – Отпусти меня... завтра здесь будет трупик, и ни тебе, и никому другому я не достанусь. Учиха, у меня только последнее слово...
- Какое? – поинтересовался Саске, даже не видя, что она плачет, едва ли сдерживая слёзы.
- Ненавижу... - прошептала девушка, а в горле встал комок.
- Что ты там шипишь, я не слышу?.. – он чуть нагнулся к ней, прислушавшись и приглядевшись, наконец, увидев, что по нежным щекам Сакуры из покрасневших глаз катятся крупные слёзы, а сама она судорожно сглатывает их. Тело девушки била неудержимая дрожь, а Учиха как-то даже начинал жалеть о том, что наговорил ей всего этого бреда и не поверил в то, что она говорила... - Сакура, ты что, плачешь?
- Нет, ржу без остановки... - съязвила она, всхлипнув и тут же разрыдавшись. Учиха уже даже не знал, что делать. Видеть её в таком состоянии было ужасно, сразу же сжималось сердце, а где-то внутри постепенно просыпалась совесть, потягиваясь от многолетнего сна. Успокоить? Глупо, наверное, после того, как он её оскорбил, наказал своим методом, так ещё и наговорил всякой ерунды, от которой даже самому становилось тошно. «Это всё твой поганый характер», - сонно вразумила его совесть, зевнув.
- Да ладно, Сакура... - начал Учиха, слезая с неё и разматывая одеяло, чтобы она могла вздохнуть хоть глоток кислорода. Однако девушка так и лежала, не шевелясь, а сжавшись в комок, спрятав лицо в ладонях.
- Учиха, засунь свое недоверие глубоко в жопу, ты просто такая дрянь... гнида... - прохрипела Сакура, снова вытерев слезу и повернув к нему голову, разозлившись настолько, что уже даже гнев Учихи, казалось, просто мерк или нервно курил в сторонке. Причём тяжёлые сигареты, от капли никотина которых не то, чтобы лошадь умерла, а целый табун бы просто слёг... – А еще и меня называешь дрянью, да ты за полчаса мне сделал больно больше, чем я тебе попортила нервы, так что всё... мне плевать на твои действия...
- Ты мне нервы каждый день портишь, а я всего лишь говорю правду, которая глаза тебе колет, вот и всё! – не выдержал Учиха, сорвавшись, а совесть, просто испугавшись, поспешила принять сонные таблетки, быстренько заснув и снова зарастая паутиной. – А называть меня дрянью или гнидой ты вообще никакого права не имеешь, так что молчи в тряпочку и не ной!
- Ты бездушная скотина! – вскричала девушка, вырвавшись и пытаясь двинуть ему прямо в самое больное место ногой. Учиха снова схватил её за предплечья, а Сакура, тяжело дыша, обмякла, закрыв глаза и глотая слёзы. – Да на пастбище можно найти лучше! Я тебя не прощу, Учиха, никогда... ты просто пожалеешь...
Она знала, что он пожалеет. Он уже не может без неё. И Сакура как раз думала об этой вещи не так давно, что им вообще не нужно было друг с другом связываться...
- Да пошла ты на хер, сука маленькая! Уж о чём-о чём, но об этом я никогда жалеть не буду! – заявил Саске, наконец, отпустив её. – Иди к себе, мне даже с тобой находиться противно.
- Ну, вот и все, – фыркнула Сакура, вытерев остатки слёз с щёк и быстро вскочив с кровати, убежав к себе в комнату. Придя туда, она хлопнула дверью, сев на кровать и взяв в руки подушку, уткнувшись в неё лицом и отчаянно закричав, пытаясь хоть как-то снять стресс. А этот способ, говорят, один из самых лучших... только она и понятия не имела, что Саске в комнате делает именно так же, чтобы своим ором не разбудить соседей. Хотя они, наверное, уже давно это сделали... потому что в перерывах между криками Сакура слышала стук по батареям. Она откинула подушку в сторону, как оказалось, одновременно вместе с Учихой, и стала рассматривать своего медвежонка, опустив голову и насупившись. Учиха же у себя в комнате по-быстрому после такого решил лечь спать, но так и не успокоился, закурив. Так он выкурил сигареты четыре, надымив прямо у себя в комнате, приоткрыл окно и только после этого лёг спать. Сакура обернулась на дверь. Ей послышалось, что он идёт сюда. Вот именно, всего лишь послышалось, он сюда не придёт... он не будет извиняться, тогда, наверное, по его мнению, он упадёт в её глазах... однако Сакура считала совсем по-другому. Если он извинится... но он этого не сделает, можно дальше уже не строить логическую цепочку. Девушка уткнулась в своего медвежонка носом, всхлипнув и снова расплакавшись. Затем достала из-под подушки тетрадку и принялась что-то там усердно строчить, при этом на тонкие листы в клетку капали мелкие капли слёз с горячего покрасневшего кончика носика. Закончив запись, девушка отложила дневник снова под подушку и легла в кровать, закрыв глаза. При этом она завела будильник гораздо раньше того времени, в которое встаёт Учиха. Просто хотелось уйти из дома раньше него... главное, чтобы не видеть его и не слышать...
***
И вновь Учиху разбудило надоедливое пиканье будильника. Он зажмурился, выключив его и потянувшись. Причём сразу же протянул руку к левой стороне, обнаружив, что Сакуры сегодня рядом с ним нет... чёрт, они же так лихо скандалили вчера... теперь-то он всё вспомнил. И это вовсе не смешно, скорее, наоборот. Придётся извиниться перед ней... но Саске не знал, что и думать. Поверить в то, что она девственница? Хорошо, он поверит. Он поверит во всё, что она скажет, лишь бы она его простила, лишь бы больше не дулась, лишь бы снова лежала с ним и доставала, домогалась, говорила какой-нибудь бред... он поверит. Во всё, что она ему скажет. Учиха так и решил, потому поднялся с кровати, тяжело вздохнув, и направился к ней в комнату. Кровать была расстелена. Он нахмурился. Куда она могла деться? Она ещё спит в это время, что случилось?
Саске вышел из комнаты и стал её искать по всей квартире. Однако вместо Сакуры обнаружил только записку на кухонном столе. Учиха нахмурился ещё больше, подойдя к нему и склонившись к записке, взяв её в руки. Она была написана тонким, убористым, аккуратным почерком, который мог принадлежать только Сакуре.
«Я решила уйти пораньше, чтобы не видеть твоей рожи, она мне и так уже стоит в одном месте, потому, будь добр, не обижайся, и не забирай меня с учёбы. С уважением, Сакура Харуно»
Это всё, что она написала в записке. Учиха, разозлившись, смял её, тут же бросив на стол и повернувшись обратно, направившись в свою комнату. Чёрт, куда она могла деться в такую рань?! Сейчас он действительно за неё переживал... и как он не мог услышать, как она ушла?! Чёрт... да даже обозвать её сейчас духу не хватает... Учиха резко схватил телефон, принявшись набирать номер девушки. Она тут же отключилась, едва ли пошли гудки. Так он звонил раз пятнадцать, а на шестнадцатый она отключила телефон, так что послышалось это ужасное «абонент временно недоступен». Временно... для него уже казалось, что она никогда не будет доступна...
Учиха опять вернулся к ней в комнату, опустившись на кровать и запустив длинные пальцы в растрёпанные волосы. Он покосился на её подушку, на одеяло, смятую простынь, медвежонка... подушка... он заметил под ней уголок какой-то тетрадки. Вытащил его, хоть и понимал, что это наверняка либо личный дневник Сакуры, либо ещё что-то в этом роде. Учиха сразу же инстинктивно и боязливо обернулся, но до него сразу же дошло, что Сакуры здесь явно нет, она же ушла, а трубку так и не возьмёт... и тут у него внезапно подвернулся удачный шанс прочитать её мысли. Вдруг она что-то написала. То, что, возможно, Саске следует сказать ей, чтобы извиниться. Может, она хочет, чтобы он это сказал...
Учиха открыл дневник почти посередине, наткнувшись на дату, подписанную, как «третье мая»:
«Мне начинает нравиться Учиха... он очень красивый, но дело не в этом. Самое главное то, что он смешной. Он умеет злиться, умеет кричать на меня так, что становится смешно. Хочу, чтобы он всегда таким оставался. Но сегодня я его не злила. Сегодня был очень хороший вечер... он поцеловал меня в носик, помог с домашкой, вечером мы ели шоколадку, а потом... потом я, кажется, уснула. А потом я почувствовала... он переложил меня себе на руки, гладил по голове... боже, какие у него красивые руки... я ещё тогда, в первый же день заметила. Такие длинные пальцы и вены по всей руке... чёрт. Я оторвалась. И, кстати, руки у него очень мягкие... я слышала всё, что он говорил. Господи, если бы он знал, насколько приятно это слышать, тем более, от него. Это так мило звучит, так он ещё и считает меня своей. Но мне это даже нравится. Очень нравится. Он считает, что я маленький ребёнок. Это приятно всё же. Сейчас он ушёл. Наверное, спать. Он очень устаёт на работе, и всё же я не упускаю шанса его достать. Сегодня он меня вообще на плече домой занёс. Чёрт, даже про университет рассказывать не хочу – он весь раз в пятнадцать скучнее, чем сам Саске Учиха...»
Вот на такие «прописи» бедный Учиха даже не знал, как реагировать... то ли Сакуре просто он на первый взгляд показался таким замечательным, а оказался сволочью, то ли ещё, бог знает, чего... Узумаки сразу сказал, что Сакура в Учиху «втюхалась». Что за бред?! Саске так не думал... он не знал о том, что она думает, но что-то тут точно нечисто... сейчас она вообще потерялась, неизвестно где шатается, возможно, даже университет прогуляет, но об этом Учиха непременно узнает и заберёт её оттуда, во что бы то ни стало. А дальше уже пошло четвёртое число, которое Учихе запомнилось как-то по-своему...
«Четвёртое мая. Ходили отметиться вместе с Учихой, поговорила с Узумаки. Короче, наш дорогой Саске Учиха меня хочет, но, видите ли, не может, иначе нарушит закон и прямиком в тюрьму. В общем, я попыталась это проверить, да ещё и заодно немного возбудить Учиху, а именно была в майке и ела банан. Так вот он занервничал. Очень сильно. Послал меня, говорил как-то странно, в душе дольше обычного торчал... ну, тут всё ясно. Озорник, блять. Кто в здравом уме при девушке пойдёт в ванную напряжение снимать?! Правильно, никто, только Учиха, дебила кусок... потому поаккуратнее с ним надо. А то сорвётся, не дай бог...»
Дальше шёл какой-то бред о занятиях, который как-то не особо интересовал Учиху, вроде бы там промелькнуло: «Эта дура опять пришла в короткой юбке, которая оголяет её жирные ляжки». На этом моменте Саске и прервался. И вот на такое он тоже не знал, как реагировать. Выходит, девочка уже всё знает, то есть, она более извращена, чем Учиха?! Ну, это просто невозможно... здравствуй, нервный срыв, ты уже летишь?! О да, Учиха как раз тебя ждал, пакуй свои чемоданы! Вот как-то так и прокомментировал про себя это Саске. Больше у него не было мыслей. Лишь одна. Мысль о том, что после таких слов Сакуры ему надо пойти лечиться к психотерапевту.
«Пятое мая. Ну да, конечно, как можно было это сделать, я даже не представляю... дело в том, что я, как последняя дура, взяла и сама поцеловала Учиху. Мир катится ко всем чертям. Кажется, мне пора с этим завязывать, меня к нему тянет. Только я не знаю, что мне делать... он снова кричал на меня... мне ничего не осталось делать, тем более, что я давно хотела это сделать... мне ещё в первый день понравились его губы... а сейчас ещё больше. Они такие... ну, прям такие... нежные, красивые, сладкие... сказка. Вот ещё одна причина, по которой все вешаются на Учиху, как последние мухи на... на медок. В его случае медок. С такими-то губами... твою мать, и как теперь с этим жить?! Что будет дальше?! Я боюсь Учиху. Я боюсь себя. Я не знаю, что мне делать. Мне не нужно было с самого начала переезжать к нему, это просто... чёрт, лучше бы к Узумаки, с ним было бы веселее. С Учихой меня клонит совсем не в ту сторону. Мне точно нужно с этим завязывать. Было бы проще, если бы он не был рядом...»
Вот и всё. Открылись глаза на правду. Сакуре понравилось с ним целоваться, даже если он всю инициативу взял на себя. Отлично. Просто класс. И теперь она не знает, как жить с этим. Чёрт, и как она с таким справляется, у Учихи от неё уже крыша едет, а она... она так и вообще ведёт себя так, словно бы всё хорошо, словно бы всё нормально, словно бы у них с Учихой братско-сестринские отношения (нет, ну, это совсем уже бред, никуда не годится.) «Пора завязывать. Мне тоже пора с этим кончать, я должен успокоиться, она всего лишь моя подопечная...» - уговаривал себя Саске, но его сознание решило всё совсем иначе: «да-а-а, подопечная... подопечная, на которую у тебя сразу же начинает вставать так, как будто бы она при тебе уже разделась?» Вот этого-то Саске и боялся. Что Сакура в один прекрасный (ну, конечно, для кого как) день обо всём догадается...
«Шестое мая. Самое шикарное – это когда товарищ Учиха за тебя заступается в университете, так ещё и утыкает из-за тебя всем нос. Вот и всё. Теперь ко мне после такого точно никто не сунется, особенно эти две шалавы. Главное, чтобы и к нему не совались, а то мне уже за него страшно становится... хотя... попробуй сунься к нему, у него время-то спросить опасно на улице. Как я сегодня убедилась после того, как... ну да, в общем, мне нужно было посмотреть кино, а Учиха мне не разрешил, потому я этой сволочи подсыпала снотворного, так ещё и таскала его, наверное, по всей квартире. Нет, я его удачно затащила на кровать. А когда кино кончилось, то мне пришлось его раздеть... ну, как пришлось, это по собственной инициативе. Сняла с него футболку, хотя, как я потом решила, что лучше бы не снимала... о боже, твою мать, зачем я это сделала?! Там... там... там такое... тело... теперь меня ещё сильнее тянет к Учихе. Так жить нельзя. С вечной тягой к Учихе можно чокнуться, что, собственно, со мной и происходит...»
Вот и думай после таких слов, что Сакура любит больше – учихино лицо, учихино тело или самого Учиху. Это просто... господи, нереально. Понять Сакуру слишком тяжело, как бы Учиха не старался, так как опыт общения с маленькими девочками у него такой же маленький... а вообще, всё это низко. Читать её личные вещи. «Тем более, это дневник девушки, Учиха, а вдруг она там пишет про месячные какие-нибудь?» - возмутилось его сознание, причём настолько, что Саске даже покраснел от такого. Он перевернул тетрадную страницу. И она была вся залита слезами, так что чернила от ручки в некоторых местах расплылись, и некоторые слова были непонятны, только если по логике.
«Седьмое мая. Наверное, сегодня слишком контрастный день, как и настроение Учихи. Сначала я случайно поцеловала его в автобусе и, кажется, меня потянуло на приключения и дальше. Я не знаю, что он пытался сделать со мной вечером... наверное, изнасиловать. Он не выдержал. А я вспомнила своего отчима. Он всё время пытался это сделать, домогался до меня... но Учиха совсем не такой. Он не такой грубый. Он не бил меня. Мне было приятно... ему тоже. Причём, наверное, слишком приятно... я соврала ему о том, что уже не девственница, я хотела, чтобы ему стало противно, чтобы он остановился, чтобы он прекратил. Я хотела спасти его положение, иначе его бы засадили в тюрьму. Я не хотела, чтобы он сорвался. Я одновременно хотела и не хотела, я не знала, что мне делать. Потому сказала первое, что пришло в голову. Я знаю, я поступила неправильно. И убедилась в этом поздно вечером, когда он накричал на меня за это, оскорбил... он думает, что я действительно не девственница. Он избил меня, можно сказать, отшлёпал... мне было больно. Больно и приятно. Он не поверил в то, что я девственница. Я не знаю, что мне делать. Я всего лишь пыталась спасти нас обоих, вот и всё, я не сделала ничего плохого...»
Дальше слова стали совсем неразборчивыми только из-за того, что полстраницы было залито слезами, и слова расплылись, буквы были непонятны. Учиха опустил глаза. Совесть снова проснулась, очищая своё место от паутины и пауков, прогоняя их. Сакура соврала... чтобы в буквальном смысле спасти Учиху. Спасти от позора, спасти от тюрьмы... ведь он ещё и мог бы это сделать против её воли, дали бы больше... Учиха запустил длинные пальцы в чёрные, как смоль, волосы, закрыв глаза. Жутко разболелась голова, организм просил никотина для успокоения. Однако Саске решил потерпеть и читать то, что было видно. Но эти слова его немного встревожили: «пора заканчивать с этим, мне нужно бежать от него, нужно прекратить всё это... я не знаю, что со мной. Я не могу понять, влюбляюсь я в Учиху или нет, или это просто привязанность. Мне нужно бежать, пока мы не привыкли, пока мы не поняли, что привыкаем... Господи. Что мне с этим делать?! Разве что уйти из дома пораньше... думаю, он не будет забирать меня с учёбы, уровень его гордости просто зашкаливает...»
Саске уже прервался на этом моменте и не стал читать – Сакура дико не права. Права только в одном, но она этого не написала в дневнике, а высказала ему так – Саске Учиха полнейшая сволочь и скотина, «на пастбище можно найти лучше». Говорить такие гадости девушке – это упасть ниже плинтуса. Он просто сам унизился перед ней, а не унизил её. Потому Учиха не мог сообразить, как можно перед ней извиниться, что ей нужно сказать, что сделать, чтобы Сакура простила его... разве что сброситься с вышки, тогда она точно простит, да и на похороны придёт... чёрт, нужно было поверить ей... и теперь Саске сам мучается по этому поводу. Нужно подумать... нужно ехать на работу... нужно покурить... нужно забрать Сакуру с учёбы... срочно. Обязательно. Нужно поговорить с ней, извиниться...
Она терпела насилие в семье, но до самого главного дело не дошло, слава богу. Потому она отталкивала Учиху... ей было страшно в тот момент, она боялась его действий, вспоминала своего отчима и, возможно, ставила его на место Саске, отчего Учиха разозлился ещё больше, ударив кулаком в подушку. «Успокой свою ревность, ты же прочитал то, что она о тебе думает», - посоветовало сознание, а Учихе стало дышать от такого гораздо легче. Затем он поспешил на работу, пытаясь прийти в себя. Он старался не думать о Сакуре, но девушка так и не выходила у него из головы... ему было как-то даже самому обидно за неё, но стыдно за себя. Как он мог такое ей говорить? Она же говорила ему правду, а он... а он просто не поверил. Как говорится, ревность застилает глаза... причём ревность необоснованная, ведь у Сакуры никого нет и не было, она девочка непорочная... пора собираться на работу. Главное – это ничего не говорить Узумаки, иначе он начнёт, как всегда, орать про это на всё отделение, так что Саске точно придётся его пристрелить. На этот раз серьёзно, не промахнувшись.
Приехав в отделение, он тут же быстро поднялся в свой кабинет, стараясь не попадаться никому на глаза. По пути быстро поздоровался с Шикамару, хотя, похоже, тот что-то заподозрил, удивлённо посмотрев вслед Учихе. Понятно, Узумаки уже распустил слух о том, что Саске неравнодушен к своей подопечной... придётся его действительно пристрелить. Учиха зашёл в кабинет, захлопнув за собой дверь и быстро опустившись за стол, обхватив руками голову, пытаясь хоть как-то справиться с этими мыслями, которые так и не могли его отпустить. Сакура так думает о нём? Если бы Учиха был на её месте, то уже давно бы убил себя за такое, а она всего лишь... она перестала с ним разговаривать, но в душе думает совсем по-другому. Выходит, в её глазах Учиха всего лишь глупый мальчик, который так и не смог разобраться во всём. Отлично. Просто прекрасно... Саске тяжело вздохнул, откинувшись на спинку кресла и достав из кармана пачку сигарет, подпалив одну из них и закурив, глубоко затянувшись. «Она всего лишь пыталась спасти нас обоих...» - подумал Саске, затянувшись ещё глубже и даже закашлявшись от такого количества попавшего в лёгкие никотина. Теперь он даже не имеет понятия, как может перед ней извиниться, да и простит ли она его вообще? Наверняка нет, раз он наговорил ей столько гадости... или простит, но доверять больше не будет, будет ходить и смотреть на него, как на врага, а не как на друга. Да она, наверное, в адрес Натсуми и Карин дружелюбнее взгляд будет посылать... Учиха выпустил дым изо рта, нахмурившись. Делать нечего, нужно что-то придумать. «Учиха, это всё виноват ты, твоя поганая башка и твоё недоверие, которое Сакура благополучно посоветовала засунуть тебе в задницу», - фыркнуло его сознание, на что Саске хмыкнул вслух. Пусть оно не указывает своему хозяину, Учихе лучше знать... чёрт, на этот раз его сознание действительно правду говорит... от таких мыслей Саске оторвал Наруто, внезапно ворвавшийся к нему в кабинет и закрыв за собой дверь:
- Слышь, а ты чего это ко мне-то не зашёл?!
Саске повернулся к нему, а у Узумаки от взгляда на него даже челюсть отвисла. Ну, как бы так помягче сказать... когда Учиха сильно нервничает, то у него под глазами появляется чернота, а сам видок не предвещает ничего хорошего... так что Наруто сразу понял – что-то здесь явно нечисто. Саске просто так нервничать не будет, Сакура опять что-то натворила. Почему-то в последнее время Узумаки во всех переменах настроения Саске винил именно Сакуру. Впрочем, он был близок к догадке...
- Ты что, Учиха?! – изумлённо протянул он, садясь на край стола и шумно сглатывая. Учиха прикрыл глаза, вновь отвернувшись от него и докуривая сигарету, стряхивая пепел прямо на пол. – Что случилось-то? Ты чего такой? Вчера случилось что-то? Или сегодня утром? Не молчи, придурок...
- Совершенно ничего не случилось, – пожал плечами Учиха, подойдя к окну и выбросив в открытую форточку окурок. – Просто я не выспался, вот и всё...
Наруто хмыкнул, вздёрнув одну бровь. И такая мимика Узумаки говорила о том, что Наруто не поверил ему. Он не мог не выспаться... с ним что-то не так... или с Сакурой. Тут нужно разобраться в них обоих. Вообще, как считал Наруто, Учиха совсем на ней свихнулся. Кажется, он так не сох ни по одной девушке, с которой когда-либо встречался или вообще имел какое-то дело. Сейчас он просто сам на себя не похож. Такое ощущение, что его каждый день что-то беспокоит... или он просто держится, чтобы не изнасиловать Сакуру? А что, молоденькая девчонка живёт с ним под одной крышей, секса у Учихи наверняка не было давно... вот он и держится, чтобы не сорваться. Либо точно на ней свихнулся.
- Учиха, кому ты пиздишь? – поинтересовался Узумаки, скрестив руки на груди. – Давай-давай, говори больше, я же всё-таки твой лучший друг. Так что я прекрасно вижу, что с тобой что-то не так. Завязывай. И расскажи мне, что произошло.
- Да ничего не произошло! – вскричал Учиха, опустившись в кресло и протерев ладонью лицо. Наруто задумался, потом вдруг выдал:
- Ты выглядишь так, словно у тебя секс не состоялся...
И сейчас просто сознание Саске громко выло, играя на баяне: «не сыпь мне соль на рану...». Да уж... ну, во-первых, секс у Учихи действительно не состоялся... хоть он и кончил. Но это вещи разные. Вот... а во-вторых, он ещё и с Сакурой вечером орался. Ну, просто замечательно! При таком случае обычно психолог ставит диагноз «нервный срыв» или «шизофрения», размашисто расписываясь под каждым словом и даже не прописывая никакого лекарства. А бесполезно. Приди Учиха домой – он снова сорвётся. Причём если Сакура не примет его извинения, то он начнёт орать и громко чихать на весь дом, так что соседи снова будут стучать по батарее. И, кстати, у Учихи все симптомы нервного срыва как раз и были.
- При чём здесь это? – поинтересовался Учиха, даже как-то слегка смутившись. – Да просто там такое дело произошло... слушай, Узумаки, поклянись, что ты не станешь никому говорить?
Наруто с самым серьёзным видом положил руку на сердце и ответил:
- Да ладно, правда, никому не скажу. А что произошло?
И после таких слов и спустя тяжелый учихин вздох началось это повествование. Говорить Саске было тяжело, так что Наруто дважды бегал за стаканом воды из кулера, чтобы бедный товарищ Учиха, наконец, всё рассказал. А под конец этих «записок охотника» Учиха шумно выдохнул, допив на донышке оставшуюся воду. Наруто же никак не мог сообразить, что вообще происходит в мире. Нет, ну, как так можно? Ещё Учиха рассказал о том дневнике, после которого Узумаки просто-напросто расплакался. Успокоившись, он вытаращил голубые покрасневшие глаза и стал читать ему нотацию:
- Нет, ну, ты представляешь, каково девочке теперь? Сначала ты её трахал через одежду, кончил, потом ты наорал на неё из-за того, что у тебя не удался секс, она обиделась, и вы теперь не разговариваете! Ну, просто замечательно, Учиха, ты всегда сможешь найти контакт с любой девушкой, какой бы она ни была, тебе явно повезёт в дальнейших поисках девушки! Замечательно! Ты просто придурок, осёл, я не знаю, что тебе ещё сказать... будь я на месте Сакуры, я бы тебя давно убил, потому что мне было бы не особо приятно, что ты меня через одежду трахал!
- Узумаки, - тяжело вздохнул Учиха, пытаясь сдержать ярость, и поднялся с места, уперевшись ладонями в поверхность стола, - к твоему сведению, она была не против, потому я продолжал, а она стонала подо мной, начнём с этого. В общем, да, меня взбесили вчера...
Он тяжело опустился обратно на стул, подперев голову рукой. Узумаки испуганно таращился на него, не зная, что и думать. Потому что всё здесь явно серьёзно. Учиха того гляди сорвётся, а если Сакура ему откажет, то он сразу же убьёт её или, в крайнем случае, изнасилует. Ладно, сначала изнасилует, а потом убьёт. Зачем Учихе заниматься некрофилией? Лучше трахать живого человека... собственно, так думал Узумаки и его сознание, которое не давало покоя своему хозяину. Как говорится, «дурная голова ногам покоя не даёт». Это в случае с Наруто.
В итоге, они долго спорили с Учихой кто тут прав, а кто виноват, и оба сошлись на том, что виноват Саске, а Сакура просто подвернулась под руку. Потом Учиха поехал за Сакурой, в надежде с ней поговорить. И в надежде, что она всё же простит его. Наруто пожелал ему удачи даже после того, как они немного рассорились, и Саске поехал в университет. Он решил зайти за Сакурой, иначе она, не дай бог, куда-нибудь убежит, едва ли завидев его машину.
Саске вышел из машины, тяжело вздохнув, и, сунув руки в карманы, направился к зданию. По пути встретил как раз тех девушек, которые лезли к Сакуре и пытались её избить. Они таращились на него так, словно готовы были прямо сейчас наброситься. Ну, в хорошем смысле этого слова. Хотя для кого как... Учиха бы не стал терпеть прикосновения их рук на себе. Потому, недовольно хмыкнув, пошёл дальше, зайдя в здание и надеясь, что Сакура ещё не ушла. И вот как раз девушка идёт по коридору одна, без Хинаты. Девушка подняла голову, увидев Учиху, и тут же, густо покраснев, пошла назад по коридору, склонив голову. Саске, даром не теряя времени, прошествовал следом за ней, быстро нагнав её и развернув лицом к себе, схватив за запястье, так что длинные нежно-розовые волосы девушки взметнулись в воздух.
- Что происходит? – осведомился он, пожалуй, слишком грубо. Сакура недовольно посмотрела на него, а взгляд её так и говорил: «ты ещё спрашиваешь, что происходит?». – Сакура, не смотри на меня так, пожалуйста, я бы хотел перед тобой извиниться за вчерашнее.
- Ты хотел извиниться?! – Сакура пыталась выдернуть запястье из его цепких длинных пальцев, однако у неё ничего не вышло и она устало выдохнула, едва ли не плача от бессилия. – Учиха, не надо мне этой драмы, понятно?! Ты меня вчера унизил. Морально и физически. Мне было неприятно. Оставь меня, поезжай домой, хорошо?
- Никуда я без тебя не поеду, – отрезал Учиха. Кажется, Сакура снова пытается его вывести. Но просто так он её не бросит. Он что, совсем больной, чтобы повиноваться этой девчонке? Да вроде бы нет... он полицейский, он главный, а она его подопечная, потому будет слушаться его, а не он её. Сакура тяжело вздохнула, протерев свободной ладонью лицо. Она не хотела сейчас с ним разговаривать. Да и вообще не хотела иметь с ним никакого дела, пусть бы шёл далеко и надолго. Но, уже узнав за эти дни характер Учихи достаточно хорошо, понимала, что он никуда не уйдёт, даже если им придётся простоять здесь несколько часов. Проще говоря, Саске упёртый осёл, пусть и нетерпеливый.
- Оставь меня, пожалуйста... - взмолилась девушка, опустив голову и всхлипнув.
Хотелось плакать. Прямо на виду у всех студентов, которые выходили из здания и удивлённо таращились на Сакуру и Учиху. Он не торопился её отпускать, удивлённо глядя на неё. Раз уж Сакура не хочет уходить сама, то придётся ей помочь... пусть она будет кричать, пусть будет вырываться, он всё равно это сделает, всё равно отвезёт её домой и даже не пойдёт на работу, пытаясь выпросить у неё прощения. А что, сегодня короткая, до трёх часов дня, так что Узумаки скажет, что Саске был утром, но потом ему резко поплохело. Сакура не смела поднять на него своих изумрудных глаз, а Учиха, тяжело вздохнув, вплотную подошёл к ней. Она не хотела отстраняться, глядя в пол и видя, что он уже совсем близко. Да и чувствуя по запаху «Лакоста», сигарет, ментола и непонятного тепла, от которого её щёки мгновенно налились румянцем. По щеке девушки скатилась первая слеза. Пусть Учиха её и унизил вчера... но всё же Сакура готова была его простить, раз он стоит настолько близко к ней. Однако она не знала, что он пытается вообще сделать. – Саске... уходи...
Он осторожно отпустил её запястье, на котором остались покраснения от его пальцев.
- Сакура... - тихо сказал он, выжидательно глядя на неё. – Поехали домой?
Девушка лишь замотала головой. С ним ехать ей вроде бы хотелось, а вроде бы и нет... ведь она хотела уже его простить. Но в то же время понимала, что её гордость просто покончит жизнь самоубийством от такого. Сакура снова всхлипнула, вытерев слезы тыльной стороной ладони, так и не поднимая головы. «Не хочешь по-хорошему?! Значит, будем по-плохому...» - подумал про себя Учиха, вдруг резко взяв её на руки и завалив к себе на плечо, так что Сакура от испуга вытаращила покрасневшие глаза. Он так и вынес её из университета. Сакура понимала, что смысла сопротивляться просто нет, это же Учиха. Он-то гораздо сильнее её, это во-первых, а во-вторых, он её не отпустит, даже если она ему всю спину изобьёт.
- Пусти меня! – закричала она, когда Учиха уже спустился по лестнице, одной рукой придерживая девушку на уровне поясницы, в другой неся её сумку. – Мразь, отпусти! Никуда я с тобой не поеду, чёртов ублюдок! Ненавижу тебя!
Последние слова были слышны, наверное, на весь двор, но Учиха её не слушал. Хотя внутри он просто бесился. Но на лице пытался сохранить спокойное выражение, что ему удавалось действительно хорошо. Сакура ещё что-то говорила, просила отпустить её, но потом, с сарказмом закатив глаза и подперев голову рукой, выдохнула, ожидая, когда она уже, наконец, сможет сесть в машину. Учиха просто действительно упёртый осёл. Его ничего не изменит. Сакура всю дорогу до машины вздыхала, болтая ножками, отчаянно надеясь попасть хотя бы одной Учихе прямо в лицо, но этого у неё так и не получилось, а Саске осторожно отпустил её около машины, поставив девушку перед собой.
- Угомонилась? – осведомился он, открыв заднюю дверцу и бросив на сиденье сумку девушки. – Немедленно садись в машину. И да, девочка, сегодня ты вела себя не очень хорошо, оскорбляя сотрудника полиции, потому ты садишься на заднее сиденье.
Девушка, фыркнув и язвительно посмотрев прямо ему в чёрные глаза, скрестила руки на груди и плюхнулась на заднее сиденье, перед этим не забыть показать Учихе средний пальчик. Он сделал вид, словно бы не видел этого, и улыбнулся:
- Вот и славненько...
Он захлопнул дверь и подошёл к передней дверце, открыв её и покосившись на Сакуру – девушка так и сидела, скрестив ручки, при этом гордо вздёрнула носик, стараясь не замечать взгляд Учихи. Всё же сейчас он её взбесил. Если раньше она хотела его простить, то теперь он её просто будет молить о прощении, но так и не дождётся. Она так и решила. Что хрен ему, а не прощение госпожи Харуно, он может только мечтать о нём... Саске сел за руль, заводя машину и глядя на девушку в зеркало заднего вида. Она только хмыкнула, насупившись и надув губки, от чего Учиха, не выдержав, усмехнулся, покачав головой. Ведёт себя, как маленькая капризная девочка, что Учихе, в общем-то, нравилось... с ней проще. Да, она капризная, да, она надоедливая, но во всяком случае она всегда знает, чего хочет, всегда говорит об этом Учихе, так ещё и вообще просто прелесть... но ладно, не время об этом думать. Время думать о том, как он перед ней извиняться будет. Он уже подумал, как, только надеялся, что Сакура его простит. К чертям все эти розы, то-сё... Сакуре это попросту не надо. По ней даже видно. Она их бросит обратно Учихе в лицо. Потому надо что-то попроще и что-то эмоциональней... Сакура не разговаривала с ним всю дорогу, хмурясь и лишь изредка глядя в глаза Учихе в зеркало заднего вида, но при этом сильно краснела, кашляя, словно ей что-то не в то горло попало.
Он припарковал машину возле подъезда и выключил мотор, забрав ключи и выйдя из машины. Однако Сакура не спешила выходить, косясь на Учиху так, словно бы он у неё взял что-то ценное. Саске открыл заднюю дверцу, глядя на неё и хмурясь:
- Выходи из машины.
Она промолчала. Учиху уже начинало это бесить... но всё равно надо как-то держаться, иначе она точно его не простит.
- Сакура, ты выйдешь из машины сама или мне тебя взять? – осведомился он, причём таким тоном, словно давал ей последний шанс на спасение.
Сакура даже не представляла, что так оно и есть на самом деле. Потому покачала головой, а Учиха насильно вытащил её из машины, взяв на руки. Слава богу, что не на плечо. Он так и оставил её сумку в машине, поставив её на сигнализацию, а сам понёс Сакуру в подъезд.
- Ты, чёртова мразь, пусти меня! – крикнула она, пытаясь вырваться и извиваясь в его руках. Но Учиха же не дурак, чтобы просто так позволить ей уйти. – Тварь... какая же ты тварь, гнида! Учиха, ты ублюдок, скотина, я ненавижу тебя... твою мать!
На этих словах она выдохлась и обмякла в руках Учихи, видимо, притворившись мёртвой. Пусть тащит, куда хочет. Главное, чтобы к ней больше не приставал и не пытался изнасиловать. И, главное, чтобы не шлёпал. Хотя... Сакуре даже понравилось... ну ладно, не будем говорить об этом, её и так уже тошнило от того, что голова свесилась вниз. А Саске словно бы прочитал её мысли и поддержал голову девушки, прислонив к своему плечу. Сакура еле заметно улыбнулась, стараясь, чтобы не увидел он, иначе сразу подумает, что она его простила.
И не было ничего тупее грядущего вечера. Сакура всё удивлялась, почему это Учиха не пошёл на работу и остался с ней, потом забила на эту тему и решила посидеть с ним в комнате, надеясь, что он хоть что-то ей скажет, а не станет насиловать. Ладно, чёрт с этим Учихой. Пусть делает, что хочет. Потому Сакура на всякий пожарный положила себе перочинный ножик в задний карман шорт. Она села рядом с ним. Время было только семь часов вечера. На улице начинали сгущаться сумерки, солнце постепенно заходило за горизонт. Где-то еле слышно каркали вороны, а родители звали своих детей обратно домой с улицы, высовываясь из окон, так что изредка слышалось «сейчас иду, мам!». Сакура тяжело вздохнула, посмотрев в сторону окна. Когда-то и она могла покричать так же... но это время давно ушло. Девушка, не выдержав, всхлипнула, а из глаза скатилась слеза. Учиха тут же резко повернул к ней голову:
- Сакура, ты чего?
- Да пошёл ты... - отмахнулась Сакура, уже выходя из комнаты, однако Учиха, едва ли она развернулась, вскочил и повернул девушку к себе лицом, неожиданно для Сакуры опустившись на колени и прижав её к себе. Он уткнулся носом в её живот. Учиха и сам не мог понять, что на него нашло, но извиняться таким образом он не хотел. Просто она пришла к нему... сидела такая беззащитная, так смотрела на него, смотрела в окно... а потом почему-то не смогла сдержать слезы. Саске не знал, почему. Догадывался. Но не знал. Только прижимал девушку к себе. Это вовсе не входило в его сценарий извинения перед ней, но так пришлось сделать, другого шанса бы просто не было. Сакура от неожиданности широко раскрыла изумрудные глаза. «Какого хрена он делает?! Зачем нужна эта драматургия?!» - думала она про себя, хотя ей явно нравилось то, что делает Учиха. Ну, как нравилось... ей было даже в какой-то мере жаль его. Он так хотел, видимо, извиниться перед ней, но всё никак не мог на это решиться... и теперь позволил эмоциям контролировать себя, полностью отдаваясь им. Такого от Учихи она точно не ожидала...
- Сакура... - прошептал он, закрыв глаза. – Прошу... прости меня за всё это... пожалуйста... прошу тебя...
Сакура не знала что и думать. В его чёрных глазах видно, что он не играет, что это не драматургия, что это не спектакль и не концерт... он искренне просит прощения, он верит ей, понимает, как всё это было низко – говорить такие вещи беззащитной девушке... Учиха не играет. Это его настоящие чувства, которым он внезапно дал волю и не проконтролировал их. Хотя... как считал сам Учиха, то именно так он и должен перед ней извиниться... он просто должен стоять перед ней на коленях, просто должен вымаливать прощение, умолять, чтобы она его простила, плакать у неё в ногах... он слышал её частое тяжелое дыхание, знал, что она растерянно смотрит на него, не зная, что и думать. Он старался не сжимать её бёдра пальцами, иначе она подумает что-нибудь не то. Если она его не простит, то Учиха, наверное, выбросится со второго этажа и бросится под машину. Да, именно так бы он и хотел сделать. Учитывая то, что Сакура сейчас думает – сделать перевес в его сторону или как раз наоборот. Если она его не простит... господи, если бы эта девчонка знала, как сильно он в ней нуждается... как сильно она ему нужна. Но, наверное, она даже не имеет об этом понятия, не хочет об этом думать, отвергает все эти чувства в сторону, думая, что Учиха на такое не способен. Саске, не выдержав, судорожно втянул носом воздух, а по щеке внезапно скатилась не прошеная слеза. Сакура, почувствовав её, вытаращила глаза, положив руки на его широкие плечи.
- Сакура... пожалуйста, прости меня... - хрипло проговорил он, пытаясь скрыть свои слёзы, иначе Сакура посчитает его слабым – не удосужился извиниться перед девушкой, да кому такой нужен? Он почувствовал, как она отстраняется от него. Молча, ничего не говоря, что-то думая, а сама тихо всхлипывает, не в состоянии сдержать слёз. Но девушка лишь сама опустилась на колени так, чтобы его лицо было на уровне с её лицом, и улыбнулась. Учиха, не выдержав, обнял её, уткнувшись носом в её хрупкое плечо и тяжело дыша. Тело дрожало, даже непонятно, от чего, его пробивал дикий озноб. Наверное, из-за боязни, что она никогда его не простит... однако Сакура принялась успокаивающе гладить его по голове, зарываясь тонкими пальчиками в чёрные как уголь волосы, осторожно и медленно перебирая их.
- Ну, всё хорошо, малыш, всё в порядке... - пыталась успокоить она Учиху, хотя сама вытирала слёзы тыльной стороной ладони. – Не нужно... я тебя уже давно простила...
И это было правдой. Правдой, которую так ожидал услышать Учиха.
- Я у тебя в ногах должен валяться... - прошептал он, на что девушка лишь усмехнулась, крепче обнимая его и прижимая к себе:
- Перестань говорить всякий бред... хватит, Саске, всё хорошо... ну, успокойся...
Учиха прижал девушку к себе, закрыв глаза и уткнувшись в её шею носом, так что Сакура почувствовала горячее дыхание. Девушка продолжала гладить его волосы, определённо уже зная, что сегодня ночью снова придёт к нему. И что в этот раз он не будет на неё кричать. В этот раз (да и после этого раза) всё будет хорошо...
- Я так рад, что ты меня простила... - вздохнул Учиха, тоже принявшись гладить девушку по голове, осторожно наматывая на кончик длинного пальца прядь нежно-розовых длинных мягких волос.
- И я рада... - улыбнулась Сакура, от чего-то покраснев и уткнувшись в его покатое плечо носом.