Голубая орхидея снежного барса

Ночь давно окутала Майами, ветер доносил через пролив звуки ночной жизни. От ее шума до острова доносились лишь крохи, хотя тут, на Ки-Бискейн, была своя собственная ночная жизнь, ничуть не тише.
Сидя на балконе и попивая коньяк, Даниил смотрел на яркие огни города небоскребов и думал, понравится ли здесь его цветочку. Легкие волны бились о камни, успокаивая и усыпляя. Рядом сидел Кирилл, как всегда уткнувшись в планшет. Спокойствие раздражало. Последние две недели они занимались благоустройством территории, а Ирбису уже не терпелось приступить к делу. Этот город - как бездонная бочка для власти, денег.

- Наверное, я уже никогда не смогу изменить себя, - сказал Дэн тихо.
- Ты извращенец, подчинять - у тебя в крови. Это отцовские гены, - добавил бета.
- Бесовские гены, ты прав! - он поставил пустой стакан на столик, - И почему я все тебе прощаю? - усмехнулся альфа.
- Наверное, это любовь.

Даниил хмыкнул. Он помнил и об этой любви, и об этой дружбе. Первый поцелуй был с Киром, двенадцатилетний Даниил не хотел упасть в грязь лицом перед омегой, который ему понравился в школе. Первый секс был тоже с Киром. Неумелый, в чем-то болезненный, но альфа потом наверстал упущенное, подарив своему другу детства незабываемые ночи. Кирилл стал его первой любовью, со своими страданиями и переживаниями, с попыткой все скрыть и последствиями того, что все открылось. Родители не были против их юношеских отношений. Но Кир - бета, и с этим ничего не сделать. Первая любовь, она никогда не проходит до конца, но очень хорошо, когда она перерастает в дружбу.

- Спать не хочешь? - поинтересовался мужчина.
- А зачем ты составляешь мне компанию, если хочешь баиньки? - ответил Снежный барс своему серому кардиналу.
- Ты разве забыл? Прикрывать тебя до последнего вздоха - это было условием нашего романа.
- А, ну да! Тогда пойдем спать.
Король поднялся и направился в дом.

Даже когда босс спал, охрана не спала, ведь именно от них зависело благополучие всего синдиката.
- На "кольце" движение, - передал Френк по рации.
Альфа сидел в комнате наблюдения, следя за наземными камерами.
- У меня тоже, - добавил напарник, смотря за камерами подводными.
- Сколько их? - послышался вопрос из динамика.
- Один вышел, трое в воде.
- Один у камней, расчехляет автомат.
- Понял!
Джастин, покинув центральный пост, пошел сообщать о гостях боссу.
Всем было интересно, кто же в Майами такой наглый оказался, такой решительный и бесстрашный, а главное, кто узнал короля?
Ирбис, не успевший уснуть и обрадованным тем, что на его нудные будни выпало что-то интересное, приказал взять одного из «тритонов» живым.
Вдоль искусственной насыпи наемники пробирались ближе к дому, по их мнению, надежно укрытые ночью.
- Как думаешь, кто это? - спросил Кирилл, смотря в монитор.
- Думаю, друзья-кубинцы, - ответил король, - Наш мистер Дуке не так прост, как кажется на первый взгляд.
- Но мы не убивали его сына, - возразил кардинал.
- Не убивали, но гангстер до мозга костей гангстер, а он старой закалки, из тех, которые живут по принципу: «УбИй, да не убитым будешь».
- То есть, ты знал с самого начала, у кого покупаешь особняк? - изумился Кирилл, прекрасно понимая, что подозрения могут пасть на него.
- Конечно. А еще я понимаю, почему он продает дом, кстати, давно продает и, Кир, он чудесен, и никто меня отсюда не выселит. Этот делец, видать, не первый раз проворачивает махинации с недвижимостью, хотя его сына и правда убили.
- Дэн, прости, что так подставился.
- Друг мой, вовсе нет, - сказал мужчина тихо, кладя ему руку на затылок, прислоняясь лбом ко лбу, - Все в порядке. Не переживай.
Кирилл хмыкнул, боссу лучше знать. Хотя, тогда надо было просто пристукнуть этого кубинца еще днем.
- Мы просто решили поиграть... - тихо заметил мужчина, усмехаясь, - нам с тобой скучно. Только я думал, что они наведаются до того, как мы установим камеры.
- Поэтому ты не стал менять замки?
- В яблочко!
- Сука ты, Ирбис!
- О, да!

В комнате было темно, лишь свет фонарей, что освещали периметр, пробивался сквозь окна. Парни из моря точно знали расположение комнат и были почти уверены, что знают, где спит босс местной группировки. Парни считали, что Майами, по крайней мере, этот остров, принадлежит им, и конкуренты тут ни к чему. Господин Дуке дал четкий указ - убрать пришлых с дороги, пока они не посягнули на власть на острове. А этот остров, он просто золотая жила. Знаменитости, миллионеры неплохо платят за свое спокойствие. Им и невдомек было, что Снежный барс просчитывает все наперед, и дом уже давно напичкан не только камерами, но и людьми. Дэн отдал лишь один приказ - никакого кровопролития в главном доме, поэтому как только нога последнего ступила на открытую террасу, раздались глухие хлопки. В отличие от кубинцев, люди синдиката не медлили. Парни действовали стремительно, быстро, убив троих, четвертого скрутили, вырубили и оттащили в подвал одного из особняков. «Тритоны», как ласково назвал их Даниил, были слишком уверены в себе, чтобы быть начеку.
- Пацаны красавчики! - гордо произнес Геринг, наблюдая за происходящим, - Кир, дай им золотую карточку, пусть остаток ночи развлекаются на Майами-бич.

В маленьком душном помещении горела лишь одна лампочка, и та была направлена в лицо Дони. Наверное, она вырвала его из мрака бессознательного состояния.
- Босс, тритон очнулся! - заявил Френки, усаживаясь на стул напротив, - Привет, рыбка, нигде не жмет?
Дони безрезультатно пытался разглядеть присутствующих и не мог понять, как же их умудрились схватить.
- Кто тебя послал сюда? - спросил Кир медленно.
- Никто, - ответил кубинец с акцентом.
На вид ему было лет 25, не больше. Молодой бета, видно, что преданный, и потому молчаливый.
Кир кивнул Френку, и альфа со всего маха врезал кулаком наемнику под дых.
- Хорошо, перефразируем, - терпеливо сказал Кардинал, - Кто тебя нанял?
- Никто! - был ответ.
Снова удар, Дони тихо застонал, закашлялся. Он бы с радостью закрылся от удара, но руки были прикованы наручниками к стулу.
- Ладно, а если так... - голос Кирилла стал ледяным, - Кто твой хозяин? - он говорил медленно.
- Никто!
Мужчина фыркнул и отошел на шаг. Френк присел у стула, кладя рядом молоток, снял с "рыбки" мокрый пляжный тапочек и что есть силы стукнул молотком по мизинцу. Бета закричал, зажмурился, стараясь пересилить боль.
- Кто твой хозяин? - повторил вопрос Кир, стоя в темном углу.
Дони ничего не говорил, лишь дышал с хрипотцой, громко. Снова удар. Снова стон и снова тот же вопрос. Но Дони был предан своему хозяину и молчал. Кардинал потерял терпение, когда пальцев на ногах не осталось. Френки принес молоток побольше и стал ломать ему коленные чашечки, но Дони продолжал молчать, лишь кричал, хрипел и стонал.
- Кир, у нас остался цемент? - подал, наконец, голос Дэн, - Пора приготовить парнишке коктейльчик. У тебя есть последний шанс, - сказал он.
Но Дони лишь плюнул в него кровью, он был предан. Хотя все дело было в страхе. Если он умрет за банду, босс обеспечит хорошую жизнь его семье.
- Вот выродок, дайте мне воды! - крикнул Ирбис. - А этого убить!

Кирилл помог королю умыться, Френк в это время уже вставил воронку в рот парню, запрокинув голову назад, и зажал ноздри. Джастин стал заливать разведенный цемент. Дони вырывался, старался задержать дыхание, но в этой ситуации он ничего не мог сделать, цемент попадал и в желудок, наливая его тяжестью, и в горло, и вскоре его слабеющие хрипы наполнили подвальное помещение.
- Не хотел бы я, чтобы Тефи когда-нибудь увидел такое, - с ноткой грусти произнес Даниил, покидая место казни. Тут ему уже нечего было делать. Тело несчастного парня запихают в бочку, зальют цементом и скинут где-нибудь в океане, хреново, что его родные никогда не узнают, где его могила. Но в этом лишь его вина.
- Ты начинаешь давать слабину, - предостерег его Кир.
- Знаю, но этот малыш - моя истинная пара. И если кто-нибудь из моих ребят найдет свою истинную пару, я отпущу их!
- Ирбис, ты сдаешь позиции, - бета приобнял его.
- Да не хрена я не сдаю! - фыркнул альфа, откидывая его руки, - я в порядке, Кир, просто я влюбился, - он старался говорить тише, чтобы никто не слышал.
- Я уже понял. Не бойся, я прикрою тебя.

***

- Папа, папа! - Стефан кричал, сбегая с лестницы, чем напугал охрану, головорезы тут же повыскакивали в холл, выхватывая стволы.
Следом, задорно тявкая, неуклюже прыгал по ступенькам щенок. Черный тибетский мастиф, купленный всего полторы недели назад, стал отдушиной для Стефана, с этим малышом он играл, гулял в парке, даже норовил в постель затащить, Александру приходилось следить за этим четко, и после того, как юноша засыпал, он уносил пса к себе. Ведь Даниил вряд ли оценит, если на семейном ложе будет кто-то третий.
- Все... Нормально все, простите... - омега скользнул на кухню, виновато улыбаясь охране.
- Что за истерика с утра? - спросил Александр, он как раз вместе с поваром занимался завтраком.
- Поехали в магазин... - мальчишка потянул его за руку, в нетерпении подпрыгивая на месте.
- Зачем это? - удивился омега.
- Хочу что-нибудь новенькое купить, сегодня ведь приезжает Дэн.
Такой радости на лице мальчишки мужчина не видел за эти две недели, он был так одухотворен, что это заражало.
- О, детка, Дэн не приедет.
Омежку аж подкосило, пухленькие губки тут же задрожали, ножки подкосились, и он рухнул на пол, начиная всхлипывать.
- Ой, малыш, не плачь. Дэн не приедет, это мы едем к нему.
Он присел рядом со Стефаном, обнимая его.
- Правда? Едем в Майами? На сколько?
- Насовсем! - торжественно объявил Александр.
- Когда? - выпалил мальчишка, забыв о том, что только что собирался плакать.
- После завтрака начнем собираться, - уклончиво ответил мужчина.
Стефи встал и начал прыгать на месте, хлопая в ладоши.
Мальчишка даже подумать не мог, что за две недели начнет так сильно скучать по своему мужу.
- А дом, в каком доме мы будем жить? - щебетал он, - У воды? Да?
- Да, ешь, - сурово говорил Александр.
Это шило в заднице невозможно было успокоить, он вскакивал со стула, заявляя, что наелся, и порывался убежать собирать вещи, омеге приходилось почти насильно сажать его на место.
- Пока все не съешь, никуда не полетим! - в итоге вынес Алекс свой вердикт, - Ты за две недели похудел, мне сын голову открутит, если увидит, что ты - лишь мешок с костями.
- Папочка, ну я уже наелся, - он улыбался и мило хлопал глазками.
- Не проведешь, ешь!
Стефан сопел, смотрел хмуро на мужчину и медленно жевал яичницу. Он ненавидел яйца, но очень уж хотел побыстрее побежать в свою комнату укладывать вещи.