4. Сумасшедший день
Час дня, монастырь Дешо. К нам навстречу, обнявшись, двигались четыре человека. Трое из них были одеты в мушкетёрские плащи. Посередине, обнимая высокого, статного мушкетёра и благородного взрослого дворянина, так можно было сказать, только лишь увидев его походку, шёл юноша с гасконскими чертами лица. Возле того самого статного мушкетёра, шёл красивый молодой человек, как можно было увидеть по его лицу, очень переживающий за свою внешность. Они о чём-то весело говорили.
— Знаешь, они мне кого-то напоминают, — обратилась я к Марго.
— Да? И кого же? — оживилась Рита.
— Ну, сама посуди: XVII век, Франция, три мушкетёра и гасконец в придачу.
— Ника, мне казалось, мы попали в прошлое, а не в книгу.
— Мне так тоже казалось.
— Милостивые государи, — подбежала я к ним. — Мы с моими товарищами поспорили, на два пистоля, что видим сейчас пред собой тех самых неразлучных мушкетёров и гасконского парнишку, что в Менге устроил стычку с человеком со шрамом. Так ли это господа?
— Да, совершенно верно, мы и есть те самые Атос, Портос, Арамис и наш гасконский друг — д'Артаньян, — ответил мне Атос, которого я узнала по его дворянской выправке, грустному лицу и кровоточащей ране.
— О! Ну, а, что я вам говорил? — крикнула я. — Так, где мои два пистоля? Я благодарю вас, господа, за оказанную нам честь! — я поклонилась и убежала обратно к девочкам.
Мушкетёры простились со мной и якобы проспорившими мне друзьями и повернули к дому де Тревиля.
— Ника, а знаешь, мы разговариваем сейчас на французском языке, — сказала Карина.
— Да, и что? Я не нахожу в этом ничего особенного. А вот в том, что д'Артаньян и три мушкетёра существовали на самом деле... Это поражает!
— Кстати, почему ты выставила нас мужчинами? — спросила Амелия.
— Я так поняла, что само наличие трёх мушкетёров никого не колышет!
— Меня колышет! — перебила меня Марго.
— Ну, а мужчинами я нас выставила потому, что мы сейчас одеты в мужские платья и, если бы я представилась женщиной, Атос бы не так открыто мне все рассказал, а, может, и не сказал бы совсем.
— Всё с тобой понятно, Фанатик! Давай лучше сейчас найдём себе жильё, да поскорее! — сказала Марго, и мы повернули на первую попавшуюся улицу.
На этой улице не нашлось нормальных помещений, поэтому мы повернули на ещё одну и оказались на улице Могильщиков. Там мы сняли комнату. Как вы думаете, у кого? Правильно, у галантерейщика Бонасье, у которого внизу как раз была комната на четверых. Деньги, благодаря Райто, у нас были, поэтому мы заплатили за три месяца вперёд, а после заказали себе обед.
— О, а вот те самые спорщики, приятного аппетита, господа! — весёлым, задорным тоном сказал Портос.
В дом зашла вся четвёрка со слугами, и сели они за соседний стол.
— Вижу, у меня новые соседи, что ж, будем знакомы. Д'Артаньян.
— Очень приятно! Я — Ник, а это мои друзья: Марк, Алан и Карл.
— Ну что ж, приятно познакомиться! — с улыбкой произнёс д'Артаньян.
— Я думаю, что могу угостить господ, коим обязан выигрышем! Не стесняйтесь, заказывайте, что душе угодно!
— О, этот малый мне по душе! — ободрился Портос.
— Спасибо за такую щедрость! — улыбнулся Арамис.
— В один день нашёл друзей и таких благосклонных соседей! — вскричал д'Артаньян.
Атос ничего не сказал, он просто улыбнулся красивой, но грустной улыбкой, и вдруг побледнел до полусмерти. Было видно, что рана его очень выматывала. Господа заказали себе обед, очень щедро заказали, почти на весь мой выигрыш. После того они простились, и д'Артаньян отправился в свою комнату, а мушкетёры — домой. Арамис и Портос решили пойти вместе, им было по пути, а Атос же, в свою очередь, пошёл домой один, не считая Гримо, конечно. Я воспользовалась этим и догнала его.
— Сударь, Атос, подождите! — крикнула я ему вслед.
Он обернулся и подождал, пока я до него добежала.
— Сударь, не окажете ли вы мне честь помочь вам? Я вижу, вы ранены, и это приносит вам неудобство.
Атос побледнел.
— Откуда вам известно, что я был ранен? (Прим. Соавтора: «Да, потому что по тебе видно, придурок!»)
Ну, Ника, вперёд, оправдывайся!
— Вчера в одном трактире, где я ужинал, господин Каюзак очень выхвалялся тем, что ранил вас.
— Негодяй! — воскликнул Атос. — Надеюсь, вы больше никому не сказали о моём положении? — обеспокоенно спросил Атос.
— Что вы сударь, как я могу впасть в такое невежество? Конечно, я никому не сказал, даже друзьям, и если сударь пожелает, я умру с этой тайной!
Я, конечно, немного переборщила, но Атос улыбнулся, что заставило меня успокоиться.
— Хорошо, я верю вам, — произнёс он с улыбкой. — Вы знаете хорошего доктора, который смог бы помочь мне?
— Нет, сударь, но мои родители посчитали, что я способен к медицине, и выучили меня лекарскому делу, поэтому я сам хотел бы предложить вам помощь.
— Ну что ж, пойдёмте, — он предложил продолжить путь с ним.
— Простите, господин Атос, но я увидел ещё при первой нашей встрече, что ранение довольно серьезное, поэтому назовите мне свой адрес, и я приду к вам со всеми необходимыми лекарствами и инструментами.
— Вот за этим переулком и налево, первый дом.
— Хорошо, спасибо! Я прибегу к вам через полчаса! — крикнула я и побежала домой.
Атос посмотрел мне в след и пошёл вместе с Гримо, по указанному мне адресу. Я прибежала домой и быстро, ничего не объяснив девчонкам, попросила Райто достать из 21 века все нужные мне инструменты, лекарства и мази. По большой случайности, но не по моей пунктуальности, я пришла к дому Атоса ровно через полчаса. Я постучалась, и мне открыл Гримо, впустив в дом. Я думаю, что описывать то, что и так было сказано в книге, про жилище Атоса, мне не стоит. Я вошла в комнату Атоса. Он лежал в кресле и дремал, но как только я вошла, его полусон прекратился.
— О, вы уже здесь? Прекрасно! — он сделал знак, чтобы Гримо запер двери.
— Присаживайтесь, — продолжил он и указал на стоящий возле кресла стул.
— Вы позволите? — я приблизилась.
— Да, пожалуйста! — и он разорвал рукав, чтобы открыть рану полностью.
Увиденное меня ужаснуло! Какой там д'Артаньян с бальзамчиком? Ещё день и смело ампутируй руку! Рана загноилась, и вокруг места ранения была отмершая кожа. Ну, Атос, тебя срочно нужно спасать! Хотя... как бы мне прочистить рану без наркоза? Болевой шок будет обеспечен.
Что делать? Да как он с ТАКОЙ раной ходил или дрался, как он вообще с кровати встал?
— Да, ужасная рана, ничего не скажешь! — только это я смогла выдавить из себя.
— Вы сможете что-нибудь сделать? — спросил Атос.
— Да, я постараюсь, — я улыбнулась.
— Хорошо.
— Значит, я введу обезболивающее и постараюсь хоть как-то прочистить рану, — я нечаянно дотронулась до его руки, пока готовила внутривенное — она была горячей. — Подождите, у вас что — жар? — я притронулась рукой ко лбу. Он горел! — Да уж, вас ещё и тушить придётся!
Он лишь улыбнулся.
Я ввела жаропонижающее и обезболивающее, потому что ждать, когда подействует первое, я не могла. Прочистив рану, смазала её антисептиком. После я наложила тугую повязку. К тому времени жар уже спал.
— Каким чудесным образом вам удалось помочь мне, не принося боль? — спросил Атос.
Я лишь улыбнулась в ответ.
— Погодите, который уже час? — спросила я.
— Около одиннадцати.
— Сколько? Мне срочно нужно домой!
— Как я могу отпустить своего спасителя под покровом ночи без сопровождения?
— С-спасительницу! — я решилась на отчаянный шаг.
— Спасительницу! — повторил он и побледнел.
— И как вы это ещё не заметили?
— Так оказанием помощи я обязан даме? — изумлённо спросил он.
— Да, и более того, хирургу со стажем. Право, если бы вы отказали мне в помощи, вам пришлось бы ампутировать руку.
Атос смотрел на меня, как на что-то чрезвычайно непонятное. И его лицо бледнело с каждой секундой.
— Дама, — тихо проговорил он. — Девушка!
— Ну и что? Да, я девушка, что в этом зазорного?
— Нет, вы правы, ничего такого, — Атос стал бледнее смерти и потерял сознание.
— Гримо, воды! — вскричала обеспокоенно я. — У него опять поднялась температура.
Мы перетащили Атоса в кровать, и я осталась с ним до утра, чтобы сбить температуру и проследить за его состоянием.
Так и закончился этот сумасшедший день.