34 глава
Я долго плескала в лицо холодной водой, чтобы успокоиться. То, что у меня есть чувства к этому человеку, было неоспоримым фактом, и я должна была просто принять это, чтобы не страдать понапрасну. Я легла в постель, и в голове все еще звенели собственные слова о любви.
«Я люблю тебя»
– Просто прими это, – прошептала я и с головой укрылась одеялом, чтобы в лицо не светила круглая желтая луна.
Виолетта сделала то, что обещала.
Едва я только уснула, она действительно стала звонить в проклятый колокольчик прямо посреди ночи. От ехидного перезвона я подскочила на месте, обозвала ее про себя последними словами, забыв о чувствах к Виолетте, и слезла с кровати – пришлось идти к ней в комнату. Я была так зла, что дверь распахнула пинком.
В ее полутемной спальне негромко и тягуче звучала музыка – что-то из нью-эйдж. В стеклянных стаканах горели свечи, которые мы сегодня купили. Едва уловимо пахло мятой и бергамотом. Облаченная лишь в темно-синие спортивные штаны Виолетта сидела в позе лотоса посреди своей двуспальной кровати и медитировала, соединив большие и указательные пальцы.
Вид у нее был на редкость просветленный.
Услышав мои шаги, она приоткрыла один глаз.
– А вот и ты. Не грохочи так. Видишь, я постигаю дзен, – заявила Виолетта, и я крепче сжала губы. Издевается, скотина облезлая, точно издевается! Разбудила меня посредине ночи для очередного представления! Клоунша, от которой в панике сбежал весь цирк. Но... какая же она милая, когда полуобнажена. Меня раздирало от противоположных чувств.
– Дзен, говоришь, постигаешь? – прошипела я сквозь зубы. – А больше ничего постигнуть не хочешь?
– Вселенской любви, милая, – благословенно кивнула мне Виолетта.
– А вселенских волшебных пенделей не выписать? – хмуро поинтересовалась я. – Могу даже без рецепта.
Она открыла второй глаз и теперь смотрела на меня с нескрываемым ехидством. А я почему-то уставилась на небольшое, но абсолютно глупое тату на её животе, выглядывающее из-за ремня. Розовое пони, блюющее разноцветной радугой. Набила же себе такое, а! И какой у неё все-таки пресс классный. Боже, о чем я думаю.
– За что я тебя люблю, так это за твое чувство юмора, – заявила Виолетта. – Нравится наблюдать за её формированием с нуля, так сказать. Как будто бы наблюдаю за превращением обезьяны в человека. Кстати, знаешь, что род ископаемых приматов-проконсулов – наш общий предок?
– Чей это «ваш»? – сощурилась я. Как же она меня достала! Но я держалась. А что мне оставалось делать? Сама захотела поиграть с ней в покер на желания.
– Не ваш, а наш – мой и твой, Алина. Человекообразных существ, как я, и мартышковых, как ты. Ну, понимаешь, это метафора. Я хочу показать разницу между нами, – улыбнулась Виолетта. Улыбка у неё была милая и светлая, а в глазах горел веселый огонь.
– Знаешь, Виолетта, иди ты... к своим проконсулам с такими метафорами. Ты зачем звонила в свой чертов колокольчик? Что ты хотела?! – взорвалась я.
– Я хотела телесных ласк, – кротко улыбнулась Виолетта.
– Ну так ласкай себя, в чем дело? – хмыкнула я.
– Я хочу твоих ласк, лапуля, – потупила она взор.
– Пошла к черту, – огрызнулась я.
– Ну вот, – укоризненно покачала головой она. – Твой мозг снова все извратил. Я хочу не тех ласок, о которых ты думаешь. Я хочу массаж. У меня болит шея.
– Чтоб она у тебя свернулась, – пожелала в сторону я.
– Эй, я все слышу! – возмутилась Виолетта и вскочил с кровати. – У меня идеальный слух, если ты не в курсе. Да я и сама почти совершенство... Значит так. Сделай мне массаж. Нежный. С маслом. Это мое второе желание.
Прикрыв глаза, я глубоко вдохнула и выдохнула.
– Я тебе проиграла желания, а не вечное рабство, – сказала я, с ненавистью глядя на Виолетту.
– Сама виновата, – пожала обнаженными плечами она. – Кто тебя заставлял играть со мной в карты?
– Нужда.
– Какая нужда, родная? Ты хотела меня нахлобучить, думая, что я идиотка и не умею играть в покер.
«Я бы тебе кирпич на голову нахлобучила, придурошная», – с тихой яростью подумала я. Дернуло же меня что-то начать с ней играть. Не иначе как ее ручной черт.
– И вообще, сама виновата – не надо было заставлять меня извиняться перед Грядкой. Я не поняла, ты не хочешь выполнять мое второе желание?
– Ладно. Ладно, я сделаю тебе массаж, – согласилась я, чувствуя, как по венам скользит холод.
Он перевернулась на живот и подложила руки под подбородок, а я села рядом и с силой хлопнула её ладонью по спине, оставив красный отпечаток.
– Эй, Алина, больно! – недовольно повернулась ко мне Виолетта.
– Прости, не рассчитала силу, – невинно похлопала я ресницами и забралась на неё – уселась сверху, уперев коленки в постель.
– То ай-кью свой рассчитать не может, то силу, – пожаловалась уткнувшаяся лицом в подушку Виолетта. – Ты так эротично на мне сидишь... Удобно?
– Не очень. У тебя задница костлявая.
– Я ее качаю, вообще-то, – недовольно заметила девушка.
– Жаль, что мозг не качаешь.
– Мне кажется, или у тебя задралась футболка? – спросила Виолетта, и я беззвучно прошептала слова проклятья. Длинная футболка, в которой я спала, действительно задралась.
– Кажется, – прошипела я и коснулась её спины. Несколько плавных поглаживаний – и меня окатило теплой и тягучей волной нежности, которая тотчас смыла всю злость. Я сидела на девушке, которая нравилась мне и которая была наполовину обнажена, чувствовала тепло её тела своим телом, касалась её, медленно и плавно разминая спину, и думала, как бы не выдать себя громким стуком сердца. Ведь иначе Виолетта все поймет, и тогда... Тогда я окончательно пропаду.
Я решила сосредоточиться на массаже – раньше он получался у меня очень здорово, и мама, брат, Сережа – все были довольны! Надеюсь, и ей тоже понравится.
Поначалу мышцы Виолетты были напряжены, но с каждым моим касанием расслаблялись все сильнее и сильнее. Пока мои руки разминали её шею и спину, я рассматривала Виолетту. Кожа у неё была чуть загорелая – будто бы она долгое время провел на море. На правой лопатке виднелся старый шрам, а на левом плече – татуировка в виде зловещей маски. В какой-то момент я поймала на мысли, что хочу коснуться этой татуировки губами. И нервно облизала губы, решив, что я совсем свихнулась.
– Как тебе? – спросила я, массируя шею Виолетты. Я знала, что ей нравится –
чувствовала это. И мне это тоже нравилось.
Полутьма, свечи и их тонкий аромат мяты и бергамота придавали моменту какую-то интимность. И это нравилось мне, и страшило одновременно.
– У тебя неплохо получается, – хрипло ответила Виолетта и вдруг велела:
– Слезь с меня.
Я послушно слезла и села рядом, а Виолетта резво перевернувшись, села напротив. Взяла меня за подбородок и заглянула в глаза.
Меня пробрала дрожь, но внешне я сохраняла спокойствие.
– Что? – только и спросила я, не понимая, какую очередную игру она ведет со мной.
Девушка ухмыльнулась и провела рукой от подбородка вдоль щеки к волосам. Распустила их, заставляя тяжелой волной упасть на плечи. Пробежалась кончиками пальцев по шее – они замерли на ключице. Спустились к груди, очерчивая ее форму, и снова замерли. Виолетта словно ждала мою реакцию. Ждала, что я буду делать.
– Зачем? – только и спросила я, больше всего на свете сейчас желая, чтобы эти дразнящие невесомые прикосновения стали настойчивыми и горячими. Мне захотелось ощутить на себе тяжесть ее тела, ее тепло, почувствовать знакомый запах моря.
Виолетта снова запустила пальцы в мои волосы и потянулась ко мне, чтобы поцеловать – я понимала это по её полуоткрытым губам. И хотя я всею душой желала этого, вдруг отпрянула. Не знаю, чего я испугалась – то ли ее горящих глаз, то ли собственного сердцебиения, то ли этих почти запретных касаний.
Виолетта сощурилась и откинулась на спинку кровати. Она была разочарована. Обиделась. Рассердилась. И тотчас разрушила очарование момента.
– Кстати, Алина, а почему ты делаешь массаж без масла? – поинтересовалась она противным голосом. – Я же просила делать с маслом. Больше всего люблю кокосовое.
– Ах, да, точно. Но у нас есть только подсолнечное, – нахмурилась я, пытаясь сделать вид, что сейчас ничего не произошло. – Кокосового нет.
– Тогда купи его.
– Что? – недоверчиво спросила я, решив, будто мне послышалось.
– Купи, – спокойно повторила Виолетта.
– Где, позволь спросить?
– Где хочешь. Наверняка есть круглосуточные супермаркеты и аптеки. Это не мои проблемы. Думай сама.
– Ну ты и козлина, – мгновенно рассердилась я. Я никогда не была на таких эмоциональных качелях – от нежности и желания обладать человеком до ярости и желания сделать ей больно.
– Уговор дороже денег. Иди за маслом. И без него не возвращайся, родная, – заявила Виолетта.
— Что ж, я куплю, – ответила я ледяным тоном и встала с кровати. – Подожди немного... милая.
Сейчас я куплю все то, что ты пожелаешь, дорогая моя. Я наспех оделась, покинула квартиру и выбежала из подъезда.
Ближайшая круглосуточная аптека, на мое счастье, находилась неподалеку, однако она, разумеется, оказалась закрытой. Пришлось бегать в ночи и искать другую. В этой другой не оказалось кокосового масла, и я понеслась в третью, ненавидя Виолетту всем сердцем.
Когда я вернулась и заглянула в спальню Виолетты, она сладко спала, лежа на животе и прижимая к себе подушку. И даже не подозревала, что сейчас будет.
Я злодейски ухмыльнулась, осторожно вышла из ее спальни и пошла на кухню. Там вылила все масло в глубокую тарелку и вернулась к Виолетте. Мгновение – и я вылила на неё масло. Прямо на голову.
Сладко запахло кокосами и почему-то ванилью.
Виолетта тотчас проснулась и подскочила, как ошпаренная.
– Ты... Ты... Ты что делаешь, ненормальная?! – заорала она.
– Купила масло и решила сделать тебе массаж, зайчик, – невинно улыбнулась я и, прежде чем обозленная Виолетта прыгнула на меня, чтобы повалить на кровать, ловко выскочила за дверь и заперлась в своей комнате, слыша ее вопли и хихикая. Месть удалась.
– Открой! – требовала он и стучала кулаком по двери. – Открой, я сказала!
– Извини, я тебя боюсь, – ответила я. – У тебя глаза какие-то злые. Вдруг ты меня обидишь?!
– Я тебя не просто обижу, – пообещала из-за двери Виолетта. – Я тебя очень сильно обижу. Открывай дверь по-хорошему, стерва!
– Ага, сейчас, бегу, махая гривой.
Какое-то время Виолетта пыталась проникнуть в комнату, но сдалась и ушла. А я стала думать, что мне делать дальше. Виолетта ведь наверняка вернется с местью, а замок не слишком надежен. Может быть, подпереть чем-нибудь дверь? Недолго думая, я принялась за дело. Подперла дверь, которая открывалась внутрь, креслом. И решила, что проведу в этом кресле остаток ночи. Если Виолетта попытается отодвинуть его, я сразу пойму это.
Я прислушалась – судя по звукам воды, Виолетта пошла смывать масло с волос. Думаю, это у неё получится легко – я сто раз делала маски для волос с кокосовым маслом, и оно всегда отлично смывалось. Будем считать, что я не только сделала ей массаж, но еще и поухаживала за волосами.
Решив, что нахожусь безопасности, я выключила свет, прикрыла дверь, ведущую на лоджию, и стала переодеваться – стянула джинсы, затем футболку. Но едва я сняла ее, как неожиданно услышала странный шум.
Кто-то вошел в мою комнату.
Я даже обернуться не успела – на мои обнаженные плечи вдруг опустились чьи-то горячие ладони. Я замерла – в одно мгновение поняла, как оплошала. Лоджия ведь имеет несколько дверей – в разных комнатах! Я так старательно пыталась запереться в своей спальне, что совсем забыла об этой дурацкой лоджии! А Виолетта не забыла.
Вдоль позвоночника поползли мурашки. Я не знала, что сейчас будет. Но... но я хотела это узнать.
– Вот и я, родная, – услышала я нежный шепот позади себя. Дыхание стоящей позади Виолетты обжигало шею. От неё все еще пахло кокосовым маслом и моим фруктовым шампунем. – Ждала?
Я вздрогнула и прижала к груди футболку, инстинктивно пытаясь прикрыться, хоть мы и находились в темноте. Кажется, Виолетта коротко рассмеялась. Ее ладони поползли вниз, вдоль по моим опущенным рукам. А губы дотронулись до шеи, заставляя инстинктивно откинуть голову в сторону – чтобы она целовала меня. И она сделала это – несколько коротких поцелуев заставили мое дыхание стать неровным.
Что он делает со мной? Что делает?..
– Алина, – прошептала Виолетта. – Ты вела себя очень плохо.
– Ты тоже, – тихо ответила я.
– И это было очень глупо, – продолжала она. Ее ладони вновь поползли вверх, гладя меня по рукам.
– Знаю, – тихо-тихо ответила я. – Совсем забыла про лоджию...
– Дело не в ней, Алина. А в том, что ты должна была поцеловать меня, когда мы сидели у меня на кровати. Я ведь все сделала, чтобы ты этого захотела. Все. Я не нравлюсь тебе? Так противна? Скажи честно. – Она сжала мои предплечья и снова коснулась губами шеи.
– Дело не в этом. Я испугалась.
– Меня?
– Себя. Своих чувств.
– Значит, ты что-то чувствуешь ко мне? – она потерлась носом о мой висок. Я молчала. Наслаждалась ее прикосновениями. – Ну же, скажи. Говори, Аля. Я и так чертовски на тебя зла после выходки с маслом. Хотя, признаю, это было внезапно и весело.
– А ты ко мне? – спросила я.
Ее руки сомкнулись на моей талии. И Виолетта прижала меня спиной к своей груди. Футболка выпала из моих рук – упала прямо к ногам.
– Ты не ответила мне. И я тоже не буду этого делать.
– Тогда как же нам поступить?
– Выполни мое третье желание, – просто сказала Виолетта.
Я вдруг поняла, что она сейчас загадает. Ночь с ней. Несмотря на то, что я просила не делать этого.
Смогу ли я отказаться, боже?
– Какое? – хрипло спросила я, а она прижала меня к себе еще сильнее.
– Я хочу, чтобы ты стала моей настоящей девушкой, – прошептала она мне на ухо.
– Что? – спросила я пораженно.
– Я хочу по-настоящему встречаться с тобой.
Под ногами заискрило, а голову окутала туманная дымка. Мне это сниться? Или это реальность?
– Повернись, – велела Виолетта властно. – Повернись и скажи мне, станешь ли ты моей девушкой или нет.
Я повернулась.
Действительно ли это была ненависть с первого взгляда?..
__________________________________
вот и конец. надеюсь вам понравилась история! в дальнейшем будут еще истории