Утопия

Стоило выйти на улицу, как яркий солнечный свет ударил по глазам, заставив их мгновенно закрыться на пару секунд. Запах осеннего утра, первого, теплого за месяц, радовал так же, как проведенная ночь в квартире на третьем этаже пятиэтажного дома. Где-то вдали слышался звук сирены, а по левую сторону, на детской площадке, дети уже вовсю играли. Бегая друг за другом, они кричали «догоню» и, казалось, больше ничего было не нужно. Только это.

Жизнь — совсем не простая штука. За двадцать семь лет это уже можно было осознать, но отчего-то надежда на лучшее каждый раз каким-то образом появлялась на душе. Вдруг завтра все изменится. Вдруг завтра снова будет теплая погода, вдруг дети также будут радостно бегать друг за дружкой и кричать «догоню», вдруг завтра старший брат скажет, что труды окупились, вдруг отец перестанет пить. Да, слишком много «вдруг», но Чонгуку так хотелось надеяться на это.

Вздохнув теплый, утренний воздух, парень с темными волосами и со счастливым лицом шагнул вперёд. Дернув лямку рюкзака, он поджал плечи. Сейчас осень. Октябрь. И он никогда не любил его. Ему вообще не нравится это время года. Он зиму любит. Когда сугробы, когда Рождество, когда уютно и морозно на улице, что, зайдя в теплое помещение, руки непроизвольно начинаешь тереть, чтобы разогнать кровь. Для Чонгука это самое лучшее время года.

Выйдя на главную улицу, Чон Чонгук оглядывается. До автобусной остановки идти минут двадцать, но, к сожалению, такси он позволить себе не может — дороговато для него. Надев наушники, он включает музыку. Шагая вперед, Чонгук совершенно забывает обо всем. Он помнит только то, что было ночью, и до безумия счастлив. Улыбка не скрывает этого. Он окрылен и впервые за долгое время чувствует себя действительно живым. Эти двадцать минут оказались пустяком — вот, он уже подходит к остановке и терпеливо ждет свой автобус, поглядывая на дорогу, как делают многие, когда им любопытно, где их автобус. Правда, какой от этого толк? Издалека же не видно его номер. Подумав об этом, Чонгук вздыхает. В ушах через наушники играет его любимая песня, и он непроизвольно начинает подпевать. Не громко, а без звука, лишь повторяя слова и глядя вперед на дорогу, Чонгук видит приближающийся автобус.

Путь до дома оказался быстрым. Наверное, витая в облаках, Чонгук просто не обратил внимания на дорогу, а полученное сообщение — обрадовало. Короткое «До вечера» вызвало мурашки по коже.

Квартира, в которой жил Чонгук вместе с братом и отцом, была небольшой. Кухня, на которой помещались с трудом два человека, большая комната, которая служила и обеденной комнатой, и спальней, и гостиной, а также спальня Чонгука и его старшего брата.

Зайдя в квартиру, где стоял запах кислятины и духоты, Чонгук мгновенно поморщился. Сбросил рюкзак, снял обувь и в одежде прошел в большую комнату, где подойдя к окну, распахнул его. Приятный свежий воздух проник в квартиру, а свет осветил. Окинув взглядом комнату, Чонгук опускает руки вдоль туловища и тяжело вздыхает. В нескольких шагах от него стоит маленький столик, который Чонгук использовал для учебы год назад, а теперь он заставлен пустыми бутылками соджу и упаковками рамёна. И самое что интересное, что отца не было дома, а ведь вчера вечером, перед уходом Чонгука, он был трезв и даже ложился спать, со словами, что ему на следующий день на работу.

Очередная ложь…

Отношения его и отца всегда были натянутыми. Они ругались каждый день. Крики порою доводили до слез и приходов соседей. Каждый раз, разговаривая с ними, Чонгук клялся, что больше такого не повторится. И это тоже была ложь. Очередная. Крики продолжались. Ссоры тоже.

Убрав весь мусор, Чонгук быстро привел квартиру в порядок и приготовил легкий обед. Наверняка, когда старший брат вернётся домой, он захочет перекусить. Чон Хосок, старший брат, был самым близким человеком из родственников, которые остались у Чонгука. С другими их семья не общается. Впрочем, других и нет. В семье Чон остались только он, Хосок и отец, которому тоже скоро наступит конец. Несколько раз его забирали в больницу и откачивали от алкоголя, но этому человеку совершенно плевать на всё. Залиться — эти было сами важным для него. С этим уже все смирились, только вот на новой работе, которую Чон старший получил по чистой удачи, не будут это терпеть. Пока что в компании, где работал его отец, закрывают глаза на прогулы, но сколько это будет еще продолжаться…

Время на часах перевалило за полдень. По-хорошему, Чонгук уже должен начать собираться на подработку в магазин на углу, но отчего-то ему как-то тяжело на душе. Мысли об отце не покидают его и он решает позвонить. Набирает телефон, ждет, слушает долгие и противные гудки, которые не прекращаются. Тревога нарастала сильнее и, сидя на кухне за маленьким столом, где обычно они готовили, нежели кушали, Чонгук опускает голову и слышит, как открывается входная дверь. Он тут же вскакивает и косится в сторону коридора, а после выходит из-за стола, приходит в коридор, остановившись между большой комнатой и проходом, что вел к двери, поглядывает на пришедшего.

— Пап… — протянул Чонгук, опуская плечи в сожалении.

— О, сынок, ты уже дома. — язык заплетался. Слова еле получилось разобрать. Мужчина чуть покосился набок, но стена удержала его от падения.

— Пап, ты должен быть на работе. — с тревогой проговорил Чонгук. — Хен будет орать на тебя.

— Да пофиг. Ему бы вообще уже жить отдельно. Семью, там, завести, детей. А то из-за него и я не могу бабу привести сюда.

Чонгук ошарашенно смотрел на отца.

— Пап, ты что такое говоришь… Хен и я пытаемся жить, как нормальные люди. Пытаемся тебя вытащить…

Мужчина снял обувь. Прошел мимо Чонгука.

— Мне прекрасно и так. — ответил мужчина.

— Пап, сколько ты не был на работе? Вчера ты рано ушел, но я не видел твоего возвращения.

— Так просто не надо шляться по вечерам. Ты не ночевал дома. — ответил мужчина.

— Я был у друга, — ответил Чонгук. — Пап, прекращай пить. Пожалуйста. У тебя хорошая работа, зарплата, но мы не видим ее. Хосок не может постоянно тянуть нас. И я тоже не могу.

— Так не тяните, — выдал мужчина и завалился на диван в большой комнате. — Я не прошу вас.

Чонгук отвел взгляд, почувствовал укол обиды и неприязни.

— Я спать. — добавил Чон старший.

***

Работа не шла. Всё валилось из рук. Люди чертовски бесили. Подростки то и дело бродили туда-сюда и не убирали за собой со стола. Пьяные мужики своими тупыми вопросами «А где это, где то» тоже заставляли нервничать. Чонгук даже накричал на одного, потому что его поведение было непозволительным. Так себя не ведут в обществе, после чего пришлось выставить нахала за дверь. Ближе к вечеру стало потише, но пьянь никуда не ушла. Через каждого второго посетителя заходил еле стоящий на ногах мужик и качал свои права. Всё же, день был хорошим только с утра.

Проверяя продукты на просрочку, Чонгук мысленно витал в облаках, думая, куда же ему пригласить любимого человека. Из-за нехватки денег он не мог позволить дорогие рестораны, но кофе было вполне допустимо. Сложив рисовые треугольники, Чонгук перешел к следующему стеллажу и услышал, как открылась входная дверь.

— Добро пожаловать! — громко поздоровался Чон, развернулся и поклонился пришедшему посетителю. В магазин зашел мужчина. Взрослый, явно больше тридцати пяти лет. В черном костюме, поверх которого на плечи было накинуто пальто, он поправил его, посильнее натянув, и огляделся. Уложенные волосы, за которыми явно хорошо ухаживают, блестели от света ламп. Кожа чистая, цвета меда, и это точно был не загар. Видимо, натуральный его цвет. Позади этого мужчины стоял еще один человек. Его одежда была схожа, только вот пальто он надел нормально. Он также осмотрелся и, заметив Чонгука, указал в его сторону. Чон тут же подошел к стойке и встал за кассу.

— Помочь вам? — спросил весьма вежливо Чонгук.

Мужчина с накинутым на плечи пальто прошелся по магазину и, дойдя до кассы, остановился, взглянув на Чонгука.

— Вы — Чон Чонгук?

— Да.

— Хорошо, что я вас нашел. —

загадочно заговорил мужчина. — Господин Чон, меня зовут Тэодор Ким, я генеральный директор компании «Кимга плаза», вы слышали о ней?

Чонгук растерялся и замялся. Испуганным взглядом он смотрел на мужчину, ковыряя ногти под кассовым столом от нервов.

— Слышал. Вы владеете сетью ресторанов.

— Верно, — кивнул господин Ким. — Господин Чон, скажите, а где ваш отец?

Услышав слово «отец», Чонгук замялся, перед глазами все поплыло. Он до ужаса боялся, что отец натворил что-нибудь. Такой человек, как генеральный директор крупной компании, не стал бы приходить просто так.

— Не бойтесь, — заметив взгляд Чонгука, господин Ким улыбнулся и продолжил: — Я вам ничего не сделаю. Я лишь интересуюсь за своего сотрудника. Видите ли, ваш отец работает у меня водителем, но вот уже второй день его нет на работе. Дозвониться до него не могут, а у меня вчера из-за него чуть не сорвалась встреча. Господин Чон, вы не могли бы передать отцу, что если он не намерен работать, то пусть выплатит компенсацию и уходит.

— Компенсацию? — спросил Чонгук.

— Да. –кивнул Тэодор. — Ему купили костюм для работы, а он не дешевый. Также он попросил аванс чуть раньше, ссылаясь на плату коммунальных услуг, и я выплатил его. Я же человек, все понимаю, но он не отработал даже двух месяцев, чтобы покрыть расходы, и уже пропал. Я такое не люблю, поэтому…

Чонгук вдруг резко поклонился и застыл в согнутом положении. Стыдясь своего отца, Чон боялся встретиться взглядом с Тэодором. Его отец снова оплошал. Снова подставил.

— Господин Ким, я поговорю с отцом.

— Да, будьте любезны. — мужчина улыбнулся, окинул взглядом парня перед собой. — Сделайте мне кофе, пожалуйста.

— Конечно. Горячий или холодный?

Тэодор ответил сразу же:

— Горячий.

— Хорошо. Вы можете пока присесть за свободный столик. — Чонгук старался говорить уверенно.

Тэодор развернулся и медленными шагами направился к столу. За него заплатил мужчина, который стоял все это время за спиной господина Кима, словно его тень. Вытащив карту, он приложил ее и пухлыми губами проговорил слова благодарности. Разглядев его поближе, Чонгук увидел сходство с его любимым человеком — такие же пухлые губы, словно кукольные, и фарфоровое лицо. Высокий, темноволосый.

Приготовление кофе много времени не заняло. Загрузив все в кофемашину, Чонгуку оставалось только дождаться сигнала завершения варки кофе и подать его гостю. Это и произошло буквально через несколько минут. Поставив чашку кофе на поднос, Чонгук вышел из-за стойки, на дрожащих ногах, даже непонятно из-за чего, подошёл к столу, за которым сидел господин Ким и, стараясь максимально аккуратно поставить чашку на стол, пытался не смотреть на мужчину. Его взгляд и без того чувствовался. Он словно пожирал, доставлял дискомфорт и хотелось скрыться от него, но Чонгук не мог. Ему некуда уходить. У него работа.

— Если что-то понадобится, то позовите меня. — сказал Чонгук и отошёл на два шага назад. Господин Ким просто кивнул и протянул руку с длинными пальцами к ручке, но не притронувшись к ней, просто отвел взгляд в сторону.

В магазине тишина. Занимаясь своими делами, Чонгук через время позабыл о присутствии господина Кима. Он допроверил продукты, сделал выкладку, пробил несколько чеков и, лишь когда он стал проверять чистоту магазина, прежде чем сдать смену, Чонгук вспомнил о мужчине, господине Киме. Тот сидел тихо. Так, будто его тут и не было. Он не притронулся к чашке с напитком и все также смотрел куда-то в сторону. Кофе уже остыл. Пройдя мимо него, Чонгук остановился и обратился тихим голосом:

— Вам не понравился кофе?

Господин Ким повернул голову, медленно поднял темные, цвета угля, глаза с длинными ресницами и, казалось, он обвел Чонгука по контуру тела, оценивая. Его губы, слегка неровные, растянулись в улыбке.

— Вы не притронулись к напитку. — указал Чонгук на чашку.

— Перехотел. — ответил господин Ким, чуть скосив голову, а после резко встал. — Мы уходим. Надеюсь, что наш разговор не останется пустым звуком. Я не люблю несерьезных людей.

Чонгуку снова стало стыдно за отца и он покраснел.

— Я поговорю с отцом. — еще раз повторил Чонгук.

— Да, я помню. — господин Ким спрятал руки в карманы брюк, шагнул в сторону выхода и, вдруг что-то вспомнив, остановился. — Через три дня у меня важное мероприятие и если я не приеду или опоздаю, то вы же понимаете, какие могут быть последствия? Ваш отец — мой водитель и от него зависит, успею я на него или нет.

Чонгук поджал нижнюю губу.

— Всего хорошего.

Мужчина так быстро вышел, что Чонгук даже не успел с ним попрощаться. Он лишь смотрел ему вслед, вдыхая аромат дорогого парфюма.

Сдав смену напарнику, Чонгук ушел из магазина и сразу направился на автобусную остановку. Дождавшись нужного автобуса, Чонгук забрался на заднее сиденье, сел у окна и достал телефон.

Образ господина Кима не покидал голову. Он засел в ней. Его темные глаза, несколько равнодушные и холодные, странно завораживали. Они стояли перед глазами, как и улыбка. Ещё прежде никто не вызывал такого странного чувства внутри Чонгука. Даже тот, к кому он сейчас едет, никогда не сидел в голове. Набрав в поисковике имя «Тэодор Ким», Чонгук первым делом увидел его биографию и несколько фотографий с недавних публичных встреч. Вот, одно фото, где Тэодор стоит в компании красивых девушек. Вот, он в кругу мужчин, а вот еще одно, где он стоит один и смотрит куда-то вдаль, словно думает о чем-то печальном. Его профиль — идеал. Его будто лепили ангелы. Волосы на каждой из фотографий идеально уложены. Он слишком красив для этого мира. Слишком красив для Чонгука. Такие мужчины всегда находятся в центре внимания и пользуются популярностью у женщин. И это самое страшное, ведь красивых мужчин нельзя любить. И слава богу Чонгук не любил Тэодора. Он просто восхищался его дьявольской красотой.

Пролистав дальше, зайдя в биографию Кима, Чонгук читает его личные данные: возраст, происхождение, статус в отношениях. Удивительно, но этот человек холост. В свои тридцать семь он не завел семьи и лишь раз был замечен в компании девушки вне вечеринок и званых вечеров. Он родился в Испании, но уже двадцать лет живет в Корее и он кореец. Из источников известно, что его родители переехали в Корею, когда Тэодору было десять лет из-за бизнеса отца и с тех пор франшиза сети ресторанов процветает, а спустя время Тэодор Ким занял пост генерального директора компании и управляет сетью ресторанов непосредственно в Корее. Большинство из них открыты именно здесь, на родине отца и матери, но и про Испанию они не забыли. Там тоже имеется своя сеть ресторанов.

Пролистав ниже, Чонгук читает историю создания семейного бизнеса «Кимга плаза» и видит фотографию мужчины. Он солидный. Тяжелый взгляд даже через экран телефона заставляет что-то внутри сжаться. Не хотелось ему посмотреть в глаза в реальной жизни. Чонгук понял, что мужчина — это отец Тэодора, так как увидел некое сходство в лице между ними, а прочитав сноску «господин Ким Вонги, основатель компании», убедился в этом окончательно.

До нужной остановки Чонгук доехал быстро. За чтением биографии господина Кима, Чонгук чуть было не проехал мимо, но успел выскочить из автобуса в самый последний момент. Сжимая в руках телефон, он все продолжал думать об этом мужчине, Тэодоре, пока вдалеке не увидел идущего ему навстречу парня. Чонгук узнал его по походке. Он шел плавно, почти не касаясь земли. Словно летел, еще бы, ведь он танцор. Увидев его, все мысли Чонгука о Тэодоре Киме мгновенно испарились.

Махнув рукой, Чонгук широко улыбнулся и, дождавшись, когда ему ответят взаимностью, опустил руку. Вскоре он подошел к тому парню ближе.

— Прости, — тяжело дыша, проговорил парень, к которому подошел Чонгук, — Давно приехал?

— Нет, только что. Ты бежал, что-ли?

Парень улыбнулся.

— Я бы подождал. — опустив плечи, сказал Чонгук.

В красивом лице перед Чонгуком отражается только доброта и забота. Парень перед ним слишком милый и порой Чонгук размышляет, как же он умудрился влюбиться в него. С пухлыми губами, особенно очень мило, когда он дуется, этот парень покорил сердце Чона. Он всегда оказывался рядом, когда это действительно было необходимо. Всегда слушал и поддерживал, и именно поэтому для него хотелось многое сделать: пригласить в хороший ресторан, оплатить что-то, что ему необходимо, быть лучше для него. Но, к сожалению, Чонгук пока не может воплотить многое в реальность.

Парень перед ним — Пак Чимин. Их знакомство произошло давно, еще в учебные годы. Скромный парень, который только и делал, что зависал в актовом зале, совсем не вызывал интереса. На уроках они практически не общались, а многие вообще считали его странным, но когда на одном из выступлений праздника школы Чимин выступил с танцем, Чонгук просто не смог оторвать от него взгляд.

Слишком красиво он двигался. Завораживающе. И тогда Чонгук понял — что внутри что-то зацепило его. Они начали общаться, а спустя время Чимин раскрыл себя и, как выяснилось, у них есть один общий секрет — их организации.

Для Чонгука встретить такого, как Чимин — это подарок судьбы. Ему никогда так не везло, как с ним. Из-за отца он практически не знал, что такое — общение с друзьями. Что можно весело проводить время. Что юные годы нужны, чтобы совершать безбашенные поступки. Но Чонгук посвятил их работе. Как и его брат, ведь кто-то же должен оплачивать счета, покупать еду и не дать отцу убить себя. Впрочем, Чону старшему уже ничего не поможет. Но Чонгук хотел и хочет жить достойно, поэтому вместо учебы выбрал работу и вот уже много лет он скачет с одного места на другое, ища себя. А Чимин — его бесконечная поддержка и опора. И он старше Чонгука на год, ему двадцать восемь лет.

Поправив воротник куртки, Чимин заглянул в глаза Чонгука и вдруг прищурился, будто ему в глаза светил яркий свет.

— Что случилось? — спросил Пак. — Снова отец?

— Опять. — исправил Чонгук. — Пойдем домой, по пути расскажу.

Направляясь в сторону дома Пака, Чонгук вкратце рассказал о сегодняшнем дне и, не переставая вздыхать, также рассказал о господине Киме. Слушая внимательно, Чимин старался не переживать за Чонгука, но тот видел, что Паку было что сказать, поэтому он сделал паузу и дал Чимину высказаться.

— Гук, почему все это выслушиваешь ты? Почему не Хосок? Он же старший брат. Это его задача вправить мозг отцу, но никак не твоя. Тебе бы, по-хорошему, учиться пойти, а не просиживать штаны в магазине.

Слова прозвучали грубо, но, отчасти, Чонгук понимал, что Чимин прав. Он ответил, чуть улыбаясь печальной улыбкой:

— Он же мой отец, я тоже не могу бросить его. Хосок тоже старается, не надо так говорить. Ну а я… Может ты и прав, но я уже привык так жить.

Чимин громко вздохнул и поправил лямку сумки.

— Может переедешь ко мне? До работы долго добираться, но ты хотя бы не будешь так нервничать.

Чонгуку до безумия приятно слышать такие слова, но через время он мрачнеет, вспомнив о господине Киме.

— Спасибо, но я должен разобраться с отцом и его работой, а потом, если ты все еще захочешь видеть меня в своей квартире, то, — Чонгук приобнял Чимина за плечи и улыбнулся, стараясь перевести разговор на более позитивную ноту, — Перееду.

Чимин засмеялся, прикрыв рот ладонью.

— Тогда решай быстрее свои дела и собирай сумки.

До дома они дошли, разговаривая о тренировке Чимина. Чонгук был готов слушать все, что угодно, лишь бы не затрагивать тему его семьи и гостя в магазинчике. Быстро приняв душ, Чонгук решил помочь Чимину с готовкой, пока тот, со словами, что он воняет, скрылся в ванной комнате. Приготовленный рамен до ужаса надоел на работе, но Чимину нравилось его кушать после тренировки, поэтому Чон не возражал. Он поставил отварную лапшу в кастрюле на стол, положил палочки, подготовил закуски и сел за стол, сложив руки на коленях, будто ему было десять лет. В широкой футболке и брюках-карго, Чонгук разглядел свою одежду и мысленно снова вернулся к образу господина Кима.

Они такие разные.

Волосы Тэодора идеально уложены, в то время, как темные волосы Чонгука вечно торчат в разные стороны. Одежда у Кима дорогая, а Чонгук даже донашивает некоторые вещи за братом, ведь они ещё в хорошем состоянии. У Тэодора есть личная машина, а у Чонгука только проездной билет. Такой как он никогда не будет ему ровней. У них разные уровни и статусы.

Шум воды резко стих и Чонгук выпрямил спину, словно натянули струну. Он повернул голову, дожидаясь, когда из-за угла выйдет Чимин, и он не заставил себя долго ждать. Такие же темные волосы, как у Чона, упали на глаза. Капли воды капали на лицо. Щеки, слегка с розовым цветом, говорили о том, что Чимин мылся в горячей воде. Губы стали еще пухлее. Он вышел к нему в шортах и без футболки, перекинув через шею полотенце.

— О, ужин готов уже. — проговорил Чимин, заглянув в кастрюлю. — Сейчас, полотенце повешу и приду.

Чон кивнул.

Их ужин прошел в тишине, что было крайне необычно. По обыкновению они что-то обсуждают, а сегодня каждый смотрел в свою тарелку. Казалось, что между ними появилось напряжение. Убрав посуду, Чонгук помог Чимину с прибраться на кухне полностью, а после они ушли в комнату, которая служила гостиной. Почти как в доме Чонгука, только здесь нет пьяных людей. Родители Чимина живут в другом городе.

Заняв места на диване, Чимин включил телевизор, подпер подбородок рукой и задрал левую ногу на диван, оставив правую на полу. Чонгук обратил внимание на его мышцы ног, которые, впрочем, всегда нравились ему.

— Чонгук, ты сегодня странный. — вдруг заговорил Пак и Чон тут же отвел взгляд. — Как будто дело не только в отце.

— В отце. — тут же ответил Чонгук.

— Ты же знаешь, что я выслушаю тебя и не обижусь на правду. — Пак повернул голову. — Посмотри на меня.

Чонгуку страшно. Он не хочет врать. Хотя, он и не врет, ведь дело действительно в отце. В его отношении к жизни, к сыновьям, но и господин Ким не покидал дурной головы и из-за этого Чонгуку стыдно перед Чимином. Он смотрит таким чистым, доверяющим взглядом, а Чонгук…

— Этот Тэодор Ким… Он пугает меня.

— Властные люди всегда такие. От них лучше держаться подальше.

— Да, но я боюсь за отца. Ты же знаешь, что у меня нет матери и он единственный мой родитель. Да, он пьет, но я переживаю, что этот Тэодор что-нибудь сделает с ним.

— С чего вдруг ему что-то делать с твоим отцом? Все, что сможет — уволить его. — Чимин ответил спокойно.

Чон кивнул неуверенно и отвел взгляд.

— Гук, иди ко мне. — Чимин развернулся, сев поудобнее. Закинув левую ногу на диван, он раздвинул их и развел руки в стороны, приглашая Чонгука в свои объятия. Тот тут же подвинулся к Паку. Обнял его за талию и уткнулся в шею парня, вдыхая приятный запах геля для душа.

— Я боялся, что скажешь, что дело в другом мужчине. — прошептал Пак. Он погладил Чонгука по волосам.

— Что за бред?

— Почему бред? Разве гей-пары не испытывают ревности и страха? Мы же тоже люди и боимся за свои отношения.

Чонгук покраснел.

— Я, наверное, плохой парень, да? — вдруг спросил Чимин. Чонгук тут же отстранился от него, уставившись круглыми глазами.

— Чимин, не говори глупости. Это я хотел бы дать тебе большего, но из-за отца…

— Мне большего не надо. Ты просто

будь верен и оставайся рядом. Этого достаточно. — Пак ответил с улыбкой. — С остальным я разберусь.

Чон кивнул.

— Тогда, поцелуй меня. — Чимин опустил взгляд на губы Чонгука, пожирая их. Чон подался вперед и накрыл губы Чимина своими.

Утро следующего дня выдалось не то, чтобы спокойным, но несколько беспокойным для души Чонгука. Он долго не мог уснуть — все переживал за отца. Просыпался ночью в мокром поту от голоса господина Кима и оглядывался, убеждаясь, что его здесь нет. Успокаивало только сопение Чимина сбоку. Лишь видя его, Чонгук осознавал, что Тэодор Ким не рядом.

Когда прозвенел будильник Чимина, Чонгук нехотя открыл глаза. Встал он тоже с трудом — глаза то и дело закрывались, а за завтраком он почти ничего не съел.

Когда наступило время уходить, Чонгук, как и всегда, обнял крепко Чимина, пожелал ему хорошего дня и, не дожидаясь таких же теплых слов, ушел. Он знал, что этого «хорошего дня» попросту не будет, ведь ему предстоит разговор с отцом. Если, конечно, он дома и трезвый.

Спустя час Чонгук добрался до дома и, стоя перед подъездом, тяжело вздохнул. Его сердце чувствовало, что скоро что-то изменится. Что-то случится плохое. Зайдя в квартиру, Чонгуку в нос ударил запах чего-то скисшего. Он противный, заставил сморщится. Сняв обувь, он прошел в комнату и снова увидел пустые бутылки, но отца не было. Несколько бутылок соджу и пакет с сушеной рыбой лежали на полу. Чонгук с сожалением опустил плечи и подошел ближе, подняв их.

Сегодня смены в магазине нет, а это значит, что можно посвятить день уборке. Чонгук проветрил квартиру, постирал грязное белье, вытер пыль, все подмел и даже приготовил ужин, правда, скорее всего, ужинать он будет в одиночестве. Отца нет, брат на работе и, тяжело вздохнув, Чонгук сел на пол в большой комнате, прислушиваясь к тишине.

Слишком спокойно. Слишком спокойный день.

2

Два дня миновали слишком быстро. Будто бы щелкнули пальцами и все полетело. Стоя за стойкой, листая телефон, Чонгук почти засыпал. Ночка выдалась без сна — Чимин попросту не дал ему отдохнуть, но Чон не жалеет об этом. Ночь с ним была прекрасной и даже улыбка, иногда, появлялась на лице. Пролистав диалог с Паком, Чонгук смущенно отводит взгляд, словно он подросток и ему только что признались в любви. Он прикусывает нижнюю губу и представляет, что так ему сейчас делает Чимин, а не он сам, как вдруг слышит открытие входной двери. Подняв голову, Чонгук смотрит на проход между стеллажами и видит перед собой, в нескольких шагах, Тэодора Кима. Чонгук вскакивает, поставив телефон на блокировку. Мужчина же, молча, но весьма быстро направился к нему, пронзая взглядом.

— Господин Ким, — Чонгук поклонился.

— Чонгук, я думал, что мы договорились, — начал Тэодор. — Я просил всего лишь поговорить с вашим отцом и не подставлять меня, но, видимо, грош вашим словам. Вы знаете, который сейчас час?

Чонгук растерялся, ища взглядом часы, которых в магазине не было.

— Через два часа у меня важная встреча и ваш отец должен меня отвести на нее. На ней я, естественно, буду выпивать, что означает, — Ким сделал паузу. — Он должен отвести меня домой. Но, позвольте узнать, как мне быть, если мой водитель отсутствует?

— Господин Ким, я не видел его. Клянусь. — стал оправдываться Чонгук. — Я думал, что раз он не появляется дома, значит он работает.

— Его не было все эти дни и сейчас я сам к вам приехал. Мой другой водитель на выходном дне.

Чонгук задрожал, а Тэодор смотрел пристально. Не моргая.

— Господин Ким, что я могу сделать? Может быть… может… может я заменю его? У меня есть водительское удостоверение, я могу сопроводить вас.

Тэодор поджал губы. Он замолчал, забегал глазами, явно размышляя.

— Дам вам час на сборы. И, да, нужен костюм.

— Костюм… — протянул Чонгук. У него никогда не было костюма.

— Хотя бы брюки и джемпер. — вздохнул Ким. — Что-то, что не будет выглядеть вызывающе. Чонгук, вам придется ходить со мной. Роль водителя — не только меня катать по городу. Он, также, является моим личным помощником.

Чонгук ответил несколько неуверенно:

— Я не подойду на замену помощника.

— Тебе не нужно ничего знать. Просто ходи рядом и контролируй меня.

— Контролировать? — удивился Чонгук.

— На подобных вечерах часто пьют и я не исключение.

Чонгук кивнул, ответив:

— А, вот оно что. Хорошо. Не думаю,

что с этим могут быть проблемы.

Тэодор улыбнулся, взглянул на часы и сказал:

— Чонгук, у нас мало времени. Я буду в машине.

Да, времени действительно было мало. Чонгук второпях позвонил сменщику, объяснил ситуацию и тот, слава богу, согласился. Чонгук был благодарен ему безмерно, ведь от нынешней ситуации многое зависит. Вдруг, после этого вечера, господин Ким смилуется и даст отцу Чона последний шанс. Впрочем, это было вряд-ли исполнимо, но все же. Чонгук надеялся на лучшее.

Попросив сменщика, также, об еще одной услуги — джемпер, Чонгук не рассчитывал, что одежда придется ему в пору. Бежать до дома — не выход, времени совсем нет, а Уын живет здесь неподалеку. Его проще дождаться и понадееться, что одежда подойдет.

Пока Уына не было, Чонгук привел себя в порядок: умылся, уложил волосы, правда водой, но и этого было достаточно. Прибрался на кассе и купил Уыну банку пива в знак благодарности за помощь. Вскоре пришел и сам Уын. Парень чуть ниже Чонгука и худой, с мешками под глазами из-за вечного недосыпа, улыбнулся и протянул пакет с джемпером. Чонгук тут же скрылся в служебном помещении, переоделся и вышел через запасной выход. Так было быстрее. Обойдя магазин, он подошел к машине, постучал по заднему стеклу с правой стороны, потому что был почему-то уверен, что господин Ким сидит именно с этой стороны, и он не ошибся. Стекло опустилось и Чонгук встретился с темными глазами мужчины, несколько равнодушными.

— Господин Ким, я готов. — тихо сказал Чонгук, будто бы, заговорив он громче, то был бы наказан.

— Ключ в замке зажигания. — кивнул мужчина и отвернулся.

Чонгуку не понравился такой холодный ответ. Внутри все сжалось, как сжималось раньше, когда думал об этом человеке. Обойдя автомобиль черного цвета марки Ауди, Чон сел внутрь и сразу почувствовал запах дорогой кожи, роскоши и каких-то масел.

— Какой адрес, господин Ким? — спросил Чонгук, взглянув на Тэодора через зеркало заднего вида. Он подпер подбородок рукой и смотрел в окно, ответил, не глядя на парня:

— В навигаторе уже указан адрес.

Чонгук тут же опустил взгляд на торпеду машины.

— Поезжай. — добавил Ким.

— Хорошо.

Чонгук положил руки на руль, завел двигатель, и машина тронулась с места.