PAIN

Я немного опешила, но вовремя беру себя в руки и пытаюсь выдавить из себя хоть что-то.

— Только если это не противозаконно, — улыбаюсь я.

Может, это будет только мне на пользу. Я, конечно, не знаю, что он там напридумывал, но раз он вот так вот улыбается, значит что-то стоящее.

— Не обещаю, — подмигивает он мне и встает, протягивая руку.

Я оглядываюсь и вижу некое движение в десяти-двенадцати метрах от нас. Но оно прекращается так же быстро, как и началось. Не буду ничего говорить Дэвиду. Я и так приношу ему немало проблем. Беру его руку, но все еще смотрю в ту сторону.

— Эй, все в порядке? — он щипает меня за щеку, а я удивленно смотрю прямо в глаза Дэвиду.

— Показалось. И хватит щипать меня, — смеюсь я и поднимаюсь.

Он смеется вместе со мной, а потом тянет меня за собой. Он что-то бормочет, но я опять смотрю в даль туннеля за собой и вижу высокую фигуру. Увидеть лицо или одежду мне не удается, так как фигура снова исчезает.

Мы идем долго. Проходим сначала яму, потом помещение, где Джоанна убила меня морально, потом маленькую комнату, где стоит манекен с воткнутыми в него парочкой ножами. Хм... Устрашающе.

Я улыбаюсь. Дэвид все еще непоколебимо тянет меня вперед. И вот в конце следующего туннеля, вход которого находится в комнате с манекеном, я вижу яркие огни, в основном красного, синего и пурпурного цвета. Мы подходим к концу туннеля, и у меня закладывает уши от такого громкого звука. Повсюду музыка. Эм... Ну я, конечно же, все понимаю, но это очень странно.

Да, я признаю, что Дэвид привел меня на вечеринку, но кто хоть в этом мире делает вечеринки утром? Ладно, днем, но это ничего не меняет. Не хочется вникать в эти тонкие детали, я просто иду вперед и тяну Дэвида за собой.

— Ну и что это? — ору я, так как музыка закладывает уши.

— Эл, ты что, никогда на вечеринках не была? — так же орет он.

Я поднимаю брови.

— Я имею в виду по какому поводу?

Он закатывает глаза.

— Второй этап инициации, — подходит ко мне ближе и говорит нормальным тоном на ухо.

— А-а-а... - открываю рот я и киваю в знак одобрения, а потом показываю ему большой палец.

Я точно не знаю, что делать в таких ситуациях, но я слышала от своего давнего друга - ему сейчас около двадцати, - что после вечеринок в Дружелюбии у него ужасное похмелье. Абсолютно всегда. Значит, и здесь выпивка тоже есть. Может, мне просто нажраться, а потом проваляться у койки и пропустить начало самого крутого этапа? Нет, напиваться особенно я не буду, ну может быть только чуть-чуть.

— Хэй, я тебя хотел позвать немного в другое место. Нужна твоя помощь, — бормочет парень мне на ухо.

— Э-э-э... Ну ладно, — не успеваю сказать я, как он тянет меня через толпу к еще одной двери из темного дерева.

За ней еще туннель. Почему все так запутано? Все эти туннели, переходы, улочки бесят просто. Так и заблудиться можно.

— Слушай, а можно будет потом вернуться обратно на вечеринку? — говорю я нормальным голосом, так как в туннеле тихо, и лишь тяжелые звуки музыки за дверью портят тишину.

Он смеется.

— Даже нужно. Там, кстати, о тебе спрашивали некоторые. Хотят познакомиться.

— Что? — поперхнулась я. — Кто?

— Ха. Потом узнаешь, — резко заводит он разговор в тупик.

Я молчу с минуту, но потом решаю прорезать тишину своим голосом.

— Куда идем? — спрашиваю я чуть громче, чем обычно.

— В тату-салон, — говорит он. — Давно хотелось сделать что-то себе, а то все мои друзья ходят забитые.

— Эм... - я приподнимаю брови. — А я-то чем могу помочь? Отговорить в последнюю секунду?

— О, — он закатывает глаза.

Что? Он нервничает?

— Я что-то не то сказала? — говорю я, опускаю взгляд и вижу, что он сжимает кулаки.

Он молчит, видимо да.

— Извини, я правда не хотела задеть тебя... — бормочу я, но парень резко перебивает меня.

— Хватит. Все дружелюбные все время пытаются выставить себя виноватыми? — рявкает он и оборачивается именно в том момент, когда я виновато опускаю голову еще ниже. — Эй, ну чего ты? Извини меня, не надо было так грубо с тобой, — говорит он, а потом приобнимает меня. — Не обижайся.

Я молчу, но парень продолжает идти в обнимку со мной. Мы доходим до конца туннеля, и я вижу красивое красноватое свечение, исходящее из комнаты. Мы входим внутрь. На небольшом прямоугольном столе с разбросанными на нем тюбиками с красками и карандашами сидит женщина лет двадцати пяти и рисует что-то, у нее темные волосы с сединой на некоторых прядях. Может, даже немного больше ей лет. Странно, а почему я не видела здесь еще ни одного пожилого человека? Мой список вопросов, которые останутся неотвеченными до конца моих дней, пополнился еще одним.

— Тори! — улыбается Дэвид и отпускает меня, подходит ближе к женщине.

— Давно не виделись, Дэв, — доброжелательно говорит она, бросив на меня хмурый взгляд. — Хм.. А это кто? Знакомое лицо...

— Эллен, — протягиваю я.

— Значит Эллен. Та, которая первая прыгнула? — я положительно мотаю головой. — Небось кто-то спихнул? — улыбнулась она, но тут же поправила себя. - Шучу я. Зачем пришли?

— Зачем еще можно прийти в тату-салон? Хочу рукав. Давай, шевели булками, неси мне все эскизы, которые есть.

— Все перед тобой, больше нету, — махнула она рукой на стеклянные стены с такими же стеклянными досочками, на которых черными красками были начерчены эскизы.

После получаса поисков он все-таки нашел, что искал. Это был красивый эскиз, немного своеобразный, но, в принципе, в духе парня. Я уже было собиралась отойти от стенки, когда Дэвид ушел, но заметила очень красивый, на мой взгляд эскиз. Крылья. Большие такие, но очень символичные. Перья были в огне, как будто огонь пытается их сжечь, но не может.

А пофиг! Все равно терять нечего.

Дэвид сидит в кресле и готовится. Я беру эту дощечку и подхожу к парню. Вопросительно на него смотрю, а он удивляется.

— Мне нравится, — только и выдает он, хочет сказать еще что-то, но мастер подходит и накладывает пленку.

— Тори? — громко говорю я, и из-за угла медленным шагом она выходит.

Протягиваю ей эскиз.

— На всю спину, — проговариваю я, а Дэвид охает.

— Не слишком ли?

— Как раз, — улыбаюсь я.

— Хм... Отлично. Вон, посиди пока, — она махнула рукой на большое кресло с темно-синей кожаной обивкой.

Спустя минут десять она подходит ко мне и жестом просит встать, что я и делаю. Она нажимает на кнопку в кресле, и оно раскладывается. Тори ставит перегородку, чтобы никто из парней не подсматривал. Я аккуратно стягиваю с себя футболку, а куртку бросаю к перегородке. Расстегиваю бюстгальтер, стягиваю его и кладу его поближе ко мне. Прикрываю грудь руками и ложусь на кресло, где уже лежит полотенце. Тори начинает обрабатывать мне спину каким-то раствором, а потом накладывает теплую темную пленку, из которой торчат провода, мне на спину.

***

Спустя часа два мы с Дэвидом сидим на красных кожаных креслах напротив бара и вовсю рассматриваем новые татуировки. Языки пламени у меня на спине частично захватывают заднюю часть шеи, поэтому я распустила волосы, чтобы избежать недопонимания.

— Ну так кто там хотел поболтать со мной? — ору я Дэвиду, чтобы перекричать музыку.

— Пошли, — орет он и тянет в сторону еще одного бара с выпивкой.

Мы подходим к большой компании, человек десять-двенадцать. Преимущественно парни, но я вижу и девушек. Однако одна из таких подходит к Дэвиду и обнимает, одновременно целует в щеку. Тот улыбается и шепчет что-то ей на ушко. У особи, кстати, красные волосы до плеч.

Я замечаю в толпе Эрика. Нет-нет, стало быть, ошиблась. Я оборачиваюсь снова и опять вижу его. И он смотрит на меня. Он хочет подойти, но тут, как назло, из ниоткуда выплыла Кара, уже, наверное, изрядно выпившая. Она вешается к нему на шею, а я отвожу взгляд, так как меня окликнули.

— Эллен! Подойди, — это Дэвид. — Вот, познакомься. Это Хлоя, Ева и Финн, — говорит он и показывает, как только я подхожу.

Хлоя - та красноволосая, у Евы светлые волосы с голубыми концами, заплетенные в две косы. Финн выглядел почти так же, как и Дэвид. Обычная стрижка. Ну, может, только волос побольше.

— Приятно познакомиться, — выдавливаю из себя улыбку и сажусь к ним.

После двух часов "общения" мне стало очень скучно, поэтому я под предлогом того, что пошла за выпивкой... Пошла за выпивкой. Смешно, ага.

И вот я стою у бара, который превышает мой рост на несколько десятков сантиметров. Я вижу стул и пытаюсь на него вскарабкаться. Конечно же, это у меня получается, но с третьего раза.

— Чего-нибудь покрепче, — кричу я, и бармен кивает и уходит, а приходит со стаканом с голубоватой жидкостью.

Я делаю глоток. Эта жидкость заставляет меня сморщиться и кашлянуть. Я смотрю на Эрика. Он все еще с Карой. И тут, о Боже, она уходит в глубь зала, а Эрик направляется ко мне. Когда между нами остается метра три, я хватаю свой напиток и спрыгиваю. Ухожу к компании, которая уже вовсю развлекается.

После трех таких напитков разум затуманивается. Я говорю бессмысленные вещи, а все вокруг смеются. Впервые напилась. Я думала, что умру трезвенницей.

Мне уже надоело здесь находиться, поэтому я залпом осушаю оставшиеся полбокала и, предварительно сказав им всем "Пока", ухожу в туннель.

Голова раскалывается, и мне хочется проклинать этот день - день, когда я напилась. Я иду уже десять минут, и мне кажется, что я заблудилась. А нет, все правильно. Я иду к Яме.

Сажусь на край каменного выступа и хватаю себя за голову. Слишком сильно болит, и я даже не замечаю, как холодные руки ложатся мне на плечи. Я вздрагиваю и медленно поворачиваю голову. И кого же я увидела? Бинго.

Эрик ухмыляется.

— Ну, что, как напилась? — язвит он.

— Не твое дело, — кое-как пролепетала я.

Язык заплетается.

— С чего бы это? — от него несет алкоголем.

Он медленно подходит спереди и смотрит на меня.

— Иди, развлекайся со своей шлюхой, а ко мне не подходи, — Боже, что я несу?

Как же мне хочется его обнять...

Его глаза становятся пустыми, а потом я чувствую, что моя щека горит. Удар пришелся мне по скуле. Как-то сразу на душе стало обидно. Я буквально чувствую, как глаза наполняются слезами. Я скатываюсь вниз и обхватываю коленки руками, зарывая нос в них. Слезы катятся по моим щекам.

Но я же его люблю... От этого становится в тысячу раз больнее и унизительнее.

— Не лучше тебя, — со злостью выплевывает он.

— Я... - мой голос охрип. — Ты идиот? Правда, больной на голову, — поднимаю голову и получаю еще одну пощечину.

— Заткнись. А как ты тогда объяснишь то, что сначала ты просыпаешься со мной и бежишь сразу к Дэвиду? Поплакаться захотелось?

— Он просто мой друг. А как ты объяснишь то, что ты чуть ли не признаешься мне в любви, а потом я просыпаюсь и оказывается, что у тебя есть девушка?

— Что? Это были дружеские объятья, глупая. Какая любовь?

И тысячи маленьких ножей вонзаются мне в сердце. Какая любовь? Да, и вправду, какая?

— И, вообще, с какого хрена ты так печешься обо мне? — рявкает он и, я не выдерживаю:

— Да потому что я люблю тебя, идиот! — кричу я, и мой голос раздается по всей Яме.

Жаль, что нельзя вернуть свои слова обратно. Его зрачки расширяются. Видимо, не верит. Я уже не сдерживаю себя и плачу в открытую. Поднимаюсь с холодного пола и бегу прочь. Вся в слезах, на нервах, пьяная. Комбо, черт подери.

Бегу долго, но нахожу нашу общую комнату. Подхожу к своей потрепанной кровати, разуваюсь и кидаю ботинки под кровать. Я не хочу знать, сколько сейчас времени. В комнате никого нет, поэтому я просто засыпаю. Утро вечера мудренее.