Глава 5
После ужина Четыре уходит, а Эрик ведет нас по бесконечным коридорам, не объясняя, куда мы идем. Воздух пропитан сыростью, от чего мне не по себе.
В конце каждого коридора горит голубоватая лампа, озаряя тоннели холодным светом.
Я вместе с какими-то девушками иду в начале, позади лидера. Даже не предупредив, Эрик резко останавливается у серой двери, и я врезаюсь ему в спину. Блин. Больно же.
— Как меня зовут вы уже знаете, — немного шарахнувшись от меня говорит он, — Хочу добавить одно. Несколько правил. Они основные и требуют исполнения, иначе... Ну вы поняли.
Девушки, стоящие за мной пошептываются, и изредка слышны смешки. Не знаю, в мою ли сторону.
— Несколько основных правил, — продолжает он, — В класс вы приходите к восьми каждый день. К восьми утра, — поправляет он сам себя, — Ваше обучение проходит каждый день с восьми до шести вечера с перерывом на обед. После шести делайте все, что душе угодно. Всем все ясно?
Мы всей толпой коротко киваем, и парень толкает ногой дверь.
Ну... Это даже комнатой нельзя назвать. Обычная коробка с голыми кирпичными стенами, разбросанными по всей комнате железными кроватями. Я вижу еще одну полукомнату.
— Там душевая, — опережая мой внутренний голос говорит Эрик, — Ах, да, кстати. Забыл сказать, что в конце инициации шесть неофитов покинут фракцию. Так что, вы тут не расслабляйтесь. В зависимости от того, насколько хорошо вы проявили себя на ступенях, на этом основании мы ранжируем вас, — девушки уже хотели что—то сказать, но Эрик "вежливо" затыкает их продолжением речи, — Это влияет на то, в каком порядке вы будете выбирать работу в конце третьей ступени, если, конечно же, вы не выбываете до этого.
Мы все молчим. Осознование того, что я провалюсь в самом начале, выбивает меня из колеи. Эрик провожает всех холодным взглядом и идет к двери.
— Вы выбрали нас, а теперь наша очередь выбирать.
Теплые струи душа приятно обдают мое тело. Хорошо, что здесь есть занавески. Бесстрашные дали нам комплекты черных вещей, а свою старую одежду мы отдали на сожжение. Единственное, где в штабе Бесстрашных жарко — так это в душевой. Повсюду между стенами из грубого камня царит тяжелый воздух, как будто сейчас начнется дождь. Такое ощущение, что стены прямо сейчас упадут на нас. Мне, конечно же, сейчас трудновато. Все навалилось на меня из неоткуда: обязанности и все такое. Я даже не знаю, как там мама. Наверное, она ушла в себя от этого горя.
Но я так не считаю. Не считаю, что это все напрасно. Может быть, я и не умею драться, не умею вообще ничего такого, но я уверена, что я — далеко не последний и не самый слабый противник. Хотя, кому я вру? Я даже не знаю, что мне делать. В глубине души сидит такое досадное чувство вины. Вины перед всеми. Абсолютно перед всеми. Большинство, наверное, сейчас осуждают меня.
Я никому не нравлюсь. Никому, кроме своей мамы. Она меня всегда поддерживала, давала советы. Она знала, насколько я нуждаюсь в поддержке, и помогала, как могла. Скоро — но не очень — моей "старушке" стукнет сорок пять. Юбилей как-никак, а мы, наверное, даже и не увидимся. В конце первой или второй недели будет день Посещений. Надеюсь, она придет. Очень надеюсь. Сейчас мне нужно отдохнуть, чтобы завтра нормально встать.
Немного отодвинув занавеску на уровне лица, а прикрыв ее на уровне шеи, я тянусь к серому махровому полотенцу. Запах мыла обволакивает меня. Я, обтеревшись полотенцем, по-быстрому натягиваю черные шорты и майку и выхожу из душа. Я должна быть сильной. Я должна быть храброй. Я должна хотя бы постараться казаться такой.
Я дохожу до свободной старой железной кровати и буквально падаю на нее лицом вниз. Не хочу ни о чем думать. Хочу спать.