2 часть
Проснувшись, я почувствовала невероятную лёгкость. Ещё вчера тело болело и ломило, а сейчас я наконец-то чувствую себя хорошо.
Правда, до сих пор ничего не помню.
Однако сон, который я увидела, натолкнул меня на кое-какие мысли. Может, это моё прошлое? Во сне мне казалось, что я знаю это место всю свою жизнь, и женщина, которая была рядом, и букет мимоз... Стоит ли рассказать о сне?
Я попыталась встать. Вопреки моим ожиданиям, мне это удалось сделать с лёгкостью. Почему-то я думала, что это будет сложнее, чем есть на самом деле. Ещё бы, где это видано, что ещё вчера слабый и беспомощный человек набрался сил и начал ходить уже через несколько часов? Судя по солнцу за окном, проспала я не так уж и долго, всего-то часов пять. Золотой шар только начал заходить за непреступные горы, окружающие Энканто. Кажется так называется этот городок.
Ноги тут же ощутили холодные половицы. Было так непривычно. Как-будто впервые в жизни стою босая на холодном полу. Обуви нигде не видно. Возможно, что меня нашли без неё. Кто знает...
И снова мне подумалось, что ходить будет тяжело. Но нет! Ходила я абсолютно нормально, разве что зависала от того, что пол холодный, а на моих ногах нет ничего. Надо бы найти Джульетту и попросить хоть какую-нибудь обувь. Надеюсь, она сейчас в доме... Она ещё обещала проведать меня. Может просто подождать тут? Нет. Я сильная, я справлюсь! Чудесная выпечка этой прекрасной женщины, можно сказать, спасла мне жизнь. Не хочу её утруждать.
Я осторожно приоткрыла дверь и выглянула наружу. Никого. Моему взору открылась прекрасный внутренний двор виллы, яркий, светлый и цветущий в буквальном смысле. Такая красота! Словами не передать... Очнувшись от восхищённого ступора, я вышла из комнаты, закрыв за собой дверь, и осмотрелась. На двери комнаты, из которой я вышла, было изображение Джульетты, над которым и написано её имя. Похоже, комната принадлежит именно ей. В таком случае поиски затрудняются, раз её нет здесь... По правую сторону находилась ещё одна такая же светящаяся дверь. На ней была изображена старушка, которая ушла перед Джульеттой. Почему-то вместо имени было написано «Абуэла». Её комната находилась по центру. Возможно, она здесь главная, да и из тех, кого я уже видела, она выглядит самой старшей. Нужно проверить.
Я успела сделать лишь пару шагов, как снова остановилась, привыкая к холодному полу. Как же неприятно... Но мне нужно найти Джульетту! Я постучалась в дверь, ожидая ответа. Но даже через несколько минут никто не открыл. Я снова постучалась, уже громче. И снова никто не ответил.
Пока я ждала ответа, начала рассматривать остальные двери, находившиеся по правую сторону от комнаты Джульетты. Пеппа, Долорес, Камило... Ох уж этот мальчишка!
— Э-эй! Ты чего это б-босая ходишь?! Мама мне голову оторвёт! — раздались сзади так неожиданно, что я подпрыгнула, держась за перила.
Ко мне подошёл мужчина с волнистыми чёрными волосами до плеч и щетиной на подбородке и над губой. Он что, ходит не издания звуков? Чёртов колдун! Хотя, вспоминая мальчика, разговаривающего с животными и лечащие пирожки спасшей меня от боли женщины, меня не увидит то, что этот мужчина может перемещаться в пространстве.
— Касита! — воскликнул он, и меня тут же подхватила волна, возникшая прямо из половиц дома. Я чуть не упала, нагнулась, пытаясь удержать равновесие, и врезалась в дверь в комнату Джульетты. Мужчина открыл дверь, сказав: — Л-лучше зайди, пока Джульетта не узнала.
— Да! Да, Джульетта, именно она мне и нужна! — затараторила я, пока он не закрыл передо мной дверь. К счастью, этого не случилось и он подолжил слушать меня, — Она обещала проведать меня, а я не знаю, сколько её ждать... А ещё я так голодна...
Я как можно убедительнее состроила гримасу голодающего и схватилась за живот. Конечно, голодной я не была, но мне нужно было покинуть комнату и найти Джульетту. А этот мужчина, наверное, вряд ли мне позволит хотя бы дверь ещё раз открыть.
— Она с-сейчас занята, — неуверенно произнёс он, потирая свои руки, — Я передам ей твою просьбу.
— Нет, мне нужно самой её увидеть!
— Я не знаю, м-можно ли...
— Пожалуйста...
Я схватилась за ручку двери, чтобы в случае чего не дать ему закрыть меня тут, и посмотрела на него так жалобно, как только могла.
— Н-не думаю, что... — он не договорил, так как я снова протянула «пожалуйста» и попыталась выдавить из себя слезу. Он зажмурился, вжал голову в плечи, а потом махнул рукой, открывая дверь, и сказал: — Ай, ладно! Но если что, я предупреждал.
Я так обрадовалась, что чуть не запрыгала на месте, но вовремя вспомнила, что строю из себя голодного бедолагу, который несколько дней ничего не ел. Я вышла из комнаты, направляясь вслед за мужчиной, но остановилась у перил. Нужно было снова дать ногам привыкнуть к холоду. Мужчина, заметив, что я не иду за ним, обернулся, посмотрел сначала на меня, потом на мои ноги, и снова воскликнул:
— Касита, отведи нас к Джульетте.
И снова земля ушла из-под моих ног, пол превратился в волну, унося нас к лестнице. Там уже я не удержалась и упала, хватаясь за перила. Мужчина же уже успел спуститься. Он снова оглянулся, увидел, что я всё ещё наверху, и тут же меня подхватила ещё одна волна и понесла меня к лестнице. Едва я наступила на ступеньку, как она выровнялась, превращаясь в ровную поверхность под наклоном, совсем как горка. Я покатилась вниз, взвизгивая от неожиданности и выставляя перед собой руки. Боялась, что упаду на холодный пол, но меня поймал длинноволосый мужчина, не давая этого сделать.
Что происходит?! Почему дом движется?! Не успела я и слова сказать (а мне так хотелось спросить, почему это происходит), как очередная волна возникла изнеоткуда. Я покачнулась, изагулась назад и схватилась за руку мужчины, побоявшись что упаду. Но он, похоже, тоже не очень хорошо держал равновесие, ведь чуть сам не повалился на пол, едва я уткнулась ему в спину.
Занесло нас в какую-то комнату, где и находилась Джульетта. Не сразу я поняла, что это была кухня, но тёплый и приятный запах тут же ударил в ноздри.
— Оу, ты уже ходишь! — весело сказала женщина, наблюдая за тем, как я осматриваюсь, — Пирожок будешь?
Я взяла у неё из рук выпечку, поблагодарила за неё и открыла рот, чтобы сказать, что уже хорошо себя чувствую, как меня перебил мужчина:
— Джульетта, мои крысы...
— Ничего страшного, пусть едят. Я ещё приготовлю. Но пусть не таскают еду с общей тарелки!
Крысы? Что? Какие-то крысы таскают еду с общей тарелки? Что вообще происходит с этим домом и этой семьёй? Моему удивлению не было предела, хотелось узнать ответы на все вопросы здесь и сейчас, но я не могла даже нормально сформулировать их, не то что напрямую спросить всё что меня интересует.
— Да, кстати! — женщина повернулась ко мне, — Я же обещала тебя со всеми тут познакомить. Бруно! — Мужчина, который уже собрался уходить, развернулся на пятках, слушая Джульетту, — Это мой брат Бруно. Немного чудак...
— Эй!
— Но наш любимый чудак, да, братишка? — она обняла его за шею, начала тискать и целовать в лоб, а тот отмахивался и вырывался из её хватки.
— Я не чудак! — обиженно воскликнул он, поправляя свою зелёную руану с узором из песочных часов на ней.
Я хохотнула, наблюдая за этой картиной. А Джульетта, оказывается, любвеобильная женщина. С каждой секундой она мне нравится всё больше и больше. Она указала на меня, не отпуская брата:
— Бруно, это... Эм... Малышка! — неожиданно для меня закончила Джульетта, назвав меня тем прозвищем, которое мне дал этот мальчишка Камило, — Ты же не будешь против, если я буду тебя так называть?
— Нет, не буду, — я постаралась сказать это так, как-будто это какой-то пустяк и в принципе мне всё равно, но получилось слишком отстранённо.
Женщина рассмеялась, растрепала чёрные волосы Бруно, который наконец-то вырвался из хватки любвеобильной сестрицы, и замерла. Я почувствовала новый запах и принюхалась, стараясь понять, что это может быть такое.
— Божечки! — воскликнула она, подбегая к плите и быстро вытаскивая противень с мясом.
Мужчина, практически не издавая никаких звуков, направился в сторону двери, как вдруг Джульетта, словно почувствовала то, что он уходит, окликнула его:
— Бруно, познакомь Малышку с семьёй. Она у нас останется в ближайшее время.
— А мама знает? — повернулся он, недоверчиво глядя на женщину, которая продолжала хлопотать у печи.
— Она и предложила оставить её. Давай-ка, не задерживайся. Ужин скоро.
— Но мне нечего обуть... — предприняла я попытку напомнить о себе и о том, что всё ещё стою босая на холодном полу.
Стук кафельной плитки заставил меня посмотреть вниз. Передо мной появились кожаные сандали с тонким узором в стиле рококо, который был едва заметен при первом взгляде на них.
— Это тебе, — сказала Джульетта, наблюдая за тем, как я стою и рассматриваю обувь, которую только что, можно сказать, принёс дом.
— Спасибо... — машинально выдавила я, не решаясь надеть сандали. Не слишком ли много они делают для меня? Почему они помогают какой-то девчонке, которую, видимо, выбросило на берег из реки, лечат её, кормят, и дают кров, да ещё и обувь предоставляют? Эта семья настолько бескорыстна и добра ко всем, или они позже попросят чего-то взамен на заботу?
— Эм... ты идёшь? — спросил Бруно, видимо не решаясь назвать меня Малышкой, коим прозвищем меня уже окрестили двое членов семьи Мадригаль. И, похоже, мне придётся смириться с этим до тех пор, пока не узнаю своё настоящее имя.
Не сразу я поняла, что меня ждут, и всё ещё босиком стояла на полу, разглядывая сандали. Наконец я сделала шаг, и обувь сама налезла на мои ноги. Сначала мне показалось, что и одежда тут живая, но нет, я вовремя заметила, что её подкинул дом.
Теперь ступни не мучал холодный пол. Я уже не отставала от длинноволосого и уверенно шагала за ним, осматривая внутренний двор.
— Вот так! — послышался знакомый голос со стороны. Девушка-глыба , в одной руке держа огромную бочку, поставила длинный стол посреди двора. Она повернулась, намереваясь подойти к выходу, как увидела меня и махнула свободной рукой, — О, привет! Тебе уже лучше?
Её низкий, но такой приятный голос разнёсся по воздуху. Она опустила бочку и вдруг крепко обняла меня. Мне показалось, что сейчас сломаются все мои рёбра, а тело опять начнёт болеть и ныть, но боль давно прошла, и я была только рада прикосновениям.
— Мы так волновались, — сказала она, поставив меня на землю.
— Почему? — мне и правда было интересно, почему они так заботятся обо мне. Мне казалось, что такого быть не может. Нельзя что-то делать просто так, а они, кажется, делают.
— Знакомься, это Луиза, средняя дочь Джульетты, — влез в разговор Бруно, посмеиваясь и указывая на девушку, — Луиза, это...
Он поджал губы, так и не решаясь произнести это прозвище.
— Камило говорит, что будет называть тебя Малышкой, — вместо него ответила Луиза.
— Он всем рассказал, да? — нахмурилась я, убеждаясь, что этот Камило покоя мне не даст. Это уж точно. Одним местом чую, что так всё и будет.
Девушка смотрела сначала на меня, потом на Бруно, и снова на меня. Сжавшись, она виновато посмотрела на меня и спросила:
— Тебе не нравится?
— Всё нормально, правда, — улыбнулась я и похлопала её по руке, потому что дотянуться до её плеча казалось мне невозможным.
— Н-ну всё, нам пора, — Бруно потянул меня за собой, как вдруг Луиза нас задержала, обращаясь к мужчине:
— Дядя Бруно, ты уже знакомил её с Эрнандо? — хитрая и весёлая улыбка засияла на лице девушки, она переводила взгляд то на меня, то на него, явно ожидая чего-то интересного. Конечно, знакома с человеком, о котором она говорит, я не была. Да и по имени знала человека четыре от силы, включая того мальчишку, что наградил меня нелепым прозвищем.
— Что за Эрнандо? — спросила я, медленно переводя взгляд на «гида», и дёрнулась в изумлении.
— Я Эрнандо!
Бруно, накинув на голову капюшон, натянутый на самые глаза, и искажая голос, представился совсем другим человеком. Луиза тихо засмеялась, наблюдая за моей реакцией. А так называемый Эрнандо, показывая указательным пальцем в небо, строгим, но всё же смешным голосом продолжал:
— Некогда прохлождаться, нужно спешить!
Он прошёлся перед нами, чеканя шаг, и уже собрался уходить, как его окликнули, и мужчина снял капюшон, глядя туда, откуда доносился голос.
— Брунито! — со второго этажа спустилась бабуля, а за ней шла девушка, которая выглядела точь-в-точь как бабушка. Осмелюсь сказать, что её бабушка, потому что они были просто как две капли воды, — Я вижу, ты уже познакомился с нашей гостьей.
— Да, мам, в-вот к тебе её веду... — он опустил взгляд в пол и запустил руку в волосы, прикрывая ими лицо, как-будто стеснялся либо меня, либо свой матери, либо причина его неуверенности скрывалась в чём-то другом.
— Привет! Я Изабелла, — тут же подбежала ко мне девушка, и в её руке возникла прекрасная алая роза. Она тут же вплела её мне в волосы и снова затараторила: — Мама мне всё про тебя рассказала. Мне жаль, что ты ничего не помнишь, но мы только рады приютить тебя в нашем доме! Вот увидишь тебе тут понравится, — она схватила меня за руки всем своим видом показывая своё дружелюбие и интерес ко мне.
Вот мне интересно: она притворяется или ей и вправду интересно иметь со мной дело? Я тут же поняла, что настроена слишком подозрительно на каждого члена этой семьи, кроме Джульетты. Не знаю, повлияло на это то, что она буквально спасла мою жизнь или что-то ещё, но на данный момент она была единственной, кому я доверяла.
Роза... Такая же алая роза была в моём сне. Это знак или просто совпадение? Я не знаю. Я ещё ничего не знаю.
Бабуля хохотнула, обошла девушку и обратилась ко мне:
— У нас сегодня праздник, — улыбнулась она мне, положив руку на мою спину и провожая к центру двора, — У моей внучки помолвка, — я оглянулась на Изабеллу, — Нет, не у неё. У Долорес. Ты её ещё не знаешь, а вот она про тебя всё знает.
Так, стоп, что?! Ещё один человек знает обо мне?! А может, я не хочу, чтобы обо мне знал кто-то ещё до того, как я не встречусь с ним лично? И Изабелла уже всё знает про меня, и Бруно, наверное... В нём я не уверена, но он странный. Постоянно заикается и слишком неуверен в себе. Для его-то возраста он слишком замкнут. Сколько ему? Сорок?
— Луиза, как продвигаются поиски? — спросила бабуля у девушки и словно невзначай сказала Изабелле: — Помоги Пеппе с посудой.
— Всю реку в пределах города осмотрели, ничего не нашли. Хосэ говорит, надо за горами посмотреть, авось что найдём.
— А что вы ищите? — поинтересовалась я, глядя на неё.
— Что-нибудь, что может натолкнуть нас на разгадку твоего прошлого. Мы хоть и волшебники, но восстановить память, к сожалению, не в наших силах, — она выдохнула, сложив руки замком.
— Волшебники?! — воскликнула я, и похоже громче, чем следовало, потому что на меня обернулись все четверо, бросив свои дела, — Простите, просто...
— Я понимаю, что тебя это удивило, Малышка...
— Мэ-эх... — прорычала я, перебивая бабулю и хмуря брови.
Она уставилась на меня, как-будто забыла о том, что только что было. А забыла тут я, что уже все знают обо мне и о моём глупом прозвище, которое дал мне этот... Камило... Ух, ну и попадись он мне! Зад надеру, мало не покажется! Я попыталась отвертеться, выдавив из себя улыбку:
— Простите, всё никак не привыкну. Называйте меня как хотите, я не против.
— Ну так вот. Всем нам было даровано волшебство. Каждый, кто родился в семье Мадригаль, обладает волшебным даром.
— А какой у Вас дар? — просила я, поднимая на неё глаза.
— Я храню свечу и магию, заключённую в ней. Моя младшая внучка Мирабель в будущем займёт моё место и сама станет хранителем волшебства.
— То есть у Вас нет дара? — догадалась я, но заметив, как на меня выручил глаза Бруно и провёл ладонью под подбородком, поняла, что сболтнула лишнего. Наверное, не стоило мне этого говорить... — Простите, сеньора, я не подумала...
— Ничего страшного, милая, — улыбнулась она. То ли она мастерски скрывает свои эмоции, то ли мои глупые слова и вправду ни капли не задели её, — И можешь называть меня Абуэла. А теперь иди, готовься. Сегодня вечером будешь ужинать с нами и познакомишься с нашей семьёй поближе. И с будущим мужем моей внучки.
Она подмигнула мне и вместе с Луизой направилась в сторону кухни. А я и Бруно остались стоять во внутреннем дворе.
— Д-давай я провожу тебя в комнату, Джульетта всё равно должна будет туда зайти... — сказал он, направляя меня к лестнице.
— Чего Вы так боитесь? — напрямую спросила я, ведь заметить его неуверенность было просто невозможно.
— Я? Я... Д-да ничего, просто привыкаю...
— К чему?
— Это долгая история. Пошли, времени не так уж и много...