созависимость | начало

Саша сидела за партой в школе. Упорно написывала уравнения в тетради, чтобы написать контрольную на «отлично». К слову сказать, математичка Татьяна Ивановна была в последнее время девочкой не очень довольна. Саша часто витала в облаках, иногда даже прогуливала уроки вместе с Туркиным и Зималетдиновым. Учительница грозилась вызвать родителей Саши в школу, и та исправлялась мигом, на следующий день. Вот и сейчас, после вчерашнего замечания в дневнике, Саша сидела и писала уравнения, в которых ничего не понимает. А за окном была прекрасная погода. И так хотелось погулять, а не тухнуть здесь.

— Пссс, Суворова! — шепотом окликнул ее за ней сидящий одноклассник, однако, Саша упорно не отвечала, внимательно вглядываясь в тетрадный лист, — Суворова, ну дай списать!

— Отвянь, Туркин! — прошипела, чуть обернувшись к нему, она.

— Туркин, Суворова, — окликнула их навострившая уши Татьяна Ивановна, — что за разговоры во время контрольной?

— Простите, Татьяна Ивановна, — извинилась русоволосая, жалобно посмотрев на учительницу.

— Еще одно замечание и «двойки» обоим без проверки, — строго заключила математичка, отвлекшись на журнал.

Саша, не оборачиваясь, перекинула через плечо тетрадный лист с ответами, который упал прямо перед Валерой.

— Спасибо! — шепотом поблагодарил подругу Туркин, списывая решение своей рукой.

Во время обеда Суворова сидела в столовой за столом, за которым обычно сидела с Валерой и Вахитом. Однако в этот раз хотелось посидеть спокойно. Итак настроение ни к черту, еще и Туркин со своими ответами. К сожалению, план не удался. Она увидела Валеру, направляющегося с подносом прямо к столу и недовольно вздохнула. Он подошел, сел напротив и положил булочку на ее поднос. Та проигнорировала его и продолжила есть.

— Дуешься? — спросил кучерявый, улыбнувшись.

— Туркин, я ем, — ответила Суворова, не поднимая на него взгляд.

— Ну, Саш, ну прости меня, — попытался извиниться юноша, — в следующий раз дам тебе я списать.

— Смешно, — вздохнув, буркнула Сашка.

Вахит взял на раздаче поднос с едой и, подойдя к ним, плюхнулся рядом с Валерой.

— Ух, эта руссичка опять прикопалась, — проинформировал их Зималетдинов, учась в параллельном классе, — если что, она не в духе сегодня.

Суворова молча продолжала есть. Валера тоже решил просто начать есть и опустил голову в тарелку.

— А смурные че такие? — спросил Вахит, ощутив напряженную обстановку.

Мальчики сидели на скамейке в раздевалке после уроков и переодевали обувь на уличную.

— Да подуется, подуется и отойдет, не парься, че ты? — Зималетдинов отбил друга по плечу, пытаясь исправить его плохое настроение — это ж Сашка, ей хлеб в рот не клади, дай побеситься.

— Да ну ее, — махнув рукой, сказал Туркин, — кроме этого Кости из старшаков никого не замечает.

— Так он же вроде друг брата ее, — напомнил Вахит, — они с детства знакомы.

— И что? — недовольно возникал Валера.

— Нифига, слышь, — произнес удивленно его друг, — ты втюрился что ли?

— Да тише ты! — воскликнул Туркин, ударяя друга по плечу, — нет, больно надо.

Саша в это время стояла у них за спинами и невольно стала свидетельницей их разговора. Какая к черту любовь вообще? Вот понадумают чего-то. Любить вздумал. Она демонстративно прошла перед ними, забрала свою верхнюю одежду и выбежала из школы. Вахит догнал подругу по дороге домой и продолжал идти вровень с ней.

— Что тебе надо, Вахит? — спросила у него девушка.

— Проводить? — предложил Зималетдинов.

— Ну, проводи, — буркнула она, продолжая идти прямо.

— Суворова, — он обогнал ее, продолжая идти вперед спиной, — какая ты суровая.

— Достали, — призналась Саша, отбив руками воздух, — почему нельзя просто дружить? Зачем все портить этой любовью?

— Сашка, а я тут причем? — с наигранной удивленностью спросил Вахит, — у меня к тебе истинное дружеское чувство.

— Ты не причем, — ответила девочка.

— Что-что? — улыбаясь, переспросил мальчик.

— Пошли шарлотку есть, Зималетдинов, — улыбнувшись, сказала русоволосая.

— Ух ты! — радостно воскликнул Вахит, — сама готовила?

— С мамой, — гордо ответила Сашка.

Они дошли до дома Суворовых, в котором друзья Саши и Вовы были всегда охотными гостями. Мама подала к столу шарлотку, но сначала приказала им съесть по тарелке супа. Они слушали радио, кушали шарлотку, запивая чаем, и общались на разные темы.

Саша и Вова сидели в подъезде на лестнице. Девочка пыталась кое-как обработать разбитую губу брата, стащив аптечку у мамы в ванной. Мальчик периодически шипел.

— Вова, что происходит? — тревожась, наконец решила спросить Саша.

— В каком смысле? — уточнил он.

— Ну это же не в первый раз, — сказала она, возмущенно сдвинув брови.

— Да пацаны с другого района на нашем тусовались, — рассказал он, корчась от боли от прикосновений.

— Если мама узнает, — не унималась Саша, у которой ватка все выпадала из рук, — тебе кранты.

— Главное, чтобы не папа.

— Ну и от кого мы тут скрываемся? — они обернулись и увидели маму, стоящую у входа в квартиру с противнем шарлотки.

— Мам, — Вова резко вскочил, — я все объясню.

— Да я все понимаю. Ты же мальчик, никуда без драк, — Суворова-старшая махнула рукой, в которой было кухонное полотенце, — домой заходим, я нормально обработаю и шарлотку с чаем поедим.

— Мам, — окликнула ее дочь и та вопросительно посмотрела на нее, — какая ты у нас мировая!

Костя, которому совсем недавно стукнуло четырнадцать, стоял на спортплощадке у бортика хоккейной коробки и затягивался сигаретой. Тут к нему со спины тихо подошла Саша.

— Куришь? — облокотившись локтями о бортик справа от мальчика, резко спросила она.

— Тьфу ты, Суворова! — испуганно вскрикнул брюнет.

Девочка извилисто засмеялась. Она запрыгнула на бортик. Сев на него, Саша стала даже чуть выше друга, который сам по себе был уже на две головы ее выше.

— Да ну тебя, — махнув рукой и выдохнув едкий дым сигареты, произнес он, — меня пугать опасно для здоровья.

— Твоего? — удивленно уточнила Суворова, усмехнувшись, — а, ну да, ты же старый.

— Нц, — цокнул Костя, закатив глаза, — и это, ты Валере своему...

— Он не мой, — резко перебила его Саша.

— Да передай ему, чтобы он не бил меня больше, — попросил брюнет, — нашелся тут, выскочка одиннадцатилетняя.

— Чего-о-о? Туркин тебя избил? — глаза Саши удивленно округлились, — ой, так я и поверила, что тебя одиннадцатилетка избил.

— Я поддавался, — гордо взмылив грудью, произнес подросток.

— Дураки вы оба, — прокомментировала ситуацию девушка.

— Так ты скажи ему, чтобы отстал, — сказал Костя, закончив курить, и сел на бортик рядом с подругой.

— Тогда он перестанет вообще со мной дружить, — вздохнув и опустив голову в ноги, предположила русоволосая.

— Дружбы между мальчиком и девочкой не бывает.

— Да? — девочка удивленно вскинула брови, — а мы с тобой что делаем тогда?

— Так, Саш, ты все в одну кастрюлю-то не смешивай, — ответил брюнет, — это другое.

— Какое такое другое? — поинтересовалась Суворова, посмотрев на друга, а тот задумчиво посмотрел вдаль, — да ладно, забей, Кость.

Днем Саша зашла на кухню. Суворова-старшая увлеченно слушала радиопередачу и готовила обед.

— Как дела в школе? — спросила она, увидев на пороге комнаты дочь.

— Да как всегда, — отчиталась Саша, махнув рукой, — давай я лучше помогу.

— Тогда мой руки и чисти картошку.

— Картошку-у-у? — недовольно уточнила девочка, моя руки.

— Да-да, и не ной, раз уж вызвалась помочь, — сказала женщина, всучивая ей нож и картофелину, — а как все-таки в школе дела?

— Да мальчики достали, — недовольно ответила Суворова-младшая, выполняя порученную ей задачу.

— Ну ты же у меня красавица, — усмехнувшись над недовольной мордочкой дочери, произнесла женщина, — клинья подбивают.

— Мг, — промямлила Саша, — только мне это пока не надо.

— Эх, ничего ты не понимаешь, Сашенька, — улыбаясь, сказала ей мать, — так, тоньше шкурку срезай!

Вова и Костя сидели на лестнице в подъезде у квартиры Суворовых. Опять со свежими ссадинами на лице. Саша, проходящая мимо входной двери, услышала их голоса и вышла в подъезд.

— Вы опять подрались? — прошипела она, прикрыв дверь, а мальчики опустили головы, чтобы она не успела заметить их раны, — подвиньтесь.

— Чего? — переспросил у нее старший брат.

— Подвиньтесь, — приказным тоном сказала девочка, — я сесть хочу.

Мальчики подвинулись и Саша села посередине между ними. В руках у нее было блюдо, от которого исходил приятный сладкий аромат.

— Что это? — спросил Костя, указывая на тарелку.

— М-м-м, — принюхавшись, протянул Володя, — мамина шарлотка!

— Вообще-то готовила ее я, — гордо ответила девочка.

— Угостишь? — попросил Сашу брюнет.

— Ну а че я пришла-то? — ответила вопросом на вопрос русоволосая, передав ножик Вове, — Вова, режь.

Ребята сидели в подъезде втроем, кушали Сашин фирменный пирог и рассказывали всякие истории и анекдоты, периодически заливаясь нехилым смехом.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Признавайтесь, захотели шарлотки отведать?))