Клятва шести глаз

Иоши

Мрак, желчь, кровь — три всадника, преследующие девушку даже в короткие перерывы бодрствования, пока она теряла сознание от нервной перегрузки. В какой-то момент, девушка перестала понимать, что происходит, где находится и кто держит её за лицо пытаясь привести в чувства. Возможно это был Сатору, а вроде бы и врач, а нет, наверное мама. А где папа? Папа?
Её в очередной раз схватывает спазм безмолвных рыданий, которые больше похожи на судороги, пока большие руки её мужа, стараются силой заставить девушку лежать ровно, а не в позе эмбриона, чтобы она не захлебнулась в своей же рвоте, если она будет. Сатору находится рядом, несокрушимой стеной, но в которой начинают появляться трещины потери самообладания. Иоши медленно открывает красные глаза, вглядываясь в лицо супруга, желая найти там хоть каковой ответ на свой вопрос. Сатору почти нежно расправляет её, заставляя всё же лечь так, как он хочет.
– Где папа? – тихо шепчет она, но супруг не отвечает. – А мама?
     Сатору смотрит на неё с нерушимой маской на лице, и в таком состоянии, девушка просто не может прочесть их. Хотела бы она, пробраться в его голову. Он видит её жалкой?
– Мне нужно уйти ненадолго, слышишь? Но я скоро вернусь, обещаю. Ребята присмотрят за тобой, – произносит Годжо опуская голову ниже к ней, чтобы она видела только голубые глаза. – Обещай больше не призывать свои цепочки, ладно?
      Его губы аккуратно касаются её лба, и потом он встает, непроизвольно скидывая с себя руки жены, которые со звуком приземляются на кожаный диван рядом. Девушка обессилено старается ухватиться за него, но всё бесполезно, её тело играет против неё. Сатору – её плот посреди океана, но сейчас, она словно за его пределами, тонет в шторме, пока к её ноге привязана целая скала. Он единственный человек, который подарил ей такую защиту, и сейчас, в момент когда ей страшно, он уходит. Иоши снова проваливается в беспамятство.

* * *

     Девушка приходит в себя через долгие часы, потому что чьи-то холодные руки проверяют пульс на её шее и руке. Она медленно открывает глаза и видит сидящего рядом на корточках Фушигуро Мегуми. Парень хмуро считает её пульс и дергается, когда видит, что она пришла в себя, сразу же убирая свои руки.
– Иошиииии, – протягивает сидящий в кресле напротив Итадори. – Ты как? Понимаешь что происходит?
    Девушка переводит взгляд с парня в потолок, грудную клетку сводит из-за рыданий, а ребра от рвоты, но сейчас она ничего не испытывает, полное опустошение. Лучше бы не понимала ничего. Папа мертв. Сатору ушел. Мир ещё не стал разрушаться?
Иоши снова поворачивает голову в ребятам, и из её глаза вытекает последняя слеза.
– Где Сатору? Что с моей матерью? – хрипло произносит Иоши пытаясь встать
      Мегуми подхватывает её под руку и помогает сесть, пока девушка окидывает взглядом комнату. Это всё ещё их... её дом, гостиная, которая почему-то выглядит так, будто тут прошла буря. На стенах глубоко борозды, словно от когтей, мебель перевернута...
– Это твоя техника. Ты потеряла контроль и вот... – словно прочитав её мысли произносит Мегуми. – Годжо сейчас отсутствует, он вышел из дома, поставил барьер и испарился. Никому из нас отсюда нельзя выйти... связи тоже нет. Коробку... он тоже...
    Девушка поднимает руку, останавливая подростка, иначе рвота и рыдания вернутся. Сатору наверное ушел искать Мазэхико, ну или просто бросил её. А может просто...
– Ты сможешь поесть? – тихо спрашивает Юджи как только в дверях появляется Нобара с тарелкой простого риса
– Мне нужно подумать... обо всём. Спасибо, – девушка встает и придерживаясь за дверь, уходит в спальню, своего мужа
      Ноги не хотят слушать её, но она заставляет их подчиняться, шагая всё дальше и дальше. Она пытается хотя бы так сбежать от того, что чувствует.
     Огромная и мягкая кровать, встречает её холодом, запахом одеколона Сатору и едва уловимым запахом корицы. Опять ел булочки в кровати, так ещё и пятно на подушке оставил, которое Иоши накрыла своей рукой как только закрыла дверь и легла. Она росла без понимания слабости или горечи. Так было нельзя, так было опасно. Поэтому её ноги и носят на себе уйму шрамов.
– Ты мне так нужен, Сатору...

* * *

Проходит день. Два, три четыре, восемь. Как оказалось, зайти может только помощник и врач, она из техникума, но Иоши не запомнила её имени, и лица даже, ведь ждала она другого человека. Им приносят продукты и всё нужное, но это все не то.
Любит ли Иоши Сатору? Да. Да. И ещё раз да. Потому и ждет его, всеми клеточками кровоточащей дыры внутри, ходя по территории дома как призрак. Техника покинула её до тех пор, пока не вернется эмоциональный баланс, ведь иначе, орудия просто проглотят её. Как она их когда-то. Сатору нужен ей до скрежета зубов, потому что она не знает, что делать дальше, куда идти, что говорить, как это все переваривать, принять и продолжить жить. Неделя и один день, как она не знает что с родными, живы ли они вообще. И это убивает.

* * *

В стену летит второй стул который Иоши нашла спрятанным, пока Юджи держит её за ногу, стараясь предотвратить полный разгром дома. Девушка окончательно начала сходить с ума. Две недели без какой-либо информации и свободы, запертыми как звери в клетке. Пока Сатору делает черт знает что. Он запер их, отрезал от мира, так, словно имеет малейшее право распоряжаться людьми, и Иоши устала это терпеть. Девушка стала разносить дом, первым делом перевернув всё в комнате мужа, почти не сровняв её с землей, пока Мегуми и Нобара не перехватили её, силой заставив успокоится. Иоши почти не общалась с ними, ведь из её рта лился концентрированный яд, а ребята не виноваты, что их учитель запер их с ней. Может в эту самую минуту девушка и потеряла всякую ещё слабую любовь к мужу, оставив только желание перегрызть глотку, а потом рыдать на его коленях как ребенок.
– Иоши! Прошу тебя! Тайм-аут! – пищал Юджи
– Пускай ломает, куплю новое, – как гром среди ясного неба раздается голос Сатору Годжо. – Итадори, отпусти мою жену и уйди пожалуйста, семье надо поговорить.
Пока Иоши смотрит на него ошеломленными глазами, подросток оставляет их одних. Проходит пару мгновений, и девушка отправляет в полет всё что попадается под руку, прямо по траектории в Сатору. Его бесконечность не дает предметам коснуться себя.
– Гадкий! Мерзкий ублюдок! – кричит Иоши в сторону мужа, пока тот, стоит перед ней абсолютно серьезно
– Твоя мать и брат в порядке, я нашел для них спокойный и мирный дом в другом конце страны, они под защитой. Киотские ученики с ними, – успокаивающе произносит сильнейший
     Иоши слышит, но не хочет менять гнев на милость. После вещей она сама начинает бить его руками, и в этот раз, муж свою бесконечность не использует.
– Ты бросил меня! Запер! – через слезы говорит она пока сила ударов слабеет
– Прости. Я хотел сам со всем разобраться, чтобы не травмировать тебя ещё больше.
– Не травмировать?! Серьезно? Ты эгоист Сатору! Чертов эгоист. Да ты хоть знаешь через что я прошла тут?! Ты был мне нужен!
Сатору принимает её удары на себе, надеясь что это хоть как-то заберет хотя бы часть её боли, хотя и так знает, что это не так. Его руки медленно останавливают её кулаки, а потом притягивают к себе и обнимают, крепко крепко...