Глава 14
* * *
Иоши
Время шло с поразительной скоростью, переворачивая быт с ног на голову. Минул месяц с первого срыва девушки, успев изменить её представление о своей технике как таковой. После произошедшего, Иоши углубилась в духовность, стараясь наладить контакт с вышедшим из-под контроля орудием, но звено Айи продолжало тускнеть с каждым днём, обрывая связь, чем не на шутку пугала девушку. Иоши хотела верить, что проблема в ней, но слова Сета говорили обратное. Армейский нож спрятался где-то в недрах их обители, отказываясь появляться перед другими. Сатору всё это время был рядом, каждое утро, каждый день, и почти каждый вечер. Каждый раз как всегда обычно подшучивая, но всё же давая какие-то советы из личного опыта утраты близких. Он далеко не лез, просто находился на самой поверхности. Девушка порой задавалась вопросом, как так вышло, что они с мужем и вправду ведут себя почти как супруги, в этой фиктивной игре на её выживание. Хотя на самом деле, такой расклад устраивал её, ведь с каждым днём, госпожа Годжо стала замечать плюсы жизни в статусе жены «Сильнейшего мага». Она может не работать до конца своих дней, как и её будущие дети, ей всегда обеспечена полная защита, те кто в курсе брака обращаются к ней с наивысшим уважением. Да и сам Сатору Годжо весьма красив и сексуален, особенно когда добровольно убирается в собственной комнате и так же моет посуду. Этот мужчина очень добр к ней, воспринимает в серьез, спас её из дома родителей... Может родить от такого человека не так уж и плохой вариант?
В моменты большого страха, Иоши приходит в комнату к мужу, и тот сидит с ней рядом, пока она не уснет и поток проклятой энергии не выровняется. Они стали завтракать и ужинать вместе, даже в техникум ездят вдвоем. Мужчина часто витает в облаках, переписывается с кем-то и время от времени уходит ночью, объясняясь работой и наставничеством. Конечно, в голове у его жены возникали ревностные вопросы, внутренние споры и резкие смены настроения, но Иоши понимала, их фиктивный брак, всё же не по-настоящему, простая роспись на паре бумаг. Но на душе продолжало висеть вязкое чувство огненной злости.
* * *
Сегодня Иоши чувствовала себя зверьком на потеху в зоопарке, ведь сидела на земле окруженная учениками техникума и довольным мужем. Сатору уже какую неделю уговаривал её пройти через обряд и отпустить непослушное оружие, и вот, Иоши наконец согласилась. Правда она рассчитывала на то, что они будут вдвоем дома, без лишних, любопытных детских глаз. Чертов Годжо нагло обманул её, задобрив дорогим ужином накануне вечером! Крутым колдунам нельзя доверять!
– Юджи хватит жевать! – проворчала Иоши складывая руки в технике и стараясь сосредоточиться
Итадори сидел прямо перед ней и жевал картофельные чипсы, хруст которых действовал на нервы, не говоря уже о резком запахе приправ. Девушке и без того было не по себе, так и сами смотрящие подливают масла в огонь. Вариантов к побегу тоже не было, причем даже минимальных...
– Канто, лучше сфокусируйся на своём деле, а не на Идатори. – голос Сатору Годжо звучал по непривычному чужим, особенно на произношении старой фамилии жены
На людях они до сих пор продолжали игру в простых коллег, а находясь дома во всю смеялись и обращались к друг другу как «Жена моя», «Ужасный муж». Хотя в данную минуту времени, на ум девушки приходило только «Чертов засранец Годжо».
Иоши аккуратно сложила руки в технике, уделяя особое внимание расстановке своих пальцем и так же дыханию. Она дышала ровно, глубоко, мысленно произнося строчки из старых писаний, направляя свою проклятую энергию в нужное русло. Частицы силы, словно толпы мурашек побежали по её коже, медленно, но очень верно погружая Иоши в место для разрыва любой связи.
Она чувствовала на себе пристальный взгляд мужа, хоть он и был сокрыт под повязкой. Супруги провели вместе достаточное количество времени, чтобы девушка смогла понимать и чувствовать Сатору рядом. И честно говоря, ей это чертовски нравилось. Чувствовать, как такой мужчина, сильнейший маг и любимец девушек следит за тобой словно ты бабочка перед носом, добавляет самоуверенности.
Мысли стали путаться, танцуя в безумном вихре. Иоши не могла уцепиться ни за что. Она была на не ощутимой границе, не тут, но и не там. В голове мелькали голоса, хруст чипсов, шелест листы на деревьях. Иоши чувствовала как её тело потряхивает, словно от холода, пока руки непроизвольно меняли свои позиции в новых знаках и ответвлениях техники. Страха или каких-то сторонних чувств не было, сплошная пустота, которая ощущалась каплей в застоявшуюся воду. На какой-то момент, инстинкт самосохранения стал бить тревогу, приводя девушку в состояние панической атаки, насильно пробуждая страх, но её шеи коснулось что-то холодное.
Сначала это был пласт, неизвестный объект, который быстро стал тонкой, острой линей, которая пошла по часовой стрелке вдоль горла. Боли нет, есть только холод сменяющийся теплом жидкости – её крови. Айя показала себя, разукрасив шею хозяйки цветом боли.
Они смотрели друг на друга в безмолвии, не испытывая чувств. Иоши старалась почувствовать её, как делала это всегда. Старалась понять, почему Айя отвернулась. Но армейский нож только и смог выдавить из себя: «Пошла ты к черту. Ты и твоя фамилия. Канто»
После этого, девушка ощутила резкую боль в каждой кости в теле, будто её давило гидравлическим прессом. Разрыв связи необратим, Айя сама разрывает её, а Иоши не сопротивляется. Подарок дяди на первое использование техники, подарок который хотел убить её, подарок который когда-то погубил её родственницу... Щелк. Над головой словно загорелась лампочка.
Иоши вынырнула из состояния концентрации словно из океана в шторм, жадно хватая ртом воздух и размахивая руками, которые ударялись во что-то твердое рядом.
– Тише. Тише. – прозвучал над ухом нежный голос Сатору, такой же, как когда мужчина помогает девушке бороться с кошмарами
Иоши не понимала что происходит, глаза судорожно бегали по сторонам осматривая обеспокоенные лица студентов, которых Годжо принялся разгонять рукой, но девушка почти ничего не слышала, будто в ушах стояли пробки. Это была паническая атака, или что-то более страшное? И да, и нет. Сатору коснулся рукой шеи своей жены и через несколько секунд, Иоши окончательно пришла в себя.
– Не знаю, что у вас там случилось, но надеюсь, что это конец. – мужчина говорил с улыбкой на лице, и повязка на его глазах чуть дернулась
Девушка коснулась своей шеи, и формы. Кровь. Значит прощальный подарок Айи отразился и на настоящем теле. Иоши замотала головой приводя себя в чувства, а потом вцепилась рукой в куртку мужа, так крепко, как только могла.
– Айя это подарок Мазэхико, она раньше была у той девушки про которую я тебе рассказывала. Она убила её, и хотела убить меня! Переданные орудия могут хранить остатки связи между первым владельцем. О боже... – Иоши тараторила словно смерть была на пороге
Девушка попыталась подняться, но тут же полетела обратно из-за того, что не поняла в каком положении находится и не смогла найти нужную точку опоры. Благо ученики, послушав своего учителя разбрелись кто куда, и этого никто не видел, как девушка буквально упала обратно в руки сильнейшего мага, её мужа. Как оказалось, всё это время Сатору придерживал её, чтобы она не упала, фактически Иоши лежала у него на руках как кукла.
– Не торопись так, дома расскажешь всё по порядку и медленно. Договорились? – тон мужчины был спокойным и нежным, обволакивав умиротворением
Девушке ничего не оставалось кроме как прислушаться к супругу, кивнуть и только потом вновь попытаться встать на ноги.
– Ты сегодня молодец, даже сознание не потеряла. Ну... почти... – сильнейший тихо посмеялся, позволяя жене взять его под руку. – Дома как раз кое-что ждет.
– Надеюсь это ответы на все вопросы которые меня мучают? – девушка сделала первые неуверенные шаги
– Да брось, тебя по-настоящему интересует только то, когда я начну чаще прибирать в своей комнате. И это будет примерно.... никогда.
– Не смешно.
– А мне смешно.
– Ты идиот.
– А ты моя любимая жена, так что кто тут больший идиот?
Уши девушки зацепились за словно «любимая», но она быстро оставила это в покое, ведь супруг в последнее время слишком часто произносит это словно в шутку.
* * *
Сатору
Иногда, мужчина задумывается о том, как влияет на окружающих его людей, кроме как наставничеством в учебе. Может ли его болтливость передаваться воздушно-капельным путем? Иначе как объяснить, что Иоши в первые дни после свадьбы, и Иоши сейчас, это два разных человека? Раньше она много молчала, вела себя как мотиватор-коуч из интернета со своими медитациями на первых лучах солнца. А теперь она уже битый час ходит как генерал по гостиной, туда сюда, туда сюда, словно шило в одном месте. И более того, она всё бубнит без остановки и не дает Сатору отвлекаться. Как она, черт возьми, понимает куда он смотрит под повязкой? Жены – страшные люди.
– Так. Стоп. Давай сейчас просто подведем итоги. Ты говоришь, что Айя раньше принадлежала Мазэхико, потом он передал её своей дочери. Айя убила её ночью. Потом она вернулась обратно к старому пердуну, и он передал её тебе. Боже, что за клубок ниток... И теперь ты говоришь, что Айя хотела убить тебя из-за дяди? Какой тогда мотив? – мужчина снял повязку с лица и лениво потер переносицу. – Не думаешь, что она снова может вернуться к нему?
– Исключено. Так часто одно орудие передаваться не может. – Иоши наконец остановилась и рухнула в кресло
Слава богу, её батарейка не бесконечна, но лучше не проверять, а то мало ли она настоящий генератор...
– А как оно вообще вернулось после смерти сестры? После смерти они могут идти к своих предыдущим хозяевам?
– Вот это и самое интересное! Они не могут после смерти хозяина даже существовать! Значит тут есть третье лицо...
Мужчина запрокинул голову и задумался. В голове сразу всплыли слова матери девушки.
– Иоши, а твой отец мог пользоваться техникой?
– Точно не знаю, но вроде бы малой её частью, здоровье не позволяло. А что, ты думаешь мой отец замешан в этом?
Сатору буквально почувствовал как девушка напряглась и втянула в легкие побольше воздуха.
– Это лишь моё предположение. – говорит ей он словах матери, всё равно что налить холодной воды в раскаленное масло. – Ты же знаешь что я не люблю твое семейство, поэтому и подозреваю даже камни у вас в саду.
Повисла тишина, Иоши наконец перестала зажиматься и уходить в свои мысли, просто облокотившись о мягкую спинку кресла. Наконец. Сатору дал ей несколько минут перерыва, а потом поднял голову, глядя прямо на девушку, мягко улыбаясь.
– Теперь то я могу показать, что тебя ждало? – мужчина посмеялся, видя как Иоши за секунду переключается. – В твоей комнате, беги.
Улыбка продолжала украшать его лицо, особенно когда вечно ворчащая жена превращалась в девочку подростка. Две недели назад, когда Иоши посреди ночи ворвалась к нему в комнату с криками, что чувствует как её проклятая энергия сочится через поры в коже, Сатору понял, что для него этот брак, уж точно уже не просто фиктивный. То, как эта девушка каждый раз искала в нём защиты, то как ему приходилось в пятисотый раз объяснять ей, что всё нормально с её проклятой энергией, и то как ему было приятно уступать ей свою кровать и ночевать на кресле, стали спичкой, которая зажгла костер. Сатору Годжо официально признался сам себе, что влюблен. А что делают влюбленные мужчины? Ухаживают за своей любимой как за самым хрупким цветком.
Кстати о цветах...
Со стороны комнаты девушки послышался визг, ну правда, будто ей не за двадцать, а только шестнадцать. Вся её комната была обставлена композициями из белых роз, с примесью других голубых цветочков.
– Сатору! Чертов лис! Почему так долго не говорил об этом? – радостно лепетала Иоши прыгая на кровать усыпанную цветами как принцесса из Диснея
Мужчина медленно поднялся и пошел вслед за ней, а как пришел то облокотился о дверной косяк.
– Ты всё жужжала по поводу интриг, и я, как послушный и хороший муж, молча слушал. – Сатору посмеялся, взъерошив себе волосы
– А в честь чего это всё?
– Для подарка должна быть честь? Мы женаты, Иоши, и чтобы ты не захотела развестись и забрать половину от моего состояния, надо поддерживать в тебе хорошие мысли на мой счет.
В Сатору полетела полушка, по не достигнув цели она повисла в его бесконечности.
– А если я так сделаю? – Годжо взял предмет текстиля в руки и сделал вид будто готовится для броска
– Стоп! Я сдаюсь! Сдаюсь! Ты же убьешь меня этим броском!
Сатору искренне и громко засмеялся, видя как его жена сгруппировалась на кровати и выставила руки вперед, в качестве защиты. Будто это может её вообще спасти.
– Не бойся, я не собирался тебя убивать, тем более подушкой. Ты моя любимая жена, что скажут люди если твое тело будут выносить из этого дома? – Сатору бросил подушку на кровать и скрестил руки на груди
Он внимательно смотрел за ней, то как плечи расслабляются и она принимает более удобную позу, не забывая уже в пятый раз понюхать цветы.
– Почему ты постоянно зовешь меня любимой? Это начинает пугать... – Иоши заправила выбившуюся прядь волос за ухо, видимо ей было неловко
– Потому что это правда. Ты моя единственная и любимая жена, что скрывать то? Это нормально когда супруги исходя из своих чувств, дают друг другу забавные милые прозвища. – Сатору говорит непринужденно и легко
Но нее дав жене что-либо ответить, он сделал шаг назад и закрыл дверь в её комнату, оставив девушку одну в переваривании информации. Чуть не забыл что он ужасный муж. Годжо уверен, что сегодня ночью услышит как она будет переговариваться со своими тараканами, стоп, то есть со своими орудиями в голове.
Мужчина ушел в свою комнату, разваливаясь на кровати и закидывая в рот леденец, сразу раскусывав карамель. Сатору не видел смылся скрывать свои чувства, ведь это как минимум поможет Иоши чувствовать себя ещё в большей безопасности, и не хотеть сбежать обратно под крыло матери. Ну и так же он просто хотел об этом говорить, не каждый день же в кого-то влюбляется.
* * *
Утро началось в приятно тишине, хотя Сатору прямо на своей коже ощущал что-то неладное, что-то отвратительное, но молчал, ведь если покажет это Иоши, она снова начнет метаться из угла в угол, как волк в клетке.
После вчерашнего разговора, их отношения с женой стали чуть более теплые, как минимум потому, что у мужчины не было смылся скрывать своё желание быть хорошим мальчиком и ухаживать за своей женщиной. Он приготовил её любимый чай, омлет, пришел в комнату к Иоши с её завтраком в постель. Они поболтали о погоде, о работе и доме. Словно проснулись вместе в объятиях, а не в разных кроватях во время интриг вокруг.
Однако звонок к дверь всё испортил, а то что он был назойливым как комар над ухом, привлек ещё большее интереса. Инстинкты Сатору затрубили о чем-то темном, о чем-то страшном, пока он шел к двери.
Глянув в глазок он никого не увидел, а потом повернул дверную ручку и дверь открылась. На пороге стояла аккуратная коробка, с большим бантом сверху и с семейной печатью дома Канто. Но запах... запах крови... Ногой Сатору скинул крышку, и сразу же поморщился.
– Иоши сиди в своей комнате! – рявкнул он но было поздно
Девушка как зверь принеслась в прихожу и глянула на плечо мужа, после чего весь мир перед ней почернел, а содержимое желудка оказалось под ногами. Её затрясло, крик сам вырвался из легких. Ну почему такое хороше утро обязательно надо испортить?
В коробке лежала отсеченная голова Дайчи Канто. Отца Иоши.