Burning to ashes [harry styles] | #Wattys2016

Барселона — это один из самых невероятных городов, в которых мне удалось побывать. И самое прекрасное место там, как по мне, побережье. Да, простое побережье. Именно с этим местом связано множество воспоминаний за прошедшие три месяца. И как раз там проходило наше первое свидание.

Гарри собрал корзину, наполнив её различной едой: сэндвичи, картофель фри, паста с курицей, заказанная в местном итальянском ресторане, а так же сыр и тёмный виноград.

Постелив огромный плед на песок, мы присели на него, начав неловкую беседу. Мы впервые пошли на полноценное свидание и общались, как самая настоящая пара. Это было в новинку, как для меня, так и для него.

Он рассказывал о подростковых годах, переезде в Барселону из дождливого Лондона, а так же о своей семье. Его сестра, если верить словам парня, точно его копия. Хотелось бы увидеть её и сравнить их внешность. Так же Гарри поведал мне о своём младшем брате, внебрачном сыне его отца. По словам парня, он довольно смышлёный малыш для своих четырёх лет.

— Мне нравится твоя улыбка, — неожиданно прерывает тишину он. Его взгляд опущен вниз, на тарелку с пастой, а губы изогнуты в ехидную улыбку.

— Спасибо, — чувствуя тепло, приливающее к моим щекам. В мгновение, его рука оказалась на моей щеке, поглаживая её. Я скромно улыбнулась, ощущая, как сердце отбивает невозможный ритм. Всё вокруг замирает, но всего лишь на долю секунды. Неожиданно, он подрывается на ноги и, улыбаясь, достаёт горсть винограда из корзины и зазывает меня подняться на ноги. Я догадываюсь, что он хочет сделать, но всё равно следую за ним.

— Открывай рот, — просит он, прицеливаясь виноградиной. Я хихикаю, но делаю так, как он попросил. Он подкидывает ягоду и я уклоняюсь в сторону, чтобы словить её, но она ударяется о мой нос и я отчетливо могу слышать хохот Гарри.

— Эй, это не смешно, — надувшись, заявляю я.

— На самом деле, очень забавно, — не переставая смеяться, говорит он.

— Хочу посмотреть на то, как ты словишь её, — говорю я, а затем показываю ему язык.

— Ты такой ребёнок, Деймон, — усмехается он. — Давай, кидай.

Я прицеливаюсь и бросаю виноградину, а та попадает прямо ему рот и он с довольным и победным видом жуёт её.

— Бери уроки у мастера, — разведя руки в стороны, выигрышно заявляет он.

Я подбегаю к нему и запрыгиваю на спину, оборачивая ноги вокруг торса. От неожиданности, он качается, но сразу же ориентируется. Оставляю мгновенный поцелуй на его шее и он приятно постанывает. Гарри бежит к берегу, смеясь, а я вместе с ним. Веселье захлестывает меня. С ним легко, просто и я просто чувствую себя полноценно. Как-будто появилась недостающая часть меня.

Мои мысли были прерваны звонком на телефон Гарри. Парень аккуратно опустил меня на песок и, оставив мимолетный поцелуй на моих губах, отошёл, дабы ответь на вызов.
Я слежу за тем, как эмоции сменяются на его лице. Улыбку заменяет странная эмоция. Ощущение, словно он хочет сжаться от боли, но держится из последних сил. Чёрный айфон надаёт на песок и я в спешке подбегаю к нему, обнимая. Без лишних слов, потому что знаю, что ему нужна поддержка, чтобы то ни произошло.

— Он, — заикается кудрявый, поглаживая мою спину. — Он попал в больницу. Рак легких, Эсме. У моего малыша болезнь, — его голос дрожит, когда он объясняет мне происшествие.

— О ком ты? — тихо лепечу я, целуя его шею. Вена на ней пульсирует, а сама кожа горячая, словно к ней поднесли пламя.

— Даниель, мой брат, он заболел, — я чувствую, как я его грудь вздымается и опускается от рыданий. У мужчин тоже есть чувства, у них имеется сердце и оно тоже чувствует, сожалеет.

— Я не буду говорить тебе, что всё будет хорошо. Это слишком банально. Я просто говорю тебе, что я всегда буду рядом, — тихо шепчу ему на ухо, вставая на носочки. Запускаю руки в его волосы и чувствую, как он прижимает меня к себе настолько близко, насколько может.

Через несколько мгновений он успокаивается. Его дыхание приходит в норму, голос перестаёт дрожать. Он берёт себя в руки.

— Расскажешь мне о своей семье? — спрашивает он, всё также прижимая меня к себе.

Внутри что-то екает. Эта тема одна из самых щепетильных для меня. Но он не просто друг для меня. Наши души, точно одна. Как две половинки единой.

— Это сложно. Всё слишком запутано, на самом деле. У меня есть старший брат и старшая сестра. С Джейем отношения очень хорошие. Он поддерживает меня, помогает и прикрывает, если надо. С Бет всё по-другому. Она буквально ненавидит меня, хотя обычно сестры любят друг друга и плетут косички, — горько хихикаю я. — Но она скорее сожжёт мне волосы, чем заплетет что-то. Её парень, Стивен, наплёл много чепухи. Он сказал, что я приставала к нему на её восемнадцатом дне рождении, хотя мне тогда было пятнадцать. И Стивен ужасный тип, противный и скользкий. Я не знаю даже, почему она встречалась с ним. С того момента она ненавидит меня и считает предательницей. Это довольно больно, но я привыкла. И именно поэтому я переехала сюда в колледж, а не продолжила обучение в Америке. Из-за этого мне часто было не с кем общаться летом здесь, но я как-то справлялась и Барселона теперь для меня больше, чем просто место учёбы. Ну, а мама с отцом совсем сводят меня с ума. Иногда мне кажется, что та семья, который мы были, когда мне было лет шесть — всего лишь иллюзия. У отца молодая любовница, учащаяся на одном курсе с Бет. Стервозная и лицемерная дрянь, — повествую ему я, временами жестикулируя руками и пожимая плечами от грусти, накатившей на меня. Дослушав, он выглядит опечаленно, однако знает, что мне нужна поддержка и целует в висок, заставляя тепло разлиться внутри.

В тот день мы открыли друг другу двери в прошлое и обнажили свои души.