Глава 27
Разлука для любви – то же, что ветер для огня: маленькую любовь она тушит, а большую раздувает еще сильнее.
***
Когда я проснулась этим утром, то моя голова просто раскалывалась, а ногу ужасно тянуло. Я застонала от боли. Серьезно, мне нужно обезболивающее.
– Ты как?
Всё размывалось в темноте. Я медленно моргнула, и вещи начали проясняться. Я сразу же начала искать Стива и обнаружила его рядом со мной.
– Малышка, – продолжаю слышать тихий голос Стива.
Я тру глаза тыльной стороной ладоней и осматриваюсь вокруг, замечаю, что нахожусь в нашей со Стивом комнате. Не у Фрэда. Это уже огромный плюс.
Я немного приподнялась, а Стив тем временем быстро взбил мне подушку, чтобы я могла полусидеть на кровати.
Вдруг моё внимание привлёк Джей, который сейчас закрывал колпачок на фломастере. Зачем ему фломастер?! Я кинула взгляд на кровать. Там лежала дюжина фломастеров различных цветов. Повторяюсь: зачем ему фломастеры?!
Джей же тем временем берёт голубой фломастер, открывает его и подносит к моей ноге, и только тут до моего сознание доходит, что у меня гипс.
– Это что? – спрашиваю я, указывая на ногу.
Джей тем временем красивыми буквами выводил на гипсе слово «Мальвина».
– Гипс, – спокойно отвечает Джей, выводя очередную букву.
– Я понимаю, что гипс, – говорю я. – Откуда?
– Вывих голеностопа, – поясняет солист, стоя в дверном проёме. – Ты разве не помнишь? – спрашивает Алекс, после чего подходит к кровати и усаживается на край, сбоку от меня.
– Напомни, пожалуйста, – прошу я.
– Лестница, больница... – говорит солист, ожидая что я вспомню что-либо.
«Меня кто-то толкнул. И в следующее мгновение я чувствую, как падаю с лестницы».
Так лестницу я помню, а дальше ничего.
– Больница?
Джей на секунду оторвался от разрисовывания гипса и перевёл на меня неверующий взгляд.
– Ты что, правда, ничего не помнишь?
– Нет. Только лестницу, а дальше ничего.
– Ты даже не помнишь, как приставала к Стиву в машине?
– Что я делала? – тихо спрашиваю я, так как ещё не достаточно пришла в себя, чтобы воспринимать информацию.
Джей разочарованно посмотрел на меня взглядом «Ты должна это вспомнить!», и мне резко расхотелось что-либо выуживать из своей памяти. Но, увы... Воспоминания нахлынули на меня как раз вовремя.
– С ней точно всё нормально? – слышу я голос Джея.
Стив тем временем усаживал меня на заднее сидение машина, а потом забрался сам. Я не стала пристегиваться, а просто обняла блондина, прильнула к его шее и вздохнула.
– Ты так хорошо пахнешь, – пролепетала я.
Стив засмеялся от столь неожиданного заявления.
– Она должна так себя вести? – спрашивает на этот раз Алекс, который сейчас сидел на пассажирском месте.
– Ей дали кислородно-воздушную смесь, – начинает Джей. – Ну, веселящий газ, – поясняет парень. – Но её так даже с экстази не разносило.
Я тем временем начала расстёгивать пуговицы на рубашке Стива, пытаясь действовать как можно безобиднее. Сначала он никак не реагировал, а затем кинул осторожный взгляд на передние сидения и как раз кстати. Алекс смотрел на нас, сидя при этом в пол-оборота, а Джей поглядывал в боковое зеркало, явно забавляясь этой сценой.
– А у неё точно сотрясения нет? – спрашивает блондин, застёгивая мной расстёгнутую пуговицу.
– В больнице сказали, что нет, – пожимая плечами, отвечает солист.
Я вновь начала расстёгивать пуговицу, которую застегнул Стив. Парень перехватил мою руку и переплёл наши пальцы, не давая мне возможности добраться до его рубашки. Но я так просто не сдалась. Я вырвала свою руку из его и продолжила расстёгивать пуговицы.
– Да она же тебя изнасилует такими темпами, – смеясь, предположил Джей, всё ещё смотря в боковое зеркало.
– Я не особо возражаю, – начал Стив. – Но сейчас не самое подходящее время, – продолжил музыкант и опустил взгляд к моей загипсованной ноге.
– Глории так не кажется, – с усмешкой говорит Алекс.
Я же в это время расстёгивала уже третью по счёту пуговицу, явно довольная собой. Стив каждый раз застёгивал рубашку обратно и меня это очень и очень злило.
Следующие пять минут мне никак не удавалось добраться до моей заветной цели: до пуговиц на рубашке Стива. Парень всё время ловко уворачивался и отвлекал меня вопросами.
Но всё же, моё тело требовало прикосновений к Стиву, поэтому я просунула руки ему под рубашку поближе к его голой коже.
Джей, мельком наблюдая за мной и Стивом, уже вовсю смеялся на переднем сидении, но в основном не отрывал взгляда от дороги. А вот Алекс ни на что не отвлекался. Он хотел увидеть, что же дальше будет делать Стив.
Стив наклонил голову и посмотрел на меня предупреждающим взглядом, но меня это не остановило. Я прильнула к парню ещё ближе.
– Лори, пожалуйста, остановись, – попросил Стив, смотря на меня затуманенным взглядом. – Не здесь, – продолжает парень.
Но я не остановилась. И тут блондин не выдержал. Рот Стива накрыл мой, и я собиралась углубить поцелуй, но парень резко отстранился. Из меня вырвался разочарованный вздох.
– Кайфоломщик! – раздосадовано говорю я и откидываюсь на спинку сидения.
Стив тем временем пытается скрыть улыбку, но у него это плохо получается.
– Когда ты успел стать таким правильным?! – восклицаю я, а улыбка Стива становится всё шире и шире.
Затем на меня резко накатывает усталость, и я каким-то чудесным образом засыпаю на плече Стива.
– Не-е-ет, – протягиваю я, зарываясь лицом в подушку.
– О, вспомнила,– оповещает Алекс, смотря на то, как Джей разрисовывает гипс, и по просьбе парня солист оставляет там свою роспись.
– Тебе, наверное, сейчас очень и очень стыдно? – предполагает Джей, на секунду оторвавшись от своего занятия.
Я обняла подушку и попыталась не встречаться взглядом ни с кем из парней, настойчиво игнорирую смешки Джея. Но долго игнорировать его не получилось.
Я резко тряхнула ногой, сбрасываю руку Джея с гипса и злобно посмотрела на него.
– Я тебе не мольберт, придурок, – говорю я. – А Стив – мой парень. Хочу – пристаю, хочу – нет.
Джей, казалось, выдохнул с облегчением.
– Ну, наконец–то! – воскликнул парень. – Ты хоть как-то реагируешь. Я уже начал волноваться, что в больнице ошиблись, и у тебя, правда, сотрясение.
Я посмотрела на парня, думая, что он издевается. Но, кинув лишь один взгляд на него, убедилась в обратном. Он выглядел встревожено. И вместо того, чтобы колко ответить на его реплику, мой взгляд смягчился.
– Со мной всё в порядке, – заверила я парня, осматривая свою ногу в гипсе. – Не стоит так переживать.
Я перевела взгляд на пострадавшую ногу. В прошлый раз пострадала эта же, когда я сорвалась с обрыва. Да уж... Меня прямо-таки тянет на неприятности.
– Тебе легко говорить, Макфин, – говорит Джей. – А представь, каково мне. Я иду по коридору, вижу тебя без сознания у изножья лестницы и встряхиваю тебя. Ты еле дышишь и никак не реагируешь, – продолжает парень. – И вообще, Глория, ты должна смотреть под ноги. Было чёрным по белому написано «Мокрый пол»!
Я опустила глаза вниз, потому что по какой-то неведомой причине мне стало стыдно. Но я быстро пришла в себя и отбросила эти мысли прочь. Я что, виновата, потому что не заметила табличку?
Хотя, стоп...
– Какая к чёрту табличка? Я не поскользнулась! Меня толкнули!
В комнате повисла тишина. Парни начали переглядываться, но они не пересекались со мной взглядом.
– Ты споткнулась, – осторожно, как будто пытаясь не спугнуть, говорит Стив. – Как только Джей услышал шум – он нашёл тебя. Там никого не было.
– Нет! Я точно знаю, что меня толкнули, – громко оповестила я и, как капризный ребёнок, начала стучать кулаками по матрасу по бокам от себя. – Один раз вы мне уже не поверили... – припоминаю я.
Ребята, словно провинившееся дети, смотрели куда угодно, только не мне в глаза. Я же, ожидая, что они почувствуют мой взгляд, продолжала испепеляюще смотреть.
– Ладно, ладно, – спокойно сказал Алекс, поднимая руки вверх, как бы признавая поражение. – Я съезжу в школу вечером и посмотрю записи с камер, чтобы мы были спокойны.
Я удовлетворёно кивнула.
Гипс на ноге прямо-таки притягивал моё внимание, пестря различными рисунками и росписями. Джей постарался на славу. Я улыбнулась, но в то же время грустно вздохнула.
– Это, конечно, очень красиво, но как я буду ходить с гипсом на ваши концерты?
Стив нехотя указал в угол комнаты, где находились костыли. Я испуганно посмотрела на парня.
– Нет, – надломившимся голосом сказала я. – Я не буду с ними ходить!
– Да брось, Глория! – воскликнула Брин, которая появилась из ниоткуда. – Это не конец света!
Рэнделл, к моему глубочайшему разочарованию, взяла костыли и поднесла их к кровати. Она поставила костыли у спинки кровати, оперев их на прикроватный столик.
Я подтолкнула костыли рукой так, что они упали, полностью показывая этим действием мою позицию.
Стив, покачав головой и усмехнувшись, поднял костыли с пола и вновь поставил их у спинки кровати. Я раздражённо хмыкнула, сложив руки на груди.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила Брин.
– Нормально, – отвечаю я, игнорируя головную боль.
– Нога болит? – продолжает свой допрос Рэнделл.
– Немного, – поведя плечами, снова даю ответ на вопрос. – Но я бы не отказалась от обезболивающего.
– Пока нельзя, – говорит Джей. – Ты ещё не отошла от предыдущего обезболивающего, – продолжил Джей и усмехнулся, вспоминая инцидент в машине.
Я уткнулась в плечо Стива, лишь бы не видеть ликующего выражения на лице Джея, а блондин в свою очередь начал гладить меня по волосам.
Я так по этому скучала!
***
– Как я вам? – в очередной раз спрашивает Джей.
– Иди и смени рубашку, – говорит Брин, оценивающе осматривая внешний вид парня. – На чёрную.
Тот развернулся и пошёл к себе в комнату.
Итак, я сижу на диване, на который меня перенёс Стив, так как я отказываюсь становиться на костыли. Они жутко неудобные, да и мне надо привыкнуть. Но не сегодня. Продолжим... Я сижу на диване, моя загипсованная нога располагается на журнальном столике, плюс ещё и подушка под голенью. Стив и Алекс сидят за стойкой на кухне и сочиняют новые песни. Ну, Алекс сочиняет, а Стив... оценивает. Да. Именно. Оценивает. Брин сидит рядом со мной, читает журнал и, конечно же, ставит свою оценку внешнему виду Джея.
Ах да, теперь о Джее… Джей собирается на первое свидание с Райли. Наш мальчик волнуется. Кстати, очень странно, что это их первое свидание. У них уже есть ребёнок. Эта ситуация заставляет меня смеяться.
– Смотрите, что я нашёл, – восклицает Джей и выходит из своей комнаты. – Прикольно, да?
Кинув взгляд напарня, я засмеялась, но долго моё веселье не продлилось. Моя головная боль дала о себе знать. Может, сотрясения и нет, но удар явно был. Как же она раскалывается! Я помассировала виски и вновь перевела взгляд на Джея. И в тот же момент прыснула от смеха, наблюдая за тем, как парень рассматривает себя в зеркало.
– Идиот, – смеясь, пробормотал себе под нос Алекс.
Джей же вовсю демонстрировал нам бюстгальтер, который он нацепил поверх рубашки.
– Придурок, сними его! – продолжая смеяться, сказала Брин. – Где ты, вообще, его откопал?
– Под кроватью лежал, – объяснил парень. – Он, кстати, сзади немного порван.
Тут в глазах у Брин промелькнуло узнавание, и она нервно сглотнула. Алекс тоже начал рассматривать бюстгальтер, явно не восхищаясь «сексуальностью» Джея в этой вещице, а пытаясь понять: видел он этот лифчик ранее или нет.
– В любом случае, – говорит Джей. – Вопрос не в том, где я его нашёл, а в том, чей он.
Парень обвёл комнату пронзительным взглядом, и этот самый взгляд остановился на мне.
– Глория, – хищно протянул парень и кинул взгляд на мою грудь, а затем руками на себе примерно намерял мой размер. – У тебя что, выросли?
Я изумлённо раскрыла рот от наглости парня, а Стив дал Джею подзатыльник. Вполне заслуженный подзатыльник!
– Какого хрена, Джей! – возмущённо, но не очень грубо, скорее, даже смеясь, воскликнул Стив. – И вообще, идиот, откуда ты знаешь её размер?
– Я в этом разбираюсь, – отвечает Джей. – Талант, – продолжает парень. – Ну и повезёт же Райли, – самодовольно заявляет музыкант.
Я не смогла удержаться от смешка.
– Как вы – девушки – в этом ходите? – говорит Джей и тянется к себе за спину за застёжкой. – Он же жмёт, – продолжает парень и пытается расстегнуть бюстгальтер, но тот продолжает держаться на лямках поверх рубашки.
– Терпим, – говорит Брин.
А Джей тем временем облегчённо выдохнул, когда застёжка поддалась.
– Ух ты, Джей! – с напущенным восторгом говорит Алекс. – Тебе я смотрю не в первый раз носить вещи такого характера, – продолжает солист. – Как наловчился расстёгивать, – изображает удивление.
– Ага, умею. Не то, что ты, неудачник, – скалясь, говорит Джей. – Я наловчился их расстёгивать не на себе...
– Всё-всё! – вмешалась Брин. – Мы поняли, Джей!
– А вот и обладательница лифчика, – Джей обратил всё своё внимание на Рэнделл. – Не так ли, Алекс?
Я не стала слушать что же ответит солист, а тем временем кинула взгляд на журнальный столик, на котором рядом с подушкой лежал букет цветов. Я несколько минут таращилась на цветы, а затем обратилась к Джею:
– Цветы? Неужели, наш мальчик вырос?
Я потянулась за букетом, но «благодаря» моей загипсованной ноге, у меня никак не получалось достать его. Какая же я беспомощная!
Джей, на котором лифчик всё ещё висел на лямках, увидев мои страдания, сел на диван между мной и Брин и подал мне букет со словами:
– Цветы завянут, а конфеты – нет.
Я развернула букет, чтобы видеть, что там, и посмотрела на Джея.
– Ты даришь ей конфетный букет?!
Джей кивнул.
– Как сто одна роза, только оригинальнее, – начинает парень. – Сто конфет – молочный шоколад, а одна – белый.
– Почему я не удивлён, что ты даришь девушке еду? – спрашивает Стив, усмехаясь и указывая Алексу на строчку в песне, которая, по его мнению, не очень звучит.
Джей уже собирался ответить блондину, но раздался звонок в дверь, который привлёк всеобщее внимание.
– Это ко мне, – говорит Джей и вскакивает со своего места. Он хватает конфетный букет (букетно-конфетный период никогда не звучал так буквально). – Как я выгляжу? – спрашивает он.
Мы все посмотрели на Джея. Напомню ещё раз: бюстгальтер всё ещё висит на Джее поверх чёрной рубашки.
– Ты крут, – серьёзно замечает Стив.
Алекс оторвался от тетради с песнями и тоже взглянул на Джея.
– Да, – так же серьёзно говорит Мид. – Ты определённо крут.
– Красавец, – говорю я с гордой улыбкой.
Джей же, быстро выдохнув, уже пошёл в направлении двери, когда Брин окликнула его. Сейчас она снимет ему лифчик. Из меня вырвался разочарованный стон. Ну, он же почти дошёл!
Джей обернулся. Брин встала со своего места, подошла к парню, взъерошила его волосы, а затем развернула его в сторону двери.
– Идеально! – говорит она. – Всё! Иди!
Мы все ободряюще улыбнулись Джею и пожелали ему удачи.
Парень направился к двери, а я тем временем сдвинулась так, чтобы меня не было видно от двери, но чтобы мне открывался отличный вид на происходящее.
– Привет, – улыбаясь от уха до уха, говорит Джей, открывая дверь и рассматривая Райли. – Какая же ты красивая!
На девушке было белое летящее платье, чуть выше колена, а волосы лежали на плечах крупными локонами. Туфли было не видно с моей точки обзора, но готова поспорить, что там либо шпильки, либо танкетка, так как детектив казалась выше.
Райли осмотрела Джея с головы до ног. Я знаю, что она хочет рассмеяться, но на её лице не дрогнул ни один мускул.
– Ты тоже классно выглядишь, – спокойно ответила девушка, с лёгкой улыбкой на губах. – И куда же ты меня поведёшь? – она скользнула рукой под предложенный согнутый локоть Джея, попутно поправляя лямку от бюстгальтера у парня на плече так, чтобы он не заметил. – Ты же хочешь произвести хорошее впечатление, – задумчиво заговорила Райли. – Опера? Балет?
Джей зажмурился как будто от боли и мысленно поругал себя за несообразительность.
– Э... Близко... Цирк.
Райли улыбнулась.
– Зачем? У меня же уже есть один клоун, – усмехаясь и смотря на грудь Джея, где опять же находится чёрный бюстгальтер, который сливается с рубашкой парня, сказала девушка.
Джей открыл перед девушкой дверь, и они вышли на лестничную площадку. До меня донёсся отрывок их разговора.
– Надеюсь, Эллисон не любит цирк, – говорит Джей. – Я взял только два билета, – невинно продолжает музыкант.
Я покачала головой, мысленно насмехаясь над парнем.
Дверь с громким звуком закрылась, и все засмеялись. Казалось, смех будет слышен даже на первом этаже, но я всё-таки надеюсь, что Джей нас не услышит и выйдет во всей своей красе на улицу. Но...
Дверь вновь открылась и оттуда показалась голова Джея:
– Ненавижу вас, уроды! – сквозь зубы, кипя от злобы, воскликнул Джей.
После этих слов чёрный кружевной лифчик прилетел Алексу прямо в руки.
В комнате воцарилась тишина.
А затем дверь хлопнула, и смех раздался вновь.
***
– Снимай, – чуть ли не нараспев, явно довольная собой, заявляю я.
– Ты сказала, что не умеешь играть, – припоминает блондин, стягивая с себя второй носок.
– Это покер, Стиви, – говорю я, демонстрируя парню две дамы, которые благополучно составили мне комбинацию карт. – Ничего личного, – продолжаю я и потягиваю свою колу со льдом, делая вид, словно пью виски, пародируя парней из фильмов. – Тем более ты сам это предложил, – я одним глотком осушаю стакан и громко ставлю его на журнальный столик.
– Я не знал, что моя девушка – карточный шулер, – недовольно бурчит блондин.
Я невинно пожимаю плечами.
– Если у нас не останется другого выбора: где бы раздобыть денег, я отправлю Глорию в Лас-Вегас в казино, – говорит полуголый Алекс, на котором остались только джинсы, в то время как на Стиве была ещё и футболка.
– Вообще, мы с Алексом планировали раздеть кое-кого другого, – замечает Стив и с намёком смотрит то на меня, то на Брин.
А на нас в отличие от парней одежды более чем предостаточно. Какой же вас ждёт провал, мальчики! Ведь девушки всегда носят намного больше одежды, чем парни. Ну, за исключением платьев, конечно. Но и в том случае могут спасти аксессуары: шарфики, браслетики, колье, подвески и всё в таком духе.
– Ещё разок сыграем? – спрашивает Брин у парней, передавая тем карты.
Ребята согласились, и Алекс начал перетасовывать колоду. Мы же с Брин, как и во все прошлые разы, внимательно следили за действием парня, а затем Брин решила подколоть Мида:
– Припрячьте себе пару тузов что ли, – говорит девушка, обводя взглядом парней. – Мы с Глорией отвернёмся, – продолжает она.
Стив фыркнул, а Алекс раздал карты. Вскоре все начали вскрывать свои карты. Первыми естественно начали парни, очень самонадеянные парни. И как же мы с Брин смеялись, когда у каждого из них было по два туза.
– Послушались всё-таки, – усмехаясь, сказала Брин, а парни начали защищаться и говорить, что это чистая случайность.
Брин мельком взглянула на свои карты, но показывать нам их пока не стала. Алекс и Стив уже вовсю чувствовали приближающуюся победу. По крайней мере, кто-то из них победит.
– Пара тузов, – задумчиво протянула я, смотря на свои карты и в то же время сдувая прядь волос с лица.
Музыканты расценили мою неуверенность как хороший знак. Но, к несчастью для них, это не так.
– Стрит флеш, – говорю я, опуская карты на стол.
На секунду воцарилась тишина, а затем…
– Не может быть, – восклицает Стив и отбрасывает свои карты в сторону. – Мы снова проиграли... – продолжает блондин, но затем до него доходит одна важная вещь. – А нет. Не проиграли. Брин ещё не вскрыла свои карты.
Брин после реплики блондина спокойно опускает карты на стол.
– Стрит! – радостно кричу я, смотря на карты, и хлопаю в ладоши, а затем обращаюсь к парням. – Раздевайтесь!
Стив стянул свои джинсы. Алекс взглянул на себя, и вместо того, чтобы снять ещё один предмет одежды, наоборот, начал одеваться.
– Не по правилам, Алекс, – напоминает Брин.
– В другой раз, – говорит солист. – Мне нужно в школу посмотреть записи с камер, – напоминает Мид и, уже полностью одетый, направляется к двери.
Брин выразила своё желание отправиться с Алексом и, схватив куртку, вышла за ним следом.
Я же тем временем, вернув всё своё внимание Стиву и перемешивая колоду, спрашиваю парня:
– Ещё одну партию?
Блондин сверкает озорной усмешкой.
– А, может, займёмся чем-то более интересным?
– Поговорим о ядерной физике? – приподнимая бровь, саркастично спрашиваю я, хотя прекрасно понимаю, о чём говорит блондин.
Стив откинулся на спинку дивана и закрыл своё лицо ладонью.
– Ты меня убиваешь, Глория, – говорит блондин, всё ещё не отнимая ладонь от лица, а я по-детски хихикаю. – В машине тебя не интересовала ядерная физика, – продолжает Стив, поглядывая на меня.
– Сам виноват, – пожимая плечами, говорю. – Это ты меня остановил.
После этих слов Стив резко прильнул к моему рту, и, обхватив меня, с легкостью поднимает на руки. Я рефлекторно обнимаю его за шею и жду дальнейших действий. Он несет меня в спальню.
Там он осторожно опускает меня на кровать. Я прикасаюсь к его животу, и Стив с шумом втягивает воздух. Мои пальцы пробираются ему под футболку. Он на мгновение замирает, наблюдая за мной, а потом снимает футболку через голову.
– Я скучал по тебе, – тихо произносит Стив.
Мое сердце начинает биться быстрее.
– Я тоже по тебе скучала.
***
– У меня не получается! – говорю я и отбрасываю костыли в сторону. – Давай, ты просто будешь носить меня на руках?
– Малышка, попробуй ещё раз, – подбадривает Стив. – Я твоя страховка. Ты не упадёшь.
Он поднимает костыли с пола и вновь вручает их мне.
Я делаю пару маленьких шагов и спотыкаюсь на ровном месте. Стив ловит меня в сантиметре от земли.
– Видишь, – говорю я, хватаясь за плечо Стива, чтобы подняться. – Я безнадёжна.
– Давай, попробуй ещё раз, – просит меня парень и вновь поднимает костыли с пола.
Итак, чтобы разъяснить ситуацию. Стив, по его словам, не всегда и везде сможет носить меня на руках, поэтому он устроил мне краткий курс ходьбы на костылях.
За полчаса моих жалких попыток я сделала для себя вывод: если кто-нибудь когда-нибудь вам скажет, что ходить на костылях проще простого, знайте, этот человек лжет. Они ужасно неудобные, нужно очень постараться, чтобы с ними сесть, а необходимость постоянно удерживать равновесия и вовсе раздражает.
– Ладно, – недовольно протягиваю я и беру костыли.
Я начинаю двигаться в сторону кухни маленькими размеренными шажками, следом следует Стив, наблюдая за мной, словно за годовалым ребёнком, который только-только учиться ходить. Опять же: чувствую себя беспомощной!
Спустя какое-то время я дохожу до кухни (сделала бы это и раньше, если бы кот – Кредит – не путался под ногами), а именно это моя цель: после того, как я дойду до кухни без чьей-либо помощи, меня отпустят.
Я кое-как разворачиваюсь, чтобы смотреть Стиву в глаза.
– Счастлив? – язвительно спрашиваю я, и прислоняю костыли к стойке и сама на неё опираюсь.
– Безумно, – отвечает Стив, улыбаясь, ведь заставил меня сделать то, что, по его мнению, необходимо.
– А теперь неси меня обратно, – говорю я, так как сил на обратную дорогу у меня явно не хватит.
Я до сих пор чувствую себя уставшей после падения с лестницы, возможно, ещё и обезболивающее сыграло роль, поэтому все, чего мне хочется — это отдохнуть.
Но Стив не дал мне такой возможности. После... хм… нашего совместного времяпрепровождения со Стивом, он решил, что будет очень круто, не дать мне отдохнуть и поставить меня на эти недоходули. Гениальная мысль! Просто прекрасно!
Стив опускает меня на диван. Я уже закрываю глаза, решив немного поспать, как открывается входная дверь и в квартиру входят Алекс и Брин.
– Её там нет! – взволнованно, чуть ли не с порога, восклицает солист.
Мы со Стивом обмениваемся взглядами.
– Кого нет? – решает уточнить блондин.
– Записи. Её там нет.
Я нервно сглатываю, пытаясь избавиться от предательского комка в горле. Как нет?! Записи просто так не исчезают! Их удаляют – да. Но не на следующий же день! Их хранят, вроде как, минимум неделю!
– А где по-твоему запись? – спрашивает Стив.
Алекс уже собирается ответить блондину, как за спиной солиста появляется Фрэд.
«Я никуда с ним не поеду!» – это было первой моей мыслью.
Затем мою голову одна за одной начали посещать идеи о том, как избежать переезда к Фрэду.
Сказать, что мне плохо? Закрыться в комнате? Заплакать?
Но тут моё внимание привлекает предмет, который зажат в руке у дяди.
Флэшка? Наверное, флэшка. Зачем ему здесь флэшка?
Фрэд, прерывает мои раздумья и отвечает на мой немой вопрос.
– Запись у меня, – говорит дядя, тем самым заставив меня обратить всё своё внимание на него. – Нашёл её у Глории в комнате.
Меня пробивает дрожь, и у меня вырывается нервный смешок.
«Что ж, теперь я точно не вернусь в квартиру к Фрэду».