- Можно?

  Два дня сна не дали особого результата, но работа есть работа, и, выпив уже три таблетки обезболивающих и одну блокаторов, Джун поехал на работу. Тэхён сообщил, что директор приедет после обеда, так как у него с утра назначена встреча. Секретарь передал Джуну бумаги, которые он должен был проверить, и сел за свои дела.

  Первые часы работы шли нормально, но после головная боль вернулась, и уже третья таблетка ибупрофена не помогала. Ким решил сходить немного провериться и, может, пораньше поесть. Парень шёл к лифту, как увидел улыбающегося Джина, что мило беседовал с Тэхёном. Директор повернулся и что-то сказал Намджуну, но звон в ушах не дал хоть что-то услышать. А после испуганное не на шутку лицо Джина стало последним, что увидел Джун, падая без сознания.

  Сокджин выронил дипломат, который держал, и побежал к упавшему телу.

— Тэхён, вызывай скорую, срочно! — секретарь дрожащими руками разблокировал телефон и кое-как объяснил, что случилось. — Намджун, Намджун! Очнись, — всё было бесполезно.

  Скорая помощь прибыла быстро, они проверили дыхание, пульс и реакцию зрачков, а после забрали альфу на носилках. Джин сказал, чтобы Тэхён уведомил родителей альфы о случившемся и назвал им номер больницы, а сам поехал вместе с бригадой.

  Доставили их в больницу, в которой работал Хосок, а после появился и он. Парни удивились, но времени разъяснять события не было, поэтому Чон вместе с бригадой и медсёстрами повезли Намджуна в неизвестном направлении, а директора попросили присесть.

— Алло, Джин. Я не смог дозвониться до его родителей, но оставил им смс со всей информацией. Вы как? Мне приехать?

— Нет, спасибо, Тэ. Присмотри за компанией, я узнаю, что с Джуном, и сразу тебе позвоню, если хочешь, устрой людям короткий день, — омега обпёрся локтями о бёдра и положил на руки свою голову.

— Хорошо. Ты, главное, не нервничай. Я уверен, что с Джун-хёном всё будет хорошо, а ты позаботься о крохе, — последние слова секретарь произнёс тише, но не с меньшей заботой.

— Хорошо, а ты не забудь покушать. Бывай, — Джин отключился и лёг спиной на спинку кресла. Спустя минут десять он услышал знакомый запах спрайта. Омега повернул голову и увидел Хосока, что быстрым шагом приближался к нему.

— Хосок, что с ним? Всё нормально?

— Так, Джин, не волнуйся, тебе вредно, — альфа знаком показал сделать вдох.  — С Намджуном всё относительно нормально, по крайней мере мы установили причину потери сознания. Он приходил ко мне неделю назад и брал блокаторы, одной из побочек была головная боль. Обычно если побочные эффекты и появляются, то только после полугода или года использования препарата. Что стало катализатором в этой ситуации, что он слёг всего через неделю, я не знаю, но постараюсь это выяснить. К тому же в его организме найдена большая концентрация обезболивающих.

— И что с ним будет?

— Я назначил ему плазмаферез. Через полтора, максимум через два с половиной часа, мы выведем все токсины. В это время мы дадим ему поспать, скорее всего он упал из-за болевого шока и измотанности. После плазмафереза он побудет у нас денька два на сохранении, а там, пускай, возьмёт больничный и будет, как огурчик, — после слов Хосока Джин наконец смог выдохнуть с облегчением. — А ты его откуда знаешь?

— Он работает в моей компании. Я его выбрал, как зама, сам знаешь почему.

— А он знает причину, зачем компании резко понадобился зам?

— Нет, — Джин прикрыл глаза и пару раз глубоко вдохнул. — А можно будет к нему?
 
— Да, конечно. Не знаешь номера его родственников?

— Тэхён уже им всё написал, они не брали трубку.

— А, тогда ладно. Палата 203, лифт возле холла. Тогда ещё встретимся, — Хосок улыбнулся и пошёл дальше по коридору.

  Палата была небольшой, но уютной, справа была кровать, и справа от неё стоял аппарат с трубками, по которым текла кровь. Джин взял мягкий стул, что стоял у подножья кровати, и сел возле Намджуна. Тот уже лежал в обычной больничной одежде с вертикальными синими полосками. Его лицо было довольно бледным и немного напряжённым.

— Как же ты меня напугал, — Сокджин положил свою руку на чужую. — И всё это из-за твоего запаха. Вот откуда ты знаешь, что он ужасный? Может, это только тебе так кажется, а на самом деле он один из прекраснейших?

  Джун, как и ожидалось, не отвечал, только аппарат тихо жужжал, и пикал прибор.

— Когда очнёшься, я тебе такую взбучку устрою. Поймёшь, как я смог стать директором, будучи омегой, — Джин долго не задерживался, он ещё пару минут посмотрел на спокойное лицо альфы и поехал в компанию успокаивать Тэхёна.

  На следующий день Джин решил приготовить свой фирменный шоколадный бисквит с апельсинами. Также он приготовил немного риса с мясом. В больнице омега решил прислушаться к совету о большей активности и решил подняться на второй этаж по ступенькам. После первого десятка до омеги донёсся совсем лёгкий запах миндаля. Чем выше Джин поднимался, тем он становился насыщеннее, и к нему добавлялось что-то более сильное и очень знакомое.

  Что-то внутри парня затрепетало, что было немного странно. К палате Ким подходил с опаской, но дверь открыл резко. Человек на кровати, кажется, немного подпрыгнул.

— Ну здравствуй, Джун-хён, ты готов... — у омеги был боевой настрой, но, вдохнув запах, что витал в комнате, стало как-то не по себе: ноги стали ватными, одновременно хотелось вдохнуть прекрасный запах, но лёгкие как будто заклинило, а в животе будто бы кто-то действительно зашевелился.

— Джин? — совсем неуверенно послышалось справа. Директор повернулся и увидел Намджуна, тот был в очках с тонкой оправой, а на его коленях покоилась книга, которую он читал.

— Скорейшего выздоровления, — невнятно пробубнил Сокджин и, поставив контейнер, двинулся на выход. В проходе он столкнулся с родителями альфы. Все четверо были удивлены. Папа уже хотел было начать что-то говорить, но Джин, слабо поклонившись, побежал к ступенькам.

— Джин! Стой! — голос Джуна отлетал от пустых стен больницы, но звука преследования не было, что очень радовало омегу. Он быстро добежал до машины, держась за живот, и сел за руль, громко вдыхая воздух. Парень пробыл в палате всего несколько секунд, но запах как будто успел впитаться в одежду и лёгкие Джина.

   Для своей же безопасности Ким отъехал от больницы. Сейчас, наверное, впервые в жизни Сокджин совершенно не знал, что ему делать и куда ехать. Но, скорее всего, единственный, кто может ему сейчас может помочь — это Тэ.

— Алло, Джин. Ты уже едешь?

— Т-тэ, я... — и что говорить? Наверное, стоило бы правду, но а если Джину всего лишь показалось?

— Джин-хён, всё хорошо? Что случилось? Что-то с Намджуном или с ребёнком?

— Тэхён, в офисе много работы? Я потом отработаю, — как хорошо, что Джин додумался встать в «карман». Омега облизывает губы и нервно вдыхает, как будто всё ещё чувствуя приятный аромат.

— Ничего такого, с чем не могли бы справится эти людишки. Едь к себе, я скоро буду. Если что, надо что-то купить?

— Возьми картошки с мясом и персикового джема.

— Только не говори, что ты их будешь смешивать, — старший прям видит, как Тэхён протирает двумя пальцами переносицу, тяжело вздыхая.

— Тогда ещё водорослей возьми, — Джин мягко улыбается, зная, что Тэ ему может и кальмара с глубины достать, и чистого снега с горы.
 
  Дома Сокджин оказывается не первым и сразу чувствует запах жареной говядины и вареной картошечки, прям как он хотел. Парень решил сначала переодеться и помыть руки, чтобы хоть как-то успокоиться.

  На кухонном столе уже стояли две чашки с чаем и одна тарелка с картошкой, а рядом лежали ломтики говядины.

— Спасибо большое, — Джин сел за стол и начал ждать повара.

— Рассказывай, — Тэ был немного бледным, и его губы были искусаны. Старшему стало совестно, что он заставляет того так нервничать.

— Намджун, он. Он... — омега сделал глубокий вдох.

— Господи, неужели он? — голос Тэхёна повысился, а на глазах застыли слёзы.

— О Боже, Тэ, нет. С ним всё хорошо, он уже очнулся и уже, кажись, бегать может, — Джин мял край футболки.

— Тогда что, чёрт возьми, произошло?

— Кажется, он — мой истинный? — это прозвучало как-то виновато, а Тэхён от этих слов, похоже, сломался.

— Как, настоящий истинный? Там, его запах выбил землю под ногами, и ты понял, что больше не сможешь жить ни без Намджуна, ни без его запаха? — старший неуверенно кивнул, вспоминая те десять секунд. Тогда было безумно страшно, но сейчас эта ситуация кажется даже комичной, от чего Джин не смог сдержать улыбки. — И как он пахнет? — от этого вопроса омега улыбнулся ещё шире.

— Я всю дорогу думал об этом. А потом, когда пришёл домой, меня осенило. Он пахнет «Джином», который делают из миндаля.

— Тот, который ты хлестал, пока были завалы на работе?

— Ну было дело... — пепельноволосый больше не мог терпеть, поэтому, положив в картошку пару ложек персикового джема, начал трапезу.

— И теперь ты не знаешь, что делать? — Тэхён смотрел на друга грустными глазами, то ли от истории, что недавно услышал, то ли от той картины, что сейчас видит.

— Мы едва знакомы. Я его босс, а ещё у меня под сердцем ребёнок от другого альфы. Я не самый лучший вариант, — Тэ хотел было возразить, но на его телефон начало приходить куча сообщений.

Намджун

«Тэхён, я знаю, Джин с тобой. Что с ним?»

«Как он? С ним всё хорошо?»

«Я как понял, он беременный?
Не стоило тогда вставать.»

«Не говори ему, что я знаю, что он беременный.»

/«Джун-хён, спокойно. С ними всё в порядке. Он сейчас кушает.»

  Тэхён незаметно сделал видео, как Джин добавляет джема к картошке и с довольным лицом кушает.

/«Вот.*видео*»

«Наслаждается беременностью.»

«Ты таки увидел его пузень?»

— Тэ, кому ты там строчишь, у меня проблемы, я запутался, — от улыбки, которая была пару секунд назад, не осталось и следа. Младший выключил звук, перед этим увидев, что Джун что-то набирал.

— Джин, вы истинные. К тому же он не первый встречный, вы знакомы две с половиной недели. Если ты объяснишь ему всю ту ситуацию с Сухёном, он всё поймёт.

— Тэхён, хватит сопливых мечтаний. Я ношу ребёнка от другого альфы, а как ты знаешь, другим парням не нравится, когда их пара беременна от другого мужика. Он не будет его отцом, никак, — от каждого слова в Тэхёне вскипала ярость.

— Я не живу в розовых мечтах. Сухён просто кабель, который что смог, так это присутствовать во время зачатия ребёнка, но при воспитании не думаю, что он внесёт хоть какую-то лепту! Отец — это не тот, кто смог кончить и бросить, а тот, кто смог воспитать. Я не собираюсь смотреть, как ты горбатишься на работе и воспитываешь ребёнка, проклиная Сухёна только из-за того, что ты струсил.

  Тэхён говорил всё на повышенных тонах, после отодвинув стул, он уткнулся в тарелку, зло сопя. Джин поджал губы и стыдливо опустил голову, как нашкодивший щенок. В животе снова как будто что-то дёрнулось, что заставило парня посмотреть вниз. Ким ронял слёзы на футболку, поглаживая малыша, разговаривая с ним про себя.

— Прости, — Тэ поднял голову и увидел плачущего хёна. Он смягчился, но говорить что-то не спешил. — Я просто боюсь. Понимаю, что Намджун не такой, как Сухён, просто я решил как-то почитать про то, как парни реагировали на чужого ребёнка, и вообще комментарии от детей, которые появились в таких отношениях, и мне не очень хочется, чтобы ребёнок жил в негативе и ссорах. К тому же Джун скорее всего хочет своего карапуза, а тут я уже с животом. Я не хотел тебя обидеть. Ты многое для меня сделал, и я безумно за это благодарен. Просто ты для меня тоже, как дитя: такой хрупкий и невинный, и я не хочу, чтобы какой-то альфа разбил тебе сердце, — Джин вытирает слёзы, громко всхлипывая. Тэхён поднялся со своего места и пересел на стул возле старшего.

— Я тоже погорячился, просто не хочу, чтобы ты упустил такого хорошего человека, как Намджун, — Тэ поглаживал папашу по спине. — И ты думаешь, он не знает, что ты беременный?

  Джин поднял голову, удивлённо смотря на младшего.

— Просто, когда ты бегаешь, твой пузень особенно видно, — парень улыбнулся, вытирая капельки слёз.

— Надеюсь, нет, — Джин бухнулся обратно в объятья младшего.

Намджун

«Если я приду поговорить к нему домой, его муж меня не убьёт? Ну или отец ребёнка? »

«Я честно, просто поговорить.»

«И передай, что его тортик очень вкусный.»

«А, хотя, не говори, я сам скажу.»

«Ну если отец ребёнка меня не выгонит.»
 

××××××××÷××××××××××××××××××××

Да, я всё ещё пью и всё ещё не делаю обложки, но надеюсь, когда приеду, всё будет чики-пуки. Всем спасибо, всех люблю