5
Проснулся продрал глаза увидел я как Олли сидит на полу, только рука его на кровати и накрывала мою, я бы хотел встать и обнять его, но страх.
Я грязный, я очень очень грязный, как же противно...
Моё тело.. за что?
Убрав руку от Олли, я боялся его замазать чем то, мне было противно от самого себя. Раньше и так это чувство было, но сейчас...
Видно Олли почувствовал пустоту в руке своей, и открыл глаза смотря на меня, я молчал.
— голодный?-тихий спокойный, слегка сонный голос. Я помахал головой.
— я могу отвезти тебя домой и побыть там с тобой.-я легонько кивнул, оставаться самому была бы ошибка, кто знает что бы я сотворил с собой там.
—Но ребята.. они же беспокоятся?
—конечно беспокоятся, я думаю тебя лучше допросами не нагружать, как они это любят делать. Они поймут, не думай об этом, всё равно они скоро сами приедут проведать.—говорил Ридель поднимаясь на ноги.
Я лежал сжавшись, не было желания существовать вообще, и мне кажется Ридель понимал, и поэтому не будет оставлять меня одного.
Мы вышли с комнаты, все так же не прикасаясь друг к другу, остальные сидели на диване, совсем не весело общаясь, только сейчас заметил ёлку, красивая всё таки..
Ничего такого ребята не делали, они волновались, и оккуратно что то спросили, помогали, Олли сказал что отвезёт и будет со мной. Флаке дал пару лекарств Олли.
Все проводили, мы поехали.
Я не заметил, мы приехали быстро, только как зашли в дом меня уложили в постель. Я всё время молчал, что думать? Вот и писк опять, зажмурил глаза начал мычать, Олли сразу дал мне какие-то таблети.
Прошло время, я молчал, время от времени скулил от боли, мне ставало жарко и плохо. Ломит в ногах. Олливер принёс поднос с бульоном, поставил на прикроватную тумбочку, наклонился ко мне, я доверял Олли, касаться он мог, я не возражал, я человек тактильный, но это чувство после того случая немного было сомнительным.
— Шань что болит, скажи пожалуйста, потерпи немного скоро флаке приедет. — он прикоснулся рукой к моему лбу, я скулил, ужасное чувство, ещё и тошнило, едва шевеля губами сказал ему своё самочувствие.
Лекарств в доме не было, ноставалось ждать Флаке.
Через минут 15 по ощущениям.
Флаке приехал, не один, с Тиллем, тот помогал и отвезти его, и купить нужное.
Ко мне подошёл, мне бы уже это всё закончилось, но прикосновений не хотелось, пришлось себя заставить.
Промеряли температуру и осмотрев меня, я услышал только слово "горячка" в ушах писк и я почти не слышал.
Видел как флаке взял шприц, ну вот началось...
Я не боялся иголок, прошлое заставило к ним привыкнуть, чёрт бы его побрал.
Только бы это не вспомнить.
Сделали укол, сразу легче не стало, мне дали ещё таблетки, чувствувал как проваливаюсь в сон. Этот ужас продолжался целых три дня. Думал не выдержу.
Как проснулся на дворе светло, похоже проспал я не мало, если уже утро. В комнате никого не обнаружил, пытался встать, было не легко, ноги подкашивались, по сравнению со вчерашним , сегодня легче намного.
Кое как пройдя к кухне, нашёл бутылку воды и начал пить очень быстро и много, во рту так пересохло что казалось в пустыне не так сухо как у меня во рту.
Интересно что никого нету в доме, я присел на стул рядом со столом начинал себя накручивать опять, я это не контролирую, а вместе с этим голос.. опять голос, за что мне это...
— Мой хороший, как тебе последние деньки? Мне понравилось очень, так страдал, ходи по больше в тёмных переулках один.
—Да иди ты к чертям!-
Голову сдавил руками.
—Что ты там вякнул?-Писк, такой рыпящий до невозможности, будто по привычке стукнулся головой об плитку. Писк утих, и голос опять, уже грубее чем был.
—подыми голову. Видишь, острое... серое... Холодное..
Возьми его
—Что..? Я не буду этого делать!
Голос крикнул, он был громче за тот писк, я почувствовал как с носа потекла кровь.
—Бери нож.-руки дрожали, смотря перед собой но этот острой инструмент, явно хоршо наточеный.
Я взял в руку нож, руки дрожали очень сильно.
—а теперь пореж сам знаешь что. И не выводи меня из себя сопляк.
С глаз пошли слезы, в одной руке нож, на вторую смотрю, смотрю на запястье, я не зотел этого делать.
Всхлипыыая проводил по руке холодным оружием, чувствуя как кровь проливается, а этот бес только радуется.
Вдруг смез с головы исчез, я очень сильно изрезал эту руку, я рыдал. Рука пекла и тряслась, нож я не могу отпустить, на нем моя кровь..
Вдруг слышу шаги.
Крик.
Всё произошло так быстро, что я сидел и дрожал весь в спальне на диване пока мне мотали руку бинтом, Олливер, это был он. Он так оккуртано это всё делал, а я сидел в слезах всё так же, я устул от этого.
Ридель захончил но руку не отпустил, спокойным, басовым голосом сказал.
— Шнай... Зачем?- он вытирал мне слёзы одной рукой, а второй держал мою пораненую руку.
Я боялся, всегда боялся, не мог рассказать о себе ничего вот такого, у сеня всегда всё хорошо.
—Шань пожалуйста, я хочу знать, я же с тобой тут чтобы ты чувствовал себя спокойно, а не закрывался в себе всё дальше.
—я.. я утал. Почему я?
Почему именно меня словивли в переулке Олли.. за что?
Я не могу открываться, я когда-то это сделал, тот человек меня запёк в дурку..
Я не могу..
Я почувствовал как меня обняли, я держать слёзы не особо умел, начал рыдать, этот жест от Олли заставил продолжить.
— С детства ростройство психологическое, родня высмеивала почему-то, часто отец отдавал в какие-то лагеря, или в дурдом.
Чуть по старше мне стало ещё хуже, тогда уже съехал от родни, писк... Писк в ушах, голос в голове, оно мучает каждый день, я один каждый раз просыпаюсь на пооу, в крови, я всегда себя накручиваю, тогда когда ты на меня сорвался я накрутил что голос и писк заставляли бится головой об стену, Оллик я не могу хто контролировать, как я могу тебе пообещать что не буду это делать если не контролирую это. Я всегда боюсь что то испортить, кого-то обидеть, денег не хватает, я тот ужин сделал для тебя, себе я смогу только макароны сварить, если будут деньги, если нет, то не ем почти.
Закомплексованое психически больное чёрт возьми чудовище!
Я и так себя не особо любил, потом и те мудаки надругались!
Сегодня без причин, голос появился, от того крика у меня пошла кровь с носа, оно заставило взять нож, и.. — на этом моменте вжимаясь в этого человека и рыдая уже в голос, он всё это молча слушал и обнимал меня очень крепко.
Я не мог успокоиться, мне пришлось вколоть успокоительного.
Чуть отпустило я только всхлипывал не смотря на риделя, он был рядом и прижимал меня к себе.
я устал.
—я буду рядом, отдохни, не переживай никто тебя никуда отдавать не будет, я не отдам.
Я с тобой, не бойся. — легонько прижался губами к моему виску. Мне много времени не хватало этих слов.