Я выбрал
Утро в Хогвартсе началось не так ярко, как обычно. Коридоры были полупустыми, лишь редкие студенты спешили на уроки, а воздух ощущался тяжелым, будто сам замок дышал тревогой. Гермиона шла к столовой вместе с Роном и Гарри, но в её глазах всё ещё светилась беспокойная тень — память о вчерашнем дне и том, что Драко скрывает от неё что-то важное.
— Ты видел его? — тихо спросил Рон, когда они подошли к столовой. — Вчера... он просто исчез в середине урока, а потом с Гермионой... ну, ты понял.
Гарри кивнул, голос низкий и задумчивый:
— Да. Он что-то скрывает. Мне кажется... он уже один из них.
— Пожирателей? — переспросила Гермиона, пытаясь казаться равнодушной, но в груди всё сжималось.
— Да, — сказал Гарри. — Я слыхал, что кто-то из старших видел, как он участвовал в собрании. И это... как бы сказать... не для нас, для обычных студентов.
Рон нахмурился, схватил хлеб:
— И ты думаешь, что он теперь... что он с ними?
— Похоже, — ответил Гарри тихо. — Но он всё ещё рядом с тобой, Гермиона. Странно, но рядом.
Она опустила взгляд, сжимая руки в ладонях, чувствуя тяжесть слов, что висела между ними, но не хотела давать Рону и Гарри понять, как сильно это её тревожит.
⸻
Позже, когда завтрак почти закончился, Блейз подошёл к Драко, который сидел с привычной холодной осанкой, не смотря на Гермиону.
— Знаешь, Малфой, — сказал он тихо, почти ухмыляясь, — я сто лет пытался свести вас двоих. А ты? Ты так и не позволяешь себе расслабиться.
Драко не ответил сразу. Его взгляд скользнул к Гермионе, но был как стальной щит: холодный, закрытый, непроницаемый. Он сжал ложку в руке чуть сильнее, потом спокойно положил её на тарелку.
— Это не время для шуток, Блейз, — сказал он, голос ровный, почти лишённый эмоций. — Время идёт, и кто знает, что будет завтра.
Блейз слегка нахмурился, но не стал спорить. Он знал, что Драко не готов говорить, даже с ним.
— Ты всё ещё держишь её на расстоянии, — тихо сказал Блейз, кивая в сторону Гермионы. — Холоден, Малфой. Даже слишком.
Драко повернулся, чтобы посмотреть на Гермиону, но лишь мельком. Его взгляд был твердым, почти отстранённым. Внутри что-то сжалось: любовь и страх боролись, но снаружи он оставался непреклонным.
— Она должна думать, что всё нормально, — сказал он себе тихо, и его пальцы сжались на краю стола. — Не дай ей знать правду.
Гермиона заметила это, но слишком сильно доверяла его словам, чтобы спросить. Внутри у неё всё сжималось от боли, когда холод в его глазах пересекал тепло её взглядов. Она знала: что-то изменилось, что-то, что он не готов рассказать, и это отдаляло их.
⸻
Уроки шли привычным чередом, но в воздухе висела невидимая напряжённость. Драко выполнял задания, но внимание его постоянно возвращалось к Гермионе, лишь иногда позволяя себе крошечные знаки — короткий взгляд, почти незаметная улыбка. Но он всё чаще отстранялся, холодно реагировал на её прикосновения, как будто пытался защитить её от того, что ждёт его вечером, от того, что уже оставило метку на его душе и на руке.
Гермиона тихо пыталась говорить, шептала ему подсказки, предлагала помощь, а он лишь кивал, сдерживая эмоции, и иногда взгляд его становился суровым, отталкивающим, чтобы она не могла разглядеть правду в его глазах.
⸻
После уроков они встретились в коридоре, чтобы пойти вместе на прогулку. Снег медленно падал, студенты проходили мимо, но они шли, переплетая руки, будто это было их спасение от всего, что происходило внутри и вокруг. Но в глазах Драко мелькала тяжесть, которую она не могла стереть.
— Ты сегодня как будто другой, — сказала Гермиона тихо, осторожно пытаясь заглянуть в его глаза.
— Просто думаю, — ответил он ровно, взгляд скользящий, почти пустой. — Иногда быть собой — это слишком много.
Гермиона чувствовала, что он прячет от неё что-то ужасное, но она не могла вырвать это из него силой. Всё, что она могла — держать его руку, идти рядом и надеяться, что он всё ещё тот, кого она любит.
⸻
Когда они дошли до старой лестницы, ведущей на башню, Блейз прошёл мимо, кивнув Драко:
— Держись, друг. Ты знаешь, что я всегда на твоей стороне.
Драко не ответил, лишь слегка сжал кулак. Его мысли возвращались к вчерашнему дню, к письму, к метке, к вечернему собранию Пожирателей, о которых Гермиона ещё не знала. И в этом моменте он почувствовал себя одновременно сильным и ужасно уязвимым.
— Я сохраню её, — прошептал он себе. — Даже если весь мир будет против меня.
И хотя снег тихо падал на плечи и улицу за окнами, его сердце было окутано холодом, который только она могла растопить. Но он всё ещё хранил секрет, который однажды может разрушить всё между ними.
День в Хогвартсе уже заканчивался — без каких-либо тревожных предзнаменований. Студенты спешили по коридорам, перемещались из одной аудитории в другую, кто-то смеялись, кто-то обсуждали вчерашние домашние задания, а воздух был наполнен лёгкой суетой и ароматом свежего хлеба и травяного чая. Для большинства это был обычный день, но для Драко Малфоя — день, полный скрытой тревоги и напряжения, которое он упорно прятал за привычной холодной маской.
Он шёл по коридору рядом с Гермионой, их руки переплетены, а лицо его оставалось спокойным. Каждый взгляд на неё был осторожным, почти невидимым, чтобы никто не заметил, что внутри него бушует что-то большее, чем усталость или скука. Гермиона, в свою очередь, старалась вести себя естественно, но её мысли постоянно возвращались к вчерашнему вечеру — к словам Драко, к его взгляду, к той боли, которую она заметила, но о которой он молчал.
На первом уроке Заклинаний они сидели рядом. Гермиона делилась заметками, тихо шептала подсказки, а Драко лишь кивал, почти молчал, иногда слегка улыбаясь, но холодная дистанция в его глазах оставалась. Он следил за её руками, за тем, как она аккуратно держит перо, как ровно выкладывает ингредиенты для заклинаний, но каждый раз, когда она пыталась поймать его взгляд, он мгновенно отводил глаза.
— Ты выглядишь рассеянным, — тихо сказала Гермиона, чуть наклонившись к нему.
— Просто сосредоточен, — отозвался он ровно. — Не волнуйся.
Но она знала, что это ложь. Её сердце колотилось быстрее, когда она думала о том, что он скрывает, и о том, что, возможно, даже сейчас внутри него происходит что-то ужасное, о чём она не имеет ни малейшего представления.
На перемене они вышли в коридор. Снег, что падал ещё с утра, слегка скрипел под ногами, а воздух был морозным и свежим. Они шли рядом, переплетя пальцы, и на лице Драко появлялась едва заметная тень улыбки, которую он тут же прятал. Гермиона не отводила взгляд, пытаясь запомнить каждое его движение, каждый жест, каждое слово, чтобы потом удержать этот момент в памяти.
Когда они проходили мимо Блейза, тот остановился и усмехнулся:
— Вы выглядите... счастливы. Правда. Не каждый день вижу, чтобы Малфой выглядел так спокойно.
Драко только слегка сжал плечи и не ответил. Внутри него всё еще бушевала тревога. Каждое слово Блейза, каждый взгляд, казалось, давали маленький толчок к мысли о том, что завтра всё может измениться.
На последующих уроках — от Зелий до Трансфигурации — Драко оставался холоден, сосредоточен, сдерживая себя. Гермиона иногда пыталась завести разговор, спрашивала о формуле заклинаний, о том, как лучше смешать ингредиенты, но он отвечал кратко и ровно. Она чувствовала дистанцию, которая ранее не существовала между ними, и это сжимало сердце.
— Ты совсем холоден сегодня, — прошептала она на минутной перемене, когда они сидели в библиотеке рядом за одним столом.
— Я просто... сосредоточен, — снова ответил он, и в его голосе не было тени юмора или привычной иронии.
Гермиона не стала настаивать, но мысль о том, что что-то произошло, не покидала её. День медленно тянулся, каждый момент казался долгим, каждое движение — значимым.
Когда наступил вечер, они вышли на прогулку по внутреннему двору. Снег ложился мягким покрывалом, а воздух был свежим, почти прозрачным. Они шли молча, держась за руки, и Гермиона, наконец, набралась смелости.
— Драко... о собрании... — начала она, осторожно глядя на него. — У тебя... есть метка?
Он замер на секунду, сжал её руку чуть сильнее и посмотрел прямо в глаза. В этом взгляде был весь холод, который он сдерживал весь день, но вместе с ним — любовь, страх и решимость.
— Нет, Гермиона, — сказал он тихо, ровно, но уверенно. — Метки нет. И знаешь что? Я сделал выбор. Я выбрал тебя. Я пошёл против них. Окончательно.
Она едва могла поверить своим ушам. В груди что-то отлегло, но тревога не исчезла полностью. Она чувствовала тяжесть, которая все ещё висела над ним, но теперь между ними был момент истины — маленький свет надежды, который говорил, что, несмотря на всё, он с ней.
Драко сжал её ладонь, как будто чтобы убедиться, что она всё ещё рядом, и в глазах его мелькнула еле заметная мягкость, которую она так давно искала. День, полный уроков, разговоров и скрытых эмоций, закончился, оставив после себя чувство странного облегчения: он скрывал многое, но сейчас он выбрал.