Утречко
Утро выдалось не легким. На часах было около двенадцати дня, а значит, что спешить некуда. В универ не успеет, да и попадаться на глаза злым преподам за прогулы как-то не хочется. Парень все никак не мог поднять тело с такой мягкой и желанной кровати. Голова болела, во рту неприятно все липло, и, казалось бы, выпили всего лишь одну бутылку соджу, а последствия такие сильные. Или парни слабые или же просто устали жутко.
Кое-как разлепив глаза, Мин увидел не привычный белый потолок своей спальни, а синий с разными завитушками потолок гостиной. Последние события никак не хотели посещать голову бедного парня. То и дело что каждое воспоминание отдавало болью в висках.
Оглянувшись вокруг себя, он понял, что бесполезно что-либо вспоминать, может, со временем память соизволит вернуться. А сейчас, будем пользоваться тем, что есть.
На полках в кухне не было практически ничего. На неделю Мину хватало пару пачек рамена и перекуса в кафе, и сейчас он очень жалел, что в последний раз, когда был в магазине не купил хоть какой-нибудь нормальной еды. Все же голод победил, и Юнги вынужден был пойти в спальню чтоб переодеться, да и вообще привести себя в надлежащий вид. Не выходить же в таком, мягко говоря, помятом виде в магазин.
Продавщица и так о нем не очень хорошего мнения. После того, как он пьяным приперся на ватных ногах в полночь, она каждый раз шарахается его. Да и лицо у него не очень-то и доброе.
В комнате его ждал сюрприз. На его любимой и такой родной, последних полгода кровати, развалился тот, кого он слегка терпеть не может. Пак был без футболки и Юнги поставил где-то в своей голове записаться в качалку, потому что у этого паренька было чем похвастаться. Стальной, рельефный пресс и такое милое, беззаботно пускающие свои слюни на его подушку, лицо. Губы были слегка приоткрыты и Мин, не сдержавшись, провел указательным пальцем по ним.
«Что же я делаю» — беззвучно спросил парень у самого себя и отдернул руку, потому что Чимин после такого немного интимного прикосновения начал просыпаться. Ангельское выражение лица сменилось недопониманием, а после, увидев Юнги, приобрело ужасающий оттенок.
— Ты, блять, серьезно? — неожиданно так заговорил Пак, — Моя голова… — он схватился руками за голову и прижал её к коленкам.
— И не говори, — обратил на себя в внимание Мин, — сам сейчас сдохну, плюс, таблеток не нашел, — как не в чем не бывало произнес Юнги и стал выжидать хоть какой-то реакции от Чимина.
Повисла неловкая тишина. Мин не знал, что ему делать, в голову ничего не приходило, парень никак не мог привести мысли в порядок. А Чимин же помнил все, начиная от спора во время учебы и заканчивая упреками от так же немало выпившего Джина. Особенно в его голове засела фраза: «Игрок 2, поставьте засос игроку 1».
Непроизвольно Пак прикоснулся пальцами правой руки до своей шеи и зашипел от неприятных ощущений.
— Что это? — глаза Мина были устремлены на место «укуса». Багровое, в форме сердца пятнышко, привлекло его внимание, — Э-э-э-э, надеюсь это не я.
Немного испуганно, но в тоже время с недопониманием, Юнги оглядел комнату и уставился на ухмыляющегося Пака.
«Да ты, блять, меня чуть не изнасиловал, заставил играть в эту глупую игру, а сейчас говоршь, что ничего не помнишь» — мысленно сказал Чимин, и теперь уже очередь Юнги ухмыляться.
— Надейся, — выражение лица стало немного пугающим, — я тебя, сука, сейчас живьем закопаю! — начал пылить Пак, — ты еще скажи, что ты из этих…
— Ага, как раз-таки из «этих», — с улыбкой на лице выпалил Мин, чем заставил рыжеволосого непроизвольно открыть рот от удивления и недоверчиво уставиться на него, — Чего так смотришь? Шуток не понимаешь? — теперь уже с ухмылкой произнес он.
А ведь наивный Пак и взаправду поверил. Да и этот Мин Юнги слишком загадочен. Кто его знает, что у того в голове.
— Дурак, — надув губу сказал Пак, — где тут ванна? Мне нужно душ принять.
Без каких-либо слов Мин указал пальцем на дверь в комнате, как бы говоря: «Вот же дебил». Проследив за Чимином, который почему-то был без футболки, его стальной пресс опять-таки сильно уж привлекал внимание застывшего в позе лотоса Мина.
Как только дверь закрылась и с другой стороны послышался звук щеколды, парень на полу в своей комнате мог спокойно выдохнуть. Рыжеволосый был тем, от кого у него вставал так, как никогда. И сейчас в трусах было ужасно тесно.
«Выебу. Обязательно выебу. Это всего лишь дело времени» — в мыслях произнес парень и лег на свою кровать, пропитанную ароматом Чимина. Долго пролежать не получилось. Хотелось, очень хотелось. Как никогда хотелось. Мысленно борясь с самим собой, Мину все же пришлось пойти в гостевой душ.
Хотя и квартира у него двухкомнатная, но, если постараться можно сделать и четырехкомнатную. Помещение было довольно просторным, единственное, что спасало Мина от одиночества и скуки — его кот и Джин. Они заполняли это пустующие пространство собой и не давали парню повода для грусти. Так теперь еще и этот Пак свалился на его, и так забитую делами, голову.
Рука легко обволакивала член, с каждым нажимом парень все сильнее и сильнее хватал воздух. Облокотившись головой о стенную плитку Мин дрочил. И не на кого-то, а именно на того, кого он раньше на дух не переносил. Хотя и знакомы они всего ничего, но парень успел признаться себе, что его очень даже привлекает рыжеволосый: его пухлые губы; мускулистые, с выпирающими венками руки и рельефный пресс. В голове была одна единственная картинка, которую он хочет воплотить в реальность: Чимин на коленях, у него во рту возбужденная плоть Юнги, по комнате раздаются сладкие стоны, руки сжимают рыжие волосы, а Мин всё сильнее вдалбливает свой член в открытый и такой горячий рот Чимина.
И кто же знал, что сейчас в другой комнате происходит то же самое. Возможно, парни были помешаны друг на друге, но никто так и не осмеливался признаться. Мин боялся быть отвергнутым, а Чимин просто не хотел призваться в том, что все написанные им романы станут частью его жизни. Опыта в отношениях у него особо так и не было, но не хотелось бы становиться педиком только из-за за того, что последнее время ему нравится наблюдать за таким необычным и в то же время милым Мином.
Юнги вышел из душа в одном полотенце, уже позабыв о незваном госте, который как хозяин квартиры развалился в гостиной, как до него это делал Джин.
«И чего их всех тянет на этот диван?» — мысленно сказал Юнги.
— Чай, кофе? — из-за приличия спросил Юнги. Таким уж он был, таким его воспитали. Как бы не любил он человека, зла желать и делать ему он не станет. Ведь этот мир держится только на доброте людей, которых осталось не так уж и много. В любом случае, он просто должен был поинтересоваться. Ведь Чимин его гость и оставить его без завтрака, точнее кофе, будет ужасно неприлично.
— Кофе, — колеблясь, ответил рыжеволосый, беря на руки черного кота, который не церемонясь улегся на коленях у парня.
— Вот паршивец, как ко мне на руки — так нет, а как к тебе — так сразу, — пробурчал себе под нос Мин, — Слушай, — обратил на себя внимание парень, — у меня к тебе вопрос, — Чимин медленно повернул голову в сторону нарушителя тишины и чуть не подавился слюной.
«Бля-я-я-ять. Надо скорей валить от сюда» — мысленно произнес Чимин.
— Сначала оденься! — заливаясь румянцем быстро произнес Пак и старался не смотреть на сокурсника. Хоть и не был он подкачен так же, как и Чимин, но похвастаться тоже мог. Плоский животик с легким намеком на кубики, довольно широкая грудь и такие худые, что не было естественно для парня, ноги.
— Да ладно тебе, мы же оба парни, — придерживался своего права Юнги, — но если тебе уж так не комфортно я могу и одеться, — подколол его Мин.
— Да, оденься… — не дослушав парня, Юнги скрылся за дверью своей комнаты. Одевшись, попутно захватывая книгу, парень пошел в направлении кухни.
— Вот и сам вопрос — это твоё? — в руках Мина покоилась та самая книга, что не даёт ему покоя уже сутки. Подойдя ближе к остолбеневшему Паку, Юнги добавил, — не спрашивай откуда.
«Вот я влип, если он что-то заподозрит или хуже всего всё узнает — мне будет не сладко», — где-то в подсознании послышались мысли Пака и парень стал немного удивлен.
«Что он не должен знать, а что же все-таки узнает? Как он связан с этим произведением литературы?» — пронеслось в мыслях.
— Чего застыл? Все нынче такое читают, — садясь за стол, говорит Мин, — но уж точно не в стенах учебного заведения. Да и не в твоём стиле…
— Да, это моё, — неожиданно быстро для Юнги, признался парень, — но я не читал это, сестра попросила купить, — глаза нервно забегали, пальцы стали мять краешек футболки, а на лбу появилась легкая испарина — заметил всё это Юнги. Первые признаки лжи. Да чего уж там первые, все и сразу.
Повисла немая тишина, парню хотелось узнать правду. Он хотел, чтоб Пак признался, а тот, как разведчик на войне — не признается. Но и врать он не умеет.
Сердце Чимина быстро и четко стучало, отбивая никому неизвестный ритм. Он ужасно нервничал, что и было заметно. Не очень-то и хотелось, чтоб после первой написанной книги его разоблачили.
Парню нравилось писать яойные романы, с жестким БДСМ и доминированием одного над другим. Каждый раз, когда он садился за свой ноутбук, в голове плавно проплывали картинки будущей главы или даже нескольких глав. И вот эти главы переросли в целую книгу, и издательство, поставив нужный рейтинг, после рассмотрения, наконец, выпустило книгу. И сейчас какой-то там Мин Юнги хочет все сломать. Разрушить все то, до чего он шёл целых два года. Раскрывать себя Чимину никак не хотелось, да и вообще, пусть лучше о нем как о авторе никто не знает.
— Да ладно тебе, — оторвал от раздумий его Юнги, который теперь уже безмятежно сидел рядом с ним на одном диване, немного дотрагиваясь до его коленки своей, — чего ты так покраснел? Неужто сам прочитал пару страниц? — не упуская возможности позлить друга, спросил Мин.
— А давай ты заткнешься и отдашь мне книгу? — немного грубо, но в то же время с опаской произнес рыжеволосый.
— А давай ты не будешь указывать мне что делать? — Юнги не любил споры, но и без ответа оставить не мог.
Парни были так близко друг к другу, что могли услышать сердцебиение друг друга, а хуже всего, что они слышали дыхание друг друга и не один из них не посмел нарушить эту тишину, пока Мин непроизвольно стал приближаться к лицу Чимина. Его глаза застыли на пухлых губах Пака и Юнги уже в предвкушении их вкуса прикрыл глаза. Но неожиданно что-то ударило его по лбу и ему пришлось открыть глаза. Он уставился на человека, побеспокоившего их в такой важным момент. Но никого кроме рыжеволосого поблизости не оказалось. Мин потер место удара тыльной стороной правой руки.
— Ты походу выпал из этого мира на пару минут. Просто пялился в одну точку, — весело, как анекдот рассказывал Пак, — в такие моменты с тобой даже приятно находиться рядом, — задрав нос, пробормотал Чимин.
— Может тебе уже пора? — не хотелось Юнги поддерживать этот разговор, вот и пытался он хоть как-то намекнуть парню, что того уже дома заждались.
— Думаю, да, — будто поняв, что хочет Мин, парень начал, не спеша собирать свои вещи.
Остановившись под пристальным взглядом Юнги, Пак уставился на себя в зеркало, чем вызвал смешок у парня за столом, с чашкой кофе в руках и пижамных шортах, которые он после сна так и не удосужился поменять. Немного не тем был занят в душе.
— И как только меня угораздило? — шепотом произнес Чимин, но у хозяина квартиры был слух как у собаки, хотя иногда он его подводил, но не в этот раз, — пока, до встречи в у…универе, — запнувшись при виде слишком близко стоявшего парня, сказал Чимин.