Всего лишь интервью?

Нам интересно проводить эксперименты,
Ты снова таешь, закрутившись на мне танцем...

— Вить, мне больно, — не совсем разборчиво ответила Юля, качнувшись. Пчёла, к слову, от увиденного зрелища сразу протрезвел. Спокойная, романтичная «Наслаждайся тишиной » сменилась другой песнeй «Personal Jesus», той же группы. Пчёла будто не слышал Юлю, продолжая сильно сжимать её руку. Витя твёрдо, с какой-то надменной грубостью подхватил Юлю, зафиксировав в танцевальной стойке. С первых нот в музыку вплелись напряжение, которое будто вторило их настроению.

— Ты боишься, что СМИ станет известно о твоём романе с бандитом, но спокойно целуешь женщину, которая уже много лет замужем... — Его шёпот обжигал. Юля совсем перестала держать себя в руках. Стало ясно: танец был отвлекающим манёвром — Пчёлкин хотел здесь и сейчас прояснить ситуацию, но незаметно от окружающих. Шаг, ещё шаг... Юля пыталась ответить ему хоть чем-нибудь. Просто так получалось, что когда его рука ложилась на её спину, кнопка работы мозга будто выключалась и переставала работать.

— Ты считаешь нормальным флирт с другими женщинами при мне?  — Вопрос прозвучал как риторический. Они резко развернулись: теперь Витя был прямо напротив Юли.

— Здесь ты права, не спорю. Но почему именно Белова? Я не замечал за тобой лесбийских наклонностей, — эпитет был произнесён с таким пренебрежением, что Юле стало не по себе.

— А я не замечала раньше за тобой изменческих наклонностей, — Юля использовала свой последний аргумент. Ведомая Пчёлой, она растворилась в движении и не сразу отвечала на его реплики. Витя сыпал обвинениями, будто пулями.

— Если ты ещё раз скажешь про измену, я уйду из твоей жизни, как очередной год в новогоднюю ночь, — Пчёла вдруг резко опустил Юлю, ещё держа партнёршу в руках.

— Хорошо, Пчёлкин. Я докажу тебе свою ориентацию сегодня ночью, — пообещала Юля, и Витя вновь поднял её.

— Умничка. Меня это устраивает.

Юля лёгкой шёлковой лентой парила, то взмывая в воздух, то обнимая Пчёлу. Оля наблюдала за ними со стороны, улыбаясь. План сработал безукоризненно: Белов теперь не отходил от Ольги ни на шаг, да и про Юльку тоже вспомнили.

Проиграл последний аккорд, и Юля вновь вернулась к столу, пытаясь угадать настроения Виктора. Простил ли он? Не было точно ясно.

— Фролова, курить будешь? — безэмоционально поинтересовался Виктор, доставая пачку «Самца». Юля помотала головой, приступая к десерту.

— Ну а мы покурим с Саньком тогда, — Витя посмотрел на босса. Через минуту мужчины удалились на улицу.

— Оль, извини за это, я вообще себя не контролировала. Если я тебе неприятна буду после такого, я пойму... — тараторила Юля, но Оля накрыла её ладонь своей и спокойно ответила:

— Нет, всё в порядке! Не переживай. Да и если честно, ты неплохо целуешься, — Оля усмехнулась. Юля сделала ответный комплимент и заключила:

— У нас учителя хорошие были.

Что-то зазвенело в сумке Беловой. Она отошла, так как знала, что единственный, кто может звонить ей сейчас — это Елизавета Андреевна, на которую она оставила Ваню. Юля оказалась в гордом одиночестве. Этим воспользовалось давно знакомое нами лицо.

— Ого, вся в орденах. Как интересно.

К Юле подошёл Каверин. В его взгляде была неприкрытая неприязнь и ненависть, с которой можно смотреть только на своего убийцу. Юля неизвестно чего испугалась и оставила его фразу без внимания. Каверин, не дожидаясь приглашения, сел напротив Юлии, продолжая рассматривать каждый отличительный знак на груди Юли. Юля не понимала, кто это и решила, что  перепивший мужчина, который захотел пристать к ней.

— Вы пьяны, прошу удалиться, — сказала Юля нагловато. Каверина это только развеселило.

— А у меня тоже могла быть награда. Я бы сейчас был полканом, не меньше, если бы продолжил работать в органах.

«Я что, похожа на бесплатного психолога?»

— Мне жаль, но я ничем не смогу вам помочь. Мне неприятно общение с вами, поэтому учтите — если вы что-то будете делать, я закричу, и сюда сбежится народ.

Каверин рассмеялся смехом истинного злодея. Юля не понимала, что ей делать. Витя и Белый курят (хотя, такую отмазку они часто использовали для обсуждения  вопросов), Оля говорит с бабушкой своего ребёнка, Дима уехал. Она одна.

— Пожалуйста, кричи, я не запрещаю. Но зря стараться будешь. У меня на женщин Белова иммунитет.

— Что вы себе позволяете?! — воскликнула Юля, мигом бросаясь в словесную атаку.

— Ой, ошибся. Значит, не его женщина. А женщина его друга, Вити.

— Откуда вам известны эти люди? — уточнила Юля.

— Я просто давняя любовь Александра Белова, моя дорогая. Владимир Евгеньевич.

«Понятно, кто-то из его врагов», — Юля уже начала приблизительно понимать, кто перед ней сидит. Эта определённость помогла ей чувствовать себя увереннее.

— А что так официально-то? Я вам своего отчества не называла!

— Я не нуждаюсь в этом. Я знаю о тебе всё, что нужно. Помнишь, когда тебя позвали на интервью-«обманку», а потом похитили и пытали?

Юля уже хотела уличить Каверина в его сумасшествии и поставить диагноз вербально, но вдруг вспомнила всё... Лука, звонки, удар, сотрясение, больница... Тогда Белов ещё говорил, что это всё из-за делёжки предприятия, а оказалось, что ветер дул с Чечни.

— У меня с памятью ещё проблем нет.

— А я вот работал с этим человеком, представляешь? И участвовал в твоём похищении.

— И с чего вдруг вы решили меня осведомить?

— Предупредить хочу. Этим примером я показываю, как тесно я связан с Беловым, как много я знаю о нём и его гнилых дружках. Завязывай свой роман, потому что твой Витя может однажды умереть.

Юля уже вскочила со стула, собираясь сообщить Каверину, куда ему надлежит идти. Возле входа в ресторан Юля увидела Витю и успокоилась, зная, что сейчас помощь подойдёт.

Пчёлкин едва не потерял сознание от второго шока за  вечер. Он взял Юлю за руку и вывел в уборную.

— Вить, объясни, кто этот человек?! — приступила к допросу Юлия.

— Ты больная?! Ты какого хрена общаешься с Кавериным?! — Пчёла отчитывал Юлю, как школьницу. — Это наш главный враг номер один! Саша дрался с его двоюродным братом, победил, потом этот брат коньки отбросил, и Каверин подбросил пистолет Белову! Ему срок из-за него светил, ярко причём! Спасибо Юрию Ростиславовичу, отцу Коса, что его отмазали! А ты с ним мило беседуешь!

— Я с ним не общалась! Он сам ко мне подсел, начал мои награды обсуждать, говорить, что он был бы щас полканом, потом... Сказал, что он причастен к моему похищению Лукой и что... Ты скоро умрёшь.

— Это у него мода такая что ли — появляться из ниоткуда и признаваться в своих деяниях? — Пчёла закурил, не стесняясь присутствия Фроловой.

— Между прочим, Пчёлкин, ты тупой! Твой косяк, что вы не объяснили мне, кто это, а виновата я! Кретин! — Она ударила его кулачками в грудь.

— А, то есть я дебил? А ты вообще с бабой целовалась!

— Да пошёл ты! Надоел!

— Да пошла ты!..

Секунда. Они стояли, тяжело дыша от гнева. Потом Юля не выдержала, обняла Пчёлу за шею и бесстыдно впечаталась ему в губы своими. Страсть, буря, безумие — оба явно не соображали, что делают, просто поддались урагану эмоций... Вот только их прервали. Саша Белый захотел помыть руки. Он еле держался, и чтобы не упасть, схватился за раковину.

— Ой, вы тут... Пардон...

— Белов, потеряйся!!! — рявкнул Пчёла, держа руки на плечах Юли. Белый вышел. Он ничего не соображал. Дело в том, что Белов редко пил и быстро подвергался действию заветных градусов.

— Дома продолжим, — договорились Витя с Юлей.

— И закончим, — с пошлой ухмылкой добавил Пчёлкин. Юля что-то фыркнула, однако возражений не последовало.

Через час наши герои разъехались по домам...

***

В квартире было темно. Этот полумрак добавлял атмосферы в происходящее. Пчёла уже потянул Юлю за руку, но та не поддалась.

— Стой.

Она срывает  туфли и швыряет их в шкаф. Её ноги, одетые в «шпильки» десять часов, умоляли о пощаде с помощью мозолей. Пчёлкин усмехнулся, на что Юля ответила неприличным жестом в виде среднего пальца.

— Охуенно, — сообщает она о своих ощущениях после избавления от тисков. Она босиком прошлась по мягкому ковру и  сама отвела благоверного в спальню. Пчёла уже хочет толкнуть Юлю на кровать, однако та перехватывает инициативу и без слов садится прямо на него. Юля взяла со стола атласную повязку для глаз. Пчёлкин застыл в нелепой позе, смотря на Юлю с недоумением.

— Говорят, что когда человека ослепляют, — Юля завязала ткань на аккуратный бантик. — У него обостряются все остальные чувства. Проверим?

Юля посмотрела, есть ли какие-либо щелки, через которые Пчёлкин мог видеть происходящее. Убедившись, что всё чисто, Юля улыбнулась.

— А как ты...

— Я сама всё сделаю.

Юля прильнула губами, проводя ладонью по груди, плечам, снимая пиджак. Сердце девушки забилось быстрее, и она ощущала, как все запорхало внутри. Их языки просто сейчас соприкасались друг с другом медленно и постепенно увеличивали скорость. Пчёла включился в процесс. Его ладони скользнули по бедру, проникая под край платья. Это прикосновение отозвалось мощным разрядом. От ласки его пальцев не спрятался ни один уголок горячего тела Юли.  То ли от желания, то ли от закрытости глаз — чувствительность увеличилась в несколько тысяч раз.

Рубашка, галстук полетели на пол. Губы Фроловой перешли на шею, оставляя едва заметные отметины, которые быстро зализывались языком. Тем временем Пчёлкину удалось нащупать застёжку платья и медленно расстегнуть её. Из-за того, что он не видел ничего, нежные прикосновения происходили с большей частотой. Юля запрокинула голову, обнажая свою тонкую шею, надеясь, что кислорода ухватит больше, но ошиблась  — ее грудь продолжала судорожно вздыматься, стоило Пчёле вновь её коснуться. Жар уже струился по телу, скручивая  замысловатый клубок желания, концентрирующийся где-то внизу живота.

Юля резковато двинула своими бёдрами, чтобы пройтись по чужому паху и пропустить ещё один заряд возбуждения, на что получила неприлично громкий стон.

— Тшш, — шипит она, затыкая Витю поцелуем.

— Ты чёртов гений, — шепчет Пчёла. Юля ухмыляется. В её глазах лихорадочный блеск, весело танцуют чертята. От той стеснительной девушки, которую Пчёла знал в декабре 1993, не осталось и следа. Юля раскрепостилась и разрешила себе поддаться страсти.

Юлины дрожащие от возбуждения руки доходят до ширинки. Фролова седлает чужие бедра и наигранно стонет, вынуждая партнера млеть от ожидания. Она для удобства упирается ладонями в крепкую мужскую грудь, через несколько секунд  начиная двигаться, постепенно наращивая темп.  Иногда она легонько царапает ноготками  кожу возлюбленного. Необычное чувство заполненности предательски заставляло коленки подрагивать, а сердце биться чаще.

После этой ночи Пчёлкин не сомневался, что Юля по мужчинам. А если точнее, то только по Пчёле.

***

Юлька выскользнула из-под одеяла, собираясь отправиться в ванную. Пчёла ещё лежал, блаженно улыбаясь и потягиваясь. Хотелось бы сказать хотя бы слово, но сил никаких не было — он  измотан этой ночью. Юля первая оклемалась и нарушила тишину:

— Что и требовалось доказать, Пчёлкин.

— А ты, я смотрю, из учительницы литературы  превратилась в училку по геометрии? — Пчёлкин привстал на локтях, вытирая со лба капельки пота.

— Нет, я всё также журналист, — Юля завязала волосы в хвост. — А хорошо, что у меня спортивное прошлое, верно? Не любая баба смогла бы так долго прыгать без перерыва.

— Да вообще кайф, — Пчёла вновь прибегнул к никотину. Один скрежет зажигалки, и сигарета напоминает светлячка, начиная источать терпкий запах.

— Ты как-то быстро меня раздел. Я думала, дольше  провозишься с этим.

— Твоё тело для меня — выученная наизусть поэма. Юлька, у тебя фантазия без границ. Никто таких вещей не проворачивал.

— Не прибедняйся, — Юля надула губки. — Мне Белый всё рассказывал. Что вы на даче Царёвых вытворяли.

Пчёла встрепенулся, выдыхая табачный дым.

— И что же плохого мы вытворяли, Фролова? Делись-ка.

— Всё, — Юля завязала полотенце на бедрах. — Македонец ты хренов.

Витя разразился громким смехом, на что Юля отвесила ему добротный подзатыльник:

— Время видел? Четыре утра. Весь дом перебудишь.

— А ты думаешь, ты тихонечко стонала? Все, кто некрепко спал, проснулись. Так что не ной, Юль.

Юля показала ему язык, закрывая дверь ванной. Пчёлкин уже закинул руки за голову, прокручивая произошедшее, но из сладких грёз его вытащил Белов.

— Да, Сань?

— Я нажрался как свинья, — Саша, видимо, решил начать с очевидных фактов.

— Слабо сказано, — Пчёла вновь приложил сигарету к губам. — Ты был в говно, дружок.

— Ты скажи, я ничего такого не вытворил?

— Кроме сорванного моего поцелуя — ничего. Не переживай, — заверил его Пчёлкин.

— Прошу прощения, — иронично ответил Белый.

— Мы уже восполнили дефицит внимания.

— В смысле?

— Сань, ты чё, как мелкий? Переспали мы.

— Неплохо! — Белый рассмеялся.

— Ладно, Санька, до завтра. Есть важный разговор, — Витя имел в виду появление Каверина в жизни Юлии.

Юля вернулась в комнату, принося с собой запах персикового шампуня. Юля легла к Пчёле и закинула ноги на него, улыбаясь. Она знала, что за эту наглость ей ничего не будет. Пчёлкин начал поглаживать её коленки. Внезапно он пошёл в свою комнату, никак не объясняя уход. Юля окликнула Пчёлу пару раз, но ответа не было. Вернулся Витя с пластырями, бинтами, перекисью водорода.

— Вить, а это зачем? — спросила Юля испуганно. — Тебя избили?..

— Тебя избили! — Пчёла достал лейкопластыри. — Зачем носить обувь, которая так натирает...

— Так со всеми каблуками. По-твоему, я должна была в Кремле предстать перед народом в балетках?

— Да! Народу неважно, в чём ты! Ногу давай, — Пчёла сел на корточки. Юля смутилась.

— А.. Для тебя это не будет унижением?..

— Забота о своей женщине не равно унижение. Жаль, что ты думаешь иначе.

Юля робко опустила ногу. Пчёлкин налепил аккуратно пластыри, приглаживая их, чтобы точно не отклеились. Там, где были ярко выраженные мозоли, которые могли в любую минуту начать кровоточить, Витя обработал перекисью.

— Спасибо, — Юля легла обратно.

— Пластырь не должен отклеиться, потому что он хороший, прилепляется намертво. Бери его с собой на работу, если что.

— Ладно, — пробормотала Юля, засыпая. Пчёлкину видимо мало было эмоций за сегодня и он выдал:

— Юль, а если бы я поцеловался с Космосом, что бы ты сделала?

Сон мигом оставил Юлю. Она повернулась и хладнокровно сказала:

— Ты бы получил на день рождения посылку с вазелином. Контрацептивы у тебя есть, так что одна часть выполнена. Но потом ты бы ни на метр не подошёл ко мне, ясно?

— Ладно, спи, дурная, — Пчёла был удовлетворён ответом.

***

Встреча Белова и Пчёлкина была назначена в «Метелице». В этом кафе часто собирались для решения криминальных вопросов. Густой запах импортных сигарет, дорогой алкоголь в бокалах, оживленные разговоры, опытные танцовщицы. Последнее, конечно, интересовало наших героев меньше всего.

— Ну и что у тебя за вопрос? — Белый постукивал пальцами по столу. Пчёлкин не стал тянуть кота за хвост и сразу приступил к делу:

— Каверин виделся с Фроловой.

Белый поперхнулся от такого заявления. Он подумал, что Витя разыгрывает его.

— Пчёл, у тебя похмелье?

— Я трезв, как стекло. Я не шучу. На награждении, пока мы с тобой курили, а Оля разговаривала с Елизаветой Андреевной, Каверин нарисовался к Фроловой. Сначала обсосал её награды, ну, он же бывший опер... — Пчёла быстро повернул ладонь налево, потом направо. — Ну и заявил, что он причастен к похищению Юли Лукой, а потом сказал прекратить со мной встречаться, потому что я могу умереть.

— Опа... — Белый разинул рот. — А Юля не знала, кто это?

— Мой проёб — не говорил ей. Ну а как я должен  преподнести информацию, Сань?! Повода не было! Или как ты себе представляешь — Юленька, давай-ка я тебе проведу лекцию о том...

— Хрен с ним, что поводов не было. Я думаю, что этот выпад Володеньки — провокация. Не более того. Он хотел выпендриться, а также пригрозить Юле твоей смертью, чтобы она тебе передала эти сведения, а мы испугались и спрятались в норки. Также он, возможно, хотел устранить опасность. Юля — журналистка, и у неё в руках сосредоточено информации, как у следаков. Ничего более. Я бы на твоём месте не парился вообще.

— Сань, ты уверен?

— Ты видел где-нибудь злодея, который трубит вовсю о своих планах? Любая диверсия делается тихо. Так что это была ловушка... — Александр схватился за голову, шипя.

— Сколько мне лет уже, бухать не научился. Как вот ты сидишь передо мной, будто ни капли в рот не брал? Ты же тоже с девчонками заигрывал пьяный...

— За ночь протрезвел, Санька.

Пчёла хотел вернуться к теме поцелуя их девушек, чтобы узнать мнение Белова по этому поводу, но решил не баламутить болото. В конце концов, Юля очень старалась доказать обратное. Да и сам Витя по пьяни воротил много дел.

— Как Оля?

— Так... Первое похмелье жестоко. Юлька как там?

— Вещает по телику. Мне кажется, если её побьют, она спокойно поедет и снимется в выпуске. Она непробиваемая, — Пчёлкин глотнул немного кофе. — Когда уже научатся делать нормальный эспрессо?

— Журналистки все такие, Вить. По-другому в этой профессии никак. А что касается эспрессо, друг мой сердечный, то я с тобой полностью согласен.

***

За всеми этими событиями никто не заметил, как в Москву нагрянула осень. Деревья представляли собой буйство красных, жёлтых красок. Ковёр из листьев, рассыпавшийся на асфальте, мягко хрустел под ногами. В погоде чувствовался уход лета: стоял лёгкий морозец, дожди стали постоянными гостями. Небо хмурилось, солнышко больше не выглядывало. Погода собой навевала лёгкую грусть.

Четырнадцатого октября Вите исполнялось двадцать шесть лет. Однако года проходили мимо него, а цифра в паспорте ничего не значила: он чувствовал себя на восемнадцать. Возможно, он так ощущал из-за Юли, которая окрашивала его жизнь в яркие цвета. Поздравления шли уже с утра: друзья заглянули к ним домой с хлопушками, подарками и тортом.

— Пацаны, вы видели, который час... — спросонья спросил Витя, завёрнутый в простынь.

— С днём рождения, Пчёла! — заорали бригадиры, хлопая друга по плечу.

— Вить, с днём рождения, брат. Желаю крепкого здоровья, финансового благополучия и счастья с Юлей. Я очень хочу стать крёстным, между прочим! — закончил Белый, подмигивая.

— Братишка, с днём рождения! Мы с тобой рядом, всегда, помни это. И береги Юлю, — сказал Фил.

— А я скажу кратко, — Кос достал бутылочку коньяка и выпил немного. — Чтоб стоял и деньги были!

— Действительно... Ребят, спасибо! Обожаю вас! — Пчёле вручили пакет с подарком и обняли по очереди.

Юля, к слову, готовилась к дню рождения любимого два месяца. И вот, почему.

Когда бригада ушла, Юля сказала Вите поехать с ней на каток. Зачем это нужно было, Пчёла понятия не имел, но уже заточил зуб, что Юля никак не поздравила его с днём рождения.

На льду никого не было в такой ранний час. Витя обнял себя, сидя на трибунах, чтобы как-то согреться. С катка шёл арктический холод. Юля поставила неподалёку от бортиков магнитофон, надела коньки и вышла на лёд. На ней был плащ.

— Юля, я ничего не понимаю, честно! — крикнул Витя.

— Нажми на кнопочку, — попросила Юля, застывая в красивой позе.

— И какой же результат я получу? — поинтересовался Пчёла, включая магнитофон. Юля прикрыла глаза, ожидая, когда начнётся песня C C Catch «Heaven and Hell». Пчёла устремил свой заинтересованный взор на лёд. Его посетила догадка, но он не верил, что Юля пошла на это...

И он был прав. Юля парила на льду, исполняя дорожки шагов. Каждый элемент она выполняла идеально, не совершив ни единой ошибки. Она закручивалась винтом, ласточкой... Юля наклонилась назад, раскинув руки в стороны. Это был бауэр. К слову, это было чудо, что у Юльки он получился — каждый раз, когда на тренировке она его исполняла, старая травма спины давала о себе знать, и на глаза Юли невольно наворачивались слёзы. Юля закружилась, потянув лезвие конька вверх. Витя застыл в изумлении.

Но вот начался припев — момент первого прыжка. Юля оттолкнулась ногой, повернувшись лицом к зрителю... Пчёла вдруг вспомнил рассказы о том, как фигуристки падали во время прокатов и получали серьёзные повреждения. Дикий страх охватил его, и он еле сдержался, чтобы не закрыть глаза руками, как ребёнок при просмотре ужастиков.

Юля прыгнула, покрутившись в воздухе три раза и приземлилась. Успешно! Эта удача окрылила Юлю, и она улыбалась. На строчке «For heaven and hell» Юля избавилась от дурацкого плаща, оставаясь в красном коротком платье. Пчёла не сдержал аплодисментов. Его распирал восторг.

Дело шло к каскаду прыжков. Пчёла вновь начал тревожиться, но потом понял, что бояться нечего. Он доверился Юля и полностью расслабился, позволяя себе насладиться эстетикой номера.

Юля села на коленки, проводя по своей шее руками, потом вновь вскочила, коньком рассекая лёд. И будто не было этих десяти лет перерыва — Юля была рыбой в своей водной стихии. Она полностью ушла в номер, погрузилась в него с головой, думая только о том, что ей предстоит делать дальше. Юля танцевала, невзирая на то что это лёд, а не паркетный пол. В середине номера она подкатила к бортику и опустила ладонь. Пчёла её поцеловал, и Юля быстро поехала обратно.

В конце Юля выбросила руку вверх, топнув ногой. Она с волнением смотрела на Пчёлу, ожидая его оценки.

— Юля, бесподобно!!! — крикнул он, хлопая. — У меня слов нет!!!

Юля побежала к нему, надевая чехлы на коньки. Она выглядела расстроенной.

— У меня был недокрут в середине, хотя я катала идеально на тренировке... Ну ладно, — Юля вручила ему подарочный пакет. — Там кассета с записью проката, чтобы ты мог пересматривать в любую минуту.

— Да плевать на недокруты! Это просто охуенно! Я никогда такого не видел! Никто для меня не делал таких сюрпризов. Я тебя безумно люблю, родная. Спасибо тебе за подарок. Я просто восхищаюсь тобой. Ты уникальная. И за какие заслуги ты мне досталась...

— За то, что ты есть. Это главная заслуга.

***

Зима 1997.

На съёмочной площадке вовсю идёт процесс создания фильма. Два актёра, одетых в рыцарские доспехи, храбро сражаются на мечах. Их силы равны. Но вот финальный удар в голову сбивает шлем одного из борящихся, Валеры Филатова, и это решает исход сражения.

— Кровожадные вы, мальчики, — заметила Аня.

— Ребят, все готовы? Сюда сейчас приедут люди с телика, — предупредил Валера, салфеткой вытирая лоб.

— Ты шутишь, — Аня лукаво улыбнулась. Съёмочная бригада вышла на улицу, где уже вовсю хлопьями валил снег.

Вдалеке показалась машина «ОРТ». Из неё показались несколько операторов, пару людей-помощников и Юля собственной персоной. Ане пришлось поверить. Несмотря на отвратительную погоду, Юля была без шапки. Корреспондентам нельзя надевать головные уборы во время репортажа — мог сбиться эффект присутствия.

— Юль, привет, — Фил по-дружески обнял Фролову. — Отлично выглядишь.

— Спасибо. На самом деле я замёрзла ужасно, — Юля вздрогнула. — Я отвратительно переношу морозы.

— Тебе спасибо за то, что расскажешь про наш проект по телевизору. Неужели тебе так просто разрешили?..

— Ну да. Шеф считает, что отечественное кино очень важно не оставлять без внимания, — Юля осматривала площадку, выбирая места, о которых можно рассказать зрителю. — Так, ну что, я готова!

Камеру навели на Юлю, и она мигом включилась в работу, несмотря на сибирские морозы. Далее Валера поделился своими впечатлениями от участия в фильме, а Александр обрисовал суть картины. Юля показала декорации и даже засняла один из рабочих моментов. Репортаж был снят удачно с первого дубля. Валера решил подшутить над Юлькой и сунул ей резко «голову», которая отлетала в одной из сцен. Но Фролова нисколько не испугалась, погладила муляж по волосам:

— Голова профессора Доуэля...

— Слушай, может, мы тебя чаем напоем? Ты вообще холодная, как мертвец, — Валера случайно коснулся руки Юли, и это заставило его поёжиться.

— Нет, спасибо. Мне в телецентр уже ехать нужно, — Юля с Филом вновь обнялись, и Аня не удержалась от шутки:

— Валера, я всё Томке расскажу.

Юлю это возмутило, но она смогла красиво ответить:

— Не переживайте, я уже занята.

Валера кивнул в подтверждение этих слов. Юля хотела идти в сторону машины, как она услышала чей-то голос:

— Ого, у вас тут телевидение...

Это был Кордон, пришедший посмотреть на то, куда тратятся его вложения.

— Блистаем, — скромно ответил Валера, позируя с головой для камеры Анюты. Кордон не упустил возможности завести полезное знакомство, да ещё и с красивой девушкой.

— Андрей Кордон, акула шоу-бизнеса.

— Юлия Фролова, акула журналистики, — Юля постучала зубами, пожимая руку. Лицо Валеры приняло испуганно-шутливое выражение:

— О, да у нас тут океан целый! Не ешьте меня, ребят!

— За себя ручаюсь, тебя кушать не буду. У меня другая цель.

— Юля, поехали! — крикнул оператор, сидевший в машине. Юлия попрощалась со всеми и побежала скорее в автомобиль, в тепло.

***

Юля убиралась в комнате Пчёлкина. Как всегда, в шкафу был беспорядок. Юлия повесила его пиджак надлежащим образом и из кармана выпал билет в Германию. Отлёт — совсем скоро... Билет один. Юля начала думать и гадать, к чему Пчёлкину Берлин. Ни родственников, ни друзей у него не было. Белов ничего о Германии не говорил. Чтобы не мучаться гипотезами, Фролова прямо спросила по возвращении Вити:

— Мы летим в Германию? Или это был сюрприз?..

— Никаких сюрпризов. Я лечу туда по деловым вопросам. Губу закатай.

В последнее время Витя стал более нервным, что порядком раздражало Юлию. Он позволял себе колкости, хамство. Нежности стало меньше в разы. Но жизнь с тираном Лёшей сделала Юлю терпимее, поэтому она молча глотала свою горькую пилюлю, не пытаясь заменить рецепт.

***

Уже перед самым вылетом Витя заехал к родителям, чтобы попрощаться. С Юлей пересечься не удалось из-за работы. Каким бы он ни был, он безумно любил их. Однако спокойно посидеть с родителями Пчёла не мог, он всё торопился...

— Успеешь ты всё, — с лёгким укором сказал отец. — Мне семьдесят, я не тороплюсь, например. Вот, — Павел Викторович достал карту, которая успела немного порваться за эти года. Витя видел эту семейную реликвию с самого младенчества. — Моя дорогая карта. Эх, ты... Значит, вот Рейхстаг... А вот та самая улица... Вот, первая улица! — воскликнул Пчёлкин-старший, тыкнув пальцем в карту. — Вот где-то здесь меня осколком... Бабахнуло... — Он взмахнул рукой. — Конечно сейчас там уже всё другое, другая жизнь, но ты всё равно, Витя, купи и положи красную гвоздику.

— Может, розу?

— Да ну зачем... — обречённо вздохнул Павел Викторович. — Ну розу... Я говорю, купи красную гвоздику. В Москве. И привези! Не то, что там импортное... А подмосковную.

— Хорошо, сделаю, — пообещал Витя. Мама передала список лекарств, который нужно было купить в Германии. В прихожей зазвонил телефон. Мама Вити ответила на звонок, и её лицо сразу же просияло.

— Юленька!

«Она же на работе, как она умудрилась позвонить...» — спросил про себя Пчёла, надевая пиджак.

— Да, здравствуйте... У меня обеденный перерыв, захотела с вами поговорить. Как у вас дела? — Юля не сдерживала улыбки.

В последнее время её тёплые чувства к родителям её благоверного усиливались с невиданной силой. Возможно, это ещё связано с потерей собственной семьи.

— У нас всё замечательно. Ты здорова? Мы вот очень переживали, слышали, ты про каких-то бандитов репортаж сняла...

— Не волнуйтесь за меня! Уже всё хорошо. Я со всем справлюсь, — твёрдо сказала Юля, и закрыла тему с опасными материалами.

— Мам, ты там с Юлей общаешься? — Витя вился вокруг матери, желая услышать хотя бы слово от любимой. — Передай ей привет от меня.

— Передам, не волнуйся, — мама махнула рукой, продолжая разговор. На привет от Вити Юля угукнула и продолжила вещать о хозяйстве.

— Ну всё, я побежал, мне ещё с парой людей нужно встретиться, — Пчёла крепко обнял родителей и почти бегом вышел из квартиры.

***

На самом деле, Пчёла поехал в клуб, где планировал обсудить условия сделки с Беловым и Космосом и объяснить её плюсы. В итоге, он привычно поцапался с Косом:

— Ты сдурел что ли? Я туда вылетаю сегодня же! — орал Пчёла.

— Да лети! Кто тебе мешает, ты же орёл у нас! — огрызнулся Кос.

— Тихо, тихо, — сказал Белый, которому уже склоки Космоса и Пчёлы поперёк горла были.

— Саша, давай определяться. Давай определяться или я выхожу из игры к чёртовой матери!

На фоне Пчёлы, который был на взводе, Белому легко удавалось сохранять спокойствие. Он спокойно покуривал сигарету, сидя невозмутимо.

— Ладно, ещё раз расскажи то, как ты видишь сделку.

— Хорошо. Хорошо, — с раздражением говорил Пчёлкин. — Есть германцы, которые готовы инвестировать двести миллионов в кавказскую нефть. Наш банк входит в долю кредита, деньги идут с той стороны, Аслан даёт поддержку, что сложного?! — Пчёла ударил по столу рукой. И снова Белый выдержал натиск Пчёлы.

— Да ничего. Я только не врубаюсь, причём здесь ганцы. Я понимаю, если бы шло через Кипр, Мальту... Извини, я не вижу изюма.

— Саша, погоди, здесь в другом преимущество, — Пчёла энергично помотал головой. — Понимаешь...

— Всё, Пчёла, это не покатит! — перебил его на полуслове Белый, который для себя уже сделал выводы. — Ну всё, я считаю, что мы всё обсудили, и вопрос решён по справедливости, — заключил Белов.

— Всё, снимаемся, погнали, — они покинули клуб и подошли к машинам. Снег сегодня зарядил не на шутку. Зима вступала в свои законные права...

— Сань, ты бы ещё подумал немного, — попросил Пчёла.

— Пчёлкин, мы тут все не глупые пацаны, не тяни одеяло на себя, ладно?

— Ладно, по-любому ты брат мне.

— Давай мы тебя до аэропорта подбросим? — предложил Белый Пчёлкину, но тот отказался, сославшись на то, что его довезут.

— Живи своим умом, Пчёла! — сказал на прощание Белый. Космос вновь начал капать Белому на мозги из-за Пчёлы.

— Космос, не дело так о друге говорить, — осадил его Валера. — Хотя, по большому счёту ты прав.

***

Юля сделала все дела по работе быстрее нужного, и редактор разрешил уйти пораньше. Юля решила посвятить это время заботе о себе: привести в порядок маникюр, что съеден из-за постоянных стрессов, крема, масочки... Юля лежала в ванной с пеной, болтая с Олей.

— Не знаю, я, Оль, заебал он меня. Извини за мой французский, — Юля положила на глаза огурцы. — Я не знаю, конечно, что там у него происходит в «Бригаде», но я здесь причём?! Почему я должна терпеть подобное отношение к себе?

— Юль, я бы тебе объяснила, если бы понимала сама. Саша мне никогда ничего не говорит. Единственное, что мне Валера сказал — что Космос с Витей опять упрямятся, как «египетские ослы», — процитировала она Филатова.

— Да они постоянно упрямятся, я так посмотрю. То из-за меня, то из-за криминальных дел. Ты знаешь, иногда такая усталость чувствуется... Моральная. Живёшь в страхе, что он словит пулю в висок, — Юля осеклась, поняв, что её стенания ни к чему. Она сама выбрала жизнь с бандитом. Оля почувствовала, что Юле надо выговориться.

— Я тебя понимаю.

— Я хочу спокойную жизнь, без слёз, боли и волнений. Но видимо, я такое увижу только в гробу! — Юля рассмеялась. — Я не знаю, у меня ещё ощущение появилось, что он разлюбил. Хоть бы раз сказал что-то приятное за эту неделю! Всё огрызается, бесится. Может, я сейчас рассужу, как маленькая, но меня, например, очень задело, что Витя не попрощался со мной перед отлётом. Он сразу же поехал к родителям. Я не спорю, это важно, а... А я кто? Я никто? Я разве не волнуюсь из-за него?! Меня мама рожала, чтобы я счастливая была, поэтому я пришла к выводу, что когда он вернётся из своей Германии, я расстанусь с ним!

— Юль, я тоже через всё это прохожу. Я считаю, что Витя тебя не разлюбил, просто у них там трудный период, что-то не складывается. Я уверена, когда всё наладится, он станет прежним. У меня тоже было желание развестись с Сашей, но сердце не позволило. Люблю ведь дурака... Хорошо, ты представь, что вы расстались, разъехались. Ты видишь его с другой. Ты разве спокойно это примешь?

Юля помотала головой, чувствуя, как раны на душе начинают кровоточить от этой картинки.

— Нет, не примешь. Ты не сможешь его отпустить. Тут нужно  держаться, терпеть.  Пойми: не надейся на то, что он бросит криминал ради тебя. Этого никогда не будет.

— Я это знала с самого начала. Просто я не понимала, что будет вот так тяжело.

Оглушительный звон со стороны двери не дал Юле закончить чувственный монолог. Юля пообещала Оле перезвонить и закруглила разговор. Юлия сжалась, обняв колени. Стало почему-то страшно. Она вспомнила, как в Екатеринбурге к ней вломились враги её отца. Юля вылезла из ванной, завязала полотенце на теле и взяла со стола «Анну Каренину». Книга была большая, толстая и запросто могла проломить череп. А ещё говорят, что литература бесполезна. Юля тихими шагами подошла к двери и открыла на небольшую щель.

— Пчёлкин?.. Ты же в Германии должен быть...

Пчёлкин отодвинул Юлю в сторону, садясь на диван и зарываясь руками в свои волосы.

— Накрылась медным тазом Германия. Фил в больнице. Тачка взорвалась, у него мозги наружу... Саня с Косом вроде в порядке.

Пчёлкин окинул Юлю с ног до головы придирчивым взглядом.

— Юль, ты понимаешь, что в таком виде ты выглядишь сексуально, но никак не угрожающе? Убить человека книгой невозможно.

— Вить, что происходит? Почему ты переключился на тему достоинств моего тела? — Юля старалась задавать вопросы мягко, чтобы это не было допросом. Она знала, что если быть жёстче, то он закроется и вообще нельзя будет ничего из него выудить.

— Юль, всё сложно. Я не хочу тебя втягивать в наши дела, — Он положил ладони на щёки Юли и нежно скользнул по ним пальцами. — Ты так хотела отдохнуть от кошмаров, ушла в спокойную журналистику... Меньше знаешь — крепче спишь.

— С тобой наоборот. Меньше знаешь — больше вероятность проснуться в Кащенко и одетым в смирительную рубашку. Пожалуйста, Вить, объясни, что происходит. Я тебя не буду осуждать, — она положила руку на колено Пчёлы. — Я просто хочу знать, к чему быть готовым. Неизвестность убивает лучше профессионального стрелка.

Витя смотрел в её влюблённые глаза долго, не роняя ни слова. Он никак не решался поделиться своими опасениями. И в конце концов он не выдержал.

— Меня обвинят в предательстве. Слишком всё красноречиво указывает на меня... Блять, как объяснить-то... — Витя выдохнул. — Короче... Я когда уезжал в аэропорт, Саня предложил поехать с ними, а я отказался, я не сел к ним в автомобиль. Я поехал с Асланом.

Юля поняла, что это кто-то из его людей. Она старалась не перебивать Витю, видя, как тяжело ему даётся признание.

— И плюс незадолго до этого Саня отказался участвовать в моей сделке.

— Витенька, ты зря волнуешься. Вы же друзья не разлей вода... С чего вдруг обвинять тебя в таком тяжком преступлении? Это бред! Ну очевидно, что ты не мог подложить взрывчатку!

Губы Пчёлкина искривились в горестной усмешке.

— Да ты ошибаешься, родная. Когда Саша женился, я сделал им подарок на свадьбу — квартиру. Но там оказалась граната. Так мне на следующий день по морде надавали. Так что мешает кинуть мне предъяву? Тем более Космос меня ненавидит.

— Опять из-за меня?

— Юль, ты слишком превышаешь свою значимость. Здесь другое.

Юля не хотела задавать следующий вопрос. Надежда на исчезновение самых страшных опасений взяла верх.

— А что будет, если Саша всё же сочтёт тебя предателем?

Тогда Пчёла сложил два пальца вместе, поднёс их к виску, как пистолет и опустил резко руку, намекая на выстрел. Юля поникла. На её лице выразилась мёртвая неподвижность, вызванная совершенной беспомощностью.

— Вить, но разве нет доказательств в твою пользу?

— Хер знает. Даже если есть — какие? Никаких зацепок.

Он посмотрел на Юлю и по её глазам уловил, что она что-то задумала. Пчёла простонал от досады.

— Юль, пожалуйста, ради Бога, не надо, не пытайся играть в супергероиню. Только твоей смерти мне не хватало для полного счастья. Натворишь делов и будешь кормить червей!

— В его голосе прорезалась сталь, и это стало последней каплей в чаше терпения. Юля вскочила с дивана, как ужаленная и крикнула:

— А что делать прикажешь?! Сидеть на жопе ровно, понимая, что ты можешь сдохнуть?! Я не успокоюсь! Я обязательно докажу твою невиновность, если что! Когда любишь, то прикроешь  грудью своего человека без раздумий! Я из таких, между прочим! Если я сдохну ради тебя, то здорово! В этой жизни я буду горда умереть за три вещи — тебя, Родину и своё дело.

— Я поэтому и молчал, не хотел говорить, потому что ты начнёшь рыться в этом! Мне это нахер не надо, Фролова!

— А мне надо! — Юля уже стояла вплотную к нему. Она остыла и решила загасить конфликт.

— Что с Валерой?

— Кабздец. Полнейший. Юль, пожалуйста, ты можешь мне пообещать кое-что? — Пчёла взял её за руки.

— В зависимости от того, о чём пойдёт речь, — уклончиво ответила Юля.

— Верь мне, несмотря ни на что. Знай, что бы тебе не говорили... Я этого не делал. Если я буду знать, что ты мне веришь, то я через всё это пройду и выживу.

— Я тебе верю, — без раздумий сказала Юля. — Мы справимся.

Юля никогда не видела таким Пчёлу. Он был растерянным, подавленным, потерянным. Пчёлкин впервые показывал  слабую сторону, и Юля ценила это, просто не акцентировала на этом  внимание. Юля потянулась к дрожащему запястью Вити и погладила его. Потом она положила его голову к себе на колени и начала перебирать его кудряшки.

— Юль, прости, что так всё погано получается, — бормотал Пчёлкин. Он действительно винил себя за то, что Юля вынуждена так страдать из-за него.

— Не кори себя. Я знала, на что шла, — Поцелуй в мочку уха.

***

Космос обрабатывал ссадины на руках, Белый нервно курил сигареты. Оба пытались  ответить на вопрос, тревожно повисший в воздухе и найти виновного.

— Может, это Аслан?

— Белый, зачем ему это надо?! Он бы тебя живого зарезал и всё!..

Тогда Белый достал из шкафа чистый лист бумаги, ручку и нарисовал пчелу, поставив возле насекомого знак вопроса. Просто вслух это было тяжело сказать.

— Что бы он выиграл, если это он? — Рассуждал Белов, чирикая ручкой.

— Доля в полумиллиардном проекте! — Космос, в отличие от Белова, считал вопрос решённым и рьяно отстаивал свою позицию. — Плюс банк, Саня, плюс банк! Нас нет, он хозяин! Он чё хочет, то и делает! С кем хочет работает!

Молчание выбесило Коса.

— Ты чё тут рисуешь, я не пойму, ты чё, Репин что ли?! Тебе больше меня известно, что ему надо!

— То же, что и тебе, Кос, — улыбнулся Саша.

— Верно! — воскликнул Космос, активно жестикулируя. — Независимость от Саши Белого! Собственное движение! Но!.. — Кос ударил по столу, вплотную приблизившись к Белову. — Я сел с тобой в машину, а не он. Саня, ты забыл, по-моему, что он меня почти убил.

— Я всё равно не могу поверить, что это он... — Голос разума кричал о том, что это не Пчёла, но всё было против него. Внутри разворачивалась самая настоящая борьба. Белый мотал головой, бормоча «нет...». И наконец Белый приказал:

— Звони Шмидту, пусть привезёт нам его.

Этот час, который Шмидт искал Пчёлу, был самым долгим а жизни Саши Белого. И вот Космос связался с Шмидтом... Его лицо вытянулось от удивления.

— Сань... Его не было на рейсе.

— Тогда где он, я понять не могу? Попробую позвонить Фроловой, может, она знает... — Белый потянулся к телефону, но Космос его остановил:

— Ты не понимаешь, что она с ним заодно?! Если ей что-то известно, она не выдаст его! Она ж любит его... — С отвращением сказал Кос.

— И что, что любит?! Что, это запрещено теперь?! Я понимаю ещё, почему ты бочку катишь на Витю, поэтому я тебе не верю до конца, и не сразу счёл Витю предателем! И честно могу тебе сказать, космическое чудовище: меня заебали ваши любовные драмы! Это бред, с 1993 года не можете бабу поделить! А теперь я должен своего друга, который мне как брат, подставить под стволы, чтобы ты смог с Юлей замутить?! Так?! — Белый нашёл повод выпустить все свои эмоции. Космос не стал дальше развивать эту тему, видя, что довёл всегда хладнокровного босса.

— Дело не только в Юле, Сань. Если бы на Пчёлу всё не указывало, я бы даже рот не открыл. Я тебе говорю, от Фроловой информации ноль будет, потому что Пчёлкин уже дал ей расклад, — Кос лёг на кожаном диване.

— Время четыре часа дня, она вовсю батрачит в Останкино. Какой он расклад ей даст? И тем более, никто из нас не держит своих жён в курсе наших дел, — Белый уже давно называл Юлю женой Вити. Это был просто вопрос времени. Несмотря на протесты Космоса, Саша позвонил Юле. Та смотрела с Витей «Любовь с первого взгляда».

— Да?

— Алло, Юлечка, это Саша Белый беспокоит.

От ласкового прозвища в адрес другой женщины Космос поперхнулся коньяком.

— Ты не знаешь, где Пчёлкин? Он нам щас как кислород нужен.

Юля повернулась к Пчёле и приложила палец к губам, принуждая заткнуться. Пчёла знаками спросил, кто это, Юля одними губами ответила:

— Белый.

Пчёла показал крест руками, мол, не сдавай меня. Юля махнула рукой. Она и без Пчёлкина знала, что сейчас его нельзя отправлять к Белову.

— Я сама без понятия, Саш, — Юля сделала трагичный голос, как будто она ночами не спала, не зная, где же Пчёла. — Вообще, не понимаю, где он. Я вообще думала тебе звонить по этому поводу.

— Ладно, извини, что отвлекаю от работы. Спасибо, что ответила. До встречи, — Белый повесил трубку, пожимая плечами.

— Фролова также без понятия.

— Всё она знает, Саня, просто делает из нас идиотов, зуб даю, — Космос достал из кармана пакетик с небезызвестным порошком.

***

Юля перезвонила Оле. Она знала, что может через Белову внушить Саше мысль о невиновности своего возлюбленного. Просто Юля не знала, с чего начать этот мучительный для неё разговор. Юля боялась, что в процессе она не выдержит, сорвётся и заплачет в трубку, что казалось ей унизительным. Для Юли её боль из-за любви к преступнику была неуместной: у неё был выбор. Поэтому она просто болтала с Беловой на светские темы.

— Вот я вообще не понимаю, неужели в стране нечего обсуждать, кроме моей личной жизни? Серьёзно, уже можно собрать коллекцию статей об этом. Космос, ты, Дима — это ещё малая часть моих любовников.

Оля, несмотря на попытки Юли отвлечься, чувствовала в голосе Юли обеспокоенность и тревогу. Юля говорила о одном, а мысли уносились в другую степь, и это было видно в разговоре.

— Юль, всё хорошо?

Юля решила раскрыть одну-вторую часть своих тревог.

— Ты же слышала, что с Валерой произошло.

Помимо обвинений в адрес Вити Юля думала о Валере. Она почему-то была уверена, что он выкарабкается, для неё это была аксиома. Противный голосок в глубине души шептал «а вдруг?»

Юля обладала избыточной эмпатией, поэтому боль Томочки ощущалась ею втройне тяжело. Юля иногда задумывалась о том, как она спокойно переносит это? Как она позволяет себе жить, когда вокруг происходит Армагеддон? Как может спокойно выходить в эфиры, брать интервью?.. Юля понимала, что заряд может закончиться, а потом... Что потом?

— Да, это конечно печально. Я очень переживаю. Но он сильный парень, справится. Тем более, у него лучшие врачи, Сашка делает всё возможное, чтобы от него не отходили ни на шаг. Юль, я понимаю, что что-то ещё произошло.

Юля психанула и рассказала обо всём полностью. Белова выслушала внимательно и сначала не поверила:

— Бред какой-то...

— Ничего не бред. Все стрелки реально на него показывают. Я не знаю, что делать. Нужны доказательства, что он не подкладывал эту взрывчатку в машину...

— Стой. Я кажется вспомнила, — Оля еле перебила взбесившуюся канарейку Юлю. — Валера давал мне камеру, чтобы показать Ваньке трюки с фильма, ты помнишь.

— Конечно, помню, я лично снимала репортаж про это.

— Я заметила там кое-что подозрительное. Камера уже скорее всего у Анны, надо съездить и забрать. Я уверена, там что-то есть.

— Говори адрес, — Юля вскочила и побежала одеваться. — Я поеду сейчас же!

— Юля, зачем? Я...

— Это моя головная боль, Оля! Я должна спасать Витю, я должна ехать. Просто скажи место, пожалуйста... — Юля в ванной причесывалась. Сердце трепетало, а щёки налились краской волнения. Белова сообщила координаты. Юля так запаниковала, что забыла попрощаться с Олей и сбросила.

***

Камера была у Юли, и через полтора часа она ехала к Оле домой, чтобы вместе разобраться в ситуации. Саши не было дома, и это играло девушкам на руку. Оля включила камеру и промотала до нужного момента. На кадрах чётко было видно, что не Пчёлкин подстроил аварию... Юля ахнула, прикрыв рот ладонью.

— Юль, тебе корвалол может?

Юля ничего не могла сказать. Она сидела в замешательстве. Она не думала, что человек может испытать такой широкий спектр эмоций за одно мгновение — счастье, что её любимый человек не мог предать, злость, грусть, страх... Юля уронила голову на стол и заплакала. В груди сильно кололо, с левой стороны. Оля без слов накапала корвалол в стакан и подала Юле.

— Ладно, я поеду на работу, снимусь в срочном эфире, а потом поеду к Белому. Через час всё решится. Спасибо тебе, Оль... Если бы не ты, я не знаю, что бы было...

— За что «спасибо»? Я бы не простила себе, если бы невиновный человек умер просто так.

Девушки обнялись, и Юля уехала в телецентр, чтобы закончить рабочие дела.

Однако музыка играла недолго.

Юля сама впоследствии не поняла, как это произошло и задавалась вопросами. Она снималась в репортаже, делала свою работу. Потом она почувствовала, что её руки немеют, а в голове появилась сильная, беспричинная боль. Юля в конце заплеталась, запиналась, и вдруг... Она упала на землю и потеряла сознание.

Тут же приехавшая бригада скорой помощи поставила диагноз — микроинсульт.