Сударь
Макс
Я не мог уснуть уже второй час.
Время на телефоне показывало 5:12.
— Сука, — пробормотал я себе под нос, в очередной раз переворачиваясь на живот и зарываясь лицом в подушку.
Бесполезно.
Стоило закрыть глаза, как в голове снова начинали крутиться старые воспоминания, которые я предпочёл бы никогда больше не видеть. Мама на полу. Сирены скорой. Кровь. Паника. Собственный голос, который тогда сорвался так сильно, что потом несколько дней было больно говорить.
Хуже всего было даже не это. Хуже всего было то, что когда-то я пытался её оправдать. И от этой мысли до сих пор становилось мерзко. Я резко сел на кровати и провёл ладонями по лицу.
Спать уже не было смысла. Воскресенье, конечно, но организм явно решил устроить забастовку. Завтра мы с Никитой едем в офис. Может, из-за этого нервы.
Может, нет.
В груди сидело какое-то странное ощущение, будто я упускаю что-то важное. В итоге я встал, натянул футболку и вышел в коридор.
Дом ещё спал.
Тишина стояла такая, что было слышно, как старые часы внизу отсчитывают секунды. Я спустился на кухню, поставил чайник и машинально открыл холодильник.
Пусто. Точнее, не совсем. На одной из полок стояла коробка клубничного йогурта. Я нахмурился. Потом вспомнил.
Таська
Она их жрала килограммами. Усмехнувшись, я закрыл холодильник и стал ждать чайник.
Через пару минут внимание привлёк свет за окном, точнее на террасе первого этажа. В такое время? Я выглянул и увидел, что это Тася. Она сидела на большой деревянной качеле, в чёрных велосипедках и серой, больше её в два раза кофте. Я мимовольно улыбнулся. Вся тревожность испарилась мгновенно.
Заварив чай, я вышел к ней, она явно этого не заметила, поэтому когда я подошёл ближе, она чуть ли не подскочила, когда заметила меня, доставая из уха наушник. Я уловил сладкий запах её духов.
— Господи, Макс! Не пугай так
— Прости, — единственное, что я мог выдавить из себя в тот момент, и просто сел рядом.
— Чего так рано тут сидишь?
— Да не спится, а ты?
— Тоже самое.
Мой взгляд мимовольно опустился на её ноги. Сука. Взгляд оторвать было, наверное, самым сложным действием в этом моменте. Моя голова должна быть занята работой и завтрашним разговором, а я пялился, даже этого не скрывая, на ноги Таси
Из моих мыслей меня вырвал тихий голос Таси.
— Видишь, кто это там?
Я машинально проследил взглядом за её рукой.
Пустая дорога.
Ни одной машины.
Ни одного прохожего.
Только утренний туман медленно стелился над асфальтом. Я ещё раз внимательно всмотрелся вдаль.
— Где?
— Вон... на дороге, там...
Она на секунду замолчала, продолжая смотреть в одну точку, а потом медленно нахмурилась.
— Да... наверное, показалось. Забей.
Я ещё несколько секунд не отводил взгляда от дороги. И правда никого.
— Может, тень какая-нибудь — спокойно сказал я.
— Наверное...
Но прозвучало это как-то неуверенно. Она опустила глаза в кружку и сделала небольшой глоток чая.
Я заметил, как её пальцы слегка дрожали.
— Всё нормально?
Тася быстро кивнула
— Да. Просто после вчерашнего дня голова немного гудит.
Она ещё несколько секунд сидела молча, глядя куда-то перед собой, потом неожиданно поднялась. Поправила огромную серую кофту, которая почти полностью скрывала её ладони.
— Я, наверное, пойду... а то холодно стало. Да и надо ещё... э-э... в магазин сходить. В общем, мне пора. Пока.
Последнее она произнесла уже на ходу.
Я только успел открыть рот, чтобы что-то сказать, как дверь за её спиной уже тихо закрылась.
— Странная...
Пробормотал я себе под нос.
Нет.
Не странная.
Скорее... встревоженная
Я ещё несколько секунд сидел на террасе один, медленно крутя в руках кружку с уже почти остывшим чаем.
Потом машинально посмотрел туда, куда она показывала.
Пусто.
Абсолютно.
Я раздражённо тряхнул головой.
— Да ну, бред...
В конце концов, после последних дней неудивительно, что нам обоим мерещится всякое. Допив чай, я вернулся в дом
<Тася>
Нет.
Нет, нет, нет.
Как я могла так опозориться?
Этого не было. Не могло быть. Мне просто показалось.Я слишком устала. Слишком перенервничала.
Я быстро закрыла за собой дверь комнаты и прислонилась к ней спиной, пытаясь восстановить дыхание.
Тишина.
Только собственное сердце стучало где-то в висках.
— Просто показалось... — едва слышно прошептала я.
Я уже собиралась сделать шаг к кровати, как вдруг за спиной раздался тихий женский голос. Совсем близко. Так близко, будто кто-то стоял прямо за моим плечом.
— Не убежишь от правды...
По всему телу мгновенно пробежал холод.
Я резко обернулась.
Никого.
Комната была пустой. Солнечный свет спокойно ложился на пол, занавески едва колыхались от открытого окна. Я судорожно вдохнула.
— Нет...
Голос прозвучал снова. Такой знакомый. До боли знакомый.
— Ты же знаешь...
У меня подкосились ноги.
Я медленно сползла по двери на пол и зажала уши ладонями так сильно, что заболели пальцы.
— Нет... пожалуйста...
Слёзы сами навернулись на глаза. Я крепко зажмурилась, пытаясь сосредоточиться хоть на чём-нибудь настоящем. На холодном полу. На ткани кофты. На собственном дыхании.
«Этого нет».
«Ты просто не выспалась».
«Это пройдёт».
Через несколько долгих секунд всё стихло. Настолько резко, что тишина показалась почти оглушающей.
Я осторожно открыла глаза. Комната оставалась такой же, как минуту назад.
Никого.
Я ещё долго сидела на полу, не решаясь пошевелиться. Потом медленно вытерла лицо рукавом и заставила себя подняться.
— Всё...
Голос дрогнул.
— Всё нормально.
Я повторила это ещё раз. И ещё. Будто от количества повторений фраза могла стать правдой.
Спустя несколько минут я умылась ледяной водой, долго смотрела на своё отражение в зеркале и, убедившись, что лицо выглядит почти спокойно, глубоко вдохнула.
— Никому.
Тихо сказала я своему отражению.
— Никому ни слова.
Потому что сама до конца не понимала, что только что произошло. И больше всего на свете надеялась, что это действительно было лишь последствием бессонной ночи и слишком большого количества стресса
_____
Понедельник наступил слишком быстро. Казалось, я только закрыла глаза, а будильник уже безжалостно разрывал комнату своим противным сигналом. Голова была тяжёлой, словно за ночь я вообще не спала, а в висках всё ещё неприятно пульсировало. Я несколько секунд просто сидела на краю кровати, пытаясь собрать мысли в кучу, потом машинально натянула уже ставший ненавистным корсет, который моментально сдавил рёбра так, что пришлось задержать дыхание.
"Потерпи", — мысленно сказала я себе, застёгивая последние крючки. Сегодня решалось слишком многое, чтобы обращать внимание на боль.
Когда я вошла в огромное здание модельного колледжа, привычный шум уже стоял на весь холл. Девушки нервно повторяли проходку, кто-то разминался прямо у стены, кто-то в последний момент поправлял макияж, а кто-то тихо плакал в углу, думая, что этого никто не замечает. Сегодня атмосфера ощущалась совсем иначе. Если на первых этапах преподаватели ещё пытались вести себя спокойно, то теперь все понимали: дальше останутся единицы.
Я нашла взглядом Крис и Еву.
— Ты вообще спала? — сразу спросила Крис.
— Немного.
Она посмотрела на меня с сомнением.
— Выглядишь так себе.
— Спасибо, умеешь поддержать.
— Зато честно.
Я только усмехнулась.
Через несколько минут двери распахнулись, и всё помещение мгновенно стихло.
— Все участницы в главный зал. Сейчас.
Никто больше не разговаривал.
Все молча двинулись вперёд.
И именно в этот момент я снова на долю секунды увидела боковым зрением, будто возле дальней колонны кто-то стоит.
Я резко повернула голову.
Пусто.
Только огромное зеркало отражало десятки девушек.
Я нахмурилась.
«Соберись».
Глубоко вдохнув, я пошла дальше, стараясь больше не смотреть по сторонам.
<Макс>
Мы с Никитой подъехали к офису минут за пятнадцать до назначенного времени. Огромное стеклянное здание сегодня раздражало меня ещё сильнее обычного. Стоило выйти из машины, как я уже почувствовал, как внутри снова начинает подниматься то самое знакомое напряжение.
— Не сожри никого до переговоров, — спокойно сказал Сударь, захлопывая дверь машины.
— Не обещаю.
Он только тяжело вздохнул.
— Пиздец ты сегодня позитивный.
Мы вошли внутрь.
Практически сразу сотрудники начали здороваться.
Я автоматически кивал каждому, даже не запоминая лиц.
Все улыбались. От этого становилось только противнее.
Наконец секретарь попросила нас подождать несколько минут, потому что директор заканчивал предыдущую встречу.
Мы сели в зоне ожидания. Никита спокойно листал что-то в телефоне. Я же не мог усидеть на месте.
То вставал.
То снова садился.
То смотрел в окно.
— Расслабься — не поднимая головы произнёс Сударь.
— Легко сказать.
— Если сейчас зайдёшь туда уже на нервах, ничего хорошего из этого не выйдет.
Я промолчал.
Через несколько минут дверь кабинета открылась. Из неё сначала вышли двое мужчин в дорогих костюмах.
А потом... Она.
Я узнал её мгновенно.
Те же светлые волосы.
Та же улыбка.
Тот же спокойный взгляд, который когда-то казался самым родным на свете.
Она тоже заметила меня. На секунду остановилась.
Улыбнулась.
Будто встретила старого знакомого.
— Здравствуй.
Произнесла она спокойно.
Будто между нами не было этих десяти лет.
Будто ничего не произошло.
Я почувствовал, как челюсть непроизвольно сжалась так сильно, что заболели зубы. Пальцы сами стиснулись в кулаки. Перед глазами на долю секунды снова вспыхнула та картина.
Кровь.
Скорая.
Мама.
И маленькое безжизненное тельце сестры на полу.
Я резко вдохнул. Она всё так же смотрела на меня. С лёгкой улыбкой.
— Давно не виделись...
Я молчал.
Если бы сейчас открыл рот, сказал бы совсем не то, что должен.
— Макс? — она сделала неуверенный шаг вперёд. — Может... поговорим?
— Нет.
Одно слово.
Холодное.
Без единой эмоции.
Она заметно растерялась.
— Я понимаю, что...
— Нет — перебил я её, уже глядя прямо в глаза. — Ты ничего не понимаешь.
Повисла тишина. Я видел, как у неё дрогнули губы. Но жалости во мне не осталось.
Ни капли.
— Ты всё ещё злишься...
Я усмехнулся. Коротко. Безрадостно.
— Злюсь?
Я медленно сделал шаг вперёд.
— Нет.
Ещё один.
— Злость проходит.
Теперь между нами оставалось меньше метра.
— А вот такое...
Я замолчал на несколько секунд, продолжая смотреть ей прямо в глаза.
— Такое не проходит никогда.
Она отвела взгляд первой.
И именно в этот момент дверь кабинета открылась.
— Максим, проходите.
Голос директора прозвучал неожиданно громко.
Я молча отвернулся. Даже не посмотрев на неё ещё раз.
Никита слегка хлопнул меня по плечу.
— Пошли.
Я коротко кивнул.
И вместе с ним вошёл в кабинет.
За моей спиной ещё несколько секунд стояла абсолютная тишина. Только когда дверь уже почти закрылась, я краем глаза увидел её отражение в стекле. Она так и осталась стоять посреди коридора, опустив голову, а я вдруг с удивлением понял одну простую вещь.
Мне было всё равно, что она чувствует. Впервые за десять лет — действительно всё равно. Теперь меня волновало только одно: сделать всё, чтобы после сегодняшнего дня мне больше никогда не пришлось оставаться с ней наедине
<Тася>
Главный зал сегодня казался ещё больше, чем обычно. И холоднее.
Высокие окна заливали помещение белым утренним светом, который безжалостно подчёркивал каждую деталь: каждую складку одежды, каждую неуверенную улыбку, каждое дрожание рук.
Нас осталось совсем немного. Я машинально пересчитала девушек.
Двадцать четыре.
Из семидесяти.
От этой мысли внутри неприятно сжалось.
— В одну линию, — громко произнесла женщина из комиссии.
Мы быстро выстроились.
Корсет привычно впился в рёбра, но я уже почти перестала обращать на это внимание.
Почти.
— Сегодня вас будут оценивать сразу по нескольким параметрам. Дефиле, импровизация перед камерой и работа с фотографом. Нам нужны не красивые девушки. Нам нужны те, кто умеет работать под давлением.
По залу прокатился едва заметный шёпот.
— И ещё одно, — спокойно добавил мужчина в строгом костюме. — Мы будем создавать стрессовые ситуации намеренно. Если кто-то считает это несправедливым, дверь находится сзади.
Никто не сдвинулся с места.
— Прекрасно.
Первые девушки начали выходить.
Одну остановили уже через двадцать секунд.
— Вы не модель. Следующая.
Вторая не выдержала замечаний фотографа и заплакала прямо перед камерой.
— Спасибо. Можете идти.
Третьей безразличным тоном сообщили, что её улыбка выглядит «натянутой и некоммерческой».
Она молча вышла из круга, сдерживая слёзы.
Я наблюдала за всем этим и чувствовала, как сердце начинает колотиться всё быстрее.
— Шестьдесят девятая.
Я вздрогнула.
— Таисия.
Ноги сами понесли меня вперёд.
В центре зала уже стоял фотограф.
— Не смотрите на меня. Представьте, что вы открываете показ в Милане. Вас снимают сто камер. Вы должны заставить людей запомнить вас за три секунды.
Я коротко кивнула.
— Начали.
Сделав первый шаг, я постаралась забыть обо всём вокруг
Вспышка.
— Подбородок выше.
Щелчок камеры.
— Не зажимайте плечи.
Ещё вспышка.
Я медленно повернулась.
И на какую-то долю секунды мне показалось, будто возле дальней стены стоит женщина.
Тёмное пальто.
Светлые волосы.
Она просто смотрела на меня.
Я моргнула.
Вспышка камеры ослепила глаза.
Когда зрение вернулось, у стены уже никого не было.
— Таисия!
Голос фотографа резко вернул меня в реальность.
— Вы потеряли концентрацию.
— Простите.
Я глубоко вдохнула. Я заставила себя снова принять нужную позу.
В этот раз получилось лучше.
Гораздо лучше.
Когда съёмка закончилась, мужчина просмотрел несколько кадров на экране камеры, ничего не говоря.
Потом коротко кивнул помощнице.
— Эти фотографии оставьте.
Я не знала, хорошо это или плохо.
Но хотя бы не услышала привычного: «Спасибо, следующая».
Макс
Дверь кабинета за нами закрылась мягко, почти бесшумно.
Но внутри у меня всё ещё гремело.
Директор сидел за длинным столом, спокойно перелистывая какие-то документы, будто в коридоре только что не произошло ничего необычного.
— Присаживайтесь.
Мы с Никитой молча заняли места напротив.
Несколько секунд он продолжал читать бумаги, намеренно выдерживая паузу.
— Максим, полагаю, вы уже познакомились с моей дочерью.
Я почувствовал, как пальцы сами собой сильнее сжали подлокотник кресла.
— Познакомился.
— Замечательно.
— Нет, не замечательно, — спокойно ответил я, не повышая голоса.
Он наконец поднял глаза.
— Даже так?
— Именно так.
В кабинете повисла неприятная тишина.
Никита бросил на меня короткий взгляд, словно проверяя, не собираюсь ли я сейчас окончательно сорваться.
— Хорошо, — директор отложил ручку. — Тогда перейдём к делу. Насколько я понимаю, у вас есть предложение.
Никита сразу подался вперёд.
— Да. И, думаю, оно устроит абсолютно всех.
Директор жестом предложил продолжать.
— Вам нужен медийный мужчина рядом с вашей дочерью. Человек, который будет создавать информационный шум, появляться на мероприятиях, давать интервью, попадать в объективы камер и поддерживать интерес прессы.
— Верно.
— Тогда почему именно Макс?
Директор чуть прищурился.
— Потому что это прописано в контракте.
— Прописано, что нужен именно он?
— Прописано, что компания вправе использовать его публичный образ.
Никита кивнул.
— А если предоставить образ другого человека с аналогичными медийными показателями?
Впервые за всё время директор задумался.
Не отказал сразу.
Уже хорошо.
— Кого вы предлагаете?
Никита достал телефон.
Пару секунд что-то искал.
Потом развернул экран.
— Меня.
Директор молча посмотрел сначала на фотографию, потом на самого Никиту.
— Стример?
— Один из крупнейших.
— Аудитория?
— Несколько миллионов суммарно по платформам.
— Скандалы?
— Бывали.
— Это плюс.
Никита усмехнулся.
— Я тоже так считаю.
Директор ещё несколько секунд листал его страницы.
Затем неожиданно посмотрел уже на меня.
— А вы сами этого хотите?
Я даже не задумался.
— Да.
— Настолько не хотите работать с моей дочерью?
— Настолько.
Он внимательно изучал моё лицо.
Будто пытался найти хотя бы намёк на сомнение.
Не нашёл.
Потому что его не было.
Наконец он медленно снял очки и потёр переносицу.
— Честно говоря... идея неожиданная.
Я почувствовал, как внутри появилась слабая надежда.
Совсем небольшая.
Но всё же.
— Однако, — продолжил он, — подобное решение я не могу принять единолично.
Надежда сразу стала меньше.
— Почему?
— Потому что бренд строится не только вокруг моей дочери. Этим занимается совет директоров и отдел маркетинга. Если менять публичное лицо проекта, потребуется их согласие.
Никита спокойно кивнул.
— Значит, соберите их.
Директор невольно усмехнулся.
— Молодой человек, вы очень уверены в себе.
— Обычно это окупается.
Он несколько секунд молча смотрел на нас, после чего нажал кнопку внутренней связи.
— Светлана, подготовьте на завтра внеочередное совещание с маркетингом и юридическим отделом.
Он отпустил кнопку и снова перевёл взгляд на нас.
— Я ничего не обещаю.
Тася
После фотосессии нас почти не отпустили передохнуть. Едва успели сделать по несколько глотков воды, как снова прозвучала команда выстроиться в линию. Следующим испытанием оказалось импровизированное интервью перед камерой. Перед каждым участником ставили оператора, включали яркий свет и без предупреждения начинали задавать вопросы, причём не всегда приятные.
— Представьте, что после показа вас обвиняют в том, что вы попали сюда только благодаря связям. Что ответите?
Одна девушка растерялась уже на первом вопросе.
Другая начала оправдываться.
Когда очередь дошла до меня, сердце снова ускорилось.
— Таисия, если вам завтра предложат контракт мечты, но потребуют полностью изменить внешность, согласитесь?
Я на секунду задумалась.
— Если изменения не вредят моему здоровью и это мой осознанный выбор — да. Если ценой станет я сама, то нет.
Женщина из комиссии что-то коротко записала.
— Хорошо.
Следующий вопрос прилетел почти мгновенно.
— Что страшнее: проиграть или никогда не попробовать?
— Никогда не попробовать.
Мужчина кивнул.
Интервью закончилось быстрее, чем я ожидала.
Оставалось только ждать результатов.
Минут через сорок нас снова построили.
В помещении стояла такая тишина, что было слышно, как кто-то нервно постукивает каблуком по полу.
— На сегодняшний этап прошли...
Женщина начала зачитывать номера.
Каждая секунда тянулась мучительно долго.
— ...шестьдесят девять.
Я шумно выдохнула.
Прошла.
Опять.
— Следующий этап состоится в среду. Не опаздывайте.
Только выйдя из здания, я наконец позволила себе улыбнуться.
Телефон почти сразу завибрировал.
Макс:
"Мы уже приехали. Стоим справа от входа."
Я подняла голову.
Чуть дальше у тротуара действительно стояла знакомая машина.
За рулём сидел Макс, а рядом, развалившись в кресле с таким видом, будто находился у себя дома, уже махал рукой Никита.
— Ну наконец-то! — крикнул он, стоило мне подойти. — Мы уже решили, что тебя оставили работать моделью прямо там.
— Очень смешно.
Я открыла заднюю дверь и с облегчением плюхнулась на сиденье.
— Ну? — сразу повернулся ко мне Макс. — Как прошло?
Я улыбнулась.
— Прошла.
На лице Макса впервые за день появилось настоящее облегчение.
— Молодец.
— Спасибо.
Никита тут же хлопнул в ладоши.
— Так, одну проблему решили. Теперь едем домой на час, переодеваемся, и потом все дружно ко мне.
— Ты всё ещё не отказался от идеи стрима? — спросил Макс.
— Конечно нет. Народ уже третий день спрашивает, где мы все пропали.
Я тихо рассмеялась.
— Если честно, после сегодняшнего мне кажется, что я усну прямо перед камерой.
— Не уснёшь, — уверенно заявил Никита. — Я заказал еды столько, что заснёт только тот, кто объестся.
— То есть все?
— Именно.
Даже Макс тихо усмехнулся.
Дорога домой прошла гораздо спокойнее, чем несколько дней назад. Никто никуда не спешил, музыка негромко играла на фоне, а разговор перескакивал с одной темы на другую: Никита рассказывал забавную историю со съёмок рекламы, я делилась тем, как проходил сегодняшний этап кастинга, а Макс коротко рассказал, что встреча в офисе закончилась лучше, чем он ожидал.
— Пока ничего не решено, — сказал он, сворачивая к дому. — Но они хотя бы согласились рассмотреть вариант с Никитой.
— Это уже победа, — ответила я.
— Вот именно, — довольно кивнул Никита. — А теперь у нас есть час на отдых, потому что вечером интернет ждёт легендарное трио
**
Через час мы уже снова вышли из дома
Во дворе нас уже ждал Никита.
— Вы серьёзно час собирались? Я за это время успел два раза пожалеть, что вообще вас позвал.
— Не драматизируй, — усмехнулась я.
— Я? Да никогда.
Макс только покачал головой, открывая машину.
— Садитесь уже.
Дорога до дома Никиты заняла минут двадцать.
Его дом я уже знала неплохо, но каждый раз удивлялась, насколько он был... похож на него самого.
Современный. Светлый.
При этом везде какой-то творческий бардак.
Возле входа стояли коробки с техникой, в гостиной валялись несколько объективов, а на диване мирно спал огромный рыжий кот, который даже не соизволил открыть глаза, когда мы вошли.
— Знакомьтесь — торжественно произнёс Никита. — Это генеральный директор этого дома.
Кот лениво махнул хвостом.
— По нему видно — хмыкнул Макс.
— Он тоже тебя осуждает
Я тихо рассмеялась.
— Так, — хлопнул в ладоши Никита. — До стрима пятнадцать минут. Макс, помогай камеры настраивать. Таська, на кухне всё, что найдёшь в холодильнике, можно есть. Кроме одного чизкейка.
— Почему?
— Потому что он мой.
— Теперь уже наш.
— Даже не думай.
Пока они спорили, я действительно заглянула в холодильник.
— Никит...
— Что?
— У тебя тут еды на большую свадьбу.
— Я же говорил.
— Ты один живёшь.
— И?
— Зачем тебе четыре пачки пельменей?
— На чёрный день.
— А пять килограммов курицы?
— На очень чёрный день.
Из комнаты донёсся смех Макса.
— Не пытайся искать в этом логику
Через несколько минут вся аппаратура была готова. Я устроилась в кресле рядом с Никитой, Макс сел с другой стороны.
Никита надел наушники, проверил звук и потянулся к клавиатуре.
— Отлично, начинаем.
Он нажал кнопку запуска.
Уже через несколько секунд чат буквально взорвался.
— СУДАРЬ ЖИВОЙ
— ТАСЯЯЯ
— НАТКОРН ТУТ
— ЭТО ЧТО ЗА СОСТАВ ГОДА
Никита довольно улыбнулся.
— Ну здравствуйте, дорогие мои. Как вижу, соскучились.
Сообщения летели так быстро, что прочитать их было почти невозможно.
— Тась, ты кастинг прошла?
— Прошла.
Чат мгновенно заполнился поздравлениями.
— Молодчина! — первым сказал Никита.
— Заслуженно — спокойно добавил Макс.
Я невольно улыбнулась.
Но именно в этот момент взгляд случайно зацепился за монитор с трансляцией.
На долю секунды мне показалось, что в тёмном отражении за нашими спинами мелькнул чей-то силуэт.
Я быстро обернулась.
За нами была только стена, несколько световых стоек и закрытая дверь.
— Тась? — голос Никиты вернул меня в реальность. — Всё нормально?
Я моргнула и снова посмотрела на него.
— Да... задумалась немного.
— Ну тогда возвращайся к нам
**
Стрим проходил нереально вайбово, так что наконец-то я смогла расслабиться.
— Ребят...
Никита вдруг посмотрел на часы.
Мы с Максом машинально сделали то же самое.
02:47.
— oго.. — пробормотала я.
— Шесть часов... — удивлённо сказал Макс.
Никита резко повернул монитор к нам. На таймере стрима действительно было 06:03:41.
— Да вы издеваетесь...
Мы одновременно рассмеялись.
— Я вообще думала, часа два прошло — призналась я.
— Аналогично — кивнул Макс.
— Вот это называется хороший вайб — довольно заявил Никита — Время просто исчезло.
Никита сложил руки, изображая молитву.
— Останьтесь у меня.
— Нет — сразу ответил Макс.
— Ну пожалуйста.
— Нет.
— У меня диван огромный.
— Нет.
Он перевёл взгляд на меня.
— Тась?
Я улыбнулась.
— Тоже нет.
— Предатели.
— Мы просто хотим поспать в своих кроватях, — сказала я, поднимаясь с кресла.
Никита тяжело вздохнул, театрально приложив руку к сердцу.
— Меня бросили.
— Не драматизируй.
— Я один.
— У тебя кот.
— Он меня не любит.
Будто услышав своё имя, коt лениво открыл один глаз, посмотрел на Никиту и тут же снова уснул.
Я тихо засмеялась.
— Видишь? Даже он устал от тебя.
— Всё, валите отсюда оба.
Он подошёл к нам и крепко обнял сначала меня, потом хлопнул Макса по плечу.
— Спасибо, что приехали
На этот раз в его голосе уже не было привычной шутливости.
— Давно так хорошо не сидели.
— Повторим — ответил Макс.
— Обязательно
Мы попрощались ещё раз, вышли на улицу, и нас встретил прохладный ночной воздух. Город почти спал: редкие машины проезжали по пустым улицам, фонари отражались в мокром после вечерней росы асфальте, а вокруг стояла такая тишина, что после шести часов смеха и разговоров она казалась почти непривычной.
Макс молча открыл мне дверь машины.
— Домой?
Я кивнула
Машина мягко тронулась с места, плавно выезжая на почти пустую ночную дорогу. Только негромко работал двигатель, за окном медленно проплывали фонари, а я, уставившись в стекло, чувствовала, как усталость наконец начинает брать своё.
Макс тоже молчал.
Наверное, после последних дней нам обоим было комфортнее просто ехать без разговоров.
Я прислонилась виском к прохладному стеклу и медленно выдохнула.
Фонари тянулись длинной цепочкой, отражаясь в окне.
На секунду мне показалось, будто среди этих отражений мелькнуло ещё одно лицо.
Не моё.
Я резко моргнула.
Отражение исчезло.
«Показалось...»
Я потерла глаза ладонью.
— Всё нормально? — спокойно спросил Макс, не отрывая взгляда от дороги.
— Да... просто устала. Сегодня день был тяжёлый.
— Угу...
Я снова посмотрела в окно. Машина остановилась на красный свет.
Перекрёсток был совершенно пустым. Ни одной машины. Ни одного прохожего.
И вдруг на противоположной стороне дороги мне почудилось, будто кто-то стоит.
Высокая женская фигура.
Неподвижно. Лицо невозможно было рассмотреть из-за темноты.
Я невольно задержала дыхание.
В следующую секунду мимо проехал автобус, на мгновение закрыв обзор.
Когда он проехал...
Тротуар оказался пустым.
Я несколько секунд продолжала смотреть в ту сторону.
Никого.
Совсем.
— Тась?
Я вздрогнула.
— А?
— Свет уже зелёный минут пять, а ты будто зависла.
Я быстро перевела взгляд на Макса.
Он смотрел на дорогу, но в голосе слышалось лёгкое беспокойство.
— Прости... задумалась.
Он ничего не ответил. Только едва заметно кивнул.
Машина снова плавно поехала вперёд.
Я глубоко вдохнула.
«Не накручивай себя»
Я повторяла эти мысли снова и снова, пока пальцы сами не начали нервно теребить край рукава.
Проехав ещё несколько кварталов, я почувствовала, как по спине неожиданно пробежал холодок.
Будто кто-то очень тихо произнёс моё имя.
Совсем рядом.
Я резко повернула голову.
На заднем сиденье никого не было.
Только моя сумка и брошенная толстовка.
Я несколько секунд не сводила с них взгляд, а потом медленно отвернулась.
Сердце билось уже заметно быстрее.
— Замёрзла? — неожиданно спросил Макс.
Я не сразу поняла вопрос.
— Что?
— Ты дрожишь.
Я опустила взгляд на свои руки.
Они действительно слегка подрагивали.
— Наверное... просто устала.
Макс на секунду задумался, затем молча убавил кондиционер и включил обогрев чуть сильнее.
— Доедем домой — сразу спать.
— Угу...
Я попыталась улыбнуться.
Получилось не очень убедительно.
Макс, кажется, решил, что дело только в тяжёлом дне, и больше ничего не спросил.